Последняя встреча

Столб дыма вперемешку с огнём поднимались из "Ресторан-пиццерия Фредди Фазбера". Огонь как специально не охватывал две одиноко стоящие фигуры, чтобы дать им высказать все последние слова друг другу. Но они молча смотрели в пол. Они стояли друг, на против друга. Раньше лучшие друзья и коллеги. А ныне два злейших врага. Генри понимал, что это, их последняя встреча. Сегодня, один из них должен умереть. Это последняя встреча, и она не должна пройти в тишине. Он должен что-то сказать на прощанье, но не находил подходящих слов. И снова в немом молчании он поднимает глаза и в десятый раз внимательно осматривает своего друга. Забавно, что он до сих пор считает его своим другом. Особенно после того что он сделал. Но перед ним вместо привычного образа Уильяма, он в десятый раз видит огромного, чужого ему взгляду кролика. Несмотря на то, что он его хорошо помнит. Старый добрый Спрингбонни. Прошло столько лет. Только теперь, некогда солнечный и весёлый кролик, стал лишь пустой оболочкой из которой щипцами вытянули всю радость и солнце. Жёлтый цвет сменился тёмно-болотным, из-за времени, крови и детских слёз. Пятеро детей. На миг Эмили, вместо болотного монстра, перед собой увидел хоть и расплывчатый, но всё таки родной образ его друга. Его лучшего друга. . Друга который не успел стать жестоким убийцей. Это зрелище пробудило внутри волну воспоминаний. Таких тёплых и родных. Улыбка невольно проскользнула на лице мужчины. Но не та с которой его привык видеть Уильям. Эта улыбка уже затерялась во времени. Или умерла вместе с Чарли. Улыбка на лице была грустной, наполнена всей той болью, что пришлось пережить за эти годы.

* * *

- Я оставлю тебя на ненадолго здесь, не хулигань и никуда не уходи. Я скоро вернусь, и мы поедем домой. Сегодня Эмили привёл в пиццерию свою дочку. Она давно просила взять её с собой, но у Генри не было времени присматривать за ней. Чарли медленно кивнула головой и с большем усердием стала раскрашивать свой рисунок. На самом деле девочку зовут Шарлотта, но она всегда просит называть её просто Чарли. - Мне так больше нравится - говорила она. Генри потрепал её по голове, развернулся и ушёл. Яркий свет главного зала остался позади. Музыка стала стихать, а потом и вовсе пропала. Стук каблуков по плитке раздавался ритмичным шумом по пустому коридору в такт со стуком сердца. Генри не боялся за Чарли, ведь она была не по годам умная и рассудительная. Но сердце от чего-то ноет и предвещает плохой исход событий. Чарли много раз оставалась одна. Ей даже разрешалось гулять не далеко от дома вместе с её младшим братом. " Что может случиться с ней в пиццерии?". Офис Генри находился в самом конце коридора напротив кладовой, в которой находился всякий не нужный хлам. От сломанных запчастей, до старых плакатов и украшений. Мужчина поёжился от холода, что присутствовал в офисе. Он опять забыл закрыть окно перед тем как уходить. Из- за чего мелкие капли дождя успели намочить подоконник и пол рядом с окном. Генри подошёл вплотную. Унылая осенняя улица нагоняла чувство тоски и одиночества. Уильям не пришёл на работу ссылаясь на плохое самочувствие. Его отсутствие сильно ощущалось особенно сейчас. Его худой силует не мелькает в проёмах, а его колких замечаний и вечного недовольства стало не хватать. Эмили закрыл окно и сел за свой рабочий стол. Он быстро на вёл минимальный порядок на своём столе, достал нужные ему сейчас бумаги и взял ручку готовясь заполнять их. В последнее время он только и видит, что эти проклятые документы, которым, казалось, нет конца. Генри только и делает, что заполняет их, оставаясь допоздна на работе. Голова становиться тяжёлой, мысли начинаю путаться в голове, превращаясь в единый ком. Он их уже не слышит. Где-то в корке подсознания понимает, что засыпает, но ему так не хочется противиться этому. Последнее что слышит Эмили, это звук мотора машины неподалёку. Генри просыпается как от толчка. Осознание того что он уснул врезается в голову молниеносной пулей пронзая собой все остальные мысли. Сколько он спал? Несколько минут? Часов? А что с Шарлоттой? Генри буквально вскакивает с места и быстрым шагом покидает офис. Чем ближе он подходил к главному залу, тем сильнее росло напряжение внутри. Что-то явно не так. От неожиданности мужчина остановился. Музыка не играла. Он не слышит никаких звуков. Сердце расходиться в бешеном темпе где-то в висках. Эмили внимательно оглядывает зал. Осознание происходящего электрическим током бьёт его. Чарли здесь нет. Не веря своим глазам он обходит зал. Кроме него здесь никого нет. Он совсем один. Голова кружится. В поисках Чарли Генри обходит всё здание. Открывает каждый шкафчике в котором может поместиться маленькая девочка, в надежде, что это всего лишь розыгрыш. Казалось ещё чуть чуть и из-за угла выпрыгнет Шарлотта и с криком проститься к своему отцу. Но ничего не было. Пустота и тишина. Эмили очередной раз проходил по коридору в растерянности и диком отчаянии. Что-то показалось ему не таким. Его взгляд упал на приоткрытую дверь на улицу. Это был чёрный вход, которым пользовался персонал. Он вёл в небольшую подворотню с мусорными баками. Дрожащими руками он открыл её полностью и вышел на улицу. Холодный дождь с ветром обрушились на Генри. Но эму было не до этого. Сердце заливается кровью. Тошнота подходит к горлу перекрывая мужчине воздух. Ему это не кажется. Маленькая человеческая рука одиноко выглядывает из мусорки. Он узнал её по браслету на запястье. Он медленно подходит ближе заглядывая внутрь и в ужасе отшатывается назад. Его маленькая дочь. Его маленькая Шарлотта. Слёзы потекли из глаз смешиваясь с дождём, капая на мокрую рубашку. Мужчина снова подходит ближе. Он достаёт мёртвое изуродованное тело дочери. Руки дрожат ещё сильнее прижимая к груди Чарли. Не уберёг. Он её не уберёг. Генри прижимает её к себе ещё сильнее, опускаясь с ней на грязный асфальт. Его маленькая дочь. Его маленькая Чарли. Она мертва. Вот её тело, которое Генри беспомощно прижимает к себе, не в силах что-либо сделать. - Прости, прости, прости, прости меня пожалуйста.- голос срывается на полу крик. Он извиняется, потому что ничего не может сделать. Он понимает это. Его не заботит кровь в которой он уже перепачкался весь, его не заботит разрезная на сквозь грудь из которой вываливаются её органы. Он лишь сильнее прижимает её к груди.

* * *

Ненависть с новой силой прижимает сердце, заставляя сжать руки в кулаки. Генри ненавидел Уильяма за всё что он сделал. Больной ублюдок, почему он до сих пор считает его другом? Он убил его дочь! Он убил пятерых детей! Он не достоин жизни! Почему же Генри всё ещё жалеет его в глубине души? Глухой металлический звук разрывает гробовую тишину, перебиваемую только треском пламени. Мужчина невольно дёрнулся. - Ты размышляешь о том какой же я урод? Генри понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это с ним заговорил Уильям. - Не думаю, что хочу отвечать на этот вопрос, Уилл. - его голос подрагивал от волнение которое накинулось на него большой волной. - Это больше не моё имя. - Мне привычные называть тебя так. - Не думал, что ты со мной заговоришь после того, что я сделал. - Я тоже не знал, что буду разговаривать с убийцей моей дочери. Голова кружится - Почему же ты стоишь тут, напротив меня, а не идёшь к Чарли? - Я не знаю. - это было чистой правдой, Генри не знал что держит его здесь, почему он общается с ним как не в чём не бывало. Воздуха не хватает - Наше время на исходе. - Я знаю. Поэтому хочу сказать тебе кое- что. Ноги подкашиваются - Я давно тебя простил, Уильям. Я рад, что знал тебя и мне жаль, что всё закончится именно так. Прости меня если я когда-либо делал что-то не так.- Эмили чувствовал что задыхается, но ему было важно, чтобы Уильям услышал эти слова. - И ты прости меня, Генри.