Jisung's little dream

— Ты светишься будто ребенок, — хихикает Минхо, что смотрит на слишком счастливого Джисона, который буквально вприпрыжку идет рядом. У Джисона нет возможности ответить из-за неприятного ощущения во рту, поэтому он просто активно кивает головой. А возможности сказать что-то у него нет по простой причине — прокол языка. Это была маленькая мечта Джисона еще с подросткового возраста. Еще лет в пятнадцать он понял, что когда-нибудь обязательно сделает себе такой вид украшения. И долго он ждал прежде чем решиться на это: сначала не позволял возраст, потом Джисон слишком заинтересовался татуировками и делал только их, а после ему просто стало страшно, ведь прокол языка не самый простой вид прокола. А Минхо, парень Джисона, с которым они в отношениях уже несколько лет, и который принимает все хотелки своего парня, просто был рядом, помогая решиться на все. Именно он был тем, кто записал Хана к пирсеру и тем, кто буквально за ручку отвел его в салон. И сейчас он наблюдает за счастливым младшим и радуется сам. — Ты же понимаешь, что дальше будет вообще не просто? — интересуется Ли, вспоминая все наставления мастера перед самим проколом. Да и Минхо успел до этого покопаться в интернете и изучить данный вид прокола, ведь ему в дальнейшем ухаживать за младшим. — Все будет отлично! — кое-как выговаривает Джисон и продолжает счастливо улыбаться. Но вот отлично было не все. В тот же вечер у Джисона опух язык, он вообще не говорил, потому что сразу начинал испытывать невероятную боль, и просто было неприятно. Особенно есть, а Джисон есть ой как любил. Он с трудом смог съесть даже бульончик, что приготовил ему Минхо, потому что прокол неприятно ощущался. На второй день было лучше, Джисон мог немного говорить и есть стало чуть легче. Хан понимал, что это все ради его мечты, с которой он жил так долго. Что спустя время, когда свежий прокол перестанет болеть и заживет, он будет радоваться тому, что сделал его. А пока у него в голове проскакивают мысли, что не нужна ему эта глупая сережка во рту, а Минхо просто держит его в своих объятиях.

***

      Джисон впервые в жизни радовался тому, что время идет невероятно быстро. Потому что у него есть полная уверенность в том, что если бы оно шло очень медленно, то он бы точно достал эту долбанную штангу из своего языка. А так, он сдержался, потому что язык больше не болит и прокол в принципе уже зажил. Наконец-то Хан может питаться привычной пищей и не беспокоиться, что с проколом будет что-то не то. Наконец-то он может спокойно целоваться с любимым и не бояться, что будет что-то не так. Прошло больше года с момента прокола и Джисон невероятно счастлив. И наконец-то он может узнать кое-что, что интересовало его все это время, а может даже больше. Как только в языке Джисона появилась непривычная ему ранее штанга, в его голову пришла мысль: а каково это сосать с этой штуковиной во рту? Эта чертова мысль вообще не выходила из его головы, особенно когда прокол больше не беспокоил и они могли спокойно целоваться, наслаждаясь друг другом. И Джисон решил узнать все на практике. Именно поэтому он прямо сейчас лежит на их кровати, активно отвечая на поцелуи своего парня. Минхо нависает сверху, жадно целуя младшего, руками блуждая по горячему телу под собой. Минхо не дали и секунды, чтобы опомниться сразу после того, как он вышел из душа; Джисон сразу утянул его в спальню, откидывая ненужное полотенце с бедер старшего. Но он и не был против, он невероятно соскучился по ласке от своего парня. Минхо рычит, когда младший резким движением переворачивает их, оказываясь сверху на больших бедрах любимого. Ох, как бы сильно он хотел объездить их прямо сейчас, но у Джисона другие планы. Он медленно спускается на пол, оказываясь прямо между разведенных ног любимого человека. Минхо внимательно наблюдает за младшим, тяжело дыша от уже нахлынувшего возбуждения. Маленькая ручка Джисона поднимается по бедру, щекоча его, оказываясь в опасной близости от паха. Но Джисон будто издевается, не прикасаясь к полувставшему члену. — Хватит играться, — просит Минхо, когда ощущает мягкие поцелуи на своих бедрах. — Нет сил терпеть? — издевается младший, оставляя один засос на внутренней стороне бедра, — а я же еще ничего не сделал. А у Минхо есть на это объяснение — он слишком давно не чувствовал губ любимого где-то ниже его рта, потому что из-за прокола ему нельзя было делать буквально ничего такого, чтобы не вызвать болячек во рту. Поэтому Ли и реагирует так резко на горячие поцелуи на своих ногах, потому что за столько времени он успел отвыкнуть. Но больше всего ему хочется ощутить эти чертовы губы на члене. И Джисон будто слышит его мысли, потому что в следующую секунду он погружает в рот головку. Минхо громко выдыхает, когда ощущает жар вокруг себя, а после что-то непривычное. До него быстро доходит, что это шарик от пирсинга, который прямо сейчас Джисон толкает прямо в уретру, заставляя Минхо громко застонать. — Черт, — шипит Ли, пока младший сильнее насаживается на член, доставляя странные, но приятные ощущения давления от сережки пирсинга. Джисону нравится. Джисону нравится насаживаться на член любимого, помогая себе рукой у основания, нравится играть шариком от пирсинга, создавая дополнительную стимуляцию. Джисону нравится слушать стоны старшего и ощущать руку, что моментами оттягивает корни, в своих волосах. Это то, по чему скучал все это время Хан и он рад, что наконец может доставить удовольствие любимому. Минхо тоже невероятно скучал. Скучал по ощущению тепла вокруг своего члена, скучал по невероятному ощущению внизу своего живота. Скучал по тому, как он вплетал руки в темные волосы младшего, заставляя ускориться и сосать быстрее. Скучал по тому, как он переставал сдерживать себя и самостоятельно вбивался глубоко в горло Джисона. А тому это нравилось, он спокойно принимал все то, что давал ему старший, пуская как можно больше слюней для лучшего скольжения, и моментами сжимал горло для дополнительных ощущений. А прямо сейчас, спустя год после прокола у Джисона, когда он не мог просто доставлять удовольствие своему парню, ко всему этому добавился еще и пирсинг. И этот шарик и правда доставляет удовольствие старшему. А Джисону он совершенно не мешал: он думал, что от быстрых движений штанга будет мешаться или приносить неприятные ощущения самому Джисону, но это оказалось неправдой. И Джисон в очередной раз убедился в том, что он не зря сделал этот пирсинг. — Сожми горло, малыш, — просит старший, сильнее хватаясь за волосы Джисона и начиная глубже вбиваться. А младший повинуется: цепляется за бедра любимого, сжимает горло и покорно позволяет парню использовать себя. Хочется доставить за весь этот год удовольствие, хочется ощутить на языке горячее семя. А Минхо и правда приближается к концу. Жар вокруг члена, горло что сжимает его каждый раз и приятное давление от шарика по всей длине приближают Ли к крайней точке. И Минхо не сдерживается: дышит глубоко, стонет громче, сжимает волосы младшего в своей руке и вбивается быстрее. Он гонится за собственным оргазмом, понимая что ему позволяют это сделать. Хану плевать сейчас на свой член, который неприятно сдавливает шов от домашних шорт. Ему плевать на собственный оргазм, который он не сможет получить сегодня. Ему главное сделать хорошо любимому. — Черт! — рычит Минхо, ощущая как сил сдерживаться больше нет, — давай, милый, прими все! А Джисон принимает: расслабляет горло и ощущает горячую жидкость, что стреляет ему в горло. Он принимает абсолютно все, проглатывая. А после аккуратно выпускает член изо рта, довольно улыбаясь самому себе, потому что Минхо прямо сейчас лежит с закрытыми глазами и пытается прийти в себя. — Ты демон, — наконец выдыхает Ли, слыша в ответ довольный смех младшего. А Джисон убедился, что не зря мучился целый год с этим пирсингом в языке, потому что он может доставить такое удовольствие любимому мужчине.