Играя злую шутку

Бинтованная скумбрия Печатает… — ей, гном, тебе что-то из дома нужно? — только вещи не вздумай сейчас собирать, скумбрия, ты заехал за деньгами — ну ещё за кольцом — не поверю, что ты реально купил его, пока не увижу — чуя, ну как ты с таким-то недоверием к миру живёшь?! — сказавший это, явно смеётся. — советую тебе поторопиться, а то без тебя улечу — хах, это будет грустная картина — давай уже, я серьёзно — люблю тебя, милый чуечка — я тоже, придурок, однако это не даёт тебе право долго возиться Закончив перепалку, удовлетворённо ухмыльнувшись надеясь на эффект сих сообщений, рыжий парень присел на ограду парковки и закурил. Сумерки уже вошли в силу, и свет фар, ограждений и исходящий из здания сзади немного слепил и не позволял вдоволь насладиться наступлением темноты. Гремели чемоданы, люди куда-то спешили борясь с непобедимым временем, те кто отправлялся в командировку выглядели солидно и напряженно. Но вон семья с двумя детьми, родители выглядят усталыми, но счастливыми, а дети воодушевлёнными. Это второй тип спешащих — «в отпуске». Хотя хотя куривший не мог полноценно относиться ни к первым, ни к вторым он всё равно чувствовал себя «в своей тарелке». Это пожалуй первый раз когда ещё в начале дня он и представить не мог, что окажется в таком месте. Чуя никогда не делал чего-то настолько романтично-глупого всю жизнь. Ему всегда казалось такое, бессмысленным и детским. Но когда три часа назад это предложил поступило это предложение, Накахара почувствовал себя так воодушевлённо, что не смог отказаться. 7 вечера Музыка давила на уши, яркий неестественный неоновый-розовый свет на глаза, а пьяные танцующие, целующиеся в уголках зала люди на моральные ценности. Кто-то чувствовал себя в подобных местах как рыба в воде, кто-то терялся. Здесь была своя дикая, местами необузданная атмосфера. Сидя в удивительно шумном для столь раннего времени клубе, Осаму снова и снова падал в свои размышления и невольно постоянно кидал взгляд в другую сторону клуба, где и стоял объект его внимания, человек так легко захвативший его. Но при этом он продолжал вести дружелюбную беседу с Ацуши, который иногда, в том числе сейчас, хоть и не со зла, не осознавал, что не интересует собеседника. Рассматривая любовь всей своей жизни, Дазай отметил свой неплохой вкус. Расслабленная поза, дерзкий, бросающий вызов взгляд светло-голубых глаз, таких в которых можно утонуть, достаточно широкие относительно роста плечи, длинные нарочно неаккуратно прихваченные резинкой волосы. Перечислять можно бесконечно. Бармен, который подозрительно долго наливал им напитки, приблизился и что-то прошептал, попутно потянулся рукой к щеке Чуи. Еще секунду назад совершенно спокойный парень вскочил и уже было направился к стоящему за стойкой планируя указать свою территорию. Очень НЕ по-собственнический. Однако заметил, что объект его воздыхания уже справился сам. Он крепко держал крупного, метра с 2, ошарашенного бармена и с той же дерзкой улыбкой что-то говорил. Да так, что тот даже немного побледнел. О боже. Он идеален. Ведь Дазаю даже не надо на всех собачиться, показывая где раки зимуют. Накахара справляется с этим лучше. Не сводя взгляда с несущего бокалы Чуи, наблюдающий немного потерялся во времени. К черту время, если ему для счастья достаточно созерцать этого прекрасного мужчину, так зачем вообще делать что-либо ещё. От сего занятия его отвлёк вышеназванный мужчина довольно болезненным щелбаном выводя из раздумий. — Ты в вену попал или как? — На удивление Накахара не выглядел раздражённо, скорее саркастично. Поддавшись мимолётной нежности Осаму обнял его и даже немного приподнял над землёй. Рыжий же слегка ошалев от подобных порывов сначала застыл в ступоре, а затем не очень сильно ударил по спине — А, ну отпустил, я похож на плюшевого медведя?! — голос звучит раздражённо, но Дазай же знает, что только потому что Чую просто бесит его собственная реакция, вроде быстрого сердцебиения и волнительных вздохов. И, о господи, он правда думает, что это никто не замечает! — На злую, рыжую чихуахуа! На первых порах пытаясь отбиваться рыжий всё же терпит поражение. Конечно ведь его противник использует жульническую тактику, нет бы сразится нормально. Без вот этих ваших «соблазнений». Когда Осаму без предупреждения, крепко держа Чую заваливается на кресло, располагая застигнутого врасплох парня сесть на колени, слышаться удивлённо-испуганный вскрик. Минута в свободном падении. И, вот они в пункте назначения. Очень удобно, особенно рыжему. Хорошее, комфортное кресло, спасибо производителям, хотя на лице благодарности не видать. Даже странно, что «кресло» до сих пор живо с таким-то рискованным поведением. Вновь получая удар по плечу, Дазай счастливо смеётся. Так глупо, посреди бара и кучи знакомых и незнакомых людей. — Ты точно дурной. Какой ужас мне попался поехавший парень, а можно перевыбрать? — Накахара закатывает глаза и снова ударяет «дурного». — Увы, нет, а мне достался парень, который меня бьёт, представляешь? — Дазай откровенно смеётся хоть и составляет деланно-обиженный вид. Как странно один человек может изменить всю жизнь. И при этом всё ясно в случае, когда жизнь меняется в худшую сторону, но чтоб в лучшую… Вспоминая это странное знакомство, оба смеются от того как сильно вроде изменилось отношение друг к другу, а вроде нет. Осаму встретил этого злюку пару лет назад и со всей смелостью можно сказать, что знакомство не задалось… Два года назад Чуя Накахара искал аудиторию, где должна пройти их вторая пара, когда почувствовал не то тревожное, не то возбуждённое настроение толпы вокруг. Такое бывает, когда нечто не очень хорошее, но очень необычное происходит и никто не хочет показаться сплетником, но обсудить: «Я конечно не осуждаю, но…». Спешащему было не очень интересно, кто именно ещё не вырос из школьных пакостей и умудрился что-то натворить в первый день. Наверняка это граффити или ещё какой детский прикол. К Чуе подбежал его недавний знакомый Рюноске. Мрачный парень-гот относящийся к вселенной с неким презрением, этим он в каком-то смысле и понравился, никакой болтовни ради болтовни, сейчас тот выглядел на удивление взволнованным. — Слышал, что произошло? — стараясь отдышаться, ибо судя по всему бегал он чуть ли не впервые сказал Акутагава — Нет и я не очень хочу знать — они шли по по лестнице наверх, как сказали какие-то старшекурсники, там должна быть аудитория философии. — Это не полоумные, которым просто нечего делать. Кто-то попытался повеситься в кабинете, куда мы направляемся сейчас — да, он действительно взволнован. — По мне это одно и тоже, в смысле те кто пытается повеситься, тоже просто привлекает внимание. Даже дураку понятно, что в таких ситуациях надо идти к врачу. Люди которые это не делаю, просто не выросшие подростки — конечно, даже для самого Накахары это звучало довольно грубо и апатично. Но такова была истина. Ну или Чуя просто чего-то глобально не понимал в жизни. Ну что у человека может произойти ТАКОГО, что в жизни не останется смысла, кроме физических страданий разумеется. Вот именно ничего. Акутагава явно поражённый подобной не то что холодной, даже осуждающей реакции нового знакомого. Нет, конечно он знал что вряд ли Накахара начнёт охать и ахать со словами: «Бедненький мой мальчик, зачем же его ругают». Но не настолько же. Видимо там какая-то реально личная история. Недавние знакомые подходят к ставшей за минут 5 удивительно популярной аудитории и стараются пробраться сквозь шепчущую толпу внутрь, когда в обратную сторону немного бесстыже расталкивая всех вокруг с улыбкой " Я заставлю тебя хохотать и кончить от одного моего взгляда " проходит парень. Он довольно высокий для японца с красивым лицом, тёмно-каштановыми волосами и глазами в цвет. Можно сказать весьма недурен собой. Настроение толпы меняется, перешептывания превращаются, а на проходящего устремляются все взгляды. А Чуя, коего он задел плечом, лишь говорит негромко: -Хам — на что получает ответ, от стоящей рядом девушки. — Это же Дазай Осаму, тот кто пытался повеситься — в её тоне сквозит тревожность и заинтересованность, она оборачивается и прямо за спиной видит вышеназванного, пожалуй его улыбка сейчас это самое раздражающее, что Накахара видел в жизни. — Хах, я что знаменитость теперь? Хам? Интересно Девушка красная и спешит удалиться с места, благо основным объектом интереса оказывается рыжий, который раздражённо отвечает. — Как жаль, что ты мне не интересен — Да что ты? Что же сей очаровательный хоббит тут забыл? — нет это не улыбка, ухмылка. — У меня здесь пара, зачем я вообще с тобой разговариваю… — Как хорошо, что у меня тоже — ну вот на кой этому суицидальному придурку сдался Чуя? — Как такой идиот как ты мог вообще окончить первый класс? — Ну вот, ты судишь обо мне не зная кто я, как обидно, хотя нет. Мне нравится — последняя фраза прозвучала как приговор. За довольно богатый опыт Чуя научился как с ними быть. Вести диалог бесполезно, надо ретироваться. Собственно так он и поступил. Но настойчивый собеседник кажется не понимал намёков, как только рыжий выбрал место он с серьёзным видом сел рядом будто каждый день так делает. Что ему может быть нужно. Чуя отвернулся с стал слушать лекцию, так словно не засыпал от одного тона преподавателя. Прямо мистер Бинз, жаль только не призрак. Спустя минут пять лекции Накахара почувствовать тычок в плечо и посмотрев на раздражителя увидел лежащую на столе записку, а сам парень смотрел на препода так же как Чуя секунду назад. В записке гасилось: «скучно, тебя собственно как звать или предпочитаешь гном?». Странно, но так и началась странная дружба между этими двумя. Поначалу рыжего заинтересовало почему всё же несмотря на все грубые попытки оттолкнуть Дазай всё же продолжал писать и постоянно начинать разговор. Обычно в таких случаях люди отставали или даже обижались. И вообще он оказался не самым простым в понимании человек, с одной стороны типичный «аля самый популярный мальчик в школе», с другой его пристрастия к суициду не заметить мог разве что слепой. Но вот причина была совсем не очевидна. Да и «типичным суицидальным подростком» как в первый раз увидев подумал рыжий не назовёшь. После того случая в аудитории Осаму с самым спокойным лицом предложил повеселиться в баре. Чуя же привлёк своим (как бы банально не звучало) характером и взглядами на жизнь. Рыжий комок злости был сам по себе её олицетворением. Он каждую секунду что-то чувствовал, ярко реагировал на любое воздействие. До Накахары Дазаю казались подобные люди глупыми и наивными, но ведь тот с кем он познакомился вовсе не был таковым. Вообще странная получилась парочка, буквально противоположности, на курсе большинство спорили, а всё-таки они друзья или нет. Конечно всё началось не сразу после той записки на паре по философии. После неё было ещё парочка драк (хотя скорее избиений), переломным моментом наверное можно считать вечеринку одногрупницы Чуи Кэти Саммер, та была довольно популярной, но весьма раздражающей особой и к тому же очевидно по уши влюбилась (Накахара бы даже употребил такое детское слово как втюрилась) в Дазая, хотя в это она была не одна. Суицидник был довольно популярен у противоположного пола. Саммер пригласила буквально пол университета, не позвав только тех кого считала врагами. Даже несколько молодых профессоров там были. Рыжий пошёл туда лишь из-за того что Осаму, которого позвали как категорию «особых гостей», аргументируя это: «Ну мы же много общаемся и вообще…». Хотя признаться Дазай об существовании Кэти знал лишь со слухов вроде: «Да дочка чья-то, господи, её родители жертвуют кучу бабла универу, вот на её пропуски и закрывают глаза». В целом Осаму был не против побыть «особым гостем», но только в весёлой компании. Ведь он давно понял, что к рыжему его тянет не просто так. Благо его +1 согласился, хотя его как и пригласившую пришлось по уговаривать. Короче именно так они получили особую привилегию в лице возможности заночевать в доме и прийти раньше. В 7 вечера Чуя стоял на балконе пенхауса и курил, ибо двумя минутами ранее его выгнали из комнаты с криками: «Фу, не воняй тут». Его веселило то, как Кэти проявляла свою неприязнь, при этом при Дазае становилась милейшей девушкой. Алкоголь ужу принесли и «особые гости» (в числе которых были подруги хозяйки и парни с которыми они судя по всему хотели встречаться) были удостоены чести попить довольно крепкое, люксовое вино. Хотя Накахара-то знал, что-то что они пьют называется портвейн. Наблюдая за закатом и размышляя о том, что вечеринка только начинается, а он уже чувствует себя непривычно легким и расслабленным, курящий не заметил как за спиной скрипнула дверь и некто вышел к нему — Чу-уя, ты что тут один грустишь, неужели злую чихуахуа не принимают в компанию? — Что-ж это было очевидно, кто же ещё будет искать его. На удивление, несмотря на смешливый тон взгляд у вставшего сбоку шатена смотре куда-то в даль. Его что тоже вштырило? — Я прятался от одной крайне надоедливой персоны, но она меня нашла — сказавший закатил глаза, ему почему-то очень польстила мысль, что вместо проведения времени с воздыхающей по нему девушкой Дазай пришел к нему, это дорогого стоит. В ответ он молчал, это было очень необычно и немного напрягло Накахару. О чём же ты думаешь… Последние лучи солнца угасали за горизонтом, но по прежнему оставался лишь приятный прохладный ветерок, но никак не холод, зима ушла. Он нёс с собой запах майских сумерек и приятно играл с волосами. Пожалуй вовсе не алкоголь, а этот шаловливый приятель приносил философские мысли. Дул в лицо возвращая сигаретный дым оскорбительным тоном говоря: «Я и так пахну выхлопами, оставьте хоть на 25 этаже, после дождя свежий воздух. Ну пожалуйста». А вдруг люди на самом деле бросают курить. Потому что жалеют ветер, это звучит в духе «Маленького принца». Они простояли так ещё минут пять, пока молчание совсем не надоело Чуе и он не сказал: — А ты чего не веселишься со всеми? И не переиначивай вопрос на меня, я жду более «свою» компанию — в попытке избавиться от странных мыслей и образов проговорил Чуя — Я тоже ищу «свою» компанию. Уже нашёл — последнее было сказано так тихо, что собеседник услышал лишь бормотание. Когда Дазай бесстрастно повернулся и забрал сигарету, а после закурил её рыжий удивлённо повернулся к нему. Они стояли очень близко друг к другу и Накахара почувствовал, что не в силах сказать что-либо, ибо когда попытался дыхание сбилось. Черт, наверное со стороны это выглядело глупо и смешно. Вот чего на самом деле добивался ветер. Лиц обоих уже почти не было видно, а потому Осаму не мог сказать как именно отреагировал Чуя на его порыв. Он почти не был пьян и подозревал, что когда рыжий протрезвеет то воздаст ему за это. Возможно это пошатнёт их дружбу. Плевать. Хотя нет, всё-таки на трезвую голову он бы на такое не решился… — Что? — еле выдыхает застывший Накахара, вспомнивший слова. Но его реплику прерывают. Чуя чувствует как тёплые, пахнущие также, как и его губы прижимаются к нему. Сначала его глаза широко раскрыты, и он стоит неподвижно стоит. Но новый порыв шаловливого ветра заставляет его прикрыть голубые глаза, ибо день закончился и небо сменило цвет и прильнуть в ответ. Накахара чувствует чужие руки на спине, слегка приподнимающие его, а сам хватается за воротник шатена. Поцелуй из неуверенного слабого касания превращается в страстный. Рот слегка приоткрывается и рыжий чувствует как чужой язык переплетается с его. В голове не остаётся ничего. Телом он старается вжаться в Дазая, не открывая глаз. Сейчас не нужны мысли, они будут лишь мешать. Сейчас важен лишь ветер, который невольно начал совсем другой ураган, сто крат сильнее него. Такого Чуя ещё ни разу не чувствовал, никогда не терял голову от простого поцелуя. Простого? Нет, совсем не простого. Дазай понял что потерял голову почти сразу, мало кто вызывает у него сильное желание общаться, а этому удалось. Он давно невольно, как влюблённая в айдола девочка, мечтал как поцелует его. Но сразу за этим, подобно тому как девочка осознаёт, что вряд ли встретиться со своим кумиром, осознавал, что это разрушит их общение напрочь. Возможно Возможно, даже его возненавидит, а Осаму всё же думал как будет разъясняться в своих чувствах. Влюблённость делает из людей дураков. А из двух пьяных влюблённых пару. Чуя отрывается, когда начинает задыхаться, а после лихорадочно глотает воздух, то ли осмысливая произошедшее, то ли пытаясь что-то сказать. Он раскраснелся, губы приоткрыты, но почему-то чувствует ликование. Причина «ликования» же снова смотрит на него и протягивает руку зовя обратно на место вечеринки. Накахара не понимал что это вообще было. Ему понравилось? Почему? Да быть такого не может, чтоб ему реально нравился этот бесящий кусок… Ладно, тут справедливо можно сказать, что секунду назад мысли были другими. Но когда Дазай смотря исподлобья протягивает руку, будто зовя на танец, он просто не может удержаться. Одного его взгляда достаточно, чтобы рыжий вспомнил, как держал его за воротник, а тот обнимал обоими руками. И Чуя решает, что к чёрту всё, думать он будет завтра. В конце-концов, нельзя что-ли иногда расслабиться? Всё произошедшее далее помниться Накахаре смутно. Вот они держась за руки, улыбаясь как идиоты подходят и берут что-то в домашнем баре. Кажется ром? Или какой-то коктейль? Вот кружат на танцплощадке не в такт музыке, прижавшись к друг другу. Толпа вокруг шумит, общается. Интересно их кто-нибудь замечает. Не разглядеть. Вот снова прижимают друг к другу в какой-то комнате. Губы исследуют шею, а руки по очереди расстёгивают рубашки. А затем… Чуя проснулся от слепящего глаза света идущего с окна. Он чувствовал себя умершим. Хотя, наверное, мертвые всё же чувствуют себя лучше, ведь если в твоём организме прекращаются все процессы, значит ни желудок, ни голова не проявляют такой активности. Так, стоп. ОН ВООБЩЕ В КАКОЙ КОМНАТЕ? Та, что ему выделили была на порядок меньше. И самое главное Кто его сейчас обнимает сзади?! Тёплые нежные руки и лицо вжимающиеся в спину. Если бы не контекст, то рыжий счёл бы это приятным. На Накахару потоком хлынули воспоминание прощедщего вечера. Ну, те что были. Он целовался, а потом танцевал с ДАЗАЕМ. Не с какой-нибудь девушкой или уж на крайний случай с симпатичным парнем (он выбрал не просто симпатичного), а с этим придурком. Всё, что произошло дальше осталось белым туманом в памяти, но подробнее изучив ощущения в собственном теле, а также обнаружив отсутствие одежды, Чуя понял, что оправдались его худшие предположения. И КАКОГО ЧЁРТА ОН ДО СИХ ПОР ЛЕЖИТ В ЕГО ОБЪЯТИЯХ?! Накахара вскочил, тем самым разбудив до сих пор мирно сопящего Осаму (который начал издавать звуки мучений) и с криком ужаса, словно это поможет убежал в ближайшую дверь. Он до сегодняшнего дня считал что отдельная ванная на каждую спальню это не нужная роскошь. Что же, теперь он однозначно благодарит богов за то, что люди проектировавшие этот дом приняли решения остановить таковые здесь. Не хотелось оказаться голым в общем коридоре. Пытаясь отдышаться и устранить панику в душе, рыжий повернулся к зеркалу и посмотрел в него на себя. Только бы не сигануть и не разбить его. В конце-концов, что в этом такого. Действительно, блядь. Так нужно прийти в себя и всё осмыслить. Во-первых он бисексуал. Не гей уж точно, в сексе с девушками особо проблем раньше не было. Но почему именно он. Неужели его пьяному мозгу нельзя было избрать кого-нибудь другого. В голову невольно приходило осознание, что Дазай всегда казался ему довольно привлекательным. Обычно Чуя думал об этом в другом контексте, что-то вроде: «Только внешность и обаяние этому придурку и поможет». Тот факт, что с ним можно весело проводить время Накахара понял уже давно. Осаму довольно неплохо уравновешивал и как-то умудрялся терпеть его раздражительный и порой слишком дерзкий характер. Это не меняет того факта, что Дазай его бесит. Это было то, что рыжий рассматривающий сейчас своё лицо в зеркале мог признать. Однако он попросту не мог влюбиться. Пожалуй главной причиной сего отрицания был то факт, что Чую всегда раздражали девушки у них на курсе, которые носились за Дазаем (может это была ревность), они казались глупыми, ибо по мнению Накахары велись на внешность и обаяние. Но получается он такой же. Им с Осаму надо поговорить, но не сейчас. Вопреки мыслям в дверь кто-то, хотя почему кто-то, Дазай с силой забарабанил. Либо Чуя занял ближайшее место, куба блевать, либо он настроен на разговор. От громкого стука и похмелья раскалывалась голова и хотелось заорать чтобы он по крайней мере заткнулся на пару часов. Удобно когда на замену моральным мучениям есть физические. — Чуя, открой блядь, не веди себя как ребёнок, давай поговорим — голос не звучал прямо-таки испуганно или напряжённо. В голосе не слышалось того, что чувствовал Накахара. Он скорее был… Настороженным. Таким голосом прощупывают почву. Рыжий прислонился губами к крану жадно глотая воду, а затем услышал следующую реплику: — Я могу всё забыть, если так будет проще… А будет ли? Хочет ли Чуя всё забыть? Нет, он сейчас не в том состоянии, чтобы принимать такие решения (хотя отголоском здравого смысла он всё же понимал, если бы всё было бы так как он хочет, то сомнений бы не возникало), а потому он сделал самое подающее надежды действие, которое только мог. Во первых открыл дверь, хотя это было сделано скорее с практическим посылом — кто-то же должен держать его волосы. А во-вторых сказал: — Не сейчас, дай мне всё обдумать — как только он открыл дверь, сразу же отскочил, будто открывает вольер с диким животным. А после кинулся к туалету и вырвал, Дазай в кое-то веки сделал всё нормально и подержал волосы, хотя судя по всему и его не хило потрепало похмелье. — Ладно, но…- нет он не скажет этого сейчас. В голове Осаму помимо мысли: «Неужели, я окончательно разрушил нашу как будто возникшую дружбу?», крутились также: «Ему очевидно понравилось, пусть только физически, а значит наш гном не такой уж натурал и у меня есть все шансы». Хотя вероятнее всего рыжий всё же предпочтёт всё забыть. Что же в таком случае он так и сделает. Покорно сотрёт из памяти то, о чем мечтал уже несколько месяцев. Но, реакция, была далеко не такой однозначной. В этот раз у Дазая не просто есть все шансы, ему прямо-таки благоволит судьба. И он без сомнения примет её подарок. Но для него придётся быть терпеливым, что-же он умеет ждать… Чуя тем временам снова занял кран хлебая оттуда воду: — Свали, мне душ принять нужно — как удобно игнорировать тот факт, что оба и так голые — Эм, ладно — Осаму натянул на лицо прежнюю ухмылку, когда скользнул глазами по своему и Накахары телу, говоря эти взглядом: «Ты сейчас серьёзно? «. На это второй со смешанными эмоциями на лице вытолкнул того из душа, предварительно кинув, чтобы тот принёс полотенце и оделся. Это уже звучало не так неловко, как те реплики, что были до этого, но всё равно неловко. Дазай ликовал. Это абсолютный успех. Рыжий почти признался в собственном влечении, ну в своём стиле. Если бы не нравился он бы Чуя сразу ушёл и прервал всё общение. Но он не просто этого не сделал. Впрочем это можно повторять бесконечно. Накахара вышел из душа и молча ушёл, нет, он не игнорировал Осаму, просто не знал что сказать. Он ушёл, сопровождаемый не самым доброжелательным взглядом хозяйки дома. Пожалуй её идея воплотилась не совсем так, как задумывалась изначально. Кэти с шиперским блеском в глазах, лежащим прямо за раздраженностью проговорила: — И как, доволен? — видимо они всё же кому то помешали спать Но рыжий молча прошёл мимо, возможно полностью оборвав себе возможность в будущем подружиться с ней. Всё прошедшие выходные Чуя провёл в гордом одиночестве. В субботу, он как и хотел не получал сообщений и вечером, как перестало получаться отвлекаться с помощью похмелья, он отправился в спорт зал. Не то чтобы Накахара ходил туда прямо-таки часто, в квартире, которую он снимал была груша и её зачастую было достаточно. Но там не менее сейчас он бежал на дорожке, и всё же перестал откладывать неизбежный диалог с «внутренним я». И выглядел он примерно так: — Мне понравилось? — Судя по тому, что я помню да, это было…- тут он внезапно ловит себя на том, что почти сказал «прекрасно» и сразу же начал бежать агрессивнее — Нет, ну что за бред, мы еле-еле начали нормально общаться, какие отношения?! — Но я не могу не признать, что меня тянет к Дазаю не только как к другу — тут Чуя уже занимается на тренажёре, имитирующем греблю, и это не самое простое по физ нагрузке упражнение, так что думать становиться чуть легче. — Ладно, мне просто нужен ещё отдых Воскресенье тоже выдалось удивительно загруженным, если конечно не считать время подъёма, ибо открытие круглосуточных качалок — странное решение. Никогда не сильно заинтересованный в выполнении домашнего задания ещё в школе, Накахара внезапно взялся за ум. Прям не оторвёшь. Но к вечеру на телефон пришло сообщение, которое он с одной стороны ждал, а с другой совсем нет. Рыжему казалось, что если Осаму позвонит или напишет будет проще понять что-то он всё-таки чувствует. Каким бы упрямым Чуя не был, но он не ребёнок чтобы не осознавать, что если бы Дазай не нравится ему, то с его-то умением раздражать и активным пользованием этим умением, давно бы перестал общаться совсем. Сообщение гласило: «ты как? поговорим?» Но оно, как и несколько других похожих осталось не отвеченным. Примерно так прошли две недели, несмотря на воспылавший интерес к учёбе Накахара не ходил в университет вовсе, сказав, что приболел и всё время игнорировал сообщения Осаму. И именно поэтому он решил порешать дела конкретно. Конечно же заявиться в квартиру к рыжему и это вовсе не стрёмно. Зайти в закрытый жил комплекс и подъезд не составило труда. Вот с квартирой возникли проблемы. Сначала Дазай просто постучал, но отошел от глазка, дабы не выдать, что это он. Ноль реакции. Постучал громче и настойчивее — тоже самое, можно конечно ещё громче, но соседи могут выйти и прогнать его. А потому шатен применил самое простое, что с некоторой вероятностью вообще могло оттолкнуть Накахару от открытия двери: — Чуя, открой это я — он встал напортив глазка, знает ведь, что рыжий стоит и смотрит кто там. На удивление дверь открылась и «заболевший» стоял в проёме, не давая пройти, но и не прогоняя. Взгляд устремлённый на Дазая прикрывал чувство лёгкого смущения раздраженностью. — Чего тебе? — видимо он решил, что не званный гость обойдётся разговором на пороге или поймёт, что тут ему не рады. Толь вот рыжий не учёл, что с самого начала их общения Осаму не отставал, даже когда его били за это, возможно если бы оно так не было их дружба бы и не зародилась. — Впусти, ты не можешь всё время отсутствовать в универе, а то тут будет наша староста, а она жуткая. Но я благородно решил её подменить и спросить не умер ли наш очаровательный гном — Чуя попытался замахнуться и ударить его, но шатен ловко увернулся и пользуясь возникшей проплешиной юркнул в квартиру и устремился куда глаза глядят. Накахара кинулся за ним, Дазай оказался валяющимся на ЕГО кровати на животе двигая ногами в воздухе и выглядя просто СУПЕР довольным. — Ты попросил время, я дал его тебе, но все-таки надо же продолжать жить — на самом деле у Осаму просто появилось крайне неприятное, невиданное до селе чувство, будто рыжий перестал ходить на пары из-за него. Раньше такого никогда не было, и хоть головой он понимал, что не несёт ответственности за решения того. Собственно если бы не это он бы дал больше времени, как эгоистично. У Чуи внутри творился ад. С одной стороны он понимал, что этот диалог рано или поздно состоится, а с другой не был готов. Как к такому вообще можно быть готовым?! Сейчас он неудобно мялся с дверном проёме собственной спальни не зная, что сказать. Это было похоже на постановку в театре. Оба понимают к чему всё идёт, но не решаются начать. Дазай — потому что несмотря на всё не хочет давить. А Накахара — хоть и вроде понял, что чувствует, но всё рано не решается. Он проходит в комнату и как только подходит к кровати потянув за запястье, его вынуждают сесть. Надо признаться, что это первая нормальная влюблённость обоих, не первые отношения, но первая действительная влюблённость. Никто не знает как начать и минут пять оба лежат рядом на кровати без понятия, что бы сделать. А Чуя медленно хоронит свою возможность дать заднюю, и когда Дазай начал говорить: — Слушай, это перебор с неловким молчанием… Целует его. Резко тянет за воротник к себе под удивлённый выдох того. И опять страстно, с долей неуверенности, но Осаму прикрывает глаза от удовольствия перехватывая инициативу и садясь не разрывая поцелуя, а после руками сажает Накахару себе на колени. Это длиться бесконечно долго и бесконечно мало. И Чуя перестаёт жалеть о своём решении, он наконец чувствует, что всё и все на своих местах. Этот поцелуй глобально отличается от тех, что были на вечеринке. Те были неудержимыми и ведёнными страстью и некой возникшей химией. Эти же в свою очередь являли собой немой разговор двух сердец, медленным и спокойным, с осознанием того, что сейчас у них будет всё время мира на разговоры. Через неопределённое количество секунд они отрываются друг от друга. А потом долго пытаются разглядеть нечто в карих и голубых глазах. Это что-то отражается в радужке и вызывает лёгкую улыбку, заставляя чувствовать себя с одной стороны счастливыми, а с другой идиотами. Счастливыми идиотами. — Как же ты меня всё-таки бесишь, скумбрия — рыжий шутливо или нет? закатывает глаза. — Это значит «Давай встречаться?»? — Дазай приподнимает одну бровь и хитро улыбается. Ля, ну посмотрите на него, добился чего хотел и теперь ухмыляется. — Это то и значит, придурок На это Осаму смеётся и из сидячего положения переходит в лежачее, заодно потянув за собой и Накахару. Кровать маленькая и неудобная на двух человек, но оба рады что им приходиться прижиматься друг к другу. Весь день Дазай и Чуя неловко целовались, болтали и подшучивали между собой. Пару раз рыжий почти сумел столкнуть Осаму с кровати, но увы тот оказался чересчур цепким. Хотя забрать пиццу у курьера всё же сходил, а затем совершил великую ошибку, а именно попытался покормить Чую с рук. Теперь тот стал пытаться столкнуть шатена ещё яростнее. Вечером Дазай остался ночевать у рыжего. В таких вечерах, взаимных подъёмов и прошло всё время до тех знаменательных посиделок в клубе … Настоящее время 7 вечера Теперь уже Чуя уставился в стенку и слабые эмоции вроде вздохов, закатывания глаз и усмешек сменялись на его лице. Это выглядело со стороны немного странно и было не в его духе, при чем парень продолжал сидеть на коленях у шатена, сейчас на них уставились Ацуши с Акутагавой, которые умудрились начать разгорячённый спор, хотя сегодня вечером удивительно ладили. Это вообще был удивительный вечер, один из тех, что меняют жизнь, как тот на вечеринке Кэти. Они настигают внезапно резкими поворотами судьбы не спрашивая готов ты к ним или нет. Кто-то рад им, ибо судьба работает на него, кто-то потому что любит её сюрпризы. Но есть и те кто не желают подчиняться её хитроумным играм. Таких людей зовут сильными, но не всегда сопротивление разумно. Если попытаться принять что на нашу жизнь влияют не только факторы, которые мы можем принять, то можно очень облегчить себе такие вечера. — Эй, тюлька, ты сам-то не под кайфом — Дазай помахал рукой перед глазами застывшего, на что тот схватил его за запястье и попытался вывернуть — Размышлял над тем, где тебя похороню — Главное, чтобы рядом с тобой — шатен снова потянулся и обнял рыжего, на что тот стукнул его по плечу. Рюноске отвернулся с непонятным выражением лица, он был одним из тех, кто чувствовал себя неуютно в такой весёлой атмосфере — А МОЁ МНЕНИЕ ВООБЩЕ УЧИТЫВАЕТСЯ?! — теперь Чуя звучал не то что возмущенно, даже оскорблённо. Затем на несколько секунд наступила тишина, каждый думал о своём и в самый неожиданный момент Дазай сказал: — Слуушай, Чуя, а выходи за меня замуж — теперь не только сидящие с ними за одним столом, но и все кто это слышал или имел знакомых, которые слышали обернулись, взгляд тех напоминал взгляд в ситуации, когда слышишь отрывок чьего-то сериала, который без контекста звучит странно. Но сейчас контекста не было… — Ты обалдел?! Совсем тронулся?! — Да, а почему нет? Кольцо у меня дома лежит. Могу его принести, если это повлияет на твоё решение — Ты еще и кольцо купил, идиот?! Как вообще можно было додуматься сделать это именно сейчас?! Да и вообще может я не хочу выходить за тебя, а ты с такой уверенностью тут говоришь — Накахара ударил смеющегося парня по плечу — А ты разве не хочешь? — он хитро улыбнулся — Хотя ты прав, это какое-то неромантичное место, погнали в аэропорт — Ты собираешься обручаться в аэропорту, совсем дурной?! — Ну вот видишь, а ты уже согласился, а то «может я не хочу», «может я не хочу» — теперь Дазай уже почти откровенно смеялся, а затем взял руку рыжего в свою и поднёс к губам, после чего прошептал изменившимся голосом, Чуя еле услышал того — дурашка, мы купим билет куда-нибудь, в один конец — С чего ты вообще взял, что я соглашусь куда-либо с тобой уехать — сейчас в нём трепетали две эмоции, возмущение и что-то вроде смущения — умиления, в глубине души рыжий знал, что сейчас возможно предвидеться лучшая поездка в его жизни, но возмущение и умиление от такого открытого и показного действия всё же присутствовали — Ты собираешься переехать со мной что-ли? — Отправиться в долгосрочный отпуск, так ты согласен? — было трудно скрыть восторг в голосе всё-таки, несмотря на уверенность в согласии сомнения всё же присутствовали. — Ну, пожалуй мне будет полезно где-нибудь отдохнуть, но на какие шиши и куда? — это было самое странное что он решал в своей жизни, Накахара сейчас почти не был пьяным, вернее не от алкоголя. Это влюблённое опьянение накрывала его почти каждый раз рядом с Осаму и к ней у него была зависимость. Ну вот не может он ничего с сбой поделать! — О не беспокойся, у меня всё схвачено, только надо к себе домой съездить, как раз возьму кольцо — Ты что всё заранее продумал?! Знал, что я соглашусь?! — теперь Чую немного накрыло возмущение и он почувствовал себя ребёнком, чьи действия легко предугадать — Надо было отказаться из принципа — и тут подал голос Накаджима, который до сих пор сидел в ступоре: — Вау, поздравляю, Дазай-сан, Чуя-сан, это потрясающе — Ты что тоже знал, что он собирается это сделать?! — Милый Чуечка, это все кроме тебя знали — шатен ласково улыбнулся, даже когда получил щелбан по лбу — Мне приятны любые твои прикосновения, милый Чуечка — Еще раз так назовёшь… — А что тебе в «милом Чуечке» не угодило — но поймав просто убийственный взгляд со стороны рыжего всё же замолк, однако через мгновение продолжил — Мне надо заехать домой, как я и говорил, чтобы взять деньги и кольцо, а у нас самолёт через три с половиной час, а это по факту совсем мало времени — Я не верю, что ты реально купил кольцо — снова закатил глаза, когда-нибудь у Чуи они там застрянут… — Я уверен ты поверишь, когда я надену его тебе на палец возле алтаря — Осаму снова потянулся за поцелуем, но был почти сразу оттолкнут, потому лишь успел оставить невидимый след на носу — Не отшивай меня, я вообще-то целоваться хочу! — Ой, да заткнись уже — на самом деле просто Чую всегда смущали такие действия — Так, говоришь сколько у нас времени? — Чуть больше трёх часов… Они решили, что Дазай заедет к себе домой и возьмёт деньги, когда рыжий возразил, что вообще-то ещё нужны одежда, средства гигиены и без как минимум маленькой сумки им не справиться, тот ответил, что всё продумал и ему не надо волноваться об этом. И поскольку клуб находился ближе к аэропорту, Накахара должен был подъехать туда и по ходу дела купить билеты куда-нибудь. Изначально шатен присматривал один конкретный рейс в Нью-Йорк, но если на него не будет билетов, то подойдёт любой другой в крупный и туристический город. Но благо билеты остались. И вот он курит, сидя на ограждении и ожидая когда его сгонят полицейские следящие за порядком. Но у них именно в этот вечер нашлись дела по важнее. Чуя снова задумался, а точно ли это обдуманное и верное решение. Нет, уж точно не обдуманное. Более того, обычно такие внезапные браки хорошо не заканчиваются из-за необдуманности подобного серьёзного решения, но они никогда не причисляли себя к обычным. Наконец сквозь июльский зной стала пробиваться легкая прохлада. Ветер снова что-то нашептывал, верно был рад, что наконец сменил своего летнего брата и настало его время для шалостей. Для них давний приятель выбрал тучи, он крайне добр сегодня, многих спешащих домой трудящихся застанут начинающийся дождь или пройдутся по влажной земле вдыхая чистый от прибитой к асфальту пыли воздух, хотя работу с мрачными товарищами облаков начал ещё зной. С неба сорвались несколько относительно прохладных капель приземляясь на нос Чуи и туша сигарету. Что-то Осаму долго нету. Попал в пробку? Рыжий ждал его уже почти два часа, ему нужно поторопиться если они хотят успеть на рейс, регистрация уже закрывается. Прошёл ещё час. Дождь уже какое-то время лил желая утопить город. Выйти и не намокнуть было уже невозможно, а потому Чуя спрятался под ближайшим навесом. Теперь он уже прилично волновался, хоть и выглядел раздражённо. А вдруг ветер всё же решил учинить что-то и показать свою власть над людьми, вдруг что-то произошло. Предыдущие звонки на телефон жениха остались не отвеченными. Но Накахара всё же снова позвонил снова. Первый гудок, второй…и… Удача, ему ответили: — Скумбрия, ну ты там что, умер? — но в ответ послышался голос заставивший рыжего снова покрыться мурашками. Не Дазая, чужой. — Здравствуйте, вы ведь близкий Осаму Дазая? — Эм, да — серьёзный голос женщины смутил рыжего, но он был уверен, что это либо специфический способ извинится за опоздание, либо какая-нибудь шутка — Он попал в аварию и сейчас его оперируют по страховке, вы можете сообщить другим его близким? — несмотря на то, что именно сказала женщина голос её оставался спокойным, видимо ей часто приходилось заниматься подобной работой. Наверно отсутствие паники или ужаса в голосе, которые по всем канонам должны были появляться и подпитало уверенность Чуи, что это какая-то шутка. — Ахахаха, очень смешно, я конечно же поверил и дико испугался — он закатил глаза и слегка и слегка ухмыльнулся, представляя как сейчас Дазай выйдет из-за угла с разочарованным видом и будет думать, как жених его раскрыл — где тебя носит?! Пиздуй сюда — Извините, но не могли бы вы сбавить тон, это не шутка — теперь «медсестра» была раздражена, но в тоне оставалась вежливость — Хаха, это переходит границы, скумбрия — нет, это уже не смешно, это дико раздражает. Ну надо уметь принимать свои поражения, хотя глубоко в душе у рыжего было плохое предчувствие. К счастью он не был из тех, кто верит в предчувствия, а потому легко избежал ненужного волнения. — Молодой человек, я могу вам продиктовать адрес больницы в которую привезли пациента, если это требуется — Адрес больницы? Смешно, смешно, ну валяйте — видимо для него есть сюрприз, или это реально детский пранк, где его погонят в жуткую заброшку или на противоположный край города. Чуя немного удивился, когда на навигаторе под данным адресом оказалась реальная больница. Интересно. И выйдя из-под навеса. Он отправился искать такси. Не закончившийся дождь намочил шикарный клубный наряд, хотя теперь наверное это выглядело ещё привлекательней, а ещё такси будет стоить раза в два дороже, никто не хочет мокрый салон. В голове резко выпрыгивали неприятные и тревожные мысли, но подобна дельфина в дикой природе, стоило только их заметить как их хуже нет. И никогда не сможешь сказать видел ли ты дельфинов на самом деле или это игла волн и солнца. Через какие-то пол час он был на месте, обычная больница, самая близкая к аэропорту, не считая медпункта внутри него. Уставши улыбнувшись администратор на рецепшене ответил, что пациента ещё оперируют, а Накахара может прийти позже или подождать пару часов. На что тот удивлённо задумался, что же такое задумал Дазай аж на пару часов, он там решил вечеринку решил устроить?! Нет, конечно с ним не могло этого произойти. Попасть в аварию! Это даже звучит смешно. Точно не с ним. Так прошёл первый час, но затеи в голову стали приходить совсем другие идеи. Непрошеные, гонимые. Все врачи выглядели абсолютно серьёзными, нигде не было и следа подвоха. Он попросту не мог всё абсолютно идеально устроить. Быть может это действительно авария, а не какая-то шутка. Но ведь многие аварии не заканчиваются летальным исходом и эта тоже не закончится. Но когда рыжий думал подобным образом в голове снова всплывало предчувствие и оно отнюдь не было воодушевлявшим. Нельзя драматизировать раньше времени, скорее всего у Осаму просто сломано что-то или ещё что-то подобное, что конечно не приятно и пробуждает желание заботиться и делать что-угодно для того, чтобы тот чувствовал себя лучше, но не смертельно. Почему врачи так долго его оперируют? В этих прогнозах Чуя и провёл остаток времени. И вот наконец когда часы на стене показывали 23:47 медсестра (судя по голосу та же, что ответила на звонок) позвала парня и сказала: — Мы закончили, больной попал в аварию в результате которой получил черепно-мозговую травму и сейчас находиться в коме вероятней всего второй степени, но для более точного диагноза нам нужно провести КТ и МРТ, а также ЭЭГ. Сейчас можно зайти к пациенту, но не больше чем на полчаса и под присмотром — она звуча спокойно, но сочувствующе. Что… Кома… Хаха, да быть такого не может Нет Не может И он рассмеялся, громко и очень не уместно. Хохотал и хохотал, будто бы кто-то сказал смешнейшую шутку. Да как такое вообще может быть. Сразу после предложения в аварию, такое только в фильмах бывает. — Неет, конечно нет, Дазай выходи я посмеялся — почему-то как только Накахара находился в ситуации ему она казалось забавной и нереалистичной, но стоило только погрузиться в свои мыски как всё вставало на свои и совсем другие предположения всплывали. от них хотелось напряженно вжаться в кресло или напротив начать в панике бегать по кругу. И всё же он ответил: — Ок, какая палата? — За мной, я так же буду с вам при посещении — Ем, ладно — по его голосу нельзя было ничего прочесть, пожалуй не перспективные предположения снова наполнили голову. — А какие прогнозы, доктор? — Он в довольно лёгкой форме комы, вероятно очнётся через несколько часов или завтра, но стопроцентное обещание можем — Хорошо — Чуя почувствовал как сердце слегка ускорило свой темп, а непонятное волнение стало нарастать, это ведь глупо, вот тебе специалистка сказала, мол очнётся и глупо полагать, что кома сразу означает смертный приговор. Глупо же? Парень почти что забежал в палату, Дазай лежал там подключённый лишь к аппаратам считывающим состояние, дышал тот сам. Накахара сел на стул рядом, взял его за руку, а после заключил: — Скумбрия, куда же тебя занесло? Неужели не мог спокойно добраться — интересный факт, если вы добрались до аэропорта невредимыми, то самая опасная часть пути преодолена. Чёрт, ему не надо было это вспоминать. Рыжий тихонько продолжил, хотя даже если бы тот кому предназначалась эта реплка в любом случае это бы не услышал, наверное это предназначалось шутнику-ветру, тому что так хитро плетёт судьбу — очнись, пожалуйста — а затем уже обычным голосом — он через месяц сможет выписаться? — Я, как и любой врач не могу дать вам 100% вероятности, однако это весьма возможно — убеждения, в том что всё будет хорошо это всё, что ему нужно, пусть Чуя в этом и не признаётся. Больше за всё время он не произнёс не слова, парня буквально вытолкали из палаты, а после трёх часового сна в холле мягко намекнули, что тому пора домой. И Чуя как нормальный человек ушёл. Ушёл совсем не как Чуя и совсем не как человек, чей возлюбленный попал в автокатастрофу. Без конфликтов, апатии или слёз. К моменту, когда он доехал к ближайшему Старбаксу утренние сумерки показали себя и рыжий стал со стаканчиком кофе и сигаретой на летней площадке. Идеальное сочетание. Рассвет замельтешил за горизонтом, а огромная кружка жидкости даже не начала заканчиваться. Озорной шутник вновь напомнил о себе, принося чистый запах дождя. Огромные лужи, реки на дорогах и прочий кошмар автомобилистов и чистеньких, педантичных прохожих вовсе не напрягал парня. Это вообще было удивительное утро, одно из тех, что меняют жизнь, как тот вечер на вечеринке Кэти. Такие моменты настигают внезапно резкими поворотами судьбы не спрашивая готов ты к ним или нет. Накахара вовсе не был, нет точно не к такому. Кома, вот так внезапно?! Неужели в реальности так и происходит, резко внезапно. А если бы Дазай погиб? А если он не очнётся?! А вдруг ветер всё-таки переусердствовал со своими шутеечками?! Хотя а судьи, то кто? Ему никто не указ и лишь он сам решает, где становиться не смешно. А может это была рулетка? Просто понаблюдать за смешными людишками и как те поборются с судьбой, своего рода судная ночь, когда законы и парила перестают работать, только вот вместо законов и правил — справедливость и невинность. Именно тогда такие понятия и стираются оставляя лишь колесо фортуны, хотя скорее русскую рулетку. Стаканчик безразлично брошен в мусорный бак, а из запасной пачки выкурена последняя сигарета. Почему-то именно в этот раз типичный ритуал не помог избавиться от догадок, но парень не зря уточнил у медсестры про время выздоровления. Нет, конечно это был и просто автоматический вопрос, но на это была и вторая причина. Солнце уже взошло и громкий звук города доносился издали и вблизи. Звук жизни, непрерывно текущей по нему. Те кто называют мегаполисы джунглями безумно правы, ведь и тропический лес и населённый пункт несомненно единые организмы состоящие из многих других организмов и чем дальше лес от другого, тем менее они похожи. Чуя достал телефон и открыл сайт с поиском билетов. Говорите, через месяц вероятно очнётся, да? Ему подходит и юноша радостно покупает билеты, которые возымеют смысл через некоторое время. Ну, знаете на всякий случай. Об этом рыжий и сообщает своему неудавшемуся жениху на следующий день, ибо раньше его не пустили: — Прикинь, скумбрия, я купил билеты. САМ, понимаешь. Думал никогда этого не сделаю, не позволю вот так вот подстилаться под чужие желания, но вот мы здесь. Так что не вздумай не ценить это! Если мне придётся их выкинуть и не поехать, то хрена с два ты ещё дождёшься моих подачек, будешь играть на харде, понял?! — всё это было слабой попыткой не ходить вокруг и плакать. Рыдать и умолять скорей очнуться, но Накахара пока что не настолько отчаялся. Пока нет. Примерно так прошёл следующий месяц, рыжий исправно занимался своими обычными делами стараясь не оставлять свободного времени. Состояние Дазая никак не улучшилось за это время. Но и не ухудшилось, что по словам доктора весьма многообещающе. Врачи подтвердили кому второй степени и сказали что прикосновений он не чувствует и слов не слышит, но несмотря не на что Накахара всё же брал того за руку и целовал в лоб, подолгу что-то рассказывал и угрожал что уедет одни если тот не очнётся. Но одним таким днём, когда рыжий как обычно пришёл рассказать про свой день его встретил лечащий врач, а не медсестра. Это заранее показалось тревожным, но то что он сказал затем… наверное это самое ужасное, что посещающий когда-либо слышалась — Мы вынуждены, что состояние пациента Осаму Дазай ухудшилось, прошлой ночью у него стали отсутствовать глотательные рефлексы, снизилось давление и он не смог больше дышать, это совсем другая степень комы и… Всё. А, нет не всё. Ничего Вчера Чуя не смог зайти к нему, просто в больнице что-то произошло и его не пустили. То ли женщина на рецепшене изменилась, то ли загруженность высокая была. Он не пришёл, он ведь мог наверное это как-то предотвратить. Мог же! Накахара не слышал, что ему говорили дальше. В глазах помутнело. Единственное, что тот услышал было: «Мы не знаем, что будет дальше, но из таких состояний редко выбираются…». Редко выбираются? Что это может значить?! ЧТО ЭТО ЧЕРТ ВОЗЬМИ ЗНАЧИТ!!! Он упал дыхание сбилось, а слёзы закапали на пол. Да, нет. Быть такого не может. Люди так не умирают. Нет, нет, конечно же нет. Он ведь ещё не умер. Нет, конечно нет. Он просто спит, ему сегодня просыпаться, Чуя же купил им билеты. Чуя же надеялся. Он задрожал и не в силах встать лёг. Вот, сейчас Дазай увидит как ему тут плохо поднимет задницу и подшучивая предложит помощь подняться и обязательно скажет: «Милый Чуечка упал? Бедный мой Чуечка, для него должны положить специальные полы, а то он бедняшка поскальзываться?». Ну где же ты, милый Дазайечка? Что же ему надо сделать, чтобы ты оказался здесь? Хочешь, он навсегда позволит называть его «милым Чуечкой». Нет, не так. Он будет умолять называть его так. Просто где же ты? Почему ты не здесь? Нет, Накахара конечно знает, что ты обязательно вернёшься, как иначе? Ведь ты сказал и да, рыжий помнит этот момент, помнит, что на Осаму в тот вечер была только рубашка с черными брюками, первые две пуговицы на ней были расстёгнуты, а волосы растрёпаней обычного. Да, точно они ведь только начали встречаться и шатен тогда увидел заросли диких роз и не думая башкой полез в самую середину за ними — Эй, карлик, смотри что я принёс — растрёпанный и поцарапанный с листьями в волосах и полем боя кожи и шипа на щеке, но счастливо улыбаясь Дазай протянул ему букет, состоящий из трёх роз и кучи веток и листьев, как ребёнок протягивающий родителям новый рисунок — знаешь, они похожи на тебя, колючие и мелкие, но стоит только присмотреться как оказываются прекрасными. — Ты офигел, в каком месте я колючий, я бреюсь каждый день — и тот со злым видом прощупал подбородок — Я не там имел ввиду — а затем легко уклонился, когда чуть не получил своими же цветами, хотя нет, не своими его. Все цветы мира, все признания, вся любовь. Весь Дазай — его и только его. Именно поэтому сейчас он по-медвежьи обнял рыжего — Фу, пошлое чудовище. Когда уже отстанешь? — он принялся для виду пытаться оторвать того от себя. Сердце забило быстрее, а затем сжалось в преддверии поцелуя, которого он несомненно ждал, сознательно или нет. Всё-таки эти прикосновения дарили тепло и уют, заставляли млеть и желать их снова и снова. — Никогда не отстану и не отпущу, кто же будет дарить моему милому Чуечке цветы и следить, что бы он ложился спать вовремя — он ещё крепче сжал рыжего в объятиях и крепко поцеловал, закрепляя их обещание. Самое важное обещание. Обещаю что никогда не отпущу… Обещаю… Не отпущу… Жестокая реальность так и жаждала Накахару себе. Она, в лице медсестры, трясла его за плечи и смеялась спокойными и радостными разговорами позади. Она подула и открыла окно, занося нежные запахи августа, весело напоминая о том вечере. Занося горячим порывом обещание в его голову. Даря отчаянную надежду в лице чьих-то слов и уже не понять, чьих же? — Чуя-сан, он ещё не умер…- дальше следовало что-то про лёгкие успокоительные и расслабляющий вечер. Но тот уже не слышал. Ещё не умер… неужели такое может быть… Этим вечером в квартире Чуи ощущалась особая тишина. Они не так давно начали жить вместе с Дазаем, он даже вещи не успел разгрузить. Хотя за месяц можно было бы. С момента пришествия рыжий не тронул ни одного предмета, что поставил на место Осаму. Это создавало ощущение, что тот просто задержался на работе или просто скоро приедет. Это создавало ощущение его рядом. Но этим вечером Накахара положил постельное бельё в стирку. Оно пахло им. Его одежда так пахла. Его плед, весь дом впитал его запах ещё до того как он сюда переселился. Даже Чуя пах им. И это вызывало отчаянье. Рыжий почти всё это время носил одежду шатена, это не давало и половины того домашнего и успокаивающего тепла, но давало ощущение что тот рядом. Но сейчас рыжий в истерике пихал всё вперемешку в стиральную машину, заливая это бешеным количеством кондиционера. Лишь бы избавиться от этого запаха, может это поможет забыть. Ветер раньше всегда был на их стороне, но сейчас он то выветривал последними ароматы то наоборот приносил другие, те что ассоциируются с ним. Парень уснул на диване в гостинной, кровать была слишком пустой и одинокой. Огромная, холодная она вовсе не была уютной. На следующий день Чуя понял что сделал. Вещи испорчены, цвета на них смешались и пахнут они только химией. Это повергло его в дикий ужас. А ещё повергло осознание, что если Осаму не очнётся. ближайшие пару дней, о рыжий привыкнет к одиночеству. К отсутствию постоянного спама, к отсутствию приколов. Привыкнет жить на автомате, считать что чтобы быть счастливым нужно куча всего и вообще абсолютно счастливых людей нет. Но Дазай ему не позволит, не позвонит забыть свою улыбку, забыть этот бардак в голове и сердце. Не позволит забыть какого это млеть от чужого взгляда, чувствовать себя идиотом и обожать это чувство. Он ведь дал обещание. Он ведь не станет предавать так трудно полученное доверие. За весь день он не выходил из дома, за последнее время Чуя вообще не был сильно социально активным, чаще всего не отвечал на звонки, игнорировал сообщения. Пару раз он сталкивался с Аку и Ацуши в больнице, при чем подозревал, что часть из этих «разов» были не случайны, помимо того что эти двое явно немного сблизились, после пары совместных посещений больного, так ещё и Ацуши стал «случайно» оказываться в больнице в то же время, что и Накахара. Видимо его состояние всё-аки было заметно. Но теперь он и вовсе не посетил Осаму, не пришёл даже на следующий день. Наверное таким образом пытался наказать того за неисполнения обещания. Ссоры ведь бывают у всех, так ведь? Ничего, рыжий пообижаеться и они снова помирятся. Не может быть по-другому. И действительно, уже на четвёртый день после печальной новости парень стоял в палате и извинялся за своё отсутствие. А после в неутомимо рассказывал, как и что делал в это время. И в завершение угрожающе пригрозил: — Ты же помнишь, придурок, что я говорил, что купил билеты, ну вот тебя есть день чтобы очнуться и со мной полететь, давай я в тебя верю, покеда — такой же как все другие поцелуй в лоб. Хотя, нет не такой же, более долгий. Чуя невесомо спрашивал: Ну справишься же?. А Дазай всем своим видом так и отвечал: нет. Но иногда мы видим и слышим только то, что хотим. Головой рыжий всё же понимал, что это невозможно, даже если Осаму очнётся., его не выпишут, но этого и не надо. Достаточно просто начать дышать и осознавать реальность, это лучшеее, что может произойти. На следующий день утром думая ехать или нет Накахара невольно бросал взгляд в окно. Лето вышло жарким и засушливым, а потому лисья на некоторых деревьях высохли и летали по улицам. Ещё 4 утра, но уже очень душно и жарко, что же с этим летом не так. Дожди стали обычным делом, но если раньше они охлаждали и мыли улицы и серых прохожих, то сейчас лишь разводили грязь и уплотняли воздух. Ветерок оставил человечество, посчитал что сейчас оно справиться само. Но именно сейчас одному человечишке, бессильному перед судьбой он был нужен. Только одно дуновение, что помогло бы если что сказать: «Не знаю о чем я думал, всё вышло случайно». Но сейчас его не было, а может не только сейчас, но и никогда. Никогда шутник не трепал ничьи волосы и не подгонял охлаждающие и ухудшающие видимость на дороге тучи. Единственная сила того, это обстоятельства, которые выстраивают люди? Значит всё что произошло сделали они сами? Чуя зря хвалил, зря сетовал на него, он безобидный малый. Он просто спокойно не существует. Как грустно от того, что наши приятели покидают нас как разв те моменты когда они нам нужны. Или объявляют внезапные новости о собственном отсутствии. Хотя это такие приятели, невольно вспыхивает вопрос: «А был ли ветерок когда либо приятелем Чуи?». А за ним очевидный ответ. Нет. Вот как! Он не просто не существует, а ещё и просто притворялся хорошим парнем. Хотя в ожиданиях рыжего виноват только он сам и никто иной. Эти размышления никак не хотели покидать его голову, но на данную секунду его преследовали более важные вопросы. Ехать или не ехать, вот в чём вопрос. Чуя слишком много думает и в результате много чувствует. Поездка должна помочь, парень так и не купил билетов обратно, а значит можно съездить на пару дней. Так он и поступил. Накахара вместе с наспех собранной сумкой даже не стал забегать к Дазаю. Пусть себе лежит один. Как вернётся тогда уж извиниться перед возлюбленным за долгую отлучку. Было крайне плохо от того, что это прекрасное лето пришлось провести без него. Ну как без? Они виделись почти каждый день и когда Осаму очнётся. наверняка проведут кучу времени вместе. Может бросят университет, чтобы больше времени проводить вместе. Найдут какую-нибудь работу и будут жить как нормальная пара. И рыжий наконец угрожать шатену сковородкой, как всегда в тайне и мечтал. Этот отпуск был пожалуй худшим в жизни рыжего. Он посетил две экскурсии и обе были крайне неинтересными, еда невкусной, даже алкоголь пьянил не так. Что-то с этим городом было не так. А может это не с городом. На четвёртый день Чуя перестал выходить из номера кроме как вечером в бар. Сейчас у него не было ограничений вроде утренних подработок и он мог спокойно напиваться насколько захочет. Алкоголь не помогал, однако под ним не думалось о будущем и настоящем. Когда рыжий вернулся в город он благополучно извинился, и этот диалог выглядел примерно так: — Нью-Йорк ужасны город, знаешь. Хорошо, что не поехали туда вместе, я предлагаю вместо этого поехать в Париж — он сделал паузу словно ожидая реакции, а затем продолжил — Да-да, я предвижу уже как ты смеёшься и говоришь, какой я в душе романтик, а я спешу поспорить, что просто хочу найти хорошее вино на его родине, к тому же несмотря на подобные шутеечки, я знаю что ты в восторге. Увидеть Париж и умереть, но это без меня, пожалуйста. Дазай не реагировать, лишь спал мирным сном. Чуя держал его за руку, чтобы чувствовать жизнь. Ему было это нужно несмотря на спокойный, даже насмешливый тон — Эх, Дазай, Дазай, знаешь как с тобой нелегко… Писк… Не размеренный как раньше… Громкий и неприятный… Первую секунду Накахара не успевает отреагировать и продолжает держать нежную руку того. И осознаёт всё лишь когда не чувствует пульса на руке. Мгновенно куча каких-то людей оказывается рядом. Рыжего оттаскивают, а он даже не сопротивляется. В его голове не остаётся ничего. Как ребёнок, который увидел что-то и не знает что. Но ведь Чуя знает… Знает что такое смерть. У него есть мертвые близкие. Но он не знает, что такое смерть Дазая. Тот всегда казался ему вечно существующим, ведь сколько бы тот не пытался убиться ничего не получалось. Будто тот самый ветерок не желал того. Это получалось как-то глупо. Хотя и понятие глупости относительно. Сейчас всё иначе. Сейчас он знает, что ветерка никогда и не было. А значит это было просто восприятие. Не больше, не меньше. Всё происходившее далее прошло мимо Накахары, хоть он и был непосредственным участником событий. Кажется его куда-то отвели и какой-то молодой врач, может даже студент что-то ему говорил. Не припомнить что. Прошло неопределённое количество времени, но Осаму так и не вышел из палаты, почему он так долго с врачом разговаривает? Вокруг рыжего уже никто не крутился, а он всё пытался ответить себе на этот вопрос. Нет, на это есть какая-то причина, но какая? С ним произошло что-то нехорошее. А, точно. Дазай лежал в коме. Долго лежал. Ну так сейчас ещё что-то произошло. Наверняка он очнулся. Просто очень резко, потому туда рвануло так много людей. Нет все были лишком взволнованы и тот студент ему что-то говорил и его голос звучал… утешающе? Так вот что произошло… Осаму Дазай умер… 4 сентября 2017 года, около 15:27… Умер… Мертв… На улице опять пошел дождь, но не тот что раньше. Град, холодный, чужой, внезапный и нежданный. Ещё утром было тепло а сейчас… а может дело не в температуре. Так или иначе сейчас Чуя шел по городу в непонятную сторону. Из его горла доносились крики заглушаемые слезами отдалённо похожие на какие-то слова. Он кривился, словно мимические мышцы сводит судорогой, пытаясь сформулировать что-то, но ему было нечего сказать. На выходе из госпитали его о чем-то спрашивали, кажется про тело… Хотя вряд ли, он не является официальным родственником, а значит не имеет права. В любом случае они оказались позади. Все они, впереди Накахара не видел никого. — ТЫ НЕ ДАЛ МНЕ И ШАНСА ПОПРОЩАТЬСЯ… — плачь превратился в истерику и слезы продолжали течь по лицу, мешая и тревожа прохожих криком и диссонируя с острым и холодным градом, который в отличии от них все понимал его, понимал что ему нужно. Дазай понимал — ТЫ ЛГУНИШКА ОСАМУ, ТЫ ВЕДЬ ОБЕЩАЛ Он и сам не заметил как намок, замерз и начал дрожать. Улицы вокруг сменились незнакомыми. Дома вокруг постепенно перешли в довольно серые и безжизненные, загорелись фонари и свет в некоторых окнах. Время было трудно определить. Ибо из-за плотных туч стемнело рано. Но сейчас, однозначно прошло какое-то время. Какое-то время существовало и не просто, оно имело смысл, его считали и его не доставало. Для всех кроме него. Для него какого-то времени было слишком много. У него есть целая жизнь. Вокруг не было ни души, ливень закончился. Идти было тяжело из-за мокрой одежды и Чуя невольно побрёл в какую-то лесополосу. Под ногами захлюпали остатки бывши сухих листьев, смешавшихся с грязью. Где-то замельтешила лавочка, на которую он кажется упал. Над ухом запищал комар, которого он лениво отогнал. Рыжий парень, выглядящий как бездомный сейчас попросту не мог думать. Единственное, что посещало его голову были гневно истеричные мотивы: «Как… Как ты посмел убедить меня в своей абсолютной реальности и вечности, а затем просто пропасть. Ненавижу тебя. Почему я был настолько глуп и поверил, что ты останешься со мной навечно. ПОЧЕМУ ТЫ ПОСТУПИЛ СО МНОЙ ТАК ЧУДОВИЩНО?!». Обращался ли Чуя Накахара к Дазаю или к ветру мы пожалуй никогда не узнаем. Вероятно к ним обоим. Его нашли с сорванным голосом от криков и ночного холода утром, с опухшим красным лицом и постоянно срывающимся на слёзы и отвезли в больницу. Осаму со своей душой забрал ещё и душу того, он и сам дальше не знал вернёт ли её когда-либо… Спустя три года Я как обычно придя с пар я принялся готовить ужин, так как Рю должен был задержаться на работе, жалко что мы не можем проводить вечер пятницы совместно, но конкретно сегодня мне нужно было доделать заказ. А я никак не мог сосредоточиться, прям ностальгия брала и не то что бы приятные воспоминания лезли мне в голову. Наверное это потому, что сегодня годовщина смерти Дазая. Несомненно на нас с Рю это оказало бесспорное влияние. Особенно на него. Мы тогда ещё совсем не были близки и его борьба с депрессией и мой синдром спасателя сблизили нас. В какой-то момент мне приходилось насильно оставаться у него дома, чтобы следить за тем что бы он не наложил на себя руки. Сам я всегда был привязан к Дазаю, в каком-то смысле он был для меня почти старшим братом, хотя я и не возьмусь судить что кто-либо кроме Чуи вообще имел значение для него. Кстати о последнем, вот кто действительно прошел через ад. На похоронах он сначала ничего не говорил и не кого не реагировал, а затем словно с цепи сорвался. Когда гроб стали опускать принялся умолять могильщиков этого не делать. Рыдал и кричал его еле-еле оттащили, а затем мы вместе с Аку уносили его ночью с кладбища, ибо сам он не уходил. Чуя наутро вел себя так же, то не реагировал на вешний мир, то кричал, рвал на себе волосы не остановимо плакал. Но и тогда докричаться до него было невозможно. Что видел и чувствовал этот человек наверное лучше никому не знать. Его лихорадочные восклицания были похожи на несвязный бред и иногда не несли в себе даже цельных предложений. К полудню он смог сказать, что уходит и мы потеряли его на долгое время. Ибо за последующие два года всё, что я о нем слышал было, что он забрал документы из универа. А затем ничего. Как будто пропал. Признаться если бы не депрессия моего тогда ещё не парня, я бы больше интересовался, что с ним. Когда Рю начал принимать курс таблеток, и мы начали встречаться в следствии чего почти сразу съехались, кому-то надо было следить за тем что бы он пил лекарства. У обоих повис вопрос, а что собственно с нашим давним другом. Вероятно он куда-то уехал, но номер его числился как несуществующих и никто из знакомых его не видел. Но ещё через год он объявился на пороге нашей квартиры с просьбой переждать одну ночь. Чуя Накахара изменился, его глаза не были такими живыми как раньше. Нет, конечно это было лучше чем, то что я наблюдал на похоронах, он говорил вполне осмысленно и даже иногда слабо улыбался. Но всё это стало другим, даже мне не так близко знакомым с ним это было понятно. Он говорил очень сухо и постоянно слегка жмурил глаза и мотал головой, но это было единственное проявление эмоций. На наши вопросы он ответил, что много путешествовал и начал употреблять и приехал чтобы получить помощь, ибо в других странах с помощью наркоманам из-за границы всё плохо. Наутро Аку отправился вместе с ним в центр и благополучно его там оставили. Позднее Чуя рассказал, что просто не видел другого способа видится с ним или хотя бы забывать что, его больше нет с нами. Я закрыл ноутбук, приняв тот факт что сегодня уже не сдам заказ и отправился пораньше спать. После окончания лечения, Чуя уехал из города куда-то в Европу и мы лишь пару раз созванивались. При чем как не странно по инициативе Рю. Неделю назад рыжий снова приехал, аргументируя это тем, что он ненадолго и только могилу навестить. Сказал что работает в каком-то модном доме дизайнером. Как только устроился? Сейчас он определённо выглядел лучше, хотя и не так как раньше. Даже мельком упомянул какого-то сожителя. И несмотря на вроде бы нормальное состояние всё равно просидел у могилы Дазая почти сутки. Он скоро вроде опять уезжает… Я уже полностью пришел в себя после его смерти, Рю почти, но он идет к этому. Но Чуя никогда не вернётся, нет конечно он начнет жить заново, но это не одно и тоже. И ветер зашуршал шторами шепча мне что-то. Вероятно просто смеётся над глупыми людишками, как и всегда делал…