Новогоднее Чудо.

Преддверие нового года. Утром по-зимнему темно, остались считанные дни до новогодних каникул, и Чонин сонно тянется за телефоном, чтобы заставить уже третий по счёту будильник замолчать. Пусть на улице темно и холодно и вообще, кому будет радостно вставать в 7 утра под конец декабря, когда идти на учёбу или работу совсем нет желания, но у Яна сегодня хорошее настроение. Парень со слипшимися глазами с божьей помощью дошёл до ванной, попутно впечатавшись ногой в порог, чертыхнулся и принялся чистить зубы. Мысли хорошие, радостные, Чонин от них светиться начинает. Перед самым новым годом уроки уже почти не проводят, у преподавателей и учеников настроение праздничное, поэтому из сонного состояния парня вырывает осознание того, что сейчас он придёт в школу, купит шоколадок по дороге и будет распивать чаи со своими друзьями, громко обсуждая с учителем новогодние украшения. Ян с улыбкой на лице выходит на кухню, чувствуя приятный сладкий запах выпечки. — Сынок, проснулся уже? — с заботой в голосе спросила женщина, указывая рукой на приготовленный десерт. — Я испекла печенье с шоколадной крошкой, не хочешь с собой в школу взять? — Доброе утро, мам! Пахнет волшебно, я возьму, спасибо большое! — просиял младший Ян и принялся нагребать печенье в контейнер для ланча. — И с друзьями поделись, я старалась. — улыбнулась и потрепала сына по волосам. — Хорошо! Ну, я тогда собираться пойду. Кинув маминому десерту очередной комплимент, парень скрылся за дверьми кухни. Не проходит и 15 минут, как Чонин уже стоит закутанный как капуста в курточку, шапку и шарф, он выбегает из квартиры, ощущая холод подъезда и предвкушая мороз на улице. По пути до школы уже успело посветлеть и улица уже не кажется такой мрачной. Облака серые, снежок начинает плавно падать новым слоем. По пути Чонин всё таки купил несколько шоколадок для Джисона, Феликса и себя, но что-то ему подсказало, что стоит взять четвёртую.. Для Сынмина. Ким Сынмин — тихий и спокойный парень, что уже второй год сидит перед ним. Парень, чьи взгляды на себе Чонин ловит чуть ли не каждый раз, когда пересекается с ним в школьных коридорах. Парень с очаровательными щенячьими глазами и парень, с которым Ян боится заговорить первым. Общаются они по инициативе самого Сынмина ровно столько же, сколько тот сидит перед младшим. Количество начатых Чонином диалогов со старшим можно пересчитать на пальцах одной руки, но сегодня всё изменится. Последний учебный день, новый год через три дня, через два дня Сынмин уезжает к родственникам на праздники, поэтому Чонин считает, что сегодня идеальный день для признания. Идеальный день, чтобы с улыбкой, полной надежды, заговорить с ним. — Опаздываешь, Чонин! где тебя носило? — накинулся на младшего Хан с возмущениями. — Я заходил в магазин по пути и взял нам вкусняшку, съедим на обеде в столовке с чаем. — успокоил Чонин и сел рядом. — О.. Ну, тогда так уж и быть, я прощаю тебе это опоздание.. Но только сегодня! —притворно закатил глаза Джи, доставая нужные материалы к предстоящему уроку. — О, привет. — к ним поворачивается Феликс, оторвавший голову от парты, сонно махая другу. — Слушай, а ты не знаешь где Сынмин? Он редко опаздывает.. — Не знаю, самому интересно, — Ян задумчиво посмотрел в пустоту. — Я просто хотел ему сегодня кое-что отдать.. И сказать. Парни были в курсе чонинового ступора при виде Кима, поэтому уставились на Чонина самым удивлённым взглядом, каким только можно было, но, как только Ликс захотел засыпать младшего вопросами, прозвенел звонок и он развернулся в сторону учителя, шёпотом сматерившись себе под нос и тяжело вздохнув. Первый урок проходит довольно спокойно, Чонин с Джисоном что-то тихо обсуждают под конец урока, наблюдая за Феликсом, дрыхнущим с момента, как преподаватель открыл рот. Он потом будет благодарить своих друзей за то, что те во время переклички на его имени скомкано отвечали "здесь". И вот уже близится второй урок, а Сынмина всё ещё нет. — Чонин, у тебя вроде есть номер этого прогульщика, — заметив, что Ян нервничает, бормочет Ликс, лёжа щекой на парте. — Может напишешь ему и узнаешь, где его черти носят? — Может ты сам напишешь? Раз тебе так нужно.. — растерянно парирует младший — Ты же говорил, что тебе самому интересно, вот и узнаешь. — Ну.. Ладно, сейчас спрошу. — Чонин тянется за телефоном и, набираясь уверенности, открывает чат с Сынмином, на последнее сообщение которого Ян так и не ответил, побоялся. Выдохнув, он быстро набирает текст, отправляя его.

"Вы"

Сынмин-хён, доброе утро!

У тебя всё хорошо? почему ты не в школе?

Я хотел тебе кое-что передать сегодня..

Триста раз проверив, не нужно ли ничего исправить и успев загнаться из-за своей "навязчивости", Чонин выключает телефон и закидывает в сумку, отгоняя плохие мысли.

***

И только ближе к концу третьего урока, когда Чонин уже и забыл про свои переживания, да и про самого Сынмина тоже, звук уведомления заставляет его вспомнить и сразу же потянуться за телефоном. "Сынмини-хён" Доброе утро, Нинни! Прости, я проспал.. К четвёртому прибегу, я уже выхожу. Ты переживал что ли? Даже сам написал..

"Вы"

Ааа, понятно..

Феликс просто спрашивал где ты..

Ещё я тебе сегодня хотел кое-что отдать после школы

Подождёшь меня?..

"Сынмини-хён" Без проблем, даже интересно, что там.. Я уже иду :)) Чонин хотел ответить снова, но подумал, что на сегодня будет слишком много и навязчиво для него, поэтому он просто отметил сообщение реакцией и убрал телефон обратно, лицом прячась в свои ладони, чтобы скрыть яркий румянец от чужих взглядов. Немного остыв, Ян достал блокнот с красивыми листочками и на одной из страниц начал быстро писать новогоднее письмо Сынмину, пока тот не пришёл. Хан испугался и забеспокоился, когда увидел своего друга свернувшимся на парте в три погибели над этим блокнотом, но не стал его беспокоить и донимать вопросами. Чонина, всё таки, редко таким увидишь. Закончил он писать своё письмо впритык к звонку, аккуратно оторвал листочек с важными словами, красиво сложил и приклеил миленькими наклейками к шоколадке. Кстати о шоколадках, Чонин сразу после потащил друзей в столовую за самый дальний стол, где всегда тихо и малолюдно, достал сладости и начал шуточно толкать речь. — Дорогие мои Джисон и Феликс! — начал театрально распинаться парень, но когда увидел, что друзья слушают его со всей внимательностью, стал серьёзнее. — Раз уж это наш последний школьный день в этом году, я захотел отблагодарить вас за ещё один прекрасный год с вами, вашими шутками, поддержкой и теплом, которым мы делимся друг с другом, поэтому купил ваши любимые шоколадки и захватил мамино печенье! С наступающим нас новым годом! Парни в ответ начали наиграно аплодировать и направились обнять Чонина, который, на удивление, не сопротивлялся. Друзья шутили, смеялись и с удовольствием уплетали сладости за обе щеки. В их столовом уголке воцарилась та самая родная праздничная атмосфера.

***

Сынмин действительно редко опаздывал в школу и ещё реже прогуливал, но сегодня было не жалко опоздать и прийти к последнему уроку. Весь прошлый вечер он провёл на кухне за приготовлением чониновой любимой шоколадки, чтобы принести её в последний учебный день перед отъездом, чтобы Чонин не скучал. Готовой шоколадкой он похвастался маме, красиво запаковал, спрятал в холодильник и наклеил на неё бумажку с надписью "Не трогать! Это для Нинни!!" Закончил он поздно ночью, поэтому и проспал, всё равно уроков как таковых нет. А сам Чонин и не догадывается, почему Сынмин просто не остался дома, а в школу пришёл, ещё и на один урок, на котором, по итогу, все болтали. Старший старается заботиться о комфорте во взаимоотношениях с кем бы то ни было. А с Чонина он всегда пылинки сдувал, спрашивал о его состоянии и настроении, шутил ему смешные шутки, которые нравились почему-то только им двоим, таскал ему вкусняшки в школу, от чего младший каждый раз смущался и выдавая сжатое "спасибо" отворачивался, чтобы успокоить колотящееся сердце.

***

С последнего урока учитель отпустил класс пораньше, поэтому Джи и Ликс на радостях побежали вперёд по лестнице к раздевалкам за курточками, закутались в них с невероятной скоростью и ждали младших. — Какие же вы капуши.. — Хан тяжело вздыхает и подпирает стену плечом. — Мы зажаримся, пока вас дождёмся. — Идите без нас, мне нужно будет поговорить с Сынмином. — откуда-то снизу отвечает Чонин, переобувая кеды на тёплые ботинки. — Эх, мог бы и раньше сказать, мы зажарились.. — Феликс ответил вместо Джи, который уже хотел разводить скандал. — Удачи вам тогда, хороших каникул! — Спасибо, вам тоже. — вместе ответили младшие, кивая парням на прощанье.

***

На улице всё ярко-белое, сугробы выросли чуть ли не в два раза, снег с самого утра не прекращался. Они наконец вышли в пустой двор школы, из которого все уже разошлись по домам, видимо Сынмин с Чонином правда капуши.. — Хён, смотри! — выкрикивает Ян, беря в руки снег и формируя из него небольшой шар. — Снег лепится! — Да, погода сегодня такая приятная.. Слушай, может немного глупо вопрос прозвучит, но почему ты сегодня так много со мной разговариваешь? — встретившись с растерянным взглядом младшего, Сынмин поспешил поправить себя. — В смысле, это не плохо, просто.. Ты обычно всегда молчишь, хотя мне очень интересно тебя слушать. — Сынмини-хён, — Ким застыл от нежной интонации Чонина, щёки начали гореть, Сынмин надеялся, что за морозом не видно. — Раз ты уезжаешь на новый год к родственникам, я приготовил тебе скромный подарок, чтобы ты знал, что ты тоже дорог мне и не зря стараешься.. Ещё я написал тебе небольшое письмо. Пожалуйста, прочти его, когда будешь один. — Тёмный шоколад.. Ты знал? — старший посмотрел сначала на подарок, а потом на Чонина. — Мгм, ты когда-то говорил, что любишь его.. А я запомнил. — Спасибо большое. Кстати, — Сынмин достаёт из рюкзака домашний шоколад, обёрнутый цветной фольгой и приклеенной бумажкой "Для Нинни, с любовью". — Я тоже принёс твой любимый шоколад, но я делал его сам, надеюсь тебе понравится. Сидел над ним вчера до ночи, поэтому и проспал.. У Чонина щёки горят так, что за морозом уже не скроешь, а сердце о грудную клетку стучит быстрее обычного. Пальцы без перчаток немеют от холода. — С-спасибо, хён.. Я попробую дома, а то рук уже не чувствую. — Чонин осторожно положил шоколад в шоппер так, чтобы он точно не повредился. — Хорошо тебе отметить, с наступающим! — Ага, и тебя тоже, иди домой греться. — крикнул ему вслед, дожидаясь, пока младший отойдёт подальше. Сынмину любопытно почитать письмо здесь и сейчас, с окоченевшими руками, зато он остался один, тем самым выполнив условие прочтения. Он осторожно отцепил сложенное в несколько раз письмо от шоколадки, развернул и затаил дыхание, когда увидел чонинов почерк.

Сынмин-хёну.

Привет, хён!! Заранее прости, что я такой стеснительный и не могу сказать тебе мои дальнейшие слова вслух, но надеюсь ты дочитаешь до конца.

Спасибо большое за то, что заботишься обо мне и всегда стараешься быть рядом, я очень ценю это и помню каждое наше совместное воспоминание за эти.. полтора года?.. Представляешь, я целых полтора года не мог сказать тебе о том, что очень люблю тебя, Сынмини. Я очень боялся и до сих пор немного боюсь говорить с тобой, потому что думаю, что навязываюсь или что ты вряд ли чувствуешь то же, что и я, но в самый важный для меня праздник я всё таки решил рассказать. Думаю, надеяться на взаимность слишком заоблачно.. поэтому я надеюсь, что мы хотя бы останемся друзьями. Хён, мне очень комфортно рядом с тобой и я очень хочу хотя бы обнять тебя. Уже жду твою реакцию и ответ :))

с новым годом!!

С любовью, Нинни.

И Сынмину уже плевать на то, что руки его к чертям отмёрзли, а пульс не может определиться с цифрами. Здравый смысл покидает его пушистую голову и первое, что приходит ему на ум — догнать Чонина. Он срывается с места и бежит по слабо знакомому пути, по которому они ходили к Яну домой несколько раз, но он всё же помнит. Пробежав лишь несколько домов и поворотов, он его догнал. — Чонин!! — единственное, что слышит младший перед тем, как упасть в обнимку с Сынмином в ближайший сугроб. — Х-хён? Что ты.. — Ян замечает в руке старшего письмо с шоколадкой и до него доходит. — Нинни, ты такой дурачок.. — куда-то в курточку младшего бормочет Сынмин, сдавливая в объятиях. — Я же вокруг тебя всё время кручусь и каждую пылинку с тебя сдуваю, почему ты решил, что твои чувства могут быть невзаимными?.. Я очень люблю тебя, Чони-и-ин.. — протянул Ким, притворно хныкая. — Прости, хён.. Я очень боялся. — Чонин приподнимается на предплечья и заглядывает старшему в глаза. Уже не так уж и страшно.. Даже пошутить хочется. — Сынмини, ты похож на собачку. Набросился на меня, повалил в сугроб и теперь смотришь на меня этим виноватым щенячьим взглядом.. Чего смеёшься?! — Прости-прости, — хихикает Сынмин, не отлипая от чужого тёплого тела. — Ты просто очень милый, когда растерян. — Сейчас сам меня поднимать будешь!! — фыркает Чонин, напоминая старшему лисёнка. — С удовольствием, — Сынмин приподнимается на руках, упираясь ими по бокам от Чонина, пододвигаясь лицом ближе к чужому. — Можно я.. — Мгм. — Кратко кивает младший и подаётся чуть вперёд, самостоятельно припадая к губам Кима. Мурашки табунами бегут по коже, то ли из-за мороза, то ли из-за ощущений. Сынмин целует невероятно мягко и нежно, по ощущениям можно сравнить со снегопадом большими пушистыми хлопьями или мягкими сугробами, в одном из которых они сейчас сидят. И им не холодно, они согревают друг друга, горячим воздухом опаляя розовые щёки. Они согревают друг друга высвободившимися чувствами. Теперь Чонин точно уверен в существовании новогоднего чуда, иначе кто, как не оно сейчас так сладко целует его? — Хён.. — совсем немного отстраняясь начинает младший. — Зайдёшь в гости? Я шоколадку твою попробую. — Хорошо, лисёнок. — У Чонина сердце удар пропустило. — Люблю тебя, хён.. — И я тебя тоже, Нинни. Ты всё таки смог сказать.. — чмокнул в лоб и поднялся на ноги, протягивая Яну руку. — Поднимайся, дурашка. — Я не дурашка!! — Возмущался и пыхтел Чонин, но всё таки принял помощь, о которой сам же попросил. Они направились в сторону дома младшего, уютного и украшенного во всякое новогоднее барахло. К Чонину вдруг пришло осознание, что всё оказалось не так уж страшно и сложно. Теперь всё как будто на своих местах. Приятное тепло разливается по их телам от переплетённых в замок уже тёплых пальцев. Снег пошёл большими хлопьями..