Торт, на который падает кот

Ласковая осень ложилась паутиной на нежно-бархатный кошачий город. Его шерстистые пучины день-деньской не переставали радовать небо облаками, связанными, как по заказу, серыми нитками. Вязка напоминала крючковое полотно, и вместе с ним волшебный мир покрывался россыпью когтистых дождевых капель, падающих с неба в виде испарины разноцветных котов. В это время отдельные семьи разбивали лагеря на окраинах, где протекала река с кошачьим водопадом; готовясь пить пиво, распевая песни у костра, играли с прожаренным зефиром в "горячую картошку". Они веселились, забыв о скуке, заражая счастливым воркованием всех глазастых. Заказанная заранее пицца приземлилась на персидский ковёр к столу, паром опаляя окружное пространство, и пробуждая аппетит. Устраивая романтические свидания, кошки сидели по-двое, рисуя розовый, как свежесваренная курица, закат, любуясь друг другом, зализывая мордочки. Сворачивались в яичницу, обнимая друг друга. Другие же довольствовались запоздалой верховой ездой. Она всегда запаздывала, поскольку кошачья осень часто сопровождалась инцидентами в виде грома, рычащего на зловещей туче дикого кота, кряхтящего от недостатка тепла и солнечного света. И когда ударял жалобный вой, это служило началом, стартом, к наступающим гоночным соревнованиям. Многие проходили сразу до финиша. Некоторые кошки падали по дороге, нагнетая пыль и поднимая шерсть, скатанную в виде тропинок на земле. В объектив камеры попал образ упавшего кошачьего хвоста и, растворившегося участника на клубы пуха, повествуя о его исключении. Позже его тело появилось у себя дома, лежащего во вкусно пахнущей картонной коробке, рядом с семьёй. Остальные кошки падали точно так же, в конце получая призы за участие, принимая маленькие конфетки в виде батончиков для лучшего раскусывания. Проводя тёплые вечера у камина, кошки устраивали поздние чаепития, собираясь на подушках за столом и рассказывая байки про некогда существовавший человеческий люд, приручающий их и забирающий самостоятельную жизнь. Но их гордость была выше, они всегда были самостоятельными, что сегодня помогает им жить в их кровлях. У кошек есть всего два праздника, в которые они ходят на работу, закупаются товарами на следующие полгода, не скупясь поживиться вкусненьким, и отправляют вылепленные из скатанных клубков шерсти открытки своим дальним родственникам, ставя печать в виде подушечек лапы. Их обряды пополняют запасы продовольствия и вместе с этим, падая, отчаянным всплеском украшая торт, они готовят его для продления своей жизни, призывая бессмертие яростным танцем, откусывают по одному единственному кусочку раз в двадцать лет. Холода, приходя смешанными ветрами усовой глади, приносят шерстяные снежинки, шелком приземляющиеся на их телесы и окружающее пространство, укрывая, словно полушубком, город, делая кошку, пережидающую зиму, компактной и ручной. Когда пройдёт заморозок и закончится влажный период, в городе снова станет оживленно, окрыленные мурчанием просторы займут один из клапанов в нашем сердце.