Десятое Несчастье

Бельф Ритория. Именно так звали его когда-то, однако после изнурительного обучения возможно вскоре он вовсе забудет своё имя. Во всяком случае — сам Бельф готовил себя к этому. Сколько сеансов понадобилось психологам королевского дворца чтобы заставить отречься от самого себя и забыть все, что касалось его прошлого? 5? 6? Бельф не помнил. Впрочем именно сейчас решалась его судьба. За спиной осталось обучение мастерству королевской ищейки длинною в 12 лет. Да, к слову об этом. Обычно обучение начинают с 6 лет и заканчивается в 18 соответственно. Однако Бельфу только исполнилось 17. Вышло это случайно, но по словам учителей это только добавляло ему шарма. Своего рода доказательство, что нет ничего невозможного. Ну-ну. Бельф стоял в шеренге из выпускников этого года. Все как один и каждый похож на другого. Дело не столько во внешности — взгляд пустой, потухший, но столь же внимательный и острый одновременно. Круги под глазами, свидетельствующие о бессонных ночах, стёртые в кровь руки… Мимо них проходил директор, читая наставительную речь. Бельф его не слушал. До ужаса хотелось спать. Кажется, их должны были учить спать с открытыми глазами, но так и не научили, ех... — …Сам Первый из нынешних ищеек пройдет мимо вас и выберет достойного на место Десятого. Все поняли? — Так точно! — эхом отозвались все, в том числе и Бельф. Первый? А вот это уже интересно… Но черт, как слипаются глаза… Кто придумал проводить такие церемонии выпуска в 4 мать его утра? Как будто они сами спать не хотят… Внезапно послышалось металлическое клацанье по плитке коридора, в котором они все стояли. Все тут же вытянулись по струнке, отчего черные каблуки сапогов синхронно клацнули металлическими набойками. Бельф, смотря прямо перед собой, боковым зрением пытался увидеть источник звука. Неторопливо, сложив одну руку за спину, а в другой грациозно держа изысканную трость, из-за угла коридора вышел, нет — выплыл, долгожданный гость. Первый. Первый из ищеек. Хоть студентам и не разрешалось много знать о нынешней службе, но все-таки статью о «дяде Первом» им дали почитать. Великолепная ищейка, лучший в этом столетии, если не в последних трёх, дольше всего состоит на службе, огромный авторитет и не менее огромный рост и сила, даже не смотря на возраст. Заслуженный отец нынешней школы ищеек. Он же и преподает в ней. Жаль только Бельф не попал к нему. А может и не жаль… Слухи разные были. Красный гигант с невозможной фигурой для своих лет и гривой белых волос встал перед учениками. Что было источником того металлического клацанья Бельф так и не понял — туфли на Первом были обычные, без набоек. Мозг тут же начал обрабатывать информацию — запах табака, смешанный духами, запах кожи (вероятно новая обувь или ремень), узловатые руки с шипами и острыми когтями, за которыми явно ухаживают ничуть не хуже чем за холодным оружием. Голубые, почти белые глаза прошлись по всему ряду с ходу отметив отдельных парней. — Прошу, Первый, здесь все наши лучшие выпускники этого го...— Первый не дал ему договорить — оборвал фразу одним взмахом руки. — Вижу — коротко сказал он громким басистым голосом. Поразительно, ни тени старческой хрипоты. Услышал бы Бельф его голос с закрытыми глазами — подумал бы, что обладателю ну максимум лет 60, но не 500 с лишним точно. Директор молча кивнул с лёгкой тенью усмешки. Уже привык к такому поведению за многие года. Господи, как спать хочется… Изучение Первого лишь ненадолго отогнало сон, дав короткую дозу кофеина в мозг. Первый поморщился — Все зелёные, ей богу… — он тяжело вздохнул, помяв переносицу — Придется приставить кого-нибудь из парней. Ничего, пусть понянькаются — хмыкнул он. С этими словами Первый подошёл к первому в ряду. Наклонился к парню, что стоял перед ним. Бельф почти физически почувствовал как тот задержал дыхание. Ох, похоже парень тоже давно не спал, что явно отражалось на морде. — Ты мне скажи, Фени, — обратился Первый к директору — Ты когда детей перестанешь мучать и хотя бы перед выпуском дашь им поспать, а? Директор Фени развел руками, мол откуда ж мне знать. Первый прищурился и пошел дальше вдоль ребят. — Первый десяток сразу в разведку отправляйте — дал он свою рецензию. Бельфа пробрало изнутри. Ну уж нет, он обязан попасть во дворец. Хоть костьми ляжет, но попадет. Стоял Бельф плюс минус в середине строя, а потому дошел до него Первый только через минуты две, паралельно распределяя кого куда. Мимо Бельфа тот прошел ничего не сказав. Бельф тихо щёлкнул когтем позади спины от досады. Чтож, больше его ничего не держит. Даже не заметил, ех... Бельф прикрыл глаза. Больше не было сил терпеть. Снова тот металлический щелчок. Бельф распахнул глаза, словно и не падал в сон пять секунд назад. Парень, которого только что Первый отправил в высший отдел федеральной безопасности, ткнул Бельфа в бок. Первый стоял в полуобороте к нему. Бельф смотрел прямо, сдерживая себя от сна. Гость внезапно развернулся на носке и вернулся к Бельфу. Наклонился к нему. Ох, черт... Когтистая лапа взяла его за щеки,повертев голову в разные стороны. — Кто шрамы ему на мордашке оставил?— у Бельфа действительно был крестообразный шрам на морде. Сильно он в глаза не бросался, возможно поэтому Первый его и пропустил поначалу. — Несчастный случай — неловко почесал нос директор, отводя взгляд. Первый отпустил морду несчастного и глянул на директора, кажется взглядом высказав все, что думает. Через пару секунд снова вернул взгляд на Бельфа. Уголок рта описал нечто похожее на улыбку. И что это означает, интересно?.. Первый прошёлся вдоль всех. После велел увести тех, кого он уже распределил. Осталось 3 калеки из 200 выпускников. Бельф, его одноклассник и парень с другой группы. — Ах, группа 7Т, лучшая группа потока, да ещё и двое... — начал рекламировать директор — Цыц, мне рекламное агенство не требуется — вновь заткнул его Первый — Пожалуй стоит дать премию их руководителю... — вслух подумал директор, на что Первый закатил глаза. Ещё наверное раза 3 он прошёлся туда сюда. Видимо делал финальный выбор. От усталости Бельф уже пребывал где-то в астрале и опомнился лишь когда Первый ткнул его по коленке тростью. — Ну? Ты живой хоть? Отлично. Со мной пойдёшь. Остальных в элитные подразделения распредели. — махнул он рукой директору. Он прошел пару метров, оглянулся — Чего стоишь как столб? Иди за мной, Десятый — обратился он к Бельфу. Бельфу понадобилось 2 секунды на осознание и его растерянный взгляд скользнул по директору. Тот кивнул, мол ступай давай. Ну, как растерянный. Любой непросвещенный подумал бы что это безразличный взгляд. Не заставляя себя ждать, он лёгкой тенью скользнул следом за Первым, сопровождаемый лёгким покалыванием в затылке от взглядов сокамерников. Первый боковым зрением наблюдал за движениями Бельфа. Лёгкие, выверенные, уверенные. А взгляд какой. Сразу в душу запал. Однако ж окрас его, конечно, приметный, пятнистый желто-бело-черный, словно карп из японского пруда. Но ладно уж. Один Третий чего стоит со своей кличкой Райская Птица. А мордашку и правда жаль. Симпатичная. Дорога в корпус ищеек вновь ободрила перегруженный мозг новоиспечённой ищейки — они вышли через один из чёрных ходов Академии и попали в сад. На улице шёл снег большими белыми хлопьями, кружился и падал за воротник, засыпая собой кипарисы и другие кустарники, привезённые с дальних планет для Её Величества. Однако когда они зашли во внутрь дворца и направились в зал собраний, для Бельфа все слилось в одно цветное пятно. Был бы он пободрее — может что-то и запомнил бы из обстановки или направления... — Скажи, мой юный друг, сколько ты спал? — внезапно заговорил с ним Первый, толкая очередную дверь, чья тень отражалась от золотистых вымытых до блеска полов. — За эту неделю? — негромко отозвался тот, проскальзывая внутрь. — Именно. — Часа...2..Наверное. — ответы стали немного замедленными. Разморило тепло помещения. Зима, как-никак.. — Прекрасно. Познакомишься с остальными, проведем краткий экскурс и бегом спать. Комната на 5 этаже, вторая от окна. Запомнил? — Так точно. — Ох, как же тяжело с вами, выпускниками...Опять по году ждать пока вы немного отойдете от ломки — вздохнул тот. Бельф пожал плечами на это. Последняя дверь и Бельф попал в помещение зала, где на него сразу смотрело 8 пар глаз. Новая доза бодрости ударила по мозгу из последних вялых сил.