На поверхности солнца

      — Давай другую руку.       Коля усаживается поудобнее на коленях Руслана, который по необъяснимым обстоятельствам сейчас красит ему ногти жëлтым лаком, и кладëт на стол правую кисть. Удобная поза в самом деле может сыграть важную роль в процессе горения задницы — бомбит, зато с комфортом. Что случилось? Ничего особенного — просто Руслан предложил включить на фон загадки Бабушки Шошо, чтобы скрасить времяпровождение. Коля без колебаний согласился, но вскоре пожалел. Пожалел, собственно, и сам Руслан — Ромадов порою так сильно бесится с отсутствия логики в её видео, что Рус попросту не может ровно ногти красить.       — Сука, сиди смирно! — раздражëнно говорит Тушенцов неугомонному Коле, который, кажется, совсем с катушек слетел.       — Нет, подожди! — он убирает руку из-под кисточки с лаком, что и вовсе поплыл от таких сложных задач, в решении которых даже не участвует, и бесцеремонно большой каплей приземлился на поверхность стола. И нет, конечно, это не потому, что Тушенцов в жизни не пробовал никому красить ногти и от незнания наносит слишком много лака. Коля берëт с края стола случайный листок бумаги и первый попавшийся карандаш, показательно оттопыривая уже окрашенные пальцы с невысохшим лаком. — Блять, да как это возможно?!       Ромадов что-то криво чиркает на бумаге — но не так криво, как Руслан ему ногти красит — и бубнит под нос ругательства вперемешку с числами. Руслан заглядывает ему в листок и даже не удивляется: Коля составил уравнение и через икс решает загадку от Бабушки Шошо.       — Коль, ты придурок.       — Десять разделить на два — сколько? Пять… — не дожидается ответа он и продолжает записывать.       — Пять лет.       — Да, блять, мне пять лет, и тебя это ебать не должно, — саркастично проговаривает Коля, снова лишь на секунду отвлекаясь от своих записей.       Руслан ставит на паузу видео, лишь бы не слышать этой надоедливой музыки, под которую якобы удобнее думать. Он закручивает баночки с лаком, потому что, если ждать, пока Коля утешит прилив веры в гениальность своего математического склада ума, всё высохнет к чëрту, включая лак на его же ногтях. Забавно-таки наблюдать за ним.       — Всё! Я решил! Пятнадцать будет!       Никаких комментариев не последовало, Руслан только снял видео с паузы, а Коля только огорчился. Ответ-то в итоге двадцать.       — В смысле?! Сука!       — Ты, Коля, сука. Сядь и сиди, ты ж не хочешь, чтоб я тебе накрасил так же криво, как Лëха в тот раз? — он снова готовится красить, усмехаясь с того, как Коля делано возмущëнно подпирает голову кулаком. — Да ла-адно, чë ты?       На всякий случай Руслан включает другое видео, с загадками не на логику, а обычными, для детей. Остальные загадки, видно, для сверхразумов, а Рус всего лишь страхуется, чтоб у Коли не случился ещё раз подобный неотложный позыв к доказательству самому себе своих способностей.       — Лëха вообще-то нормально мне красил.       — Потому что он пидорас. Как и все твои одноклассники.       — А у вас в параллели-то все святые нахуй! То есть, я тоже пидорас, да? — снова дëргает рукой Коля, нехотя позволяя Руслану мазнуть лаком мимо ногтя.       Тем временем загадки-обманки идут своим чередом. Как нельзя кстати: «Ноготки на пальчиках красят только…»       — Только мальчики, — додумывает Тушенцов и всë же отвечает на Колин вопрос: — Ты больше всех них пидорас. Вон, лучше ответ на загадку послушай.       Коля недовольно фыркает, будто не согласен со своим парнем, но в слова Бабушки Шошо вслушивается.       «Мальчики? Неправильно! Ногти красят только девочки!» — нарисованная мартышка на экране хихикает, даже не имея представления о своей целевой аудитории.       Руслан наносит второй слой на уже накрашенный мизинец, почти заканчивая с работой, а Коле-таки не всё равно:       — Блять, да она сексистка!       — Не дëргайся.       Ромадов дует на ногти левой руки, которые наверняка уже давно высохли, если учитывать скорость работы Руслана. Старается, однако.       Противный голос Бабушки Шошо так и звучит: «Лëшей, Колей, Севочкой называют…»       — Девочек! — восклицает Руслан, окуная ватную палочку в жидкость для снятия лака и подтирая следы ошибок на маникюре.       — Ещё и говоришь, что я придурок.       — Два сапога — пара. Всё, блять, готово, любуйся, — он откидывается на спинку стула, оставляя полузакрытой баночку с лаком.       Результат мог выглядеть и хуже, причём гораздо. Коля разглядывает маникюр и всë-таки рад, что ему привели ручки в порядок. По их относительно аккуратному и «собранному» виду так сразу и не скажешь, что в голове каша полная после этих загадок. Ромадов смотрит, смотрит, думает, думает и наконец выдаëт:       — Русь, по-моему, это хуйня какая-то.       — Как и еë загадки, — Тушенцов кивает в сторону экрана.       — И то верно…       — А что хуйня-то? Сам же хотел, как девчонка ходить.       «Девочка Коля — забавно!» — и вновь Бабушка Шошо насмешливо вторит словам Руслана, заставляя Колю играть негодование всё больше.