Как (не) убить короля демонов

Игра в «три вэ», или «вопросы, выпивка, воля», была ненапряжной компанейской игрой, по большому счёту служившей поводом набухаться… и потрахаться. По крайней мере, наша прошлая с командой Клайда игра в «три вэ» вышла именно такой. Суть игры была следующей. Сначала игроки по очереди кидали кости. Тот, кто выбросил меньше остальных, должен был пройти испытание. Тот, кто выбросил больше всех, становился судьёй. Испытание заключалось в следующем — игрок вытаскивал из специальной колоды карту. Карта обозначала либо вопрос, либо волю, то есть, желание. Это могло быть конкретное желание или вопрос, или общая тема. После этого испытуемый должен был либо ответить на вопрос, либо выполнить задание. В случае, если карта подразумевала вариативность, детали уточнял судья. Судья и решал, прошёл испытуемый или нет. Если испытуемый проходил, начинался следующий раунд. Если нет, испытуемый должен был выпить рюмку. Если он отказывался пить, или не мог, то выбывал. Судей и испытуемых могло быть несколько, если несколько участников выбрасывали одинаковые числа на костях. Однако, эта конкретная вариация игры, похоже, имела дополнительные правила, о чём сообщил Нил. В шкатулке, где он нашёл принадлежности для игры, была специальная инструкция. Плюс, костей было три, а не две, карты очень сильно отличались от тех, что мы использовали, плюс колод было сразу три. — Мля, мы вообще-то расслабиться хотели, — вздохнул Курт, — а тут ща вникать в это всё… — Зато мозги разомнём… Ну и вообще, кто нас заставляет следовать всем правилам, если они будут слишком заёбистые? — хмыкнула Мари. — У меня и так башка болит после сегодняшних махинаций с энергией… — Да дай ты мне правила дочитать, нытик вибрирующий, — сказал Нил. — Ой, а ты вообще молчи. Тебе имя в пору на женское менять с новой внешностью… Член-то хоть точно остался? — Не знал, что тебя так интересует мой член. Могу показать, если хочешь. Даже потрогать дам. Язычком… — Вы невыносимы, — сказала Иллара. — Кстати, что насчёт Руфуса? Ему… ей. В общем, имя, наверное, поменять нужно? А то оно чисто мужское? — сменил тему Курт. — Я тебя молотом ёбну, — сказала фута-смуглянка, — Не напоминал бы. И так тошно. — А чё тошно? Ты выглядишь куда лучше, чем раньше! Руфус поднялся с места с крайне угрожающим видом, но… — Сядь, — рявкнул Клайд таким тоном, что даже у меня по спине пробежали мурашки. Не, паладин точно получил какой-то бонус, про который молчит. Слишком он стал харизматичным. — Курт не со зла. Он правда пытается тебя поддержать. Иначе я бы его сам ёбнул чем-нибудь тяжёлым, — уже спокойнее сказал паладин. — А чё я не так сказал-то? — непонимающе обвёл нас взглядом копейщик. — Ты тупой, — заявил Нил, таким тоном, словно сообщил что небо голубое. — Руфус очевидно переживает из-за случившегося, — вдруг меня прорвало, — Ему и со старым телом было комфортно, он явно не хотел трансформироваться, настолько радикально уж точно. Он мужчина, и воспринимает себя таковым. А выглядит теперь как женщина. Ещё и с мужским набором половых органов, что как минимум необычно. — Очень необычно, но случаи бывают, — сказала Мари. — Да это уродство, — сказал Руфус. — Вот. Видишь. Ему тяжело. Ему не нравится то, что с ним случилось. Ему, блядь, плохо. И тут ты сука отпускаешь такие шуточки. Представь, что тебя превратили бы в женщину, и ты слышал бы в своё адрес «ну чё ты расстраиваешься, зато красивая теперь, гыгыгы» — последние слова я сказала максимально глумливым тоном. — Да мне вообще похеру было бы. Хуй есть, значит баб ебать можно, значит всё нормально, — ответил Курт, — а если бы совсем в девку превратили, ну и хули? Вы же с Мари и Илларой в петлю не лезете от того, что у вас члена с яйцами нет? Ну и вообще, примерно половина всех людей женщины. И чё, нормально живут. Многие получше нас. Ну а что баба с хуем — да, странно, конечно, но у нас тут половину города перетрахали горгульи, а потом мы голышом дрались с гигантским летающим спрутом. Так что, если кто-то в Глоре при виде хуястой девки слишком сильно удивится, я у него вежливо, блядь, поинтересуюсь, где он в последние дни вообще был? — Проблемы гендерной идентичности авантюристов в литрпг-исекае с элементами хентая… Ария, бля, а нельзя было меня в какое-то менее шизоидное место отправить? — пробормотала я. — Маша говорит непонятные слова! — с нотками обиды воскликнула Мари. — Звучит как замысловатое ругательство, — сказал Курт. — Объяснять, что это значит, слишком долго, и если честно, шутка не стоит потраченного на это объяснение времени. — Шутка? — поднял бровь Клайд, — у тебя сейчас вид был такой, как будто ты узнала, что тебя к казни приговорили. — Забудьте. Это очень специфическая заморочка родом из моего мира… — Кстати, было бы интересно послушать про твой мир, — у Мари сверкнули глаза. — Не сейчас, — ответила я. — Так, я, кажись, разобрался в правилах, — сказал Нил. — И чё там? — спросил Курт. — Ну, это чуть усложнённая версия, ориентированная скорее на соревнование… Кто-нибудь знает, чей дом? Знающих не нашлось. — В общем, — продолжил Нил, — три колоды разделены по уровням сложности вопросов и заданий. Плюс, каждая карта здесь имеет цену в очках. Отвечаешь правильно на вопрос, или выполняешь испытание — получаешь очки. Когда карты кончаются, победителем объявляется тот, у кого больше очков. Ну и можно отказаться выполнять условия, заплатив цену карты в очках. Тогда не пьёшь штрафную рюмку. Вообще, тут игра рассчитана на то, что будут ставки. Я глянул — у карт условия более чёткие. Надо решить, как мы будем играть. — А давайте по этим правилам и сыграем. Со ставками, — Мари облизнула губы, как-то хищно на меня смотря. Я вскинула бровь. Думаешь меня трахнуть, Мари? Да я сама тебя трахну, хе-хе… Мне есть чем. — И что мы ставить будем? — спросил Нил, — у нас даже денег сейчас нет, и не то чтобы от них есть какой-то толк, даже если бы были. — Комнаты. Первые четверо по очкам получат комнаты, — сказал Клайд, — Вообще, я за то, чтобы сыграть со ставками и с очками. Это что-то новенькое, да и мотиватор стараться даст. — Интересные у тебя формы расслабления — соревновательная игра от исхода которой зависит комфортный сон, — сказала я. — Ну, проиграть не так страшно, а дружеское соревнование на самом деле не такой уж и плохой метод отвлечься и расслабиться. В храме так постоянно делали, и это давало хорошие результаты. — Ладно, давайте играть уже! — воскликнула Мари, — Если кто против, он может прям щас и свалить. — Ага, и спать на полу, — фыркнул Курт. — Только Маша, давай потом без жалоб и претензий, — сказал Нил. — О, это пройденный этап, — опередила меня с ответом Мари. — Жалоб и претензий не будет, — сказала я. После этих слов я почувствовала импульс… Энергия Похоти вокруг колыхнулась. Кажется, в каждом из присутствовавших, включая меня. Хм. И чтобы это могло значить? Что все хотят меня трахнуть? И что я хочу, чтобы меня все оттрахали? Или это что-то более сложное, и я слишком примитивно толкую «похоть»? В итоге, мы начали-таки играть. Три колоды были обозначены разными цветами и символами. Зелёная с цветочком была самой лёгкой, чёрная с черепом самой сложной, ну а красная с перекрещенными мечами средней. Бросали мы по очереди, по кругу. Первый бросок достался Клайду. Паладин выкинул три шестёрки, очень интересное начало. Следом шла Иллара. У неё вышло две шестёрки и одна пятёрка. Отдуваться в первом раунде точно не будет. Далее кидал Нил, у него вышло тринадцать. Следом Руфус — шестнадцать. Да что ж всем так прёт-то? После Руфуса настала моя очередь, и я выкинула единицу, двойку, и тройку. М-дя. После меня кидал Курт, и ему выпало три пятёрки. Я уж думала, что буду отдуваться первой, но Мари, кидавшая последней, выбросила три единицы. — Ну что ж… — сказала Мари и потянула руку к картам. — Не-не, погоди, — остановил её Нил, — вообще-то судья выбирает колоду и тянет карту. Так что Клайд, давай. — Начнём с чего попроще, — сказал паладин, вытянув карту из зелёной колоды. — Скукотища, — фыркнула Мари. Клайд продемонстрировал нам всем карту… Вопрос Вы переспали бы с неприятным вам человеком за 1000 золотых? Аргументируйте ответ. 1 очко. — Это сложный вопрос, — неожиданно серьёзно сказала Мари, — если бы человек был мне просто неприятен, то, скорее всего, да. Для меня это не так принципиально, а тысяча золотых — огромные деньги. Если это кто-то кто не просто неприятен, а кого я ненавижу, кто сделал какое-то серьёзное зло мне или моим близким… Нет. — Засчитываю, — сказал Клайд, — Начинаем второй раунд. Следующий круг закончился тем, что три единицы выбросила я. А самое большое значение на костях выкинула Мари. — Хе-хе-хе, — зловеще рассмеялась колдунья, и вытянула карту из чёрной колоды. Воля Взятка. Сделайте то, что попросит судья. Получите столько очков, сколько судья согласен дать. — Ну это какая-то читерская карта, — сказала я. — Ну, смысл игры всегда в том, на что готов каждый игрок, — заметил Нил. — Маша, — сказала Мари, — Я хочу, чтобы ты сняла всю одежду кроме белья… и не надевала её до конца игры, или пока ещё какая-нибудь карта этого не позволит. И за это ты получишь… три очка. — М-м-м… Ладно. Я ненадолго задумалась о том, не устроить ли мне стриптиз, после чего решила, что нет, и привычным способом убрала всю лишнюю одежду в инвентарь. — Встань, покажись, — сказала Мари, — я должна увидеть, что на тебе осталось только бельё. — Ну хорошо… Я поднялась, прошлась вокруг стола, и вернулась на своё место. Сила Похоти вокруг начала пульсировать. Энергия двигалась куда интенсивнее, чем раньше, и я чувствовала, что сама начинаю заводиться. Но это было не так, как с горгульями или осьминогом… Нет, это было моё собственное желание, не навязанное извне. И поэтому я не видела смысла ему сопротивляться. Начался следующий раунд. В этот раз меньше всех выкинула Мари, а больше всех Нил и Курт — оба по семнадцать. — Каждый судья тянет отдельную карту, — сказал Нил и взял карту из зелёной, «лёгкой» колоды. Курт немного подумал, и сделал то же самое. — Да почему вы такие скучные! Возьмите чёрную карту! Вы разве выиграть не хотите? — возмутилась Мари. Я хмыкнула. Вот уж правда анекдот про садиста и махохистку… Ну тот в котором мазохистка такая: «мучай меня, давай, мучай!»; а садист ей: «нет». Карты, выпавшие Мари, были двумя заданиями. Одно — отжаться десять раз. Другое — прочитать любой стих по памяти. От обеих заданий Мари отказалась, и вместо этого налила себе две полные, до краёв, рюмки, и залпом их опустошила. — Хорошее пойло хоть? — спросил Нил. — Вообще отличное… — с блаженством сообщила Мари. В следующем раунде роль испытуемых досталась Клайду и Илларе, а роль судьи снова Курту. Длинноволосый копейщик опять вытянул «зелёную» карту. Поцелуйчики Испытуемый должен поцеловать как минимум одного другого игрока. 1 очко за чмок в щёку, 2 очка за долгий поцелуй в губы. Можно поцеловать больше участников для получения дополнительных очков. — Ну это легко, — хмыкнул Клайд, дотянулся до Иллары, тоже подавшейся к нему, и поцеловал жрицу взасос. — Всё, всё, прошли, — сказал Курт. Парочка целовалась ещё секунд десять после этих слов, после чего, наконец, оторвалась друг от друга. Сила Похоти в комнате снова запульсировала. В этот раз самые сильные импульсы шли от паладина и жрицы. Ожидаемо… Итого по два очка у Клайда с Илларой, одно у Мари, и три у меня. В следующем раунде испытуемым стал(а) Руфус, а судьёй снова Мари. И естественно, колдунья потянула чёрную карту… Аукцион Судья должен провести аукцион среди игроков, продавая им отдельные виды секса с испытуемым, в зависимости от его пола и состава участников игры. Должно быть не менее трёх и не более пяти «лотов». 25 очков. В случае отказа или провала, испытуемый выпивает семь рюмок. — Ну не, даже не надейтесь, — сказал(а) Руфус. Смуглая фута наливала и опустошала рюмки одну за другой, пока, наконец, не выпила все семь. — Забористая хрень, — сказал(а) Руфус в конце. Следующий раунд закончился тем, что Клайд выкинул три шестёрки и снова стал судьёй, а Курт выбросил меньше всех — три единицы. Паладин снова достал зелёную карту, и Курту выпало десять раз присесть, что копейщик с лёгкостью исполнил, получив своё очко. После этого… Клайд снова выбросил три шестёрки. А участь испытуемой в этот раз досталась мне — я выкинула тройку и две единицы, что было меньше, чем у всех остальных. Снова зелёная карта… Вопрос Если бы всем участникам игры угрожала смертельная опасность, и вы могли спасти только одного, не считая себя, кого бы вы выбрали? Объясните своё решение. 1 очко. — Я не думаю, что это решение, которое я смогла бы принять, — сказала я, — В любых экстремальных ситуациях решения принимаются в моменте, и есть куча факторов хотя бы в виде самой возможности сделать то или иное действие. Плюс стресс, рефлексы, потенциальная паника… Я не думаю, что вот так, сидя в спокойной обстановке, можно рассуждать о подобном. Вернее, можно, но ломаный медяк цена таким размышлениям. — Это хороший ответ, но думаю, вопрос не об этом, — сказал Клайд, — предположим ситуацию, где мы все находимся в заложниках у крайне могущественной сущности, которую невозможно победить и от которой невозможно сбежать. И в такой ситуации она даёт тебе этот выбор. Ты можешь выбрать, кто из нас будет жить, но это должен быть только кто-то один. Предположим, что сущность не лжёт, или что это невозможно проверить, но что в случае твоего отказа от выбора последствия для всех будут намного хуже. У тебя есть время подумать, но ты не можешь затягивать с выбором. Какое решение ты примешь в такой ситуации? — Клайд, ну чё ты завёлся-то так? — укоризненно посмотрела на него Мари. — Угу. Это нихера не весело, а ты ещё и давишь, — согласился Курт. — Нет, если Клайд так хочет, я отвечу, — сказала я, посмотрев паладину в глаза. Взгляд Клайда был твёрд и строг, полон решимости, но я была твёрже… И почему-то сила похоти колыхнулась от этого сильнее, чем от всего, что было раньше. — Я бы выбрала Мари, — сказала я, — Так уж получилось, что её я пока знаю лучше остальных, нас связывает эта история с Гэроном и моё «пробуждение». Доволен? В комнате словно стало на пару градусов холоднее после моего последнего слова. Я вложила в него настолько сильный холодный упрёк, насколько могла. Сила Похоти колыхнулась ещё мощнее прошлого, ядра всех вокруг послали сильные импульсы, по комнате словно ударная волна прокатилась. — Это хороший ответ, — сказал Клайд, — честный. Извините, если кому-то испортил впечатления от игры, но теперь, когда мы знаем кто такая Маша, и у неё больше нет уязвимости в виде низкого самоконтроля, я не удержался от возможности получше узнать, что она за человек. — Давайте кидать кости дальше, а не обсуждать загоны Клайда, — сказал Курт. Возражений не было. На следующем круге «испытание» выпало Руфусу, а судьёй стала Иллара. Жрица вытянула зелёную карту. Вопрос Если бы вам было абсолютно необходимо переспать с другим участником игры, кого бы выбрали и почему? 1 очко. — Мари, потому что Иллара уже занята, а Маша страшная. — В СМЫСЛЕ СТРАШНАЯ?! — рявкнула я, неожиданно сильно разозлившись. — Да не в плане внешности… Ты просто слишком сильная, — пискнул(а) Руфус. — В прошлый раз тебя это не остановило, — фыркнула я. — В прошлый раз я был раза в три пьянее, раз в десять сильнее возбуждён, гораздо хуже представлял, что ты можешь в бою, и видел у тебя очевидную уязвимость, которой можно было легко воспользоваться… — Я засчитываю ответ, давайте дальше, — сказала Иллара. Грр… Ну чё за херня, блядь? Мне только стало комфортно в женском теле, только захотелось попробовать больше всякого разного в сексе, а теперь я, видите ли, слишком страшная и у меня уязвимостей нет. Вот что за херня, ну честное слово? Мы сделали ещё один круг бросков. В этот раз судьями выпало быть мне и Клайду, мы выкинули по семнадцать. А испытание досталось Илларе, выбросившей три единицы. Клайд вытянул зелёную карту, и я тоже. Нет смысла быть жопошницей, как Мари, почти половина зелёной колоды уже кончилась. Так что скоро лёгких карт просто не останется, и можно будет без всякого осуждения тянуть более сложные… К тому же, зачем давать жрице шанс получить лишние очки? Я хочу спать в комнате, в нормальной кровати, в конце концов. Обе карты были вопросами. Карта Клайда требовала от испытуемой сказать, кого из других игроков она считает лучшей кандидатурой для брака, с аргументацией. Моя же карта содержала вопрос о том, кто в группе лучший, а кто худший. И если на первый вопрос Иллара ответила легко, то с моим начала юлить. — Нельзя так прямо делить людей на хороших и плохих, лучших и худших. У каждого человека свои достоинства и недостатки, свой жизненный путь и опыт, делающий его таким, какой он есть. Да, это не оправдывает преступников и злодеев, но и они стали такими не просто так. Поскольку преступников и злодеев в нашей команде нет, я не могу выделить кого-то как «худшего». И «лучшего» тоже. Да, Клайд наш лидер и мой возлюбленный, мы с ним дружили почти с самого детства и вместе обучались пути Андель, он ближе всех мне по убеждениям и характеру, но я могу искренне сказать, что считаю его лучшим, потому что я вообще не смотрю на вас всех с такой стороны. Кто-то, очевидно, лучше и хуже других в том или ином деле, но оценивать людей в целом таким образом — это глупость, ведущая к злу. Если честно, я сначала хотела её прессануть, но после этого ответа… Нет, если она в это реально верит и её этому научили в храме Андель — я начинаю всё больше и больше уважать эту богиню. Потому что она, похоже, не какая-то дженерик святоша из фэнтези которой надо чтобы все были хорошими путём убийства всех плохих, а имеет куда более сложную философию. — Засчитываю, — сказала я. Иллара удивлённо вскинула светлую бровь, но ничего не сказала. Мы с Илларой сравнялись в очках, по четыре у обеих. Начался следующий круг… В этом раунде рандом выдал какой-то феерический фортель. Роль испытуемого досталась Нилу, а судьями стали сразу трое — я, Курт и Мари. Причём мы все выкинули по три шестёрки. Херь какая-то. Естественно, Мари взяла чёрную карту. Мы с Куртом решили взять зелёные. Карта Мари была… интересной. Вопрос Если бы вы стали рабом, кого бы из других игроков выбрали в качестве хозяина? Для проверки правильности ответа, проведите 1 час в качестве раба того, кого выбрали. Если вы откажетесь выполнять хотя бы один приказ, это считается провалом. 50 очков. В случае отказа или провала, испытуемый выпивает десять рюмок. — Ну это легко, на самом деле, — ухмыльнулся Нил, — выбираю Машу! Ах так? Думаешь, это халявный способ срубить 50 очков? Нет уж, сраный остроухий фембой, я тебе продемонстрирую сейчас, что я не просто самоконтроль подтянула, и что я не только в бою могу быть опасной… — Хорошо, — улыбнулась я, и встала. После чего активировала «инструмент доминации». Прямо под моими трусиками начал расти член с яйцами, вскоре увеличившись до того размера, который эти самые трусики не могли скрыть. Трение кружевной ткани о кожу в этом чувствительном месте, её давление… Ммм, какие приятные ощущения… — Тогда вставай на колени и начинай сосать, раб, — сказала я, — А если я не кончу за минуту, мне придётся трахнуть тебя в задницу. Реакция была бесподобна. Не только Нила, но и всех остальных. Иллара выпучила глаза, её челюсть рухнула, и жрица прикрыла раскрытый рот рукой. Курт и Руфус просто молча охренели. Мари тихо посмеивалась. Нил побелел. А Клайд почему-то ухмыльнулся. От него ожидала другой реакции… Пульсация Похоти в этот раз была ещё сильнее. Комната постепенно наполнялась остаточной энергией… — Ладно, я, кажется, ошибся, — проблеял полуэльф, — буду пить… — То-то же, — хмыкнула я, убрала член, так чтобы все видели, и села обратно. Нил принялся глушить рюмку за рюмкой… где-то на пятой он сказал: — Закуси бы… Ща, схожу за… — Не-не-не, — сказал Клайд, — продукты сейчас стратегически важный ресурс. Так что никакой закуси. — Да чтоб тебя… — пробормотал Нил, и принялся пить дальше. Когда лучник закончил, по щекам у него катились слёзы. Пришло время зелёных карт. Песня и танец. И то и другое Нил кое-как изобразил. Ноги у него заплетались, но движения полуэльфа всё ещё походили на танец. Пел он, страшно фальшивя, что-то там про лесную деву-охотницу и злых волколаков, я особо не слушала. Но мы с Куртом оба засчитали Нилу этот перфоманс, сойдясь на том, что карты требовали просто спеть и станцевать, а не сделать это хорошо. Так что хотя бы два очка Нил получил. Впрочем, устойчивость к алкоголю у него явно меньше, чем у Руфуса. Вон как его плющит. Странно, в прошлый раз вроде такой разницы не было, и тот же Руфус куда быстрее опьянел. Побочный эффект трансформации? Может быть… На следующем круге испытуемым стал Клайд, а судьями Нил и Руфус. И оба, не сговариваясь, вытянули чёрные карты. — Вот вы засранцы, — фыркнул Клайд. — А чо, сам хотел устроить соревнование, вот и соревнуйся, — ответил Нил. Карты были следующими: 1. Сервис Испытуемый должен выполнить по одной просьбе каждого участника игры. Просьбы должны быть сексуального характера и включать только испытуемого и просящего. 25 очков. В случае отказа или провала, испытуемый выпивает семь рюмок. 2. Вопрос У кого из игроков, не считая испытуемого, самый большой член в стоячем положении? Если испытуемый угадает, он должен заняться сексом с обладателем самого большого члена в пассивной роли. Если испытуемый не угадает, он должен заняться сексом со всеми остальными обладателями членов в пассивной роли. Если среди игроков, не считая испытуемого меньше двух мужчин, судья может выбрать любой другой интимный вопрос. Женщины могут использовать фаллоимитаторы. 25 очков. В случае отказа или провала, испытуемый выпивает семь рюмок. — Нет, я не буду этого делать, — спокойно сказал Клайд и принялся напиваться. Пришлось откупорить вторую бутылку, и даже её паладин опустошил почти на половину. Ух, силён, разом столько вылакать… На следующем круге испытуемым стал Курт, а судьёй я. Ну, в принципе, валить его смысла нет, так что я вытянула зелёную карту. 1. Раздевание Испытуемый должен снять любое количество предметов одежды на выбор судьи, но не меньше одного. 1 очко за каждый снятый предмет. — Сними сапог и получи своё одно очко, — махнула я рукой. — Легко… — сказал Курт и принялся стягивать обувь. В следующем раунде испытуемым снова стал Курт, а судьёй Мари. — Раз вы засранцы всё время отказываетесь от чёрных карт, а зелёные слишком скучные, давайте попробуем что-то среднее, — сказала колдунья, вытянув красную карту. Борьба Испытуемый и судья должны бороться на мягком ковре. Запрещено бить, только захваты, броски и подсечки. Побеждает тот, кто уложит соперника на лопатки. Если испытуемый проиграет, судья имеет право заняться с ним сексом в активной роли. Судья может выставить вместо себя любого другого игрока, если тот согласится. 5 очков. В случае отказа или провала, испытуемый выпивает три рюмки. — Маша, ты меня не подменишь? — спросила Мари, глядя на меня с прищуром. Я посмотрела на рабоче-крестьянскую рожу Курта, которой длинные светлые волосы совсем не помогали стать красавчиком. — Нет, он не в моём вкусе, — сказала я. — Ну ладно… Других желающих нет? — Мари обвела всех взглядом, и, не найдя отклика, сказала — Тогда сразу сдаюсь. За счёт этого Курт вырвался вперёд по очкам, теперь у него было семь. Ещё один раунд… И Курт снова стал испытуемым. Да что ж ему так не везёт-то? Судьей выпало быть Руфусу, и он потянул чёрную карту. Соблазнение Испытуемый должен попытаться соблазнить каждого игрока противоположного пола (либо всех, кого считает достаточно привлекательным). 10 очков за каждый успех, 3 рюмки за каждый провал. Отказ считается провалом. — Ну, Мари, я думаю, ты не откажешься мне помочь, — ухмыльнулся Курт и одним рывком оказался рядом с колдуньей. Мари даже сообразить не успела, как Курт впился ей в губы, и запустил руку под халат, начав лапать грудь. Нам не удалось вытянуть из Гэрона хоть какие-то нормальные шмотки, только обувь, поэтому все кроме меня оставались в том, что дали в лечебнице. На Мари и вовсе не было белья… Колдунья даже не попыталась сопротивляться. Наоборот, охотно ответила на поцелуй. Одна рука Курта тем временем во всю мяла грудь брюнетки, а вторая залезла под халат снизу, в промежность… — Всё, прошёл. С Мари по крайней мере, — сказал Руфус. Курт в тот же момент оторвался от девушки. А я… Я была в ступоре. Плотность энергии Похоти вокруг росла так быстро, что это было практически физически ощутимо. Мои соски набухли, внизу стало чуть-чуть влажно, я ощутила зарождающийся жар… — Подлец… завёл и бросил! — возмутилась Мари. — Ну, Мари, мы же не можем сделать это при стольких свидетелях, да и игра ещё и идёт… К тому же, судья сказал остановиться, — сказал Курт и отвернулся от колдуньи. На его лице застыла самодовольная ухмылочка, через халат проглядывал стояк… А я, кажется, поняла, почему именно Курт типа бойфренд Мари, а не кто-то другой. Есть в нём что-то… такое. — Иллара сразу нет, — сказал Курт, — а что насчёт тебя, Руф? Тебя считать противоположным полом? — Как судья я исключаю себя из испытания, — сказала фута-смуглянка. И Курт повернулся ко мне. — Не боишься? — подняла я бровь. — Ну, ты же можешь меня в любой момент остановить, если я зайду слишком далеко, разве нет? Курт подошёл ко мне, протянул руку, коснулся пальцами моей щеки… И я, повинуясь внезапному порыву, взяла его за запястье, повернула голову, и взяла указательный палец в рот, обхватила губами, облизнула… — Засчитываю, — сказал Руфус. Курт попытался отстраниться, но я не дала. Несколько секунд неловкой паузы, и я всё же отпустила мужчину. Чёрт… Мне хочется. Хочется больше! Неважно, что его «соблазнение» на меня не работает, я ведь могу поддаться… — Руфус, а чего в этот раз так быстро? — сказала Мари. — Если они продолжат, как бы мы тут оргию не устроили, — сказал Клайд. — Во-во, — кивнула фута. Что-то мне подсказывает, что мы в любом случае её устроим… Количество алкоголя в крови и энергии похоти в воздухе растёт слишком быстро. Даже я себя уже с трудом контролирую, и дело не в том, что я не могу успокоиться… Я просто не вижу смысла.