Затопленные.

Два силуэта, держась за руки, бежали по полю, беззаботно смеясь. На улице уже стояла ночь, поэтому в руках того, что был повыше, находился фонарик, освещающий дорогу. Им подобное не впервой: только в темное время суток они могли выходить, не скрываясь и не стесняясь себя. Они могли чувствовать себя спокойно. Тяжело существовать, когда для остального мира ты не существуешь... А если быть точнее, то затоплен. В один момент один из мужчин — пол был понятен по голосу — чье имя Исландия, тянет второго за руку на себя, подаваясь назад, как бы заставляя их упасть. Трава мягкая и ее много, так что за травмы переживать не стоит. Да и, честно говоря, на них как-то все равно: сейчас Исландия и Финляндия слишком заняты друг другом, чтобы отвлекаться. Уж слишком сильно бьется сердце, уж чересчур выразителен смех, а взгляд — влюбленный. На данный момент они счастливы, а значит, на остальное плевать. Они прекращают контакт между собой буквально на пару секунд, чтобы перевернуться на спину и увидеть чистое ночное небо. Потом Исландия, подвинувшись ближе, кладет голову на грудь Финляндии, чувствуя на своей спине чужую руку. Он слышит учащенное сердцебиение возлюбленного и улыбается, понимая, что этот человек... Эта страна и есть его дом. Фин выключает фонарик, давая ночи охватить их целиком. С каждой секундой на небе проявлялось все больше звезд. Повезло, однако, сегодня с погодой... Ни облачка. Они молчат какое-то время, наслаждаясь лишь присутствием друг друга. Исландии на глаза попалось собственное обручальное кольцо на пальце. Оно появилось совсем недавно, но как же это много значит... Страна огня и льда был убежден в своей любви к Финляндии: ни Эстония, ни Швеция, ни ООН с Казахстаном, ни кто-либо еще не смог разрушить их отношения, хотя сколько было предпосылок... Жена и дети Финляндии в свое время не остановили Исландию, и наоборот. И ничего не остановит. Никогда. Странам, чтобы жить спокойно и счастливо, и чтобы никто никого не искал, пришлось объявить о том, что их территории затопило и скрыться в неизвестном практически для всех направлении. В последствии многие окружающие их государства оказались лицемерами и предателями. Да что уж говорить: Эстония, уже бывшая жена Финляндии, ушла от него, а ООН, старший ребенок или же дите, вообще отказался общаться с отцом и остальными его "братьями". По каким причинам произошло подобное? Это остается загадкой по сей день. — О чем думаешь? — спрашивает Исландия, выходя из своих мыслей. — О том, как же много произошло за этот год... — глаза Финляндии были направлены на звезды, но он чувствовал на себе чужой взгляд. — Как там Швеция?.. Он с тобой не общается?.. — сердце от моральной боли сжимается у двоих: у Фина потому, что действительно переживал за своего пусть и неродного брата и некогда партнера, а у Исландии потому, что он помнил эти стоны за стенкой, от которых хотелось выть в подушку из-за, как ему казалось, невзаимной любви. Он столько раз слышал из уст Финляндии и Швеции оскорбления в сторону друг друга, хотел верить в их слова о том, что они ненавидят друг друга самой ненавистной братской ненавистью, но ночью они как будто бы переобувались... Тогда и ООН пыталось бегать за Страной огня и льда, желая привлечь внимание, но он не мог ответить ему тем же... Ведь, как бы иронично не звучало, сердце Исландии изначально принадлежало другому — отцу ООН. Финляндии. — Нет... — резко отрезает Исландия, уводя свой взгляд. Но, стоит признать, то, как поступил Швеция в свое время — слишком низко: послал их двоих далеко и надолго и пропал. Собственно, Швеция был единственным, кто остался с ними и тем, кто продержался дольше всех. Ключевое слово "был". — Как две недели назад написал, так больше и не пишет... — все же у Исландии с Швецией отношения были получше. Заметив внезапное перемену в голосе, Финляндия, уже догадываясь о чем-то, интересуется. — Неужто ты ревнуешь? — в этот момент он встретился взглядом с Исландией. — Все давным-давно в прошлом. Мне, кроме тебя, никто не нужен. — А как же ООН, про которое ты вечно вспоминаешь?.. — нет, Страна огня и льда был уверен в своем партнере на все сто, но такие периоды... Периоды тревожности уничтожали и убивали насмерть. — Дите... — рука Финляндии, до этого находившваяся на спине, перешла на голову второго мужчины, начиная успокаивающе гладить. — Знаешь, когда собственный ребенок желает тебе смерти — ощущения не из приятных. Да и мы с тех самых пор, как... — тема была больной для двоих. — Ну, ты понял... Не общались. И я сомневаюсь, что будем. Мы же с тобой мертвы для всех, — тот усмехается. Исландия лишь молча улыбается и, смотря куда-то в сторону, нащупывает руку Финляндии и осторожно ее сжимает. — Кстати, об этом... — продолжает Фин после минутной паузы. — Если мои слова были бы ложью, то мы с тобой тут бы не лежали. Я бы не пожертвовал всем ради тебя, я бы не сбежал вместе с тобой от всего остального мира, отказавшись от прошлых связей. Да и к тому же... — Финляндия, переняв инициативу на себя, находит безымянный палец Исландии и касается надетого кольца на нем. — Этого тоже бы не произошло. Страна огня и льда обильно заливается краской, вспоминая недавние события. До сих пор не верится, что это не сон. — Я люблю тебя.. — И я тебя, — их губы встретились, и они слились в поцелуе. Через какое-то время, стоило им закончить, Фин, оглядываясь по сторонам, спрашивает. — Как думаешь, мы сможем?.. — явно намекает на что-то. Исландия молчит пару секунд, раздумывая. А потом, выпрямившись и нависнув сверху, зажав своими бедрами и бедра мужчины, выдает. — А ты включи фонарь... Да, их все же затопило. Только не то и не так, как думает большинство. Финляндиию и Исландию затопила любовь. Любовь друг к другу.