Златокрылый король

Как быстро меняется мнение людей. Мы становимся неугодными, как только перестаем приносить пользу. Повезло тем, кто не сталкивался с лицемерием других, но Ксия жила среди них и воспитывалась. Водя по запутанным коридорам Мадам Чен, она продолжала вспоминать то, что, казалось, давно похоронила в своем сердце, но раны лишь ждали нужного момента, чтобы повторно загноиться. Лечить больное сердце тяжело и долго, к сожалению, не всем удается излечиться. — И как можно жить в таких условиях? Что же мне делать… — Мадам Чен бубнила себе под нос. Ксия прекрасно всё слышала, но старалась игнорировать большинство ее слов. — Ксия? Ты меня точно не обманываешь. — Женщина остановилась. Они практически дошли до выхода из пещеры. Оставалось пройти совсем немного. — Зачем мне это? — В глазах молодой девушки отражалось непонимание. — Просто… Тебя все разбаловали. Ты бы не смогла жить в таком месте. — Она сделала акцент на предпоследнем слове, да и интонации выдавали пренебрежение во всем. — Может, вы и правы. Но выбора у меня не особо много. Вы сами отправили неподготовленного ребенка сюда. — Ксия все говорила покорным тоном, но слова за долгое время успели пропитаться ядом обид. Мадам Чен обратила на Ксию недовольный взгляд, посмотрев сверху вниз. — Тц. Вот именно, тебя вернули, а спустя некоторое время ты исчезла. Кто знает, какую хитрость затеяла. Может, нападение твоих рук дело? — Мадам Чен медленно приближалась к девушке, а Ксия отступала. — Женщина, держи себя в руках. Ты хоть понимаешь, что говоришь? — Мужчина, что все это время сидел у костра, возле входа в пещеру, выглянул в проход. Мадам Чен удивилась, смотря на него. — А??? Господин Лин? Как вы здесь оказались? — Неважно. Меня больше интересует, почему Вы, мадам Чен, задираете ребенка. Разве она вам сделала что-то? — Марик скрестил руки на груди, а его взгляд выражал все недовольство, рождённое словами женщины. Ксия почувствовала себя неловко. Она смотрела то на одного, то на другого, мысленно благодаря господина Лина. Но больше всего она хотела, чтобы они оба ушли и дали ей возможность побыть в тишине. — Не кажется ли вам, Господин Лин, что вы лезете не в свое дело. Ксия мне, как родная. А вот Вы в нашей деревне недавно, не думаю, что можете лезть. В этот момент Ксия поняла, что если она уйдет, никто даже не заметит. Так она и поступила. Девушка незаметно проскользнула за спину мужчины. От духоты разговоров ей захотелось вдохнуть свежесть, а такой воздух был лишь на улице. Выйдя из пещеры, прохлада обрушилась на измученную девчушку. Ветер стих. Пушистые снежинки танцевали, спускаясь с небес. Их прохладные прикосновения отвлекали от тягости, что сковывала ее пару минут назад. — Где же ты? Алатус? Грустный взгляд устремился в сторону горизонта. Её король ушел засветло, сейчас же солнце давно скрылось за таинственной линией на небе, но его всё нет. Или.? Несколько силуэтов показались в белоснежных песках. Алатус нес ребенка на своей спине, а двое других шли упорно рядом. Их походка выдавала усталость. — Куда она ушла? — Послышался из пещеры недовольный голос. Ксия зашла внутрь, а глаза ее загорелись необычным блеском. — Небесный царь возвращается, а с ним и дети! — Что? Ты уверена? — Да! Господин Лин, принесите несколько шкур из комнаты, где мы перевязку делали! Мадам Чен, наберите снега в кастрюлю, нужно вскипятить воду. — Ксия воодушевилась. Робкость в ее голосе исчезла, а плечи выпрямились. — Почему ты командуешь? — Недовольно фыркнула Мадам Чен. — Потому что идет Алатус, а я его «невеста». Или Вы забыли, зачем отправили меня сюда? Или чей это дом? — С каждой секундой уверенность Ксии возрастала. Чем ближе Алатус, тем морально сильнее она становилась.       К моменту появления Алатуса, уже вскипела вода. Кусочки медвежьего мяса на шпажках, что создали из обработанных веток, жарились на костре. На его спине спал ребенок, второй шел рядом, крепко вцепившись в ткань штанины, но и это было не все. Позади медленно тащилась хрупкая девушка. Она дрожала от холода и как только увидела пламя, сразу бросилась к нему. Странное чувство поселилось в сердце Ксии, она видела в этой девушке себя, что выбрала побег в эти края, где царит холод. Господин Лин поспешил к юноше. Он помог снять ребенка со спины, мадам Чен окутала всех в шкуры, что лежали все это время недалеко от огня. — Дети… — Голос мадам Чен изменился, стал мягче и нежнее. Она прижимала их к большой груди, стараясь согреть. — Господин? Как Вы? Мы подготовили перекус. — Ксия осторожно подошла к нему ближе, предложив накидку, но Алатус отказался легким жестом руки. — Спасибо, им нужнее, чем мне. — Алатус осмотрел всех присутствующих медленно, устало. — Все смогли разместиться? — Насчет этого… — Ксия хотела рассказать о нехватке места и неудобстве, о котором заявляли женщины, но мадам Чен ловко перебила её. — Конечно, господин, смогли. Ксия нас накормила, напоила. Мы очень благодарны. — Её любезный голос вызвал неприятные ощущения в желудке молодой девушки. — Хорошо. Молодец. Алатус мягко коснулся головы Ксии. Он мягко гладил ее, поощряя за гостеприимство. Девушка моментально раскраснелась. Неприятное чувство отступило, его место заняло нечто теплое, цветущее, порхающее. Она погрузилась в свои мысли. — Раз всех всё устраивает. Я немного отдохну. Завтра принесу свежей дичи и схожу разведать местность. — Юноша направился в глубь пещеры, к своей комнате.              Но Алатус не лег спать. Он подошел к огромному шкафу с книгами. Множество рукописных текстов собралось в одном месте. Парень знал, где лежала нужная ему книга. Казалось, он знал каждую из них и мог достать с закрытыми глазами. Расположившись на кровати, скинув часть испачканной одежды на пол, он открыл старинную книгу. Листы потемнели от времени, а местами чернила поплыли, но Алатусу не мешало и это. Он искал таинственных существ, что повстречал сегодня. Искал, какая сила могла призвать их в столь отдаленное поселение. Мир менялся, но существа, что никогда не попадались ему во время охоты за многие годы, не могли появиться из ниоткуда. Или могли? Погружаясь в изучение все больше, он сменил не одну книгу, но все же усталость начала брать вверх над божественным зверем. Он прогрелся. Закрыл глаза. Только даже во сне покоя ему не было. Алатус очнулся в белоснежном зале, он видел так светло, как днём, но цвета… Они были странными, нереалистичными. Перед глазами все плыло. Он стоял на месте, а мир вокруг двигался, шевелился, у него своя воля. — Что здесь… — Парень не мог сфокусировать взгляд на чем-то одном. Реальность вокруг постоянно менялась. Колонны не держали потолок, они играючи извивались, приобретая все новые сюрреалистические формы Хлопок. Второй. Вокруг эхом звучал вопль аплодисментов. Тишина. Все стихло. И мир замер. Не в силах держаться на ногах, Алатус склонился на колено и закашлялся. Многое мог выдержать вестибулярный аппарат священного зверя, но не все. — Какой герой. Какой красавец. — Бархатный женский голос эхом раздался по залу. — Не смотри на меня так грозно. Я могу и растаять. — В тени блеснула улыбка Взгляд воина напоминал его истинный облик — острый, грозный. Его красивая наружность могла легко ввести оппонента в заблуждение и заставить ослабить бдительность, но не эту коварную женщину. — Зачем я здесь? — Сам же хотел узнать, что сегодня видел. Книжки даже читать стал, хотя давненько уже променял их на копьё. — Играючи она продолжала разжигать в нем костер, подкидывая дрова. — Ближе к сути. — Как скажешь~ Пришли те монстры по темные душенки людей. Думаешь и правда, та девчушка заблудилась в горах? Растили, чтобы жертвой стала… Знаешь, как свинью, кормят на убой, и тут также… И да. Ты не один, кому они жертву принесли, но повезло им чуть меньше.       Алатус не видел лица женщины, но он, казалось, мог разглядеть ее выражения лица, мимику. — И? — Он сжал руку в кулак, подавляя свой гнев. — И это расплата. Но, боюсь, не вся. Только начало. Поэтому, желаю тебе отдохнуть, у тебя столько дел появится! — Ты так ничего существенного и не дала о монстрах. — Алатус, будто откидывал всю шелуху в ее речи, доставая самое главное, самую суть. — Дала. Остальное не так уж и важно. — Таинственная незнакомка засмеялась, а мир вокруг снова закрутился.       Алатус вскочил с кровати, увидев кошмар. Его тело покрывал холодный пот, а рука до сих пор сжата до боли. «Только начало…говоришь…»