Разговор по душам.

Поздний вечер, двое парней мило проводили время, смотря фильм на компьюторе, о чем-то таком замысловатом и романтичном. Гоголь положил свою голову на плечо рядом сидящего, приобняв за руку, Достоевский же попивал горячий, крепкий черный чай. Казалось, Николай совсем не было увлечен просмотром, а витал в облаках, в отличии от своего "бойфренда". Когда-то парни состояли в отношениях, но по воли сложившихся обстоятельств, они расстались и остались друзьями с некоторыми привелегиями. Но для кого привелегиями? Для Гоголя конечно.. - Феденька, я люблю тебя^^- прервав тишину, гетрохромийник посмотрел на обьект симпатии, мило и смущенно улыбаясь. Теперь можно понять, что мысли парня занимал вовсе не фильм, а его друг. - Николай, мы уже говорили на эту тему...- произнес холодно, но в то же время серьезно чаялюб. -Неужели я тебе не нравлюсь?( печалит. -блондин сделал грустную мордочку. -Наши отношения ошибочны. Я ценю тебя, но только как близкого друга- ответили ему прямо, смотря в глаза. Гоголь поставил фильм на паузу и посмотрел на своего "парня", немного принахмурившись. Достоевский понимал, к чему привидет их разговор, к очередной ссоре, такой не желанной, но постоянно повторяющейся. -Почему же? Сам первый в любви распинаться начал.- немного возмущаясь проговорил Коля. -Начал, да жалею- ответил парень отведя взгляд от него,так же похлебывая чай. Коленька смотря тупым взглядом в постель, обдумывал слова любимого, в голове как всегда было все затуманленно и не понятно. -Хах. С Дазаем приятнее беседовать- криво улыбнувшись, тот посмотрел на Достоевского, не поднимая головы. Тот же слегка опешил от такого заявления. -При чем тут Дазай... -А ты думаешь я не замечаю? Ты проводишь время с ним чаще чем со мной... У вас даже парные кулоны. Брюнет томно вздыхает. -Может и так, но тебе какая разница? -А может я ревную??- недовльно вопросил шут. -Тогда я сочувствую тебе. Наступило молчание, которое прерывалось лишь похлебыванием чая. -Николай- вдруг начал разговор Фёдор- почему ты так рвешься ко мне и в отношения со мной, если тебе важна свобода? -Понимаешь, Феденька.Я считал,что моя свобода это смерть... твоя и моя. Но когда чуть не потерял тебя, я осознал, что свобода -это ты. моя любовь к тебе. -Как глупо однако же. -Хах, есть такое. -Николай, стоит сменить свою свободу на что-то другое. Мы никак не можем быть вместе, да и делать человека своим смыслом и идеалом достаточно глупое решение. -А я и не прошу быть вместе, я просто буду любить тебя.Я хочу любить тебя, мне нравится любить тебя. Ты, только ты мне и нужен. -Звучит однако странно, тебе не кажется? Больше похоже на зависимость. -Нет., это моя любовь к тебе. -Я сожалею тебе и твоим чувствам, найди кого-то другого, вместе мы быть не можем. Ты хороший сотрудник группировки, хороший коллега и славный друг для меня, но не больше. А твоя симпатия ко мне пугает и настораживает. Николай грустно опустил вгляд в пол, немного поразмышляв и кинулся обнимать Достоевского. -Я очень рад, что близок тебе. Но просто позволь остаться с тобой и так же любить. Это не помешает. -Нет.. Гоголь, если ты продолжишь так вести себя, мы будем вынуждены закончить общение. Я не могу смотреть на тебя и осозновать наше положение. В комнате повисла тишина. Белокурый спокойно обнимал своего друга,тем временем как брюнет размышлял о происходящем. -Я не люблю тебя и тебе стоит смириться,не стоит убиватся по кому-то, это очень глупо.- сказав это, Достоевский встал с кровати и отправился к выходу. -Стой! ты куда ?А фильм?.- Гоголь вскочил с кровати и пошел за возлюбенным. -Мне не интересна романтика, ты его все равно не смотришь, а ветаешь в облаках глупой любви и чувств. Тебе стоит прийти в себя, понять,что ты сможешь быть без меня. Что любовь, привязанность к человеку, это не свобода, а лишь заключение самого себя в еще одну клетку. Ещё одно ограничение. Разве, ты этого хотел?- уже накидывая пальто, произнес брюнет. -У каждого свобода разная, Дос кун... к примеру даже Мцыри... его свободой была родина,а моей... Ты.- сказал тот с надеждой на то,что его милый не уйдет. -Прости. я не хочу брать на себя эту ответственность . Перед носом блодина захлопнулась дверь... Он ушел... С кашей в голове, Гоголь пошел к окну и сев на подокойник, стал наблюдать за падующим снегом. На душе была тоска, а сердце дико болело и ныло, казалось,что вот вот оно прекратит биться дальше. Мысли постепенно убивали парня из нутри... Его друг так и не вернулся, а он, не выдержав столь резкого расстования, освободил свою душу, по своим старым идеалам.