Can you feel my heart?

Can you hear the silence? Ты слышишь безмолвие? Can you see the dark? Ты видишь мрак? Can you fix the broken? Ты в силах склеить разбитое? Can you feel, can you feel my heart? Ты чувствуешь? Ты чувствуешь мою душу? (Can you feel my heart) (Ты чувствуешь мою душу?) Can you help the hopeless? Ты поможешь отчаявшемуся? Well, I'm begging on my knees Я же молю, стоя на коленях… Can you save my bastard soul? Ты спасёшь мою сволочную душу? Will you wait for me? Ты будешь ждать меня? I'm sorry brothers, Простите, братья, So sorry lover Мне очень жаль, любимая! Forgive me father, Отец, прости! I love you mother Мама, я люблю тебя! Can you hear the silence? Ты слышишь безмолвие? Can you see the dark? Can you fix the broken? Ты видишь мрак? Ты в силах склеить разбитое? Can you feel my heart? Ты чувствуешь мою душу? I'm scared to get close and I hate being alone Я боюсь близости и ненавижу одиночество. I long for that feeling to not feel at all Я жажду вообще ничего не чувствовать. The higher I get, the lower I'll sink Чем выше я взбираюсь, тем ниже упаду. I can't drown my demons, they know how to swim Мне не утопить своих демонов, они умеют плавать! (Can you feel my heart) Ты чувствуешь мою душу? Can you hear the silence? Ты слышишь безмолвие? Can you see the dark? Ты видишь мрак? Can you fix the broken? Ты в силах склеить разбитое? Can you feel, can you feel my heart? Ты чувствуешь? Ты чувствуешь мою душу? 20 июля, 1980 год. Доркас только что вернулась с миссии Ордена домой. По-сути у неё должна была быть куча дел. Но они могут подождать. Она, словно заводная игрушка, у которой закончился заряд, осела на свою кровать. В душе её не было ничего, кроме опустошения. В голове у неё была лишь путаница из мыслей, постепенно переходившая в безумие. Лицо её не выражало никаких эмоций. Но всё же предательские слёзы выступали на глазах. Буквально несколько минут назад умерла частичка неё. Умерла важная составляющая её души. Теперь Доркас осознала весь масштаб мирской катастрофы. Умирают невинные. Умирают борющиеся за свободу и светлое будущее. Умирают молодые. А ведь всего пару лет назад "её" звонкий смех раздавался в коридорах Хогвартса. Буквально три года назад "она" публично боролась за права всех и всего, что движется. А сегодня ночью "она" погибла. Их дорогой Марлин больше нет... Но нет... нет... не могло этого быть! Не могла Марлин покинуть их! Она не могла погибнуть так рано! Или могла? Доркас не верила. Она не верила, что ту самую жизнерадостную, светлую, добрую Марлс могли убить. Доркас не поверит, пока своими глазами не увидит её труп. Ведь это не правда! Не правда! Или правда? Доркас ничего не понимала. И не понимала она даже не то, когда Марлс успели убить. Она не понимала этот мир. Этот чёртов сумасшедший мир. Почему из-за какого-то долбанутого маразматика, что скрывает даже своё имя, умирают люди? Почему никто не может ничего с этим сделать? Почему страдают невинные? Почему страдает "добрая" сторона? Почему жизнь так несправедлива? Что, чёрт побери, с этим миром не так? Доркас упала на спину, закрыв лицо ладонями. По щекам её потекли горячие, горькие и обжигающие слёзы. Горло сдавило. В лёгкие перестал поступать кислород. Она, с огромным удовольствием, кинулась бы на растерзание этому самому Тёмному лорду. Она бы стояла с невозмутимым лицом, под прицелом его палочки, если знала бы, что это спасёт её друзей. И она знала, что любой из мародёров сделал бы точно также. Она знала, что они боролись за светлое будущее, жертвуя собой. Но неужели это всё не просто готовность, не просто слова и настрой духа, а правда? Неужели Марлс и впрямь пожертвовала собой, чтобы у этого, прогнившего насквозь мира, было светлое будущее? Почему они, будучи столь молодыми, рискуют всем, чтобы спасти других? Чтобы у кого-то ещё было светлое небо над головой? Почему? Почему они в своей жизни не видели, не видят и вряд-ли увидят мирное небо сами? И в этот миг Доркас поняла: нет у этого мира никакого будущего. Живя всю свою (хоть и не долгую) жизнь в этом мире, давно можно было это понять. Не будет мира в мире, где все друг-друга ненавидят. Где режут глотки просто так. Где всем плевать, что на соседа, Что на собственную мать. Не будет мира в этом мире, Где ненависть уж на пределе. Где войны разрушают свет. И проблески в конце туннеля. Назад уже дороги нет. Не обернёшься ты назад, Решив, что мир пора менять. Есть только шанс - Жить здесь, сейчас. Пока ты жив, Ломай стереотипы. Пока ты жив, Внедряй добро, В тот мир, Где есть лишь зло. Это горькая правда, что Доркас осознала слишком поздно. Она никогда не увидит голубого неба. Никогда не увидит всех своих друзей в полном составе. Она никогда больше не услышит их звонкого смеха. А что ещё хуже, её смеха тоже больше никто не услышит. Все её мечты о беззаботном будущем, где они победили, и в полном составе живут спокойной, свободной жизнью, наполненной шутками и весельем, разбились об ледники жестокости этого мира. Об эту жестокую и, отнюдь не справедливую, реальность