Любовь, не выход..

Время шло настолько быстро, что с момента как Помни потеряла сознание прошло уже 3 месяца.. Когда Помни отключилась, ее перенесли в так называемую "цифровую больницу". Ну а теперь вернемся на 3 месяца назад, когда она только отключилась. *3 месяца назад* - Хаха, слабачка, отключилась от одного удара в голову, какая нелепо... Не успев договорить, заяц увидел как она начинает дергаться, проще говоря, она была на грани рассеявания. Помни дергалась так впервый раз, но она этого не чувствовала.. Джекса же волновало только одно: ему будет скучно, ведь его "игрушка" или же "подопытный кролик" без сознания. Он все же решился понести ее к Кейну, что бы тот не давал девушке умереть, для того, что бы она "мучилась". Джексу настолько всегда было скучно, что тот всегда издевался над новенькими. Думаю, теперь понятно, почему же в цифровом цирке так мало персонажей. Все новенькие которые попадали в шатер, были убиты или рассеяны благодаря зайцу. Джекс понес Помни к Кейну, держа ее за ногу и валяя по полу, как половую тряпку. Когда он ее принес, Кейн без особого удивления произнес: - Джекс, опять ты за свое? сколько можно уже, ты всех поубивал! Посмотри, нас уже слишком мало для т... Заяц пропустил следущие слова Кейна. У него сильно заболела голова, словно ее болгаркой распиливают пополам. Его глаза стали мутно серые. В его кругозоре начали появляться темные силуэты в красных плащах. Джекс автоматически телепортировался к себе в комнату, где продолжалось это безумие. Проморгавшись он очутился не в своей комнате, а в каком то ритуальном зале. Этот зал был наполнен красным устрашающим дымом. В нем пахло свечами и благовониями. А по середине была нарисована пентаграмма, по углам которой были выставлены свечи. Только потом до Джекса дошло, что он стоит в самой середине зала, то есть в пентаграмме. Он пытался убежать, но сектанты взяли его под локти и повели в другой конец зала, где был огромный котел. В его голове пронеслось уже столько мыслей, сколько казалось, ни у кого не было. Он думал что попал в ад за свои издевательства, и его посадят в котел, который будет нагреваться все сильнее и сильнее. Он думал что его проклят и он навсегда останеться в этом зале. Он думал, что его принесут в жертвы. Но за этими мыслями, правды не последовало. Сектанты посадили его на стул с железными застежками. Ему казалось, что этот стул сейчас долбанет его током, от чего умрет. Или же начнут пытать. Но нет. Сектанты начали бубнить себе что то под нос, как буд-то заклянание: - Амерконапуни аве сатанас! - Амерконапуни аве сатанас! И это повторялось вечность. По красйней мере, ему так казалось.. Наконец это все закончилось, но его начали докучать слова сектантов: - Ты виноват! - Ты поплатишь за свое! - От тебя отвернуться все! - Ты никому не нужен! Когда сектанты в красных плащах отступили, к зайцу подошел самый высокий и самый статный сектант. Он наклонился над ним, держа свечу в двух руках. Он проговаривал ему все четко, что бы он понял уже с первого слова.. - Больше в вашем "цирке" никогда не будет новеньких. Ты будешь вечно страдать галлюцинациями. Твоя репутация будет сломана. От этой девушки, чью жизнь ты сломал окончательно, можно было многого ожидать.. Ты ведь.. хочешь найти выход? Вернуться в свой мир, в котором тебя тоже не будут любить... К своей маме, которая очень скучает по тебе.. - Д..да, я очень хочу.. - Впервые заговорив с сектантом, ответил Джекс - Я верну жизнь девочке, но учти.. Если ты снова попытаешься ее убить, то тебе придеться заплатить жизнью твоей матери. Были бы твои старые друзья живы, я бы попросил их. Они же были тебе дороже мамы.. Жаль, что они умерли. У тебя совсем не осталось друзей, которые будут вместе сидеть с тобой за столом, играть в игры, бегать за Пузырьком пока вас не заметит Кейн.. - ЗАТКНИСЬ! - Выкрикнул Джекс выходя из себя со слов сектанта. - Я тебя понял. Тебя все больше будет параллизовать отчаяние, пока ты окончательно не сойдешь с ума. Удачи. Сектант изчез, а за ним и все. Ритуальный зал в скоре тоже изчез, превращаясь в обычную комнату Джекса. Пока он приходил в себя, он смотрел в стену. А потом съехал по стене вниз, уткнувшись носов в свои же колени. Он не ожидал от себя настолько жалкого поведения. По его щекам начали стекать соленые капли, которые в конце концов впитывались в его штаны.