От кадыка до ключиц.

Хенджин любит все изящное и аккуратное, так же обожает различные украшения, особенно на шее. Для него они выглядят крайне изысканно и элегантно. Больше всего подобное шло Сынмину. Он сам по себе худощавый, поэтому на его тоненькой шее, такое смотрелось как никогда кстати. Стилисты нередко обращали на это внимание и надевали на него то цепь с подвеской, то различного вида чокеры. Хенджин просто терпеть не мог их за это. Думать надо о выступлении, а он глаз не сводит с шатена, чей образ, помимо ленты на шее, так же дополняют открытые ключицы, которые не меньше бросаются в глаза. Конечно, дело было не только в украшениях, это всего лишь малейшая деталь, по сравнению с прекрасным парнем к которому Хенджин испытывает романтический интерес уже который год. У них с Сынмином были прекрасные дружеские отношения. Они хорошо проводили время вместе и в принципе, жаловаться не на что, пока у одного из них не лопнет терпение. До начала концерта остается два часа. Все мемберы достаточно устают на прогоне. Кто-то заваливается спать прямо на диване в гримерке, кто-то безразлично втыкает в смартфон, кто-то ушел перекусить. В общем все как обычно. Хенджин и Сынмин сидят на полу облокачиваясь о нижнюю часть дивана на котором уже сладко дремлет Макнэ группы. Они весело что-то обсуждают пытаясь не думать о предстоящем волнении и суете. Их разговор медленно перетекает к неотъемлемой части выступления, костюмы. - Я надеюсь хотя бы сегодня мне повезет с образом, предыдущие два были слишком неудобные. - равнодушно проговаривает Сынмин, будто уже заранее понимая, что надеется не стоит. По крайней мере, на него уж точно натянут этот блядский чокер, который так натирает и банально мешает дышать. -Если на тебя опять натянут этот блядский чокер, я буду твоим стилистом Минни- с ухмылкой язвит Хенджин. Они ведь оба думают об одном и том же, только с разных сторон. -С языка снял Спустя время у младшего в горле пересыхает от столь долгих обсуждений, и он решает попить воды. Запрокидывая голову назад, он предоставляет наипрекраснейший вид своему собеседнику. Жилистая, тонкая в подобном изгибе шея так и наталкивает Хенджина на крайне недружеские мысли. Так и хочется прильнуть к ней губами, оставив пару багровых отметин, или даже легонько прикусить, изучить языком каждую косточку и венку. Но все, что он может сделать-это невесомо докоснуться, кончиками пальцев, проводя от кадыка до ключиц. Младший внимательно следит за данными действиями, но не прерывает, позволяя другу завершить свой скромный жест. -Ну и что это, господин Хван? -Анатомию изучаю. Я же художник, - отшучивается тот и смущенно отводит взгляд в пол. В воздухе повисает неловкая пауза, за которой следует негодование Хенджина. -Продолжай, Всегда рад помочь, - уже с хитрецой в глазах смотрит на своего смутившегося собеседника Сынмин и вновь запрокидывает голову, прикрывая глаза. У Хенджина же в голове уже черти заплясать успели. Он пододвигается чуть ближе и поначалу робко дотрагивается до нежной кожи, после чего аккуратно накрывает ладонью всю шейную часть и большим пальцем скользит по-гортанному выступу, огибая ключицы. Сынмин млеет и жмурится, после чего щеки обоих парней заливаются красным румянцем. Возбуждение все таки дает о себе знать и старший одергивает себя, руку убирая. -Меня что-то в сон клонит. Я, пожалуй, пойду. - Говорит тот нервно-сглотнув, встает с пола, а после и вовсе выходит за дверь. Сынмин лишь недоверчиво смотрит ему в след и вскоре утыкается в телефон. Брюнет буквально залетает в кабинку туалета. Эмоции переполняют, а возбуждение кружит голову. В штанах уже давно тесно, но когда взгляд падает на брюки, Хенджин гневно выругивается. Действовать надо быстро. Оперевшись о хлипкую стенку кабинки, он водит большим пальцем по головке, что вызывает легкие судороги и мурашки по телу. Взявшись уже за всю длину, начинает медленно перемещать руку сверху вниз, стараясь быть как можно тише, и постепенно ускоряет темп. Он сдавленно дышит себе в тыльную сторону лодони, которой прикрывает рот и чуть ли не хрипит, шумно вберая горячий воздух, до боли прилегая спиной к скрипящей поверхности и то и дело запрокидывая голову. Сердце лихорадочно колотится, а кровь приливает к вискам, на которых уже выступили капельки пота. Чувствуя приближение оргазма, Хенджин хрипло выстанывает себе в рукав и заканчивает. Ноги тут же становятся ватными, а перед глазами все плывет. Что бы сфокусировать взгляд уходит не менее минуты. И лишь после этого парень осознает, насколько же ужасна вся суть ситуации. Абсолютно любой мог зайти в этот момент учитывая какая в этом месте большая проходимость и застать его за вот таким вот увлечением. В данном случае это не что иное, как везение. Вываливаясь из кабинки, он приводит себя в порядок, зачесывая взъерошенные волосы и умывая алого цвета лицо. Как он до такого докатился, и мерзко от самого себя становится в ту же секунду. Это не првавильно и дико. Кто-то определенно видел, в очередной раз подвергая действия Хенджина осуждению. Самое страшное, что он может рассказать об этом другим.- тревожная мысль безжалостно клокотала в его голове отдавая в виски. И все же, по истечению некоторого времени, нашелся смельчак, кто смог нарушить столь трепетное самокопание.