Часть 1
10 ноября 2023 г., 10:08
Окутанный густым мраком, юноша в темном плаще шагал по знакомым закоулкам, оставляя следы своих преступлений, словно они были застывшей кровью на белоснежном листе бумаги. Осаму Дазай — тень из самых худших кошмаров — являлся одним из наиболее влиятельных и мафиози в этом проклятом портовом городе. Его преступления были так многочисленны, что их список, написанный кровью, выглядел как искусство самого гнева и последователя грёз смерти. Сейчас же этот человек, знакомый всему подполью, стоял у лестницы, подавленный своими собственными мыслями. Другой же, с рыжими вихрями на голове, замер, остановился, прижимаясь спиной к холодной каменной плоти строения. Мафиози в длинном чёрном плаще встретил своими коньячными глазами бессильность своего напарника. В этот миг все слова опали и исчезли в бездне, в бездне голубых глаз, словно они рассыпались по воде, охваченной мертвой тишиной.
Через десяток ступенек лестницы, неподалеку от Осаму, пребывал Чуя Накахара. Приземистая фигура парня, которая сидела, словно безжизненная кукла, была непоколебимым свидетелем израненной души. Взгляд его грустно скользил по пустым контурам лестничного мостика, будто пытаясь проникнуть в саму сущность предстоящего выбора. Их молчаливая компания была словно собрана болезненными эмоциями, как океан, окутывающий землю нежностью своих волн. Осаму отчетливо ощущал тягу своего напарника, слабость его души и его непроизносимые мысли. Но как помочь ему? Ответ был пока неуловимым, точно как тени на ночной стороне улицы.
Осаму попытался проникнуть через преграду в виде ступенек, но почувствовал парализующую безысходность. Когда тебя сковывает по рукам и ногам, кажется, что и вовсе нет способа двинуться с места. Это больше похоже на страх, когда хочется замереть, закрыть глаза и чтобы всё происходящее прекратилось. Мир стал немыслимо темным, словно пытаясь затуманить и без того тусклый свет небесных светил. Все его знания, его опыт, были бессильны перед этой непроницаемой волной печали. И все же Осаму стоял здесь. Не то чтобы ему было некуда пойти после. Он просто стоял и смотрел на Чую, словно на последний луч погасшего света в этом мире. Накахара же, прекрасно знал о том, что Дазай не собирался никуда уходить. Потому и не гнал. Но времена увядания зла наступили. Он пытался проникнуть в душу своего напарника, стать его утешением и опорой. Но Чуя Накахара был подобен ране, пущенной лезвием самого острого ножа; он был своего рода вторым спутником тьмы. Осаму, бродящий среди теней, не предугадал направление его движения. И теперь, стоя рядом с ним, поднявшись по лестнице, по несчастным ступенькам, Осаму сократил совершенно не свойственно для себя расстояние.
Минуты молчания раскатывались, словно волна, объединяющая преисподни и небо. Они оказались вместе на этой лестничной клетке, как вечный дуэт грешных и погрешных. Чуя ставил собственные западни перед своим собственным сердцем, отражаясь в глазах Осаму. Шатен хотел помочь, но так и не смог раскрыть непостижимый шифр грусти Чуи, который скрыл его душу в самой глубине. Словно потерянные созвездия судьбы, они были путаницей слов, безысходно сгрудившись вместе. Осаму наблюдал, как взгляд Накахары с каждой минутой становился всё мрачнее, образуя тропы скорби на его мрачной маске. Накахара сжал кулаки, пытаясь справиться со своими эмоциями, и пригубить горькую правду. Шатен не сможет спасти своего напарника от этой пузырящейся ямы безумия.
И тогда Осаму понял: не в его силе лежит спасти Чую. И хотя преступления Осаму Дазая могли внушать страх многим, его теперешнее предназначение было иным — быть поддержкой для того, кто сейчас уже устроил голову на его плече.
