Путь попаданца

Цунаде сидела в своем главном штабе. Джирайя и Орочимару отправились выполнять важную миссию, которая позволит добыть данные о состоянии противника и их месторасположения. Сейчас ей нечего делать, потому что все бумаги были разобраны и прочитаны. Остается только сидеть во влажном месте, потому что в стране Дождя всегда влажно из-за высокого выпадения осадков. Но не прошло и минуты, как к ней зашел ее помощник и сообщил, что прибыл отряд Коямы-сана, который желает встретиться с ней. Это оживило ее и дав согласие, стала ждать того, кто должен был сопроводить ирьенина S-ранга, предположительно. Но Цунаде так и так знала, что описанные в том документе об этом и говорят. Кояма вошел в штаб и все доложил строго уставу, после чего передал ей документы, получил уже от нее и растворился в тени. Цунаде даже спросить ничего не успела, потому что тот не желал об этом говорить, да и зная его, он не любит разглагольствовать на пустом месте. Вздохнув от досады, она позвала своего помощника и попросила привести красноволосую девушку по имени Мира. Раз цель не идет к тебе, то ее приведут доверенные лица. Помощник ушел и не прошло несколько минут, как явился к ней с той, кого она видела на фото. И первой мыслью у Цунаде была, - высокая и красивая. Хоть она сама не была низкой, но девушка перед ней была почти на две головы выше, будто она стоит рядом с Райкаге. А также ее красота не уступала ей, что даже немного цепляло белой завистью, ведь Цунаде считала себя одной из самых красивых. — Спасибо, свободен, - поблагодарив помощника за помощь, Цунаде попросила оставить их наедине. – Садись, - указав рукой на свободный стул напротив нее, она наблюдала за свободными и не скомканными движениями девушки. – Представлюсь официально, я Цунаде Сенджу, одна из учениц Сарутоби-сенсея, который занимает пост Третьего Хокаге и глава одного из клана основателя – Сенджу. И сейчас являюсь командующей армией на северном фронте, - она представилась так, как положена, назвав свое имя и титулы, которые были получены ей за время жизни, наблюдая за своей собеседницей, которая не подавали никакого вида, будто все эти титулы для нее пустой звук и ничего не значат. — Мир, просто Мира, - не уделив внимание ничему из сказанного, девушка представилась в ответ и без титулов, которые у нее были, но для Миры не значили ничего ценного, поэтому опустил их. Хотя Мира являлась популярной в армии под командованием Сакумо, потому что спасал множество жизней и от участи был инвалидами на всю жизнь, ее стали называть Спасительница и Ледяная Королева. Были еще, но эти два прозвища засели глубоко, а еще она получила А-ранг ирьенина и звание чуунина всего за несколько недель после получения первого своего звания, - генина. А также ей не хватает поддержки еще одного командующего армией, чтобы получить звание, - джоунина. И Цунаде знала об этом из письма Сакумо-сана, которое было лично написано ей. — Насколько мне известно, ты ирьенин, который владеет особыми техниками, так? – не спросила, а уточнила у нее Цунаде. — Да, - кратко и лаконично ответила Мира, которая уже хотела поскорее покинуть и обжить свою небольшую палатку, надо кровать зачаровать, чтобы спать на ней было комфортно и удобно. — Хорошо, давай пройдем в полевой госпиталь, где ты покажешь свои техники лечения, - решив больше ничего не спрашивать и не говорить, Цунаде поняла, что все будет не так, как она представляла в своей голове. – «Такое ощущение, будто говорю с мужчиной, которому абсолютно плевать на все и ему важнее уже освободиться для своих дел. Хах, а я хотела спросить про парней и есть ли у нее любимый, да и все в таком женском духе. Жаль Дана нет, он бы легко с ней смог заговорить и узнать секреты…» Цунаде встала из-за массивного стола, а вместе с ней поднялась и Мира, после чего покинули главный штаб и по верхним путям, следуя за девушкой, оказались у ворот полевого госпиталя. Оглядевшись немного, стало понятно, что это чуть ли не в два раза больше, как и количество ирьенинов, что было довольно странно, это заметила и сама Цунаде, поняв, о чем та думает. — Северный и Восточный фронты самые масштабные и кровавые, Ива и Кумо хотят продавить наши ряды и поэтому сконцентрировали огромное количество шиноби, - проходя мимо множества палаток с красным крестом, Цунаде решила пояснить такое количество ирьенинов и размер полевого госпиталя. – Раненных у нас очень много, поэтому тебе найдется работа здесь всегда, за полевой госпиталь отвечаю Я, так что все вопросы ко мне, если что. — Хорошо, - перестав разглядывать все вокруг, Мира поняла масштаб происходящего, что в душе стало как-то тяжело. — Если ты думаешь о боевых действиях, то тебе придется только из необходимости участвовать, как и в тот раз, - не правильно истолковав брошенный взгляд куда-то вдаль, Цунаде пояснила о том, когда она сможет поучаствовать в бою. – Или же в казусы, когда надо будет провести спасательную операцию, где необходим в отряде ирьенин, чтобы сберечь шиноби с важной информацией. Мира ничего не стала говорить и просто кивнула, чтобы показать, что слова Цунаде приняла к сведению. Но принцессу клана Сенджу интересовали больше не медицинские техники в первую очередь, хотя и они интересны ей, а ее цвет волос и возможную принадлежность к клану Узумаки. — Когда ты была в Конохи, ты встречалась с Мито-сан? – Цунаде решила спросить о личном, потому что любопытство гложило ее очень сильно, да и желание найти своих родственников из павшей какурезато, особенно, когда рядом с тобой может быть один из ее представителей. — Да, - Мира дала прямой ответ на вопрос и ответила на второй, который не задала сама Цунаде. – Я не Узумаки. — А? – не ожидав, что Мира что-то скажет еще, Цунаде слегка удивилась и взглянула на лицо девушки, после чего вздохнула и молча продолжили идти. – «Вот значит как, все же это была правда. А что если…» Но Цунаде не успела ничего сказать, как они оказались у входа палатки, где были безнадежные шиноби, которых она спасти не успела. Многие из них умрут в течении суток, а оставшиеся останутся инвалидами на всю жизнь. Цунаде специально привела Миру сюда, чтобы взглянуть на ее техники ирьенина, которые описал сам Сакумо. Она ему доверяет, но хочется лично убедиться в этом, как ирьенину и командующей армией севера. — Здесь находятся безнадежно больные шиноби, которых я не в силе спасти, у меня не хватает сил, чтобы сделать это, - будь командующим кто-то другой, а она оставалась бы только в полевом госпитале, то смогла бы спасти из них хотя бы половину. Но Цунаде необходимо присутствовать на поле боя, чтобы поддерживать своих товарищей и использовать свой призыв для спасения куда большего количество жизней. Но она не железная и чакры у нее не бесконечно, чтобы помочь всем и это давило на нее, потому что в тот день Дан умер из-за ее вины. У Цунаде в тот день был выматывающий бой, она истратила почти всю чакру и валилась с ног и когда пришло оповещение, что Дан был ранен, она бросилась со всех ног. И когда прибыла на место, Цунаде ничего не смогла сделать, чтобы спасти его, даже съев несколько солдатских пилюль, все было тщетно. Она так и просидела весь день не выпуская тело любимого, роняя горькие слезы на остывшее лицо Дана. — Понял, - голос Миры вырвал Цунаде из ужасных воспоминаний, которые пробирали ее до дрожи в руках, вызывая слабость в ногах и в душе, она практически утратила возможность лечить тяжелораненых, потому что ей всегда видеться Дан на их месте. Цунаде стояла на входе и неотрывно наблюдала за Мирой, которая прошла в палатку пропитанной унынием, ужасом, кровью и запахом смерти. Никто не обращал внимание на них, потому что люди в этом месте смирились со своей участью. Их взгляд расфокусирован, практически никто не моргает, а их глаза словно застывшее стекло. Здесь стояла абсолютная давящая тишина, даже звук снаружи никак не разгонял ее, а делал еще более тяжелой. Наблюдая за ровной спиной девушки, Цунаде давила в себе удивление ее спокойствию и безмятежности в данном месте. Сенджу старалась не смотреть на больных, чтобы в ее голове не всплывали тяжёлые воспоминания. Но Мира была островком спокойствия и уверенности в данном месте, будто все вокруг для нее ничто и не представляет ничего ценного. Так казалось самой Цунаде, когда девушка подошла к тому, кто умереть должен в течении часа, его бледное лицо и редко поднимающаяся перевязанная грудная клетка говорит об этом. Затаив дыхание, Цунаде наблюдала за медленно приближающейся рукой Миры ко лбу молодого парня, который не обращал никакого внимание вокруг. Принцесса клана Сенджу ничего не понимала, ведь для лечения надо использовать Мистическую ладонь, просканировать тело и потом уже лечить по мере возможности. А Мира вместо этого положила свою ладонь на лоб, которая засветилась чисто белым светом, где не прошло секунды, как тело шиноби засветилось таким же, но более тусклее светом. И все это произошло за несколько секунд, которые для Цунаде растянулись на десятки минут. — А?! Где я? Вы кто? Почему я… Я живой?! – когда свет погас, практически мертвый шиноби открыл свои глаза и вскочил прямо в кровати, став крутить головой и увидев остальных, сразу все понял и вспомнил. – Я умер? Цунаде-сан вы… вы тоже пог-гибли?! – увидев двух здоровых девушек, парень бросил взгляд на ту, кого знал точно и чуть не свалился с кровати от неверия. — Нет, - переборов сильное удивление, Цунаде выдавила из себя всего всего лишь одно слово, ведь она сама не верит в происходящее. – Я не погибала, и ты жив, - собравшись окончательно, она ответила на вопрос юнца. Мира ничего не сказала, встала с кровати юноши и подошла к следующему. Тут было чуть больше десяти человек, можно будет спасти всех их, даже не надо будет показывать сверх нормы. Все же в госпитале видели и списывали все на то, что она улучшает свои навыки и тем самым может лечить уже больше десяти человек в день. Хотя все это была глупость, Мира могла вылечить всех в этой армии и у нее останется сил, чтобы уничтожить не одну вражескую армию, а после ещё сразиться со всем миром и уйти целым и невредимым. Цунаде стояла на месте, как вкопанная и с неверием, и с любопытством наблюдала за чудом, которое происходило прямо на ее глазах. Одно дело читать все в документе и представлять в голове, не берясь верить в написанное. Но совсем другое, когда ты становишься лично участником подобного чуда. Цунаде не дура и она понимала, что эта техника является выше, чем S-ранг, потому что она опытный ирьенин, да и сама Йоко-сан поняла это, но решила ничего и никому не говорить. И такую технику вряд ли передашь кому-то, потому что она может быть врожденная, как кеккей генкай или даже кеккей тота! «Невероятно! И Сарутоби-сенсей отправил такой ценный кадр на войну?! Она может спасать даже тех, кто почти умер или утратил возможность быть шиноби!» - Цунаде подходила и проверяла тех, кто был вылечен Мирой и проводила анализ каждого, не веря в то, что у тех, кто должен был остатся без чакры из-за сильного повреждения очага чакры, вновь могли пользоваться своей чакрой! Прекратив проводить обследования, Цунаде осмотрелась и не заметила ни одного тяжелораненого или умирающего шиноби. Все они сидели и с огромным удивлением ощупывали себя, утраченные конечности, которые стали понемногу отрастать. А кто-то сидел и плакал, уперевшись лицом в ладони. Но все, все без исключения смотрели на Миру, как на их спасительницу, которая была послана Ками-самой, чтобы спасти их жалкие жизни! «А что если… если она может воскресить умершего… Нет! Такое невозможно, это нарушает неписанные правила ирьенинов!» - даже сама Цунаде подалась общему настроению и смотрела с потаенной надеждой на Миру-сан, которая стояла на входе и ждала ее. — Мы идем? Я больше не смогу лечить, потому что данная техника напрягает сильно конечности и тело, - устав стоять и получать взгляды полного восхищения, Мира решила прервать это и уйти отсюда, пока не началось что-то еще более хуже, чем просто наблюдение вылеченных. — Пошли, - Цунаде согласилась с Мирой-сан, встала с кровати и вышла наружу, став возвращаться в главный штаб, в голове было множество вопросов, которые она хотела задать, но вздохнув протяжно, она поняла, что сейчас не время. — Ответь мне честно, - повернув голову и взглянув на безмятежное лицо девушки рядом, Цунаде решилась спросить всего один мучающий ее вопрос. – Ты можешь воскресить мертвого? — А? – Мира ожидала чего угодно, но не подобного вопроса, что выбило из равновесия, немного, но заметно для той, кто спросил у нее. — Значит можешь, - Цунаде ожидала лаконичный и уже привычный ответ от Миры-сан, как «Нет!» или «Не могу», но не небольшое удивление, где ее опыт говорит о том, что та скорее всего владеет подобными навыками или же знает о них в теории. – «Это безумие, но что если… если она сможет вернуть мне Дана? Я готова на все, готова поверить даже в то, что считается невозможным! И пойду на многое, чтобы вернуть дорого мне человека!» Мира дала себе слабую мысленную оплеуху за то, что показала свою слабость от заданного вопроса о воскрешении, которое поднималось ей несколько дней назад. И что делать? «Говорил себе не светить другими навыками, а тут прямо в лоб спросили про воскрешения, выбив из-под меня землю на доли секунды и чуть ли, не выдав меня?» - Мира смотрела на Цунаде и пыталась понять, выдало ее это или же… — Мира-сан, у меня будет просьба, а в обмен на нее, я готова стать вашей союзницей в любом деле, - видя направленный на нее взгляд холодных алых глаз, которые впились ей в лицо и готовы на все, чтобы уберечь свои тайны, Цунаде ощутила холодны пот, который пробежался по ее спине и мурашки, будто сейчас решают, что с ней сделать, но все исчезло, будто и не было вовсе. — Мне надо подумать, я буду в своей палатке, - развернувшись и бросив одно предложение, Мира удалилась в сторону, где стояла ее палатка. «Значит все же может?! Тогда и мне надо подумать… Дан, я пойду на все, чтобы спасти тебя», - взглянув на кольцо на пальце, Цунаде с нежной заботой потерла его и с любовью поцеловала, чувствуя себя куда лучше, чем последние дни.