Все началось в конце времен...

Но, видно, всегда так бывает:

смерть одного человека — это

смерть, а смерть двух миллионов

— только статистика.

«Эрих Мария Ремарк»

      

      Пока над облаками величественно парил Хеликэрриер, словно гигантская птица, чьи крылья были сделаны из стали и огня, внезапно воздух вокруг корабля наполнился странным гулом, будто древний колокол дал первый звон пред великой битвой. Резкий удар и все вздрогнуло. Металл скрипел под тяжестью этой атаки, а стены корабля дрожали, как живые существа, пытающиеся сбросить с себя оковы. Люди, находившиеся на борту, почувствовали внезапную тревогу, но ещё не знали, откуда исходит угроза.       Тем временем, на горизонте появился вертолёт, за штурвалом коего сидел Бартон. На борту с ним было трое вооружённых сообщников. Один из них держал гранатомет, направляя в главный отсек центра управления, обрамленный стеклом и перезаряжал после первого удара. Они подлетали к кораблю, готовясь вступить в бой.       Все сотрудники выбегали из центра по команде Хилл, эвакуируясь полностью в тот момент, когда вторая граната влетела в окно и разорвала его на миллион мелких кусочков. Сигнализация затихла, лишь красная лампочка ещё мигала в тишине, когда вертолет опустился на площадку и из него вышел Соколиный глаз, крепко перехватив свой лук. Однако прежде чем он смог приблизиться к одному из входов, Локи вышел из-за угла, державший руку на своём посохе с ярким жёлтым камнем на верхушке, вновь украденном у команды смертных. Его глаза вспыхнули холодным светом, и он понял, что настал момент вернуть разум своему пленнику.       В тот же миг посох начал испускать слабое свечение, которое постепенно становилось всё резче и резче, пока не заполнило собой весь корабль. Оно окружило Клинта, проникая сквозь его тело и душу, очищая его от темной магии. Сознание человека начало возвращаться к нему, и он упал на колени, тяжело дыша, пытаясь осознать, что произошло. Когда его взгляд снова стал ясным, он увидел, что трикстер стоит перед ним.       Трое сообщников Бартона подлетели с пистолетами, наблюдая странную картину. Локи знал, что ему предстоит многое объяснить команде и царевне, но сейчас главное было — остановить угрозу, созданную им самим.       На мостик выбежали Роджерс и Тор. Мария сразу помчалась к военным, все ещё находившимися под действием скипетра, оглушая их потоком магии. Старк и Наташа остались с Беннером на случай, если понадобится помощь с укрощением гнева, который в изначальном плане хотел использовать Лафейсон. Клинт двинулся вперёд, его движения были плавными и уверенными, в глазах стрелка пылал огонь ненависти, и каждый шаг сопровождался гулким эхом. — Стой, — Стив преградил путь Клинту. — Объясним позже, но божок сейчас на нашей стороне, — кэп недовольно взглянул на Локи, испустив отвращенный вздох, — надеюсь.       Земля под ногами начала содрогаться, и весь корабль затрясся, как лист на ветру. Богиня схватилась за ограждение, чтобы удержаться, остальные упали. Хеликэрриер накренился и все начали валиться к обрыву, попутно стараясь за что-то уцепиться. Кто-то закричал, что двигатели отказывают и с огромной высоты в небе корабль помчался вниз.       Роджерс крикнул: — Держитесь крепче! — его голос звучал уверенно, но в глубине души он чувствовал, что ситуация выходит из-под контроля. Он видел, как Бартон и Тор, ухватившись за одну железку, стараются найти равновесие, а Лафейсон самый удачливый ублюдок из всех, уже подобрался к двери, ведущей к аварийной лестнице. — Мы должны пробраться в главный отсек или разобьемся!       В одном из самых безопасных помещений на данный момент, Бэннер пытался сдерживаться, зная, что превращение в Халка может нанести больше вреда, чем пользы. Но его гнев рос с каждой секундой, и он чувствовал, как внутри него начинает просыпаться зелёный монстр. — Беннер, — рыкнул Старк, с помощью телефона диагностируя поломки посудины. — Держи себя в руках, остаёшься с Романов, я подхвачу сосульку и попробуем перезапустить двигатель.       Поймав одобрительный кивок шпионки, мужчина поправил манжеты рукавов и в следующий момент костюм железного человека плавно и быстро укрыл тело Тони, и он вылетел в открытую дверь.

Час спустя

      Локи, стоящий немного в стороне, внимательно наблюдал за происходящим. Он знал, что его план провалился, но понимал — у него нет другого выбора, кроме как сотрудничать со смертными. В конце концов, угроза была слишком велика, чтобы её игнорировать.       Халикэриер продолжало слегка потряхивать, но теперь это были не удары, а последствия боя. Металл гремел, двигатели ревели, но корабль держался. Команда инженеров и техников, работавшая в нижних отсеках, делала всё возможное, чтобы удержать его на плаву. Битва закончилась, но победа была далеко не полной. Корабль был поврежден, и многим членам экипажа требовалась помощь.       Мария Хилл, руководитель службы безопасности Щ.И.Т., вышла на мостик, чтобы оценить ситуацию. Ее лицо было серьезным и сосредоточенным. «Что будем делать дальше?» — спросила она, обращаясь не к кому-то конкретному, скорее в коллективный разум всех присутствующих.       Роджерс задумался на мгновение, затем ответил: — Мы должны восстановить корабль и подготовиться к новой битве. Проблема еще не устранена, и нам предстоит многое сделать.

***

      Зал совещаний, точнее подобие того, что осталось, заполнился напряжённым молчанием. Земляне стояли вокруг стола, взоры их направились на Клинта, который сидел напротив, держась руками за голову. Лицо его было бледным, а глаза — усталыми. Все ждали объяснений, как он смог найти корабль, который считался практически невидимым для обычных средств обнаружения.       Роджерс, стоящий во главе стола, первым нарушил тишину: — Клинт, расскажи нам, как ты нашел нас? Как вообще смог добраться сюда?       Бартон поднял голову, глубоко вздохнул и начал говорить: — Всё началось с того дня, когда эта ненормальная парочка взяла меня под контроль. Они приказали мне следовать за ними, и я не мог сопротивляться. По большей части команды раздавал этот олень. Я чувствовал, как энергия скипетра проникает в мою душу, подчиняя её чужой воле. Может я и был марионеткой, но я все видел и чувствовал, хотя после некоторых моментов, желание выколоть себе глаза было очень явным. — Взгляд с отвращением направился в сторону Марии и Локи в отдалённой части переговорной.       Он замолк на мгновение, собираясь с мыслями, затем продолжил: — После того, как Локи освободил меня от чар, я вспомнил кое-что важное. Когда я был под его контролем, я ощущал постоянное присутствие «хозяина». Оно было похоже на… сигнал, который вёл меня туда, куда хотел Локи.       Наташа, сидящая по правду руку от Клинта, наклонилась ближе, заинтересовавшись его словами: — Ты хочешь сказать, что следовал за излучением, исходящим от скипетра? Клинт кивнул: — Да, именно так. Это было похоже на маяк, который невозможно пропустить. Даже когда я потерял связь с Локи, я всё равно чувствовал это излучение. Оно словно тянуло меня к нему, как магнит притягивает железо.       Старк, скрестив руки на груди, задумчиво почесывал подбородок: — Значит, камушек обладает такой мощной энергией, что его излучение можно отслеживать? Интересно…       Царевна откашлялась и вздохнула: — Даже если мы не откроем портал с помощью тессеракта, титан нас отследит… Он придёт на зов силы, что светит ему в космосе, а для других не видима.

***

      Нью-Йорк тонул в мягких сумерках, накрытый загадочным покрывалом, поглощавшим дневную суету улиц. Силуэт Хеликэриера плавно двигался над городом, готовясь к приземлению, подобно исполинскому кораблю, вернувшемуся домой после длительного плавания. Внутри царило почти полное спокойствие, нарушаемое лишь приглушёнными голосами экипажа, занятых своими делами.       Бог Обмана застыл у огромного окна, пристально следя за игрой световых бликов на крышах домов. Взгляд его был задумчив и чуть грустен, отражая внутреннюю борьбу и сомнения. Тихо, незаметно для посторонних глаз, началась метаморфоза внешности. Золотистые потоки магии струились из кончиков пальцев, окружая тело сияющим ореолом. Исчезли асгардские латы и кожаная куртка, сменившись обычными вещами горожанина. Теперь перед наблюдателями предстал человек в элегантном пальто, прекрасно вписывающийся в ночную жизнь мегаполиса.       Мария приближалась осторожно, стремясь остаться незамеченной. Лицо её выдавало тревожное волнение. После всего пережитого она продолжала испытывать сильную привязанность к этому мужчине. Сердце принцессы разрывали противоположные эмоции: страсть и боязнь, желание и сомнение. Ей отчаянно хотелось вновь испытать тепло его рук, насладиться вкусом его губ, однако неуверенность удерживала её от решительного шага. — Локи… — промолвила она, остановившись неподалёку. Голос прозвучал тихо и неуверенно, словно опасаясь пошатнуть хрупкий баланс ситуации.       Локи посмотрел на неё, их взгляды пересеклись. Глаза его хранили следы усталости и меланхолии, но в глубине сверкнули понимание и доброта. Безмолвно протягивая ладонь, он звал её ближе. Девушка аккуратно ступила навстречу, осторожно соприкасаясь с его рукой. Тёплая поверхность была привычной и родственной, мгновенно воскрешая воспоминания о счастливых мгновениях прошлого.       Несколько минут они провели в полной тишине, впитывая сладость близости. Затем Локи бережно привлек Марию к своей груди, крепко обнимая. Закрыв глаза, девушка расслаблялась, испытывая чувство защищенности и покоя. Легчайший поцелуй скользнул по его щеке, заставляя её невольно улыбнуться. — Прости меня, — прошептал Локи, отпуская её. — За всё, что я сделал. Я обещаю, что впредь буду стоять на твоей стороне.              Локи держал Марию в крепких руках, словно ценнейший подарок судьбы, обретённый вновь после долгих поисков. Их лица сближались, дыхание сливалось в единый ритм, рождая удивительное чувство близости. Каждый смотрел другому прямо в душу, стремясь удержать этот неповторимый миг вечности.       Её пальцы нежно скользили по гладкой ткани его пальто, проверяя реальность происходящего, убеждаясь, что он действительно рядом. Сердечные удары двух влюбленных стали одним биением, наполняющим всю комнату теплом и желанием.       Легкий поворот головы — и их губы встретились в долгом, горячем поцелуе. Этот момент был именно таким, каким она мечтала его пережить: каждый контакт говорил больше тысячи слов, воплощая истинную суть их глубокой эмоциональной связи. Мир мог рухнуть, стены исчезнуть, но ничего не смогло бы уничтожить зародившуюся вновь искру любви, символ полного примирения и доверенного союза.       Локи почувствовал себя перерождённым, уверенно смотрящим в будущее. Рядом с Марией он понял, что счастье достижимо даже посреди бурлящего хаоса мира. Эти секунды длились бесконечно долго, пока они предавались радости редкого умиротворения, полностью погружённые в волны чистой любви и глубокого взаимопонимания.       Хеликэриер плавно сел на посадочную полосу, двигатели затихли мягким эхом. Экипаж уже занимался своими повседневными хлопотами, но в просторной рубке повисло особое настроение — тишина и трепет ожидания.