Плетущая шёлк

      Вечер. Солнце склонилось над городом и окрасило в темные оттенки его крыши. Туман застилал пространство между землёй и облаками, дышащие последним осенним месяцем.       В комнате Энн темно, горел только ночник. Перед окном стояла девушка в платье, а рядом облокотился на подоконник мафиози с волосами цвета октябрьского солнца с бокалом красного полусладкого в руке.        — Мы скоро выезжаем, — сказал Чуя и сделал пару глотков, — что-то ещё хочешь мне сказать?        — Да, — Энн замолчала и задумалась.       Было тихо, только ветер шумел и стучал в окна.        — Будьте осторожны. Я переживаю…        — Работа мафии заключается в том, чтобы встречаться с опасными людьми каждый день. Не могу обещать, что буду в порядке, — сухо ответил парень.        — Я привязалась к тебе и считаю другом, а ты?        — Я, честно сказать, на что-то надеялся сначала, но после понял, что ни ты не заинтересована, ни я. Так что, ты — кто-то близкий, между другом и девушкой.        — Спасибо за откровенность.       Чуя что-то промычал в ответ, делая два глотка из бокала и отставляя его в сторону. Энн смотрела в даль, откуда плыли тучи, и перебирала пальцами от волнения.        — Так! — сказал парень, — не-а, не пойдет!       Энн опешила:        — В смысле?..       Чуя допил остатки вина, взял за руку подругу и провёл в центр комнаты.        — Включай Лану.        — Граф, Вы пьяны…        — Просто включи, — настаивал парень.        Герман нажала на первую попавшуюся песню в плейлисте, это была «Химиотрассы над загородным клубом». После просто отложила телефон.        — Давай танцевать, — предложил парень в шляпе.        — Это как-то… — начала Энн, но её перебил Накахара.        — Просто хочу поднять тебе настроение. Да и себе тоже.        — Ладно…        Энн приготовилась положить руки в правильную позицию, как она танцевала с Дазаем.        — Нет-нет! Мы ж не любовники, — сказал парень, — просто стой напротив меня и двигайся как хочется. Это тоже будет парный танец.       «Я в бегах с тобой, моя любовь, нет ничего плохого в том, чтобы думать о Боге под химиотрассами над загородным клубом» — пела исполнительница.       В этот момент Чуя, покачиваясь из стороны в сторону, снял с себя шляпу и откинул в сторону, пальто он также сбросил с себя и просто качался под ритм и блаженно улыбался, подпевая своим низким голосом, который дополнял тембр исполнительницы.       Энн сняла крабик, держащий её русый, почти рыжий пучок и кинула на кровать, чтобы не испортить и начала двигаться свободнее, смотря на партнёра, как тот двигался спокойно, смотрела на его красоту, восхищалась его голосом, пластичностью, лёгкостью и перенимала это. Девушка тоже подпевала на тон выше, что сочеталось с голосом Чуи.        — Ты — на ветру, я — в воде. Ничей сын, ничья дочь, смотрящие на химиотрассы над загородным клубом, — пели они вместе, смотря друг другу в глаза.       Казалось, будто это самая интимная, по-настоящему близкая связь, по-настоящему любовь, по-настоящему тепло и бережность. Прямо сейчас Энн не чувствовала, как ноют шрамы, как душа изнывает от переживаний за друзей, от тоски по Дазаю, от волнений за существо внутри — всё ушло на второй план, а первое, что появилось — лёгкость, радость и любовь. Получать любовь от Чуи очень приятно.        — Слышишь, как душа поёт? — улыбнулся парень.       Вместо ответа из груди Энн вылетело бесчисленное количество бабочек, она закружила на месте, от чего Накахара посмеялся.       Музыка закончилась. Оба остановились. Герман обняла мафиози, он ответил тем же.        — Я защищу тебя.        — Я тебя тоже.       Это последнее, что они сказали друг другу. Он закрыл за собой дверь, улыбнувшись, она кивнула и помахала.       На следующий день машина рано с утра забрала девушку и повезла на другой конец города, в противоположном направлении от здания агентства. Видимо, пока занимаются восстановлением дома, организация базируется в другом месте. Водитель был неизвестен Энн, но беспокойство он не внушал, поэтому Герман расслабилась и вздремнула на заднем сидении.       Минут через тридцать водитель разбудил её словами: «Мы прибыли». Девушка поблагодарила и вышла. Перед собой она увидела небольшое здание с некоторым количеством офисов. Перед ним стояли Кёка и Йосано. Как только они увидели издалека прибывшую, то позвали её к себе.        — Привет, тебя не напугал водитель? Это место давно не использовали, типа убежище наше, — улыбалась Акико.        — Привет, поняла тебя, — говорит Энн и поворачивается к Кёке, — здравствуй.       Девочка кивнула и направилась в здание.        — Она через многое прошла, не думаю, что откроется в скором времени, — выдохнула докторка.        — Ничего страшного, я люблю её любой. Пойдем внутрь.       Девушки направились на второй этаж, в помещение в конце коридора. Зашли в белую дверь.        — Йо! — поприветствовал Ранпо Энн.        — Здравствуй, Ранпо, — улыбнулась она.        — Как здоровье? — спросил он, попивая апельсиновый сок.        — Слегка болят мышцы и ноют шрамы.       Тут Энн удается рассмотреть помещение: оно достаточно просторное, с окнами, здесь много столов, компьютер, бумаги на главном столе — непримечательное место. Она замечает карту перед собой на доске, на которую смотрел величайший детектив, Изуми сидела рядом, а Йосано подошла к Дазаю, дремавшему у окна за столом.        — Твоя девушка пришла, Осаму.       «Грязный приём» — подумала Энн.       Шатен почти сразу поднял голову и протер глаза.        — Привет, — он махал рукой и улыбался, — как спалось?        — Почти не спала, ты, как будто, тоже.        — Нет, я в порядке, — он встал с места и подошёл к Герману, — ты слышала, что случилось там, у храма? — спросил Осаму, сменив тон на более серьезный.       И тут стало страшно.        — Нет, — охрипшим голосом ответила прибывшая.        — Наши смогли только разгромить их поселение рядом с храмом — большинство сбежало, — сказала Йосано.        — Как там ребята? — заволновалась Энн.        — В больнице отдыхают: Кенджи очень быстро набирается сил, в отличии от Куникиды, которому вновь приходиться сражаться.        — А Чуя?        — Он принял на себя основной удар, — сказал Дазай, отходя к карте и становясь спиной к девушке, — но он будет в порядке, это же… Чуя.       Энн поникла и села на пол. Её бабочки сели ей на плечи и засверкали. Захотелось плакать.        — Он быстро поправится, — добавила Йосано,        — Мне так жаль… Я обещала его защищать, — прошептала Герман.        — Это же Накахара Чуя, он не может умереть так просто, — сказал Ранпо, — не имеет смысла мучиться этими мыслями, а то мне придётся делать за вас всю работу, мне, величайшему во всем мире детективу!       Девушка на полу заулыбалась, смотря на коллегу, а после встала на ноги.        — Спасибо, — её бабочки поднялись с плечь и стали кружить рядом, — мне легче.        — Итак, это карта Йокогамы, — сказал Дазай, а после повернулся к Ранпо, — можешь нам помочь?        — Эх, блин! — вздохнул парень, — ну, ничего не поделаешь, без меня вам не выжить. Энн, узри мою способность!        Парень с особым изяществом, будто исполняя ритуал, надевает очки, а после - сосредоточился на карте. Он стоял перед ней секунд десять, а после указал на три разных местоположения.        — Первое, куда стоит отправится — запад. Здесь, — он указал пальцем, Йосано тут же поставила точку маркером и обвела её, — после этого — сюда и сюда.       Вновь девушка обвела точки.        — Стоит ли разделиться? — спросил Осаму, рассматривая карту.        — Нет. Везде должна присутствовать Энн, — Эдогава развернулся лицом к коллегам, — нужно ехать сегодня.        — Йосано, оставайся с Кёкой, — сказал Дазай, — Ранпо…        — Я не поеду.       Осаму опешил.        — Почему же? Из-за транспорта?        — Нет.        — Тогда, почему?        — Он останется здесь, — прозвучал низкий голос сзади — директор.        — Доброе утро, — поздоровались присутствующие с боссом.        — Доброе. Если Ранпо говорит, что останется здесь, значит так и будет, — Фукузава прошёл за главный стол.        — Хорошо, директор, — сказал Дазай и развернулся к Энн, — значит, идём вдвоём, юная леди.       Осаму улыбнулся и дотронулся до головы девушки. Энн смутилась, но не подала виду, улыбнувшись в ответ, но почти сразу прервала зрительный контакт:        — Ранпо, твоя способность — что-то с чем-то! Потрясающе!        — Ха, то-то же! — Эдогава отошёл к окну.        — Энн, как ты? — спросил Фукузава, сидящий за столом, — двигаться можешь? Есть где-то боль?        — Спасибо, я в порядке, двигаюсь спокойно, готова выезжать.        — Прекрасно, тогда, жду вас здесь с новой информацией.        — До встречи, — кинул Дазай и вышел за дверь.        — Увидимся, — Герман кивнула директору, помахала Йосано и улыбнулась Кёке.       За дверью ждал шатен.        — Готова?        — Да, а ты?        — Тоже.       Оба молча вышли из здания.        — Ты так волнуешься за Чую, — Осаму остановился перед входом.        — Да, мы подружились.        — Понятно, ладно.        — Ты ревнуешь?       Шатен замолчал и пошёл вперёд:        — Да.        — Слышу тебя, — посмеялась девушка, не отставая от парня.       В этот момент она взяла его руку и слегка сжала.        — Так я делаю только с тобой.       Детектив улыбнулся и оживился:        — Теперь я меньше переживаю за эту вылазку, — он сжал руку в ответ.        — Ты помнишь, куда нам?        — Да, я был там недавно.