+1

— Генри Кэвилл или Крис Хэмсворт? — спрашивает Ноа с таким видом, будто они выбирают, куда инвестировать все свои сбережения, и от этого зависит их будущее. — Это неправильный вопрос! — возмущается Лия. — Правильно: Хэмсворт или Эванс. Но вообще, Кэвилл. — О, у меня тоже, — Ноа отрывает взгляд от планшета, и их глаза встречаются. — Ты думаешь о том же, о чём я? — Мы переедем в Лондон, купим квартиру в Южном Кенсингтоне, заведём собаку, чтобы чаще прогуливаться по окрестностям, а однажды буквально столкнёмся с Генри на улице, стопка документов полетит во все стороны, он начнёт помогать их собирать, наши руки невзначай соприкоснуться и… — Вот мы уже занимаемся сексом втроём? — Точно! — Твой план очень надёжный, — Ноа целует жену в щёку. — Осталось только найти много миллионов на переезд. У тебя нигде не завалялись? — Я не видела наличных… — Лия задумчиво смотрит в потолок, — …года три. А количество денег на счету слишком хорошо видно, и их там — чуть меньше миллиона… сильно меньше — примерно на миллион меньше. У тебя? — Примерно то же самое. — Какой тогда план Б? — Искать подходящего Генри не дальше, чем в часе езды отсюда? — приподнимает бровь Ноа. — Только я никуда не поеду — и так достаточно волнительно. — Хорошо, заманим его сюда, — соглашается её муж и тут же критически оглядывает спальню. — Окна, что ли, помыть? — Думаешь, нам понадобится третья подушка? Закажу на всякий случай. — Лия тут же берёт телефон, как будто до появления двойника Генри остались считанные часы. — А я проведу инвентаризацию лубрикантов и средств защиты. — Нет у нас никаких средств защиты, кроме газового баллончика, — напоминает Лия. — А, точно. Добавь там в корзину.

***

      Генри звали Макс. То есть пришлось поверить ему на слово, что его так зовут. Он был на голову выше любого из Кимов и слегка обгонял Ноа по ширине плеч. Супруги обменялись взглядами и кивнули друг другу подтверждая, что оба помнят, где лежат наручники — не самые надёжные, но лучше, чем ничего. Перцовый баллончик они выбросили, так как Лия обнаружила, что у него вышел срок годности, и они очень логично посчитали, что не хотят рисковать. Впрочем, вместо него можно было использовать лубрикант с разогревающим эффектом, на котором огромными буквами было написано: «ИЗБЕГАЙТЕ ПОПАДАНИЯ В ГЛАЗА».       Пока от Макса угрозы не исходило. Ни Лия, ни Ноа не могли похвастать знаниями о том, как должны выглядеть люди, после довольно недолгой переписки являющиеся, чтобы стать третьими участником в сексе, который обычно происходил вдвоём, но этот человек стереотипам не отвечал: он улыбался скорее дружелюбно, чем заигрывающе, пришёл в огромном свитере и джинсах, а не в плаще на голое тело, и начал с разговора о погоде и пробках (это были дорожные пробки), а не поинтересовался первым делом: «Так, и где у нас тут спальня? Или мне следует сказать «Комната похоти и сладострастия?» В общем, они выдохнули.       Сами хозяева квартиры тоже не предстали перед глазами гостя в вызывающих нарядах, хотя чёрная футболка Ноа и не делала никаких попыток скрыть рельефы под ней, а Лия, чтобы подчеркнуть важность момента, надела почти коктейльное платье. И они очень тщательно подошли к подготовке: свежесть дыхания была протестирована глубоким поцелуем за пять минут до прихода гостя, стратегически важные участки проверены на гладкость (почему подбородок Ноа нужно было проверять на внутренней стороне бедра Лии, они бы объяснить не смогли… ну, потому что это и так очевидно!), ногти — на безопасность, не дорожная пробка покинула место работы буквально только что, так что мышцы до сих пор пытались охватить отсутствующее. Все были в предвкушении и… не знали, как начать.       Ситуацию спас кот. Он, конечно, был не собакой, прогуливающейся по Южному Кенсингтону, вынюхивая путь к… сердцу (?) Генри Кэвилла, но его появление вмиг разрядило атмосферу. Макс не стал хватать его на руки без разрешения, а присел на корточки и протянул руку, приглашая сначала познакомиться. Это заставило и Кимов и их кота проникнуться к этому пока мало знакомому человеку. — Прости, мы не спросили, нет ли у тебя аллергии на кошек, — сказал Ноа. — Нет, у меня самого кот, — улыбнулся Макс, потрепав чёрного питомца неопределяемой породы за ухом. Почему-то это движение завораживало и слегка хотелось оказаться на месте Сноубелл. Но пока они не хотели показаться излишне напористыми, поэтому Лия обняла Ноа, а он поцеловал её в висок. Макс поднялся и перенёс внимание с кота на его хозяев, отметив: — Вы отлично смотритесь вместе.       Мистер и миссис Ким и сами это знали, но тем не менее ещё раз нашли подтверждение этому не только со стороны своего гостя, но и в глазах друг друга, и этот взгляд быстро привёл к поцелую, которому совсем не мешало присутствие постороннего — наоборот, они казались себе ещё более привлекательными в этот момент, как будто в первый раз видя эти губы, чувствуя, как они приоткрываются навстречу, ощущая приятную дрожь в теле от «Люблю тебя» и его вкус на языке…       Макс не прерывал и не вмешивался, он только прошептал коту, что идёт мыть руки вовсе не из-за него, а когда вернулся, снял свитер, аккуратно сложил его на кресле и переместился к книжному шкафу, куда через какое-то время подошли и Кимы. — О, «Сумерки»! — Макс провёл пальцем по тёмным книжным корешкам, состояние которых говорило о том, что эти великие произведения неоднократно читали. — Какая часть у вас любимая? — Первая, — почти одновременно ответили двое читателей, но потом Ноа добавил: — Или вторая. — Хорошо, что ты остановился на этом, — отметила Лия, наконец решившись прикоснуться к руке Макса. — Я бы вряд ли готова была сейчас обсуждать Платона, скажем, или Пруста. — Но, чисто из любопытства: что из Платона? — спросил Ноа, которому в этот момент было интересно узнать не только о том, как далеко простираются интересы Макса в отношении древнегреческих философов, но и как ощущаются мышцы спины гостя хотя бы через ткань футболки. — Я только «Пир» читал, когда-то давно, ещё в университете, так что сложно говорить о фаворитах, — ничуть не смутившись, ответил Макс, в свою очередь почти вопросительно кладя большую ладонь на талию Ноа и чуть подталкивая его к себе. Сопротивления этому жесту было оказано ноль, что сподвигло Макса наклониться к запрокинутому лицу и, едва касаясь, проследить губами линию подбородка, прежде чем прижаться к чуть приоткрытым губам, почти не совершая движений вглубь, а лишь чуть прерывисто и влажно дыша — чего хватило для того, чтобы Ноа, судорожно нащупав руку Лии, прижался теснее и как будто удивлённо, чуть слышно, но явно одобрително, простонал, пока его вторая рука отправилась под футболку Макса, сразу направляясь к груди. На мгновение отстранившись, Макс стянул мешающую обзору одежду и повернулся к Лии. Миссис Ким на поверхностных поцелуях останавливаться не собиралась, о чём однозначно давал знать её язык, мягко, но настойчиво облизнувший губы полуобнажённого Макса и тут же попытавшийся проникнуть между ними. Пока длился этот поцелуй, Ноа успел не только ознакомиться с очертаниями мышц пресса учтивого гостя, но и расстегнуть верхнюю пуговицу на его джинсах, избавиться от своей футболки и, переместившись за спину жены, обнять одновременно и её, и мужчину с другой стороны, что заставило Лию почувствовать мгновенное повышение температуры и желание оказаться менее одетой.       Как будто прочитав её мысли, губы Ноа оказались на её шее, а чуть высунутый между ними язык чертил влажную дорожку вниз, следуя за расстёгивающейся молнией платья. Завершив этот путь чуть ниже спины, это мягкое и тёплое движение вернулось вверх, а чуть подрагивающие руки мужа легли ей на плечи, утвердили своё успокаивающее присутствие, за чем подцепили бретельки и начали спускать. И до этого не отличающееся размеренностью дыхание всех участников становилось заметно более шумным с каждым открывающимся участком кожи. Ладони Ноа скользнули вперёд, накрывая едва показавшуюся грудь. Лицо Лии повернулось к нему и, так как теперь они были заняты поцелуем, уже Макс помог платью упасть на пол, смещаясь с боков на бёдра миссис Ким. Вскоре руки Лии обвили его шею, он приподнял её, а Ноа отбросил платье подальше. Для людей, видевших друг друга впервые, они были довольно неплохо скоординированы.       Вернувшись из короткого полёта на твёрдую поверхность, Лия решила, что одной расстёгнутой пуговицы на джинсах Макса недостаточно, и вскоре правая рука миссис Ким и левая рука её мужа встретились у ширинки их гостя, быстро справились с обеспечением доступа к полуэрегирированному члену и первое же их прикосновение однозначно дало понять, что обладателю этого впечатляющего достоинства пора раздеться полностью.       Невежливо было бы сразу устремляться к члену, не оказав ещё раз внимания всему остальному человеку, поэтому Ноа с искренним восхищением обвёл языком его грудные мышцы, прежде чем направиться к соску, попутно за спиной передавая жене выловленный из заднего кармана презерватив. Почувствовав прикосновение прохладного латекса, Макс сначала вопросительно приподнял бровь, потом кивнул и помог Лии закончить начатое.       Теперь уже его грудью занимались два человека, прерываясь только на поцелуи друг с другом и с Максом, пока Ноа не почувствовал острую необходимость переключиться на грудь жены, которая была гораздо лучше знакома, но от этого не стала менее притягательна. Лия не успела начать терять равновесие, так как руки Макса обвили её талию, и она оказалась прижата спиной к нему, чувствуя, как язык, обводящий альвеолы, становится чуть более настойчивым и губы сжимаются сильнее вокруг соска, а между ног через бельё её начинает поглаживать рука: она не принадлежала Ноа — он бы действовал более уверенно — но была горячей и приятной, как и поцелуй, в который её увлекли. Она закрыла глаза, впитывая ощущения, без усилий угадывая, кто именно её сейчас целует, но постепенно расставаясь с необходимостью идентифицировать каждое движение и просто отвечая удовлетворёнными вздохами на посасывание языка, трение члена о ягодицы, мягкое давление на клитор через складки кожи и бесконечное обволакивающее тепло, в котором она бы могла оставаться вечно.       Но хотелось ближе познакомиться с новым членом в команде, так что миссис Ким развернулась, обняла Макса и начала медленно спускаться вниз, пока её ладони не утвердились на упругих ягодицах, а лицо не оказалось вровень с пенисом, который приветливо качнулся.       Она не долго оставалась с ним наедине — буквально сразу рядом с ней оказался муж, заметивший, что её рука уже обхватила основание ствола, давая понять, что она тут первая была, так что он кивнул, сглотнул скопившуюся слюну и придвинулся ближе к мошонке. — Любовь моя, тебе не кажется, что ты слишком одет? — спросила у него Лия. Пришлось согласиться, что на фоне остальных он действительно похож на человека, который то ли боится замёрзнуть, то ли ждёт комплиментов о том, как отлично на нём сидят эти джинсы. Ноа снял их довольно медленно, ожидая, видимо, чаевых или восхищения за это, но жена только почти не глядя чмокнула его куда-то в бедро и снова обратила всё внимание на гостя. Винить её за это не получалось, так как сам Ноа тоже чувствовал сильнейшее желание быстрее вернуться туда, где он только что стоял на коленях.       Макс ничего не говорил и не делал, давая время познакомиться с этой частью своего тела и решить, как мистер и миссис Ким будут с ней взаимодействовать, не мешая друг другу. Разобрались они довольно быстро, так что совсем скоро он почувствовал не только две руки разного размера, сжимающие его ягодицы, но и упругое тепло вокруг головки члена и влажное прикосновение к мошонке. Так это и происходило: как только в одном месте начиналось более активное всасывание, в другом переходили на более лёгкие касания. Иногда два языка одновременно и почти синхронно ощупывали каждый свою сторону, прежде чем встретиться в общей точке, притягивающей их, проскользить по всей длине, столкнуться на обратном пути и сплестись в жадном поцелуе, пока чья-то щека упиралась в ожидающий их член. И они возвращались к нему, иногда отвлекаясь на не менее захватывающие рельефы мышц пресса, пытаясь дотянуться до груди, поглаживая внутреннюю поверхность бедра, но всегда находя путь друг к другу, так что правая рука Лии успела утвердиться на члене мужа, а его пальцы чертили линии на её спине, спускаясь ниже и обхватывая ягодицу, почти впиваясь в неё, как будто ища якорь в этом вихре прикосновений, ощущений и туманящего сознание желания продолжать длить этот момент… — Ребята, я… — хрипло произнёс Макс, до этого целыми словами себя не утруждающий. — Вы невероятные! Я сейчас… — его ободряюще похлопали пониже спины, давая понять, что рады, что у него всё идёт хорошо, и только приветствуют первый оргазм этого вечера. Никто не замедлился и не прекратил того, что делал, и результат не заставил себя долго ждать. После этого Макс опустился на пол и по очереди наградил супругов Ким наполненными благодарностью поцелуями.       Не мог он не оценить и прекрасное, явно новое, полотенце, оставленное для него в ванной. Хозяева этого дома знали, как быть гостеприимными.

***

      Мистер и миссис Ким смотрели на гостя почти с обожанием: они догадывались, что мало кто в такой ситуации смог бы вести себя так как он. Макс был расслаблен, но не слишком развязен. Он не спешил одеваться, но и не сел в кресло без полотенца. Отказался от еды и алкоголя и попросил только воды. Ноа пришлось занять последнее свободное кресло. Лия решила временно надеть футболку и, вернувшись, устроилась на коленях у мужа.       Беседа, естественно начавшаяся, как только все восстановили дыхание и немного успокоились, напоминала разговор у кабинета ветеринара, так как обсуждали они, в основном, вопросы кормления котов, откуда логично перешли к роботам-пылесосам и тому, нужен ли на всякий случай ещё и стандартный пылесос или нет. Сноубелл, которого обвиняли в разбрасывании шерсти где попало, посчитал дискуссию крайне скучной и ушёл в спальню.       В отличие от Макса, который уже испытал то, что некоторые словари толкуют как «Сладострастное ощущение, наступающее в конце полового акта» (ну, вы поняли, не «может наступить», а 100% наступает. Мы все рады за составителя этого словаря, да ведь?), хозяева квартиры всё ещё были примерно на трети пути туда, так что неудивительно, что бёдра Лии постоянно совершали движения, намекающие, что она сидит вовсе не на ровной поверхности, а руки Ноа довольно мало времени проводили в состоянии покоя. Постепенно им становилось всё труднее вспоминать, о чём была предыдущая реплика, и они больше времени проводили с языками во рту друг друга, чем пытались создать видимость коммуникации. — У меня предложение, — сказал, наконец, Макс. — Какое? — спросила Лия, губы которой в этот момент были не заняты. — Вы же планировали показать мне спальню? — Ммммхммм… — утвердительно выдохнула миссис Ким. — Почему бы не пойти туда прямо сейчас? — Ага, да… прекрасная идея, — согласился Ноа, поднимаясь с Лией на руках. — Вы пока идите, я сейчас… Без меня не начинайте, — пошутил он, подмигивая Максу. Миссис Ким уже начала экскурсию: — Не поверишь, но нам в эту сторону, — в другую сторону был только выход из квартиры.       Когда и Ноа добрался до главной и единственной спальни, остальные двое мирно беседовали об… ортопедических подушках. Макс что-то объяснял, показывая на себе, видимо, как должен выглядеть изгиб позвоночника во сне. При появлении мистера Кима он улыбнулся и спросил: — А как твоя шея? — при этом опустив руку на основание этой шеи сзади и слегка помассировав её. Ноа почти собрался покраснеть и, возможно, даже захихикать, но каким-то чудом удержался от этого и только ответил: — О, я в порядке! — Отлично. Какие у нас планы теперь? — В частности, вот это, — сказала Лия, доставая из тумбочки чёрный страпон без ремней. — Эммм… — нерешительно протянул Макс, переводя взгляд с миссис Ким, которая держала свой инструмент как очень решительный сборщик мебели — шуруповёрт, на её мужа, у которого явно и так всё было благополучно с тем, чем можно проникать в людей, на себя с уже возвращающейся готовностью к продолжению, и пытаясь понять, где у этой вещи место в этом уравнении. — Это для меня, — быстро уточнил Ноа, подходя к кровати. — О, так мы… — Не-а, — покачала головой Лия, целуя мужа. — У меня на это, вроде как, эксклюзивные права на данном этапе. — Ну, ты просто очень хороша в этом, — напомнил Ноа. — Ага, — с готовностью кивнула миссис Ким. — А ещё у меня тут вибрация если что есть! — она высунула язык. — Кто из вас может таким похвастать? — Можно подумать, мы хоть раз пользовались этой вибрацией, — рассмеялся мистер Ким и кивнул Максу: — Добро пожаловать! Не волнуйся, мы найдём, чем тебя занять. — О, я совсем не волнуюсь! — уверил их гость, обходя кровать и усаживаясь, прислонившись к спинке. — Детка? Подготовим пока тебя? — приподнимая бровь, спросил Ноа. — Было бы неплохо, — Лия потянулась, забралась на кровать и, спросив: «Ты не против?», села между ног Макса, прижавшись спиной к его груди. Он одобрительно поцеловал её плечо, прежде чем потянуть вверх футболку. Мистер Ким появился с другой стороны, и его поцелуи, начавшись где-то в районе лодыжки, вскоре добрались до всё ещё скрытого под тканью лобка, сделали краткий скачок на мужское бедро и переместились на грудь жены. Покинул он эту зону восторга только после того, как другая пара рук пообещала позаботиться тут обо всём. Им было легко доверять, потому что губы их обладателя уже производили отличный эффект в районе шеи.       Ноа помог жене избавиться от последнего предмета одежды и, погладив внутреннюю сторону её бёдер, развёл её ноги в стороны и устроился между ними, сначала приветственно уткнувшись в лобок носом, а потом начав медленные и прочувствованные мягкие движения языком. Лия сначала запустила руки в волосы мужа, потом переместила их на ноги человека за собой, чуть подаваясь вперёд при каждом прикосновении. Её губы приоткрылись и первые тихие стоны поймал рот Макса. Его большие пальцы поглаживали её соски, иногда чуть сжимая, прежде чем грудь накрывали ладони. Хватило нескольких минут такой всесторонней заботы, чтобы Лия выдохнула: — Ноа, если ты не хочешь ждать, пока я прихожу в себя, нам надо переключаться.       С некоторым сожалением мистер Ким оторвался от своего занятия и взял с одеяла страпон и лубрикант. Щедро обработав короткую часть инструмента, он подвёл его к входу во влагалище и чуть надавил. Лия выгнулась навстречу, постепенно приняв всю свою сторону. — А это… впечатляет, — признал Макс, рассматривая шестнадцать сантиметров пениса, которыми только что обзавелась миссис Ким. — Ещё бы, — подтвердил Ноа. — Ей очень идёт. — Мы останемся так или?.. — спросил гость, не удержавшись от того, чтобы прикоснуться к чёрной силиконовой поверхности и чуть подвигать вперёд-назад под одобрительные вздохи Лии. — Ну вообще… — Ноа смущённо улыбнулся. — Там, в начале, кое-кто почти полностью забрал себе твой член… — Что? Вот и враки! — возмутилась его жена. — Тебе тоже немного досталось. — Вот именно, немного. А я бы хотел полностью. Если ты не против, — поднял он глаза на того, кому, собственно, обсуждаемый член и принадлежал. — Я очень за. — Ну вот и разобрались, — сказала Лия, перемещаясь за спину мужа, подкидывая ему презерватив и забирая с собой бутылку с лубрикантом.       Успокаивающе проведя рукой по его спине, она стянула с него брифы и всё время, пока он надевал на уже не удивляющегося Макса презерватив, гладила ягодицы, не используя палец до того момента, как Ноа безраздельно занялся пенисом перед собой. Трудно было понять, на что мистер Ким реагировал более бурно, но, к счастью, никто таких вопросов задавать не собирался, так что он мог просто наслаждаться ощущением горячего фаллоса во рту и очень заботливых скользких пальцев, точно знающих, как действовать, чтобы он расслабился.       Мистер Ким кивнул на тихий вопрос Лии: «Ты готов?», но всё равно отстранился от своего занятия и уткнулся лицом в одеяло, когда кончик страпона начал входить в него. Миссис Ким остановилась, а Макс прикоснулся к его волосам и сказал: — Я почти уверен, что тебе лучше дышать, — он приподнял подбородок Ноа и посмотрел ему в глаза, чтобы убедиться, что его слышат, потом ободряюще улыбнулся: — Давай, вдоооох, — его рука медленно заскользила по спине мистера Кима вниз, чуть задержалась и отправилась вверх вместе со словом «И выдох». Это медитативное действо продолжалось до тех пор, пока Ноа сам не двинулся навстречу Лии. Расстояние между ними постепенно сокращалось, пока весь чёрный фаллос не оказался внутри. — Ты отлично справляешься, — сказал Макс, пододвигаясь ближе и целуя чуть дрожащего, но явно довольного Ноа. — Слушайте, а как насчёт встать? Я бы тоже не отказался более активно поучаствовать тут. — Почему бы и нет? — мистер Ким распрямился и тут же оказался в объятиях жены, которая не преминула также наградить его поцелуем и погладить грудь и живот, пока не совершая лишних движений внутри. Макс попытался обнять сразу их обоих, но человеку впереди явно досталось больше, а два члена так удачно соприкасались, что все задержались в этом положении ещё какое-то время, и Ноа почувствовал, что уже может и очень хочет скользить по чуть ребристой поверхности страпона. Каким-то образом он сумел впечатлиться и, казалось бы, не самому занимательному акту надевания презерватива на свой член, не в силах удержаться от созерцания ловких, но неторопливых движений Макса.       Тем не менее, переместиться с кровати они смогли, и почти без репетиции сделали так, чтобы пока член Ноа исчезал во рту Макса, Лия так же неторопливо входила со своей стороны, потом следовало движение обратно и снова в принимающее тепло… как прибрежные волны, накатывающие и отступающие, поднимающиеся всё выше, не позволяющие вынырнуть на поверхность за новой порцией воздуха, разгоняющиеся и вот уже накрывающие с головой…       Никто не шевелился и не размыкал это особое объятие. Руки продолжали как будто сами по себе расслабленно путешествовать по горячим телам, тут и там приземлялись лёгкие поцелуи. — Кажется, мне пора на выход, — прошептала Лия и под короткое, но не сильно недовольное шипение так и сделала.       После этого мистер и миссис Ким объявили, что они для экономии времени отправляются в душ вместе, а вернувшись, даже смогли не уснуть, дожидаясь Макса и успели договориться, что справедливо будет предложить ему место посередине. Он против такого предложения ничего не имел и только тихо вздыхал, когда кончики пальцев людей с двух сторон начали рассеянно выписывать абстракции на его груди и животе, пока рука Лии так и не замерла, давая понять, что она всё-таки провалилась в сон.       Ноа и Макс ещё какое-то время продолжали вполголоса переговариваться. Сноубелл, явившийся отдыхать со всеми, выхватывал из этого разговора только отдельные слова и фразы: «зимние шины», «страховка», «подогрев ветрового стекла» и ещё что-то такое же романтичное.

***

      Едва проснувшись, Лия ощутила, что её ладонь лежит на мускулистой груди. Но у этой поверхности было два признака, которые обычно отсутствовали: более высокая волосатость и вообще тот факт, что это была не спина — её муж практически всё время спал на животе или на боку, так что такое размещение в пространстве было нехарактерно. Вторым чувством, которое включилось, было обоняние, доложившее, что хотя она и различает знакомый запах геля для душа, дополнительно угадывается что-то новое. И только после этого, вместе с первым движением, отдавшейся такой болью в мышцах, как будто вчера в спортзале был специальный «день упражнений на бёдра и пресс», пришли воспоминания о прошедшем вечере и, распахнув глаза, она увидела подмышку и руку, закинутую за голову. Приподнявшись на локте, она убедилась, что Ноа тоже ещё спит, повернувшись к ним спиной, и, стараясь никого не разбудить, выскользнула из спальной.       Она не хотела самоуверенно предполагать, что этим утром будет какое-то продолжение, но после душа ограничилась тем, что надела свободное домашнее платье и тёплые носки.       Вообще, хорошо было бы бросить жребий, кому готовить завтрак, но раз уж она встала первой — так и быть, можно что-то придумать, пока остальные спят. Из-за всё ещё слегка расслабленного и мечтательного состояния миссис Ким ограничила придумывание проверкой, достаточно ли у них кофе и хлеба для тостов. И так не исчезающая с её лица улыбка стала ещё шире, когда пришёл её муж, об одежде не подумавший вообще и расхаживающий в одном полотенце. Не вставая, Лия обняла его за талию и поцеловала куда-то в район пупка, осторожно погладив по ягодицам и спросив: — Ты в порядке? — У меня всё прекрасно! — заверил Ноа, в свою очередь погладив её по волосам. — Я не думал, что мы прямо до утра проспим. — Что-то нас утомило. — Я был готов продолжать, — сообщил её муж. — У меня были планы на тебя. — И до сих пор есть? — Ещё больше. Макс уже тоже встаёт. Но нам же не обязательно ждать, когда он дойдёт до нас? — А как же завтрак? — Сразу после.       В результате, когда Макс без стука (хотя, может, и со стуком, просто никто не услышал) вошёл на кухню, он застал картину с миссис Ким сидящей на столе в платье, съехавшем с одного плеча, обнажая грудь, и скинувшего полотенце мистера Кима, который стоял у неё между ног. Так же в поле зрения попал направленный вверх член Ноа, активно трущийся о вульву, пока он сам был увлечён поцелуем, вынурнув из которого, Лия, пытаясь восстановить дыхание, сказала Максу: — Мы помоем стол перед едой. — Я ничуть не сомневался в этом. Вы хотели вдвоём побыть или?.. — Или, — Ноа протянул ему руку и притянул его к себе, намекнув, что для начала неплохо было бы получить объятия с двух сторон. К нему с готовностью прижалось горячее мускулистое тело, а руки гладили грудь и живот, пока шее доставались поцелуи. Мистер Ким не прекращал движения бёдрами, оказываясь то сильнее прижат внутренней стороной пениса к лобку жены, то ягодицами — к члену, который недолго оставался скрыт под боксерами. Не привыкший переживать счастливые моменты молча, Ноа известил всех, насколько ему хорошо и повернул голову, рассчитывая на поцелуй. Щетина на подбородке гостя, проигнорировавшего оставленную для него бритву, кольнула щёку и подбородок, но этот дискомфорт растворился в ощущениях от того, как настойчиво посасывали его нижнюю губу, прежде чем в рот направился деятельный язык. И одновременно он почувствовал, как рука жены обхватила его член и направила к входу в вагину. Оторвавшись от поцелуя, Макс опустил взгляд вниз через плечо Ноа и спросил: — Останемся здесь? — Я… а… бы хотела… — Лия полуприкрыла глаза и откинула назад голову. — …Хотела бы… м-м-м… сосать твой член, пока мы с Ноа трахаемся. — О? — Макс слегка сжал ягодицы мистера Кима, скользя губами по линии его подбородка. — А Ноа тоже этого хочет? — М-м-м-м-м, — простонал Ноа, но нашёл в себе силы ответить и твёрдым «да». — Тогда нам, наверное, лучше пойти куда-то, где это будет проще сделать? — спросил Макс. — На пол спальни, — быстро решила Лия.       В спальне они бросили на пол одеяло и кто-то стянул с миссис Ким платье. Ноа очень быстро оказался лежащим, а жена, усевшись на него верхом, склонилась для поцелуя, ещё задержалась, когда Ноа поймал губами её сосок, но потом развернулась спиной к его лицу и медленно опустилась на член, приподнялась, оставляя внутри только головку, и снова двинулась вниз. Макс встал перед ней, правильно полагая, что она сама поймёт, когда будет подходящий момент начать уделять внимание и второму человеку.       Вскоре Лия остановилась, положила руку на член и, придвинув его ближе, быстро раскатала презерватив, после чего, облизав губы, втянула в рот головку. Когда она двинулась чуть дальше по стволу, ей пришлось приподняться, а затем уже руки мужа помогали ей поддерживать умеренный ритм в объезживании его пениса. Её язык обводил головку и проходил путь вниз к мошонке, чертил зигзаги и уступал место руке и рту. Постепенно скорость в обеих точках фаллического приложения нарастала, и Лия сосредоточилась на более-менее синхронизированных движениях. Макс положил руку ей на голову, почти не надавливая, а Ноа сильнее сжал её бёдра. Через препятствие во рту миссис Ким доносились всё более громкие и низкие звуки, пока она не замерла, вцепившись руками в ягодицы человека перед собой и сотрясаясь всем телом. Ноа приподнял её ещё несколько раз и тоже успешно дошёл до финала, после чего настала очередь Макса. Усталые, слегка голодные, но очень довольные собой и друг другом, они рухнули на одеяло, целуя всех, кто оказывался на расстоянии, до которого было не лень тянуться. — Неплохое утро воскресенья, — выдала свой вердикт Лия. — Вы оба на мне лежите — это одновременно прекрасно и тяжело, — сказал Ноа. — А ведь я просто зашёл по объявлению о продаже велосипеда, — пошутил Макс. Они действительно накануне успели поговорить и об этом. Но пока гость не решил окончательно, готов ли он к такому импульсивному поступку. Впрочем, никто его не торопил.