Воспоминания о нём.

Привет. Меня зовут Джек Нэльсон, мне было 24 года, когда я был пожарным смотрителем в одном из самых больших лесов на северо-западе тихого океана. Это был самый страшный опыт в моей жизни.. А хотя, Вы и так знаете, что там произошло. Но однажды, когда меня спросили про моего товарища, Конора Хокинса, я всерьез задумался о нем вновь, после столького времени. И вдруг осознал, что я совсем не забыл о нем, а эти воспоминания только разбудили во мне бурю эмоций и рассуждений на тему моего бывшего коллеги. Хоть работы на вышке и хватало, но мы с Конором часто общались. Особенно, до случая с этими религиозными фанатиками, которые меня чуть не убили.. Ну, об этом позже. Еще с самого начала наше общение поддерживалось только на Коноре. Он мог сообщить мне о подозрительном дыме в той или иной части леса, часто напоминал мне составлять перед сном сводный отчет о погоде. Часто интересовался мной в свободное от работы время, стараясь узнать что-то новенького от меня. Но, видимо, он сразу увидел во мне хорошего слушателя, а я в нем хорошего рассказчика, тем более, часто его рассказы реально меня затягивали. Было только одно «но». Я не очень любил общаться по радио, тем более, когда расстояние между нами, по сути, не такое большое. Мы будто жили в нескольких домах друг от друга. Но вместо того, чтобы выйти из дома и встретиться, скажем, на какой-нибудь площадке, мы общались по домашнему телефону. И хоть этому и было логичное объяснение, что мы на рабочем месте и следим за лесными пожарами, пост нам было запрещено покидать ради такой, как считалось, забавы, но.. Общаться с человеком и не видеть его лица было трудно. Да, у меня уже тогда был опыт в подобной работе. Но знаете, это было гораздо проще, ведь мы не общались с моими прошлыми коллегами настолько.. Много и тесно, как с ним. Тем более, когда ты знаешь, что за тобой могут в любой момент смотреть в бинокль, видя прекрасно мое лицо. Я же не мог даже поймать его силуэт при осмотре его башни. А если Конор это замечал, то сразу вводил меня в ступор и буквально вынуждал прервать эту затею своим "а я знаю, что ты смотришь", или, как сейчас помню, "ты хочешь заценить мои трусы с уточками? Они висят чуть левее". Как, черт возьми, он понимал, что я наблюдаю именно за его вышкой? Хотя да, вопрос странный, и оправдания придумывать самому себе не хочется. Проще будет сказать: я был помешан на Коноре. -Новичок, ты спишь? Это очень срочно! – Тогда он первый раз связался о мной ночью. Это была третья ночь на той чертовой вышке. Я уже почти заснул, как услышал его голос, доносящийся с рабочего стола. Так что быстро поднялся и связался с ним. – Проверка связи, ну и тебя за одно. Стало интересно, реально ли ты такой опытный, как о тебе говорил Митч. На мой вопрос,что ему еще рассказал обо мне Митч, Конор упомянул, что сам спрашивал у него некоторые мои личные данные. Я до сих пор жалею,что не попросил у Митча данные Конора, но я или все время забывал, или думал о другом, например, уже через пару дней мне было совсем не до личных данных Конора. Тем более, что-то мне подсказывает, что ему могли скинуть мои данные как тому, кому компания уже доверяет. Думаю, мне навряд ли что-либо сообщили бы. Наверное, тогда бы они рассказали бы о моей просьбе самому Конору, а тут уже не отделаешься вопросами лично от него. Не думаю, что он стал бы меня в чем-то подозревать, но лишний раз краснеть, зная, что ты это делаешь из-за мужика, который сидит в нескольких километрах от меня на вышке, который может незаметно за тобой следить в бинокль.. Что-то в этом все же есть, соглашусь. Знаете, на что это все было похоже? На какой-нибудь рабочий роман. Только обычно этим могут похвастаться те, кто уезжает со своей секретаршей в командировку, либо встречаются там со своим коллегой, с которым оказываются заселены в один отель. В моей же ситуации я просто общался по радио, но ощущения были такие, словно я и являюсь тем самым работником в командировке. Но знаете, что самое нестандартное в этой ситуации? Я не понимаю, во-первых, что из этих двух вариантов было у нас, во-вторых, если это все же первый вариант, то кто, черт бы меня побрал, был из нас двоих секретаршей? Да, мне могут сказать: "Джек, ты взрослый мужик, который работал на тот момент на обычной вышке и следил за пожарами в лесу!" Но если бы Вы оказались наедине, в прямом смысле наедине, с таким человеком как Конор, который связывается с тобой по радио каждый день, желая спокойной ночи и спрашивая, как твои дела, невольно начнешь думать, что это секс по телефону, ведь и там и там ты слышишь только голос, не видя человека, ты сходишь с ума от этого голоса и хочешь услышать его вновь, чтобы испытать эмоции. Но отличие в том, что за секс по телефону ты платишь деньгами, а за общение с Конором мне пришлось заплатить своей психикой. К слову, вспоминая вновь же про эти черепа и чертовых (или чьи они там) шизиков в черных балахонах, могу лишь сказать, что Митч связывался недавно со мной по поводу этой ситуации. Он не от всей души (конечно, а как иначе, когда все и так считают, что я все придумал, а тут еще и это все связано с его работой), извинился передо мной за принесенный мне ущерб, упоминая при этом Конора. Как я понял, он до сих пор работает там, но часто спрашивает у Митча про меня. Уточнять я не стал, по какому делу, но, как я понял, Конор всерьез задумался о случившемся после моего ухода. -Мы поменяли уже двух сотрудников, у каждого из них возникали две проблемы. Во-первых, они тоже видели какою-то хер.. Кхм.. Кого-то странного у своей вышки. Во-вторых, они заявляли, что Конор постоянно только рассказывал им о тебе, что именно на вышке номер 11, на которой они сейчас держат пост, работал когда-то Джек Нэльсон. Короче, шуму ты навел, приятель..– рассказывал Митч. Я не успел попрощаться с Конором, связи с ним у меня не было, кроме как, естественно, радио. Приезжать в это место вновь я не осмелился. Моя жизнь была мне еще дорога. Да, сейчас я осознаю, что, раз уж я так привязался к Хокинсу, то почему его не предупредил? Но я не уверен, что, если бы я на следующий день приехал туда и начал бы перед ним выплясывать и рассказывать о всех случившихся ужасах, он бы мне поверил. Думаю, я и сам бы покрутил у виска пальцем на его месте и продолжил бы работу. Я еще в глубине души надеюсь повстречать Конора. Да, конечно, чтобы обсудить с ним этих фанатиков в лесу. Но также я думаю о том, как же я в таком случае смогу узнать его. Наверное, только по голосу, который, как мне кажется, я до сих пор слышу у себя в голове. Возможно, он сможет меня узнать. Тем более, вспоминая, что он видел меня.. Я сильно надеюсь на его внимательность и память. И я очень надеюсь, что он все же не забыл меня, ведь я его так забыть и не смог.