Змей

Сириус Блэк винил себя в гибели Джеймса Поттера, так как предложил кандидатуру Питера Питегрю в качестве хранителя. Конечно, крысёныша предварительео прверили на метку, но полученная информации стала соблазном#, с которым бывший товарищ не справился. Обычно смена министра даёт в течение года право просить о пересмотре дела по свществу, но узник не стал пользоваться этой возможностью: в конце концов, предатель, скорее всего, мёртв, а избранный, скорее всего, живёт в хорошей волшебной семье. Узнать что-либо от Рубеуса Хагрида было не возможно, так как его камера была слишком далеко. О том, что, как минимум, не всё, так как предполагал, стало ясно в конце июля, когда Корнелиус Освальд Фадж посетил тюрьму, взяв с собой газету с фото об отдыхе семьи Уизлей в Египте. Крыса, которая была у Перси, выглядела слишком подозрительно. Под надуманным предлогом удалось попросить министра пододвинуть газету чуть ближе. Теперь сомнений не оставалось: отсутствие пальца было очевидно. Вскоре после побега (кстати, удивительно, что про спосоьность к анимагии ни при задержании, ни за последующие годы никто не спросил) стало ясно, что ситауация ещё хуже: Гарри Поттер был вынузен жить как будто маглорожденный. Увидеть же крестного сына не просто слизеринцем, а ловцом слизеринской сборной было полным сюрпризом. Увидеть же Драко Малфоя игроком слизеринскоц сборной было ожидаемо. К ожалению, дементоры не позволили насладиться матчем: несчастный упал, причём предотвратить смерть удалось лишь Альбусу Дамблдору, который смог заклинанием замедлить происходящее. К кому же обратиться? Министру, который издал указ о казни сомнительно. Альбусу Дамблдору тоже: в ноябре 1981-го тот не был председателем Визкнгамота, но что мешало главе ордена феникса истребовать дело, когда стал председателем суда? Тем более, что, при предпложении о предательстве, отсутствие смертного приговора, в случае отсутствие сомнений в виновности, должно было быть подозрительным. Остаётся лишь департамент магического правопорядка. Только где гарантия, что письмо, в обоход Амелии и Пия, не отправят к Скримиджеру или Робардсу, которым, по идее, все равно, есть ли вина в первоначальных преступлениях. Так что сначала лучше отправить письмо к самому Гарри Поттеру. Заодно станет ясно, насколько надёжно действует защита от подозрительных предметов в Хогвартсе.* … Письмо Гарри Джеймсу Поттеру! Все считают меня преступникои, но я знаю имя непосредственого виновного, предавшего твоего отца, и случйно узнал, что настоящий преступник жив. Возможно, тебя удивляет, почему я не пытался оправдаться. При смене министра у меня была бы возможность, но я считал себя виновным, хотя и не в юридическом смысле, а, во-вторых, все эти годы ошибочно полагал, что предатель мёртв. Тогда же, когда узнал, понимал, что шансов, что мне поверят, мало. Данное письмо не показывай директору! Я считаю, что он, в какой-то степени, тоже прелатель, так как, став председателем Визенгамота, мог потребовать пересмотра ## любого дела даже при отсутствии просьб. PS Кроме того, я не знал, что тебя направят к маглам и, уж, тем более, не ожидал, что ты веберешь факультет Слизерин. Я считаю, что это моя вина. Твой пренебрегший своими обязанностями** крестный отец Сириус Орион Блэк Получив данное письмо, Гарри Поттер поделилсч им с Драко Малфоем. Тот решил переслать его своеиу отцу, правда, добавив ещё миниписьмо от себя. После того, как Люциус прочёл письмо Нарциссе, она ## решила посетить департамент магического правопорядка с просьбой о пересмотре дела своего кузена: в отличие от Кррнелиуса Фаджа и Альбуса Дамблдора, у Амелии Боунс не было причин быть предвзятой.