Глава 18
10 июля 2025 г., 21:04
3 года назад
Легче не становилось. На смену истерике пришла апатия. Не хотелось абсолютно ничего, только забиться в какой-то тихий угол и сидеть там в одиночестве, чтобы никто не мешал. Мария чувствовала себя опустошённой, словно из неё выкачали всю жизненную энергию. Слёзы, казалось, высохли навсегда, превратившись в колючий песок под веками. После болезненного разговора с Феликсом время словно расплылось, потеряло очертания. День в больнице прошёл как в мутном сне. Маша не помнила ни сложных медицинских терминов, ни даже запаха лекарств, обычно так остро ощущаемого в стенах больницы. Она превратилась в бездушный механизм, послушно выполняющий все поручения руководителя, не вникая в суть, не проявляя ни капли интереса. Закончив работу, она вышла на улицу. Прохладный вечерний воздух коснулся её щёк, но не принёс облегчения. Вопросы, словно назойливые мухи, жужжали в голове, не давая покоя. Как ей быть дальше? Куда идти? Что делать со всей этой болью, с этой зияющей пустотой внутри? Она хотела домой. Но был ли теперь у неё дом? Переборов внутреннее сопротивление, Маша набрала номер уже бывшей подруги, но Карина не взяла трубку. Тогда Мария решила отправиться прямиком к ней домой. Ей хотелось расставить все точки над «i» в этой мутной истории. Уже стоя на пороге квартиры Карины, сердце Маши забилось в панике, а по телу пробежала мелкая дрожь. Она безумно боялась предстоящего разговора. Но тянуть было уже нельзя, поэтому Маша глубоко вдохнула и громко постучала в дверь. Спустя пару минут Карину появилась в дверном проёме. На её лице отражалось лишь поразительное спокойствие. Бывшая подруга не была удивлена или напугана. — Не хочешь пригласить меня в дом? — нарушила затяжное молчание Маша. — Зачем? — бесцветным голосом спросила она. — Я же всё-таки твоя лучшая подруга, — скривив губы в саркастичной усмешке, ответила Маша. — Была. — Что ты хочешь от меня услышать? — нехотя проговорила Карина. — Ты уже и так всё знаешь. — Хотелось бы каких-нибудь объяснений или подробностей, — пожав плечами, сказала Маша. — А может быть ты хочешь извиниться? — Объяснений? Я скинула тебе фото. Разве я нечестно поступила? Раскрыла правду своей лучшей подруге, — ехидно произнесла Карина, складывая руки на груди. — Честно? — Маше захотелось рассмеяться ей в лицо. — У нас с тобой очень разное понятие честности, моя дорогая. — Почему же? — не унималась подруга. — Вспомни, четыре года назад я первая заметила Кару. Первая захотела его себе, а как поступила ты? Я лишь вернула себе то, что должно было быть моим. — Мы говорим с тобой не о кофточке на распродаже. Ты совсем ненормальная? Кару же живой человек. Не котёнок, не щенок. — Ну вот он и сделал свой выбор, его лишь нужно было подтолкнуть, — усмехнулась Карина. — Ты столько времени находилась рядом со мной, — с горечью проговорила Маша. — Слушала мои проблемы, помогала, поддерживала. Неужели это всё было лицемерием? — Нет, почему же. Мне нравилось с тобой общаться. — Какая я дура, — глядя куда-то в сторону, сказала Маша. — Столько лет верила тебе, доверяла тебе, защищала тебя. Иронично, что Кару всегда пытался настроить меня против тебя, а я не понимала почему. — И куда его это привело? В мою постель, — хмыкнула Карина. — И он естественно сейчас всё отрицает. Ну ничего, после вашего расставания ему есть куда бежать, адрес мой знает. — Ты просто тварь каких-то невероятных масштабов. Мне противно разговаривать с тобой, — процедила Маша. — Надеюсь, что ты довольна собой. — Не только я, — воскликнула Карина. — Феликс будет рад не меньше. — Причём тут Феликс? — не поняла её Мария. — Он ждёт не дождётся, когда ты прибежишь к нему плакаться. А он как настоящий друг утешит тебя и вытрет слёзы, прежде чем попытаться залезть к тебе в трусы. — Замолчи! — Что? Не нравится слушать? Ты же хотела правды. Так вот она, получи в полном объёме. И не притворяйся дурой, мы обе знаем, что все эти годы Феликс в тебя влюблён. — Я никогда не давала повода, — сухо ответила Маша. Конечно, она знала. Даже если бы и нет, то тот поцелуй пару дней назад точно подтвердил это. Но её вины в этом не было. Она никогда не пыталась им пользоваться или играть. Всегда держала дистанцию. Закручивался какой-то любовный четырёхугольник из мыльной оперы. Это раздражало. — Я поняла тебя, Карина. Я плохая, ты хорошая. На этом и закончим. — Да, закончим этот бессмысленный диалог, подруга. — О нет, мы с тобой не больше, чем однокурсницы, — перебила её Маша. — Ладно, — согласилась Карина. — До встречи в сентябре. Ничего не ответив, Мария развернулась и ушла. К горлу подкатывал ком, а в уголках глаз заблестели слёзы. Она не знала, чего ожидала от этого разговора, но точно не такого исхода. И что дальше? Кому верить? Как идти домой? О чём говорить с Кару? В полном оцепенении она дошла до их квартиры. Интересно, Кару ждал её? Или уже собрал вещи к Карине? Или же ей нужно собраться и уехать к родителям? С тяжёлым сердцем она вошла домой.***
Кару не находил себе места весь день. Всё валилось с рук. Он был страшно подавлен. Маша ушла рано утром, оставив маленькие крохи надежды, что всё ещё можно исправить. Вот только как ему доказать свою невиновность? Он переваривал ситуацию в течение дня, рассматривая её то с одной, то с другой стороны, но так и не смог понять, как всё это вышло. Карина точно хотела быть медиком? С её талантами подстраивать идеальное преступление ей не на врача нужно учиться, а на криминалиста. Он усмехнулся от этой мысли. Его воля и он бы сразу помещал таких в места лишения свободы. Может ему подать на неё иск за клевету? А доказательств то у него и не было, наоборот, всё против него. Щёлкнул дверной замок, вырвав Кару из потока мыслей. Он тут же вскочил с места. Маша вернулась. Когда она вошла в комнату, он заметил засохшие дорожки слёз на её глазах. Она плакала. У Кару защемило в груди. — Я была у Карины, — выпалила она. Кару молчал, но внутри у него всё перевернулось. Сердце отбивало бешеный ритм. — Что сказала эта ненормальная? — взволнованным голосом произнёс Кару. — Сказала, что вернула своё, — сухо ответила Маша, разводя руками. — Ждёт тебя у себя с вещами. — Что?! — выкрикнул Кару, едва не задохнувшись от возмущения. — Она совсем больная? Что она возвращала? — Тебя, — с иронией в голосе ответила Маша. Кару не знал, плакать ему или смеяться. — Блять, — выругался Кару, нервно проведя рукой по волосам. — Я убью её. Маша громко рассмеялась. Ничего хорошего это не предвещало. — И кому же из вас мне нужно верить? — спросила она. Её плечи содрогались от истерического хохота. — Я не знаю, как тебе доказать, что говорю правду, — обречённо выдохнул Кару. — Карина — мерзкая сука. — Возможно, — согласилась Маша, прекратив смеяться. — А возможно, что мерзавец ты. — Чёрт. Он схватился за голову, присев на диван. Головная боль возвращалась. Его шансы на прощение таяли на глазах. И это при том, что он был чист, как белый лист. Карина смогла запятнать его самыми грязными красками, ловко манипулируя, приписав ему то, чего не было. — Кару, — тихо окликнула его Маша. — Если то, что сказала Карина, правда, я не буду тебя держать. Ты всегда волен поступать так, как хочешь. Да, мне обидно, но ты не моя вещь… — Стоп, — жестом прервал он её пламенную речь. — Моим выбором всегда была ты. — Громкие речи, как всегда, — грустно улыбнулась она. — Можешь считать мои слова таковыми, но я знаю, что это правда, — немного обиженно ответил он. — Пусть я и не могу доказать, что Карина врёт. — Я думаю, что нам нужно разъехаться. Кару словно окатило ледяной волной. Он прошептал дрожащим голосом: — Ты бросаешь меня? — Нет… То есть да… Я не могу ответить, — запинаясь, проговорила Маша. По её щеке скатилась слеза. Ему хотелось подойти и смахнуть влагу с её лица, а потом обнять и никогда не отпускать. Но он смог сдержать этот порыв. — Хотя бы на время, — продолжила говорить Маша. — Я не могу сейчас трезво мыслить или что-то решать. Я хочу побыть одна. Пожалуйста, Кару, — с мольбой обратилась она. — Хорошо, — сквозь боль произнёс он. Кару было тяжело. Сердце будто вырвали из груди, оставив кровоточащую дыру. Но и Маше было не лучше. Он не перестанет пытаться вернуть её доверие. Он даст ей время побыть одной. Кару хотел верить, что это ещё не конец. Всё можно исправить.***
Наше время
Как бы Оля не старалась избегать общество Саши, в закрытом помещении соблюдать дистанцию было довольно тяжело. Казалось бы, сиди спокойно в своей комнате и не покидай родное убежище лишний раз. Но Олю просто распирало от любопытства: а чем остальные заняты, что обсуждают? Да и постоянно находиться одной было скучно. В конце концов, в прошлый раз они вроде всё обсудили с Сашей, и лишних проблем возникнуть не должно. И вообще, какие проблемы? С каких пор её стало интересовать его мнение? С такими мыслями Оля решительно вышла в коридор, желая найти ребят. Конечно, по закону жанра, она тут же столкнулась именно с Сашей. Он тоже куда-то мчался, поэтому налетел на неё, чуть не сбив с ног. — Смотри, куда прёшь! — раздражённо воскликнула она, пытаясь сохранить равновесие. — Прости, я не заметил тебя — отрешённо ответил он, на автомате схватив её за рукав. Саша выглядел очень уставшим. Взгляд потухший, а под глазами явные следы бессонной ночи. — Плохая ночка? — с ухмылкой на губах спросила она. — Бывали и лучше, — безразлично ответил он. Он пожал плечами и молча двинулся в сторону импровизированной кухни. Оля удивленно приподняла брови. Даже не стал пререкаться? Она прошла за ним. — Ты решила больше не прятаться от меня? — ровным голосом спросил Саша, первым нарушив затянувшуюся тишину. — Я и не пряталась, — буркнула Оля. — Да? А так и не скажешь, — слегка усмехнулся он. Саша уселся на диван и подпёр рукой подбородок, обжигая её взглядом. Оля сама не знала, зачем пошла следом за ним. И сейчас она была загнана в тупик своего же решения. Вдруг в голове что-то щёлкнуло и, преодолев небольшое расстояние между ними, Оля плюхнулась рядом с Сашей. Непринуждённо откинув волосы назад, она повернулась к нему. — Ты, как всегда, чересчур самоуверен. Кажется, я уже говорила с тобой по поводу того инцидента, поэтому не вижу никаких причин для того, чтобы прятаться или избегать тебя. — Да, она откровенно лгала ему прямо в глаза. И что? Оля всегда действовала по ситуации. — Вот как. Ты поговорила со мной, — уточнил он с вызовом. — Да, — сухо ответила она. — Не вижу проблем. — Проблем? Ну ладно, — равнодушно согласился он, отворачиваясь от неё. — Да, возвращаем всё на круги своя: я ненавижу тебя, а ты меня. Все довольны. — Я никогда не испытывал к тебе ненависти, Оля, — холодно ответил он. — Не знал, что я вызываю её у тебя. Оля не поняла: ей послышалось, или она уловила обиду в его голосе? Она заёрзала на месте, чувствуя стыд от только что сказанных слов. Оля закусила нижнюю губу, боясь не сдержаться и наговорить лишнего. Пусть он обижается на неё. Так было нужно. Саша продолжал пристально смотреть на неё. — Перестань сверлить меня взглядом! — выкрикнула она, не выдержав давления с его стороны. — Что ты хочешь от меня услышать? Я не твоя милая овечка Ди! — При чём здесь опять Диана? Почему ты приплетаешь её всякий раз, когда заходил речь о нас с тобой? — Нет никаких нас! — Оль, успокойся, — выдохнул он, устало прикрывая лицо ладонью. — Я просто пытаюсь разобраться, что происходит. Я… Мне тоже тяжело. Твои слова о ненависти задели меня. Я знаю, что раньше мы часто ругались, и у нас возникали недопонимания. Но мне казалось, что мы уже прошли этот этап. — Стой, прекрати, — остановила она его, вскинув руку. — Я понимаю, к чему ты клонишь, но, пожалуйста, не надо. — Да что не так?! — внезапно гневно выкрикнул он, теряя последнее напускное спокойствие. — Я настолько противен тебе?! — Нет! Дело не в этом. Всё слишком запутано… — Оля пыталась собраться с своими мыслями, которые так и норовили разбежаться во все стороны. Ну почему Саша всегда так действует на неё?! — Так я и хочу распутать! — Тебе заняться нечем? — грубо выплюнула она. — Я сказала уже, что мы закрыли эту тему. Сколько ты будешь продолжать? Или что, принцесса Ди дала тебе отворот поворот и ты решил попробовать со мной? Я запасной аэродром для потрахушек в этой запертой клетке? — Что ты несёшь, ненормальная? — А что не так? Как ещё, по-твоему, я должна отреагировать на такой внезапный всплеск «светлых» чувств? Что-то я не припомню, чтобы раньше у тебя был ко мне хотя бы какой-то интерес, помимо грызни на бытовой почве. — Я не знаю, — устало простонал он, схватившись за голову. — Так может, в этом и дело? Относительно недавно тебя бросила Диана, и ты решил таким образом сбросить напряжение. Окей, мы переспали, стресс снят. Что дальше ты от меня хочешь? — Всё было не так, — ледяным тоном произнёс он. — А как? — не унималась она. — Объясни. — Ты хочешь знать правду? Хорошо, — внезапно согласился Саша. — Думаешь я жалею о сексе с тобой? Нет! Сначала я думал также, что это было ошибка, эмоции и тому подобная чушь. Но это бред. Я не могу прямо сейчас сказать тебе, что люблю тебя. Но в последние дни ты полностью заполняешь мои мысли. Я пытался гнать их прочь, пытался убедить себя, что я себе это придумал. Блять… — Саша вдохнул полной грудью, продолжив говорить. — Оля, у меня есть неприятное прошлое — потеря любимого человека. Какая-то часть меня считает, что я предаю её ради тебя. Возможно, это так. А может, я просто боюсь отпустить её и начать жизнь заново. Оля ошарашенно сидела, не отводя от него взгляд. Она не ожидала такого признания. Ей казалось, что они с Сашей, как кошка с собакой, никогда не смогут поладить. Но она ему нравилась. Уму непостижимо. Его слова отозвались сладкой истомой в её израненной душе. Поддавшись порыву, она придвинулась к Саше вплотную, впиваясь поцелуем в его губы. Он ответил мгновенно, положив руку ей на шею. Они целовались жадно, мокро, страстно. Так, словно этот поцелуй — последний глоток воздуха, последняя инстанция и последний рывок перед финишем. Растворяясь друг в друге, забыв обо всём вокруг. Существовало только здесь и сейчас.***
Отвязавшись от назойливой Дианы, Кару, наконец, смог остаться один. Осмотревшись, чтобы никто не подслушал, как в прошлый раз, он достал устройство для связи с Машей. — Какого чёрта, Кару?! — с ходу выкрикнула она, как только ответила на звонок, так, что Кару поморщился от резкого звука. — И тебе привет. — Ты совсем с ума сошёл? Что ты там до сих пор делаешь? Руки в ноги и быстро на выход! — Ма-а-аш, успокойся, пожалуйста, всё хорошо, — проговорил он. — Что хорошего? Я тебе говорила! Я предупреждала быть аккуратнее, и что? Как можно быть таким беспечным? — Да всё нормально-о, — протянул он. — Собирай давай свои манатки и бегом наверх, — вновь проговорила она. — Иначе я сама спущусь и вытащу тебя за шкирку, как отбившегося от рук щенка. Кару усмехнулся. Подобной угрозы он от неё и ожидал. Маша не изменяла себе. — Ты же знаешь, что я не могу пока. А вот тебе стоит спуститься и забрать новые образцы, — ответил он ей. — Ты долго будешь ходить по тонкому льду? — не унималась Маша. — Что ты уже ей пообещал взамен на молчание? — Правду, — коротко отрезал он, выдыхая. Не было смысла отнекиваться, и Кару заранее приготовился слушать гневную тираду от Маши. — Какую. К чёрту. Правду? — процедила она, явно находясь на грани. — Твоё счастье, что ты находишься сейчас не рядом, иначе я бы уже запустила в тебя чем-то тяжёлым. — Эх, а я то думал, что при встрече ты меня обнимешь, а не будешь пулять вещами, как в мишень, — попытался отшутиться он. — Я очень рада, что ты находишь время на шутки. — Маш, ну правда, у меня всё под контролем. Диана уже начинает мне доверять. — Ха-ха-ха, — нервно рассмеялась она. — Хочешь сказать, что она настолько глупа, чтобы верить своему похитителю? — Я рассказал ей о смерти их друга, — выпалил он на одном дыхании. Голос на том конце связи замолк. Маша переваривала его слова. Не дождавшись ответа, он добавил: — А также о возможностях препарата. — Ох, — протяжно выдохнула она. — Ладно про Дана, она имела право знать, но зачем раскрывать все карты? А если она расскажет остальным? — Не расскажет. За это скажем спасибо нашему аристократическому другу, — ехидно сказал он. — А что он? Я помню, что у них там закручивался какой-то любовный роман, но сильно не вникала, — с интересом проговорила она. — Я знаю не намного больше тебя, но он явно её обидел. Как раз недавно она выскочила от него раздражённой и обиженной на всех мужчин этого мира. — Только не говори, что хочешь использовать её в своих целях. Я категорически против! — Не неси чушь! — обиженно воскликнул Кару. Ладно, когда Диана подогнала его под одну гребёнку с Сашей. Но от Маши слушать подобный бред он не хотел. Верность и искренность своих намерений он доказывал уже не один раз. — Мало ли, решишь захватить девочку в свои хищные сети, — со смешком в голосе произнесла она. — Нет уж, спасибо. — Ну а если серьёзно, что ты собираешься делать? — Перетянуть её на нашу сторону. — Это невозможно! — воскликнула Маша. — Нет ничего невозможного. Первое зёрнышко раздора уже проросло, а то ли ещё будет, — заговорчески ответил он. — Кару, тебе недостаточно острых ощущений в жизни? Я могу подарить сертификат на прыжок с парашютом. Он закатил глаза. Маша издевается над ним. — Какие ощущения? Я стараюсь ради эксперимента. — Знаешь, чем дальше мы движемся, тем сильнее мне хочется послать всё далеко и надолго, и вернуться к прежней жизни, — неожиданно заговорила Маша. — Ты же это не серьёзно? Столько сил вложено, и уже есть результат. — Да плевать мне на этот результат уже! — воскликнула она. — Я переживаю, что мы не вырулим до конца, и всё закончится хуже некуда. — Не нагнетай, — отчеканил он ледяным тоном. — Кару, я прошу тебя подумать над моими словами. Мы уже на грани. Точка невозврата всё ближе. Подумай о нашем будущем. — Я о нём и думаю. Это будет прорыв науке, который поможет человечеству в дальнейшем. — Человечеству. Не нам, — выделила она слова. — Давай закроем эту тему. Для меня возврата уже нет. Кару правда так считал. Он уже перешёл черту. Забрёл слишком далеко, чтобы просто взять и развернуться. Возможно, в нём уже говорил фанатизм, но он хотел дойти до финала. Без разницы, в какой роли. — Я тебя услышала, но всё же пообещай мне подумать, — с надеждой в голосе проговорила Маша. — Хорошо, обещаю, — согласился с ней Кару. — Отключаюсь. Береги себя, прошу. — Ты тоже. Целую сто тысяч раз.
