Она потерялась

      Гидро Архонт мертва. Теперь Фонтейном правит Гидро дракон. А Фурина теперь обычный человек, коим она, по сути и была всё это время.       Теперь актриса могла быть собой, спокойно жить вместе с людьми, и умереть тоже. Вот только, была одна загвоздка: она не знает, кто она, какая она. Её роль, которую она играла довольно долгое время слилась с ней, и девушка забыла какой она была до этого всего. Хотя, была ли? Её создали для того, чтобы обмануть Небесный порядок, её создали чтобы она играла свою роль.       Когда Фокалорс казнили, когда Фурина и все жители Фонтейна стали настоящими людьми, когда всё стало возвращаться в норму, актриса не могла найти себе места. Она наоборот закапывала себя всё глубже, или, как можно сказать в Фонтейне – топила. Фурина боялась реакции людей, хоть и не все были там, в театре, она знала, что всё разлетится по новостям в ту же секунду, но, слава Архонтам, пока что в газетах были новости только о том, как Фонтейн справляется после потопа. Фурина винила себя, ненавидела, считала недостойной, из-за чего, вскоре покинула дворец.

***

      С Нёвиллетом, который после произошедшего стал полноправным правителем гидро региона, она не общалась, хоть и жили они рядом. Фурина не могла простить себя за то, что обманывала его. Она обманывала того, кого уважала. Того, кого ценила. Того, кого любила.       Да, будучи «Архонтом» целых пятьсот лет и примерно столько же знакомства с Нёвиллетом она влюбилась. Не как в наставника или в отца. Как в человека.       Но она понимала, что им не быть вместе по нескольким причинам: Он – Гидро Дракон, ему не чужды человеческие чувства. Он не способен их понять, хотя кажется, почти понял. Она его раздражала (как сама Фурина думала). Она была для него обузой. Ну, и последнее: Она считала себя недостойной его любви.       Сейчас же она заезжала в новый дом. Ей было не по себе от взглядов людей, которые будто хотели её сжечь этим самым взглядом.       В доме было пустовато: Пол из дерева, как в театре; обои, или стены (на первый взгляд не разберёшь) покрашены в мятный оттенок, довольно приятно глазу; посередине комнаты диван, прикрытый белой простынёй, а с двух сторон два кресла, прикрытые тем же; рядом с диваном стоял столик; кухня, полностью пустая, также как и другие комнаты (которых оставалось всего две). Вряд ли она будет ими пользоваться.       Она подошла к дивану и стянула с него простыню. Тот оказалася почти такого же мятного оттенка, правда, чуть-чуть грязноватый, но Фурину это не заботило.       Вещей у неё было на удивление мало, из-за чего с распаковкой она справилась за час, после чего она легла на диван и стала смотреть в потолок, потерянным и безжизненным взглядом.

***

      Нёвиллет никогда не понимал человеческие чувства, пока не познакомился с Гидро Архонтом. Она пригласила его на пост юдекса, а он согласился, с тех пор его жизнь преобрела хоть какие-то краски.       Поначалу, Фокалорс, или же, как она просила себя называть, Фурина его раздражала. Она была назойлива, но со временем он начал проникаться к ней, и благодаря ней он начал понимать чувства людей и сам начал чувствовать.       Когда оказалось, что Фурина вовсе не Архонт, он был внедоумении. Когда Оратрис вынесла вердикт, а он его зачитал, он был в шоке. Да, Фурина обманывала народ, но не на казнь же! Стоп, а почему вообще Гидро Архонт? Ведь выяснилось, что она никакой не Архонт... Он посмотрел на девушку, сидевшую на своём любимом троне, но сейчас она была такая поникшая...       Когда Фокалорс рассказала всю правду, Нёвиллет был в ещё большем шоке. То есть, всё это время Фурина играла заданную ей роль и страдала?... А потом Гидро Архонт умерла и его элементальная сила стала полностью его.       Он смог спасти людей, но, кажется не Фурину. Когда он её увидел после того, как вода утекла, он хотел поговорить с ней, но она его избегала.       Так происходило неделями, а потом она съехала.       Был, как казалось, обычный день, Нёвиллет шёл по делам, как вдруг видит знакомую фигуру, первой его мыслью было: «Она вышла?» А потом он увидел коробки. – Ты куда? – Дракон не понимал, что происходит. Всё же было хорошо? Или нет?... – Я переезжаю, – начала Фурина, стараясь не смотреть на него, – Я... Я теперь никто. Так какое право я, обычный человек, имею находится здесь? Именно: никакое. – Почему ты так решила? Ты имеешь полное право находится здесь. – Нёвиллет начал медленно подходить, он не хочет её отпускать. – Потому что это правда, мисье Нёвиллет.       «Мисье»... Из её уст это звучит непривычно. Он привык к «Нёвиллет», или яркое «Нёви!», когда случилось что-то прекрасное, но не «мисье».       Пока Гидро Дракон стоял в шоке, Фурина уже успела уйти. Она оставила его одного, но винить её он не мог. Никак.       С момента её переезда прошло около трёх-четырёх недель, он сбился. Нёвиллет пытался найти её, узнать где живёт, но безуспешно. Она редко появлялась на улице. Точнее, раз в неделю, чтобы купить еды (а точнее макарон, но это же еда). Правитель хотел бы подловить её, но у него было полно дел. А теперь у него есть время.       Он подошёл к ларьку с едой, откуда Фурина каждый раз покупала еду и принялся ждать. Долго этого делать не пришлось, буквально через пятнадцать минут на горизонте появилась Фурина.       Она подошла к ларьку и начала разговор: – Макарон, две упаковки, пожалуйста. – Хорошо, с Вас 1000 моры. – Чёрт, у меня не хватает. Можно тогда одну упаковку?       Продавец уже хотел было убрать упаковку с прилавка, как рядом нависла тень, и сказала: – Не надо ничего убирать, я заплачу. – Фурина вздрогнула и обернулась. За ней стоял Нёвиллет, собственной персоной. Что он тут, чёрт возьми, делает?!       В шоке была не только Фурина, все присутствующие на улице, в особенности продавец. – Л-ладно. – и убрал руки от второй упаковки.       Когда макароны были куплены Фурина и Нёвиллет отошли в сторону. – Спасибо, мисье Нёвиллет, но не стоило этого делать: я бы пережила. Да и тем более- Она была перебита: – Просто Нёвиллет. И да, стоило, – он сделал небольшую паузу, а потом продолжил: Скажи мне, ты хоть чем-то кроме макарон питаешься? – Нет, макароны вкусные, да и зачем есть что-то другое, если нравится? – Есть одно и тоже в течении большого количества времени может навредить твоему желудку. – Будто кому-то есть до этого дела. – Она отмахнулась. Но не ожидала ответа такого от собеседника: – Мне есть, – опять пауза – Фурина, пожалуйста, заботься о себе и своём здоровье. – Почему тебя это заботит?... – А почему не должно? – ответный вопрос. Совсем не в его стиле... – Да потому что я предательница, обманщица и лгунья, недостойная ничего из этого! Я обманывала тебя, раздражала, бесила. Я обманывала народ! А сейчас ты спрашиваешь, почему я не должна тебя заботить?! Разве не логично?! – ощущение, что у неё скоро начнётся истерика. Хотя, не ощущение, это так и есть.       Фурина так бы и продолжала, если бы не внезапные объятья. Сначала она была в недоумении, а потом разрыдалась в плечо юдекса . – Фурина... Ты ни в чём не виновата. Я знаю, как тебе было трудно, да, я не могу понять это, но я знаю. Я не виню тебя. Я просто хочу, чтобы ты жила дальше, чтобы была самой собой и– Договорить не дали: – Я не знаю, кто я... Я не знаю, как это – быть самой собой. Я потерялась – голос у неё дрожал. Слёзы так и текли, а Нёвиллет прижимал ее ещё крепче. – Мы разберемся со всем. Я тебе обещаю. Ты мне очень дорога и не думай, что ты меня раздражала, это совсем не так. Ты мне нравишься. Ты – лучшее что со мной было. Извини, я не умею проявлять эмоции... – Дракон усмехнулся, серьёзно, у него же сложно с проявлением эмоций, так как он сейчас это делает? – Я, – она шмыгнула носом, – ты мне тоже н-нравишься... – Мы справимся.