Попутный ветер

Очередное утро началось с неприятных новостей, а именно с увольнения. Хоть и Виктор был довольно способным молодым человеком, но у него было достаточно много негативных минусов. Самым его большим минусом была неспособность правильно взаимодействовать с другими людьми, что делало практически любую работу неподходящей для него. Поскольку такое случалось не в первый раз, стресса и волнения, как такого, вовсе не было. Парень спокойно сидел на кухне родной квартиры и пил свой любимый черный чай, без сахара, изредка поглядывая в окно. У раковины стояла его мать, которая была посуду после приготовления завтрака для своей семьи. В глазах женщины читалась грусть, ведь она переживала за своего сына, который пытался помочь ей в заработке, но делал это неумело. — Ну как же так… Ты же способный мальчик у нас… — проговорила женщина, выключая холодную воду и оборачиваясь к своему сыну. — Да… Я обязательно найду новую работу, ты же знаешь… — на этом слове Виктор в очередной раз отпил чай из своей любимой кружки. Его взгляд, да и лицо в целом, выражала эмоцию безразличия, настолько ему осточертела эта возня с поиском новой работы. — Будь добр, сделай сегодня мне одолжение, раз ты уж свободен… Отведи Катюшу в школу, пожалуйста… Говоря о семье Виктора, она была не большой — мать, которая считалась главой семейства, Виктор, ее страниц сын и Екатерина, младшая дочь. К сожалению, отец погиб при довольно странных обстоятельствах, вдали от дома, а отчим уехал на заработки в командировку и особо не мог помочь своей семье с финансовым положением. Безусловно, большая часть денег уходило на благо Кати — новый рюкзак, канцелярия, учебники, место в пристижной закрытой школе и самое лучшее образование, которое можно было получить. Это стоило довольно дорого, поэтому мать старалась успевать работать на уже двух работах, что бы обеспечить дочь, а Виктор работал на всеобщее благо семьи, хотя справлялся он с этим… С большим трудом. Держа свою младшую сестру за руку, Виктор гордо вел ее среди остальных прохожих. Катя была умна не годам, что делало её гордостью всей ее семьи и открывало ей много возможностей. Но, будучи ребенком, она была донельзя наивной и улыбалась каждому прохожему, ученику и даже самой неудаче. Такому оптимизму можно было позавидовать, потому что жта солнечная девочка могла заставить любого улыбаться в ответ и старший брат был первым кандидатом в ее списке. Практически всю дорогу они проговорили о делах Кати в школе, о том, каких красивых кошечек она видела по дорогой домой в зоомагазине. Улыбка не сходила с ее губ и ее радостный голос не утихал, пока она не зашла за ворота ее школы, где ее ждали подруги, помахав брату в ответ, та удалилась за дверьми школы. Виктор получил свой ежедневный заряд позитивного настроения, но сегодня она ему не нужна была — следующей остановкой юноши было кладбище. Именно там, среди безмолвно покинувших нас, он хотел устроиться хранителем усопших тел или, проще говоря, ночным охраником. Такой образ жизни был ему по душе, ведь Виктор на послленицсно своей работе так же работал ночным сторожем. Остановка была не так далеко, да и нужный автобус приехал быстро, впереди оставалась только долгая поезда практически загород, чтобы получить, наконец, долгожданную работу. День был светлый, но морозный, казалось, вот-вот пойдет снег, но на небе не было ни облачка. На кладбище, как и всегда, было слишком ветренно и холодно, что создавало незабываемо неприятную обстановку, ведь большинство людей не бывыло на кладбище больше несколько десятков дней за всю жизнь. Для Виктора это было идеальное место, ведь контакт с другими людьми ночью практически приравнен к нулю, поскольку юноша не считал нарушителей за посетителей. Разговор с работодателем был довольно короткий, Виктора сразу приняли, так как он обладал нужными качествами для этой работы. Да и только отчаявшиеся люди и безумцы решаться на эту работу, потому что многие не могут выносить атмосферу кладбища. Виктору же было проще — ему было на жто наплевать, главное что его работу будут оплачивать. После беседы, у которой были приятные результаты, молодой человек, с радостью на лице, отправился домой, что бы хорошенько выспаться перед своей первой рабочей сменой на новом месте. Сон дался легко и, как обычно, был пустым и темным. Приехав на свое новое рабочее место, Виктор обнаружил, что ночью кладбище оказывается в более мрачном виде, что гораздо больше ему нравилось, чем днем. Холодный воздух обжигал лицо, приятно показывая уязвимые места. Уже на рабочем место брошу ждал коллега, который объяснить все главные фишки работы на этом месте. Вслушиваясь в каждое слово, Виктор решил не задавать вопросов, да и тех у него не было. — …и, самое главное, если ты услышишь какие-то подозрительные звуки, просьбы о помощи или зов — никуда не выходи, это бессмысленно. Патрулируя свою территорию только по установленным часам и следи, что бы никто невзначай не проник на кладбище в такое позднее время. А на этом все, удачной смены! Проводник откланялся, надел свою куртку и удалился из домика сторожа. Оставшись одному, Виктор решил осмотреть свое рабочее место или ночное жилище. Внутри было тепло и светло, так же работали камеры, которые, в основном, наблюдали за различными входами на территорию. Важными предметами первой необходимости были форма и фонарик, которые юноша быстро нашел. Сменив свою одежду на рабочую, Виктор мельком взглянул на камеру, которые, казалось, вообще не меняли своего вида уже несколько лет. Фонарики был рабочий и батарейки к нему прилагались, ведь внутри он был пустой. Первая часть ночи прошла довольно спокойно, Виктор даже чуть не уснул от скуки, а, затем, пришла пора прогулять и патрулировать территорию. Собравшись и одевшись потеплее, он взял в руки фонарики и вышел на улицу. Ночью Мороз был особым свирепым, пытаясь как следует покусать лицо сторона, но того это только смешило. С улыбкой на лице, тот бродил среди могил, светя своим фонарем то на дорогу, то на надписи могил. — Помогите… Пожалуйста… Среди кладбища раздался тонкий, но довольной ясный голос, просящий о помощи. Несмотря на предосторожение, Виктор смело последовал на зов голоса, ведь проверить что это было необходимо. Скоро озраник наткнулся на совсем молодого юношу, бледного, как свежее молоко, лежащего на дорожке среди могил. Без всяких слов, Виктор поднял неуклюжего подростка на ноги, а тот ухватился за его руку, обняв ее. — С… Спасибо… Вы такой… Теплый… Глаза ребенка выглядели не то что бы нездорово, они были вовсе пустыми, словно это был труп. Руки были блдены, словно кровь давно покинула это тела, оставив его гнить в сырой земле. — Мальчик… Что ты забыл на кладбище в такой час? Ты так легко одет, ты можешь простудится… Младший виновата посмотрел своему спасииелю в глаза, в которых теперь горели два маленьких голубых огоньки. — Но я я же… У… Не успел мальчик и слова сказать, как Виктор накинул на него свою куртку, что бы скорее отогреть от первых морозов. — Пойдем, малой. Я тебя чаем угощу, отогрели, но потом обязательно верну тебя домой. Кстати, мне нужно будет твое имя. Молодой человек был не из робкого десятка и с легкостью мог вытерпеть небольшую прогулку на морозе, ведя с собой испуганого подростка. — Меня зовут? Меня Миша зову, Михаил! — с большим энтузиазмом воскликнул юноша. Он даже начал выглядеть поживее, словно по его венам снова пошла кровь, но красивая молочная бледнота, словно врожденная, не покидала его тело. Виктор лишь кивнул в ответ на слова юноши, потрепав того по голове за волосы. Он явно не был нарушителем, скорее постоянным посетителей, о встречи с котором его отговаривал предшественник. Зайдя в свой домик, озраник усадил посетителя на диванчик, а сам принялся готовить чай. — Прости, я тебя перебил. Что ты хотел сказать? — вопросительно взглянув на юношу, произнес молодой человек. — Да только что я умер… Вот. Я не живой человек, а что-то вроде… Привидения! Правда круто? Ты первый, кто решил со мной поговорить и даже потрогать! А раньше все бежали… И мне так холодно было… А ты мне помог и согрел! Спасибо тебе большое… — на лице призрака появилась радость, в надежде на то, что он найдет себе друга и спутника на этой мертвой земле. — Привидение, говоришь… — с неким недоверием произнес Виктор, — А от чего ты умер? Помнишь ли номер своей могилы, откуда ты… Вышел? — Номер могилы не помню, но могу тебе показать! А причину своей смерти… Я давно забыл, вот. Тихо подойдя к Михаилу, Виктор положил ему на плечо свою руку. Оно было довольно холодным, но ощущалось, как что-то живое. — О, ты не подумай, я и через стены умею ходить! Надо же как-то выбираться из забетонированой могилы. Смотри! Рука младшего с легкостью прошла внутрь крепкого дивана, а затем и через соседнюю стену. — Видишь, видишь! А трогать себя, кому попало, я позволить не могу… А ты мне понравился, ты другой, ты не боишься… Ты добрый! Увиденное ничуть не удивило старшего и тот просто молча принес заварившийся чай с сахаром привидению. Тот с удовольствием опустошил кружку, делая глоток за глотком. — Так если ты привидение, почему ты ходишь по кладбищу по ночам? Разве твоя душа не должна была упокоится после похорон? Куртка все еще была на Мише, согревая его призрачное тело, да и он сам был не против, куртка была мягкой. — Я ничего не знаю и в добавок я ничего почти не помню. Вот я и ищу помощь, что бы разузнать это все, если тебя тоже жто интересует! Взамен я могу то же тебе помогать! Ты же тут работаешь, я прав? Я могу помогать тебе искать нарушителей, вот! Идет? Ну пожалуйста… Глаза призрака ожили и его лицо приняло самый естественный жалобный вид, пытаясь добиться своего путем такой детской манипуляции. Виктор лишь засмеялся в ответ. — Ладно, ладно… Как я могу отказать тому, кто стремится помочь мне? Ты, вроде, не из тех кровожадных призраков, которые хотят мстить. Я с радостью тебе помогу, лишь бы это работа была не такой скучной. Тем более… С тобой есть о чем поговорить… Всю ночь парочка проговорила о всяком — от конструкторов Лего до современных сериалах и кино. Виктор чувствовал себя так, словно общаешься со своим младшим братом, который, в какой-то степени, был немного похож на него — так же неумело общался и иногда перебаршивал, выражая все свои мысли до конца. Но это нравилось старшему, он чувствовал себя в тарелке и не стеснялся себя настоящего, которого нужно было скрывать для других взрослых. Так и началась дружба сторожа и привидения.