Тигренок в лапах кролика.

После вчерашнего малыш Тэ ходит сам не свой и Гук это заметил. Малыш ходит, потирает свою киску, краснея и похныкивая. Детка проснулся посреди ночи с мокрыми трусиками, в поту и с диким возбуждением. Он не понимает, почему его маленькая киска так хлюпает и продолжает сжиматься, будто требуя, чтобы что-то большое и тяжёлое заполнило ноющую пустоту. Он бы рассказал папочке и про сон, и про приятную тяжесть внизу его животика, и про киску, с которой тянутся густые капли смазки, но… ему очень стыдно. Ведь в его сне был его папочка, которого он сильно любит, и его милый пёсик Ени. Поэтому он старается как можно меньше смотреть на папочку и пёсика, ведь ему плохо от того, какие мысли его посещают. Он боится, что папочка прочитает его мысли, скажет, что он плохой мальчик, а Ени вовсе перестанет с ним играть. —Тэ-Тэ, солнышко, что случилось? Ты себя неважно чувствуешь? Я что-то не так сделал? Гук правда встревожен, ведь его жизнерадостный, тактильный малыш избегает его. —Нет, папочка, все хорошо, ты самый лучший. Я тебя не избегаю, просто… —Тэ не знает, как объяснить папочке то, что с ним происходит. —Малыш, расскажи мне, мы тебя с Ени очень любим. Хочешь, мы поможем тебе? Только расскажи нам. Мы не сделаем тебе плохо, ты же знаешь. —Папочка, мне очень стыдно. П.правда, я попробую сам разобраться, хорошо? А потом тебе расскажу. Папочка, прости меня пожалуйста, я тебе доверяю, просто я же уже взрослый мальчик, да? Ты же меня понимаешь папочка. Гук на это только усмехнулся, но с малышом спорить не стал. У него в голове уже созрел план, который поможет вновь насладиться телом своей любимой и единственной детки. —Конечно малыш, я тебе доверяю. В таком случае, папочке нужно поработать, зайка. Мне нужна тишина. Бери Ени и идите в твою комнату, хорошо? Тэ напрягся, прокручивая в голове свой сон, где пёс с животной страстью поедал его пухленький клитор, выедал пахучую смазку из его жадной дырки, трахал своим мясистым языком его шейку матки. Как ебал его своим толстым хуем в опухшую пиздёнку и как вогнал в него свой жирный узел. От этого малыш потек даже сильнее, чем после сна. Запах его смазки учуял и Ени, и Гук. На что последний усмехнулся и рукой показал идти им обоим в комнату и не мешать, сделав вид, что не чует прекрасного аромата возбуждения, от которого у самого начал набухать член. —Идите, малыши, только ведите себя тихо и не шалите, хорошо? — с хитрым прищуром сказал хозяин семейства. Тэ-Тэ на это зарделся ещё сильнее и, позвав пса, приглашение которому вообще-то и не требовалось, пошел в комнату, сжимая краешек своей домашней футболочки, под которой были милые хлопковые трусики, насквозь вымокшие в сладкой, густой смазке. *** Как только малыши скрылись из виду, Гук вздохнул. Со вчерашнего дня он ни на секунду не переставал думать о своем сыне. Он представлял, как облизывает его большой клитор, к которому хотел бы дико присосаться. Так, чтобы у Тэхёни звёздочки были перед глазами. Чтобы он скулил, просил войти в него альфьим членом, чтобы папочка трахал его узлом во время сцепки, чтобы накачивал его маточку спермой, от количества которой он станет похожим на беременную суку. Он бы заставил Тэ-Тэ кончать на его члене, пока он ссыт в него своей тёпленькой мочой. Её он бы специально для этого копил целый день. Потом бы заткнул его пробкой, чтобы животик Тэ не уменьшался. Он представлял, как привяжет свою детку к кровати и заставит Ени ебать его языком и в киску, а потом и в сморщенное колечко ануса, чтобы Тэ при очередном оргазме вытолкнул эту пробку. Чтобы быть хорошим мальчиком и накормить своего любимого пёсика своей мочой, сквиртом и папочкиной спермой с мочой. Как бы Ени, рыча, тыкался бы своим языком глубоко в киску своего хозяина, лакая лакомство, которое ему дают. Он представлял все это, и водил по своему члену все быстрее, пока не обкончал всю обивку дивана в гостиной. Резко выдохнув сквозь плотно сжатые зубы, Чонгук пошел в душ, параллельно прислушиваясь к звукам из комнаты малыша. То, что он слышал, ему определенно нравилось. Он слышал, как скулит его детка и как порыкивает Ени. Решил, что сначала приведет себя в порядок, а потом уже устроит шоу, которое было по его плану. И он уже начал сбываться…