потанцуем?

— Ну-у-у, Сенку-чан, зачем я в этом походе? Не логичнее ли будет взять с собой Хром-чана или Кохаку-чан? — Что происходит? Всё просто, нужно пополнить запасы вольфрама, меди, железа и, если время не будет поджимать, заскочить за её величеством серной кислотой. Сенку решил взять Гена с собой. Ген искренне не понимает, зачем он нужен. — Кохаку с Хромом тоже пойдут. — Чудесно, эта новость меня окрыляет! А я-то вам зачем? Не думаю, что вольфрам-чан вредина, и мне придется уговаривать его отколоться и пойти с нами, — Но Сенку только прыснул и внимание на возмущения не обратил, продолжил собираться. Будто специально. Это вымораживает. Маленький засранец. Ген бросил попытки остаться дома. За это он точно не даст Сенку спокойно работать. Так ему и надо. — Ну, чего столбом встал? Одного тебя ждём, — Сенку сверялся с картой, перекинулся парой слов с Кохаку и обратился к Гену. — Семеро одного не ждут, Сенку-чан. — Не болтай. — Я тут только для этого! — Точно. Как я мог забыть. Итак, до пещеры нам идти около 34 часов, — кажется, ему совсем фиолетово. Ну нельзя же быть таким жестоким! — Оттуда до озера серной кислоты еще часов 10. Вернёмся не раньше, чем через пять дней. Рюсуй разберётся тут. В путь! И под обречённый вздох и два предвкушающих «хм» группа пошла вперёд. Они делали остановки каждые 6 часов. (не то что бы Сенку сам был доволен этим, но он выбирает самый эффективный способ, который может себе позволить). С каждым часом Ген все больше задумывается, какова его роль. Сенку же воплощение логики, и у всех, кроме него, есть своя роль. Сенку знает, как выглядят нужные руды и, если что, побудет инструктором по добыче серной кислоты. Кохаку — просто горилла. Невероятно сильная и зоркая, если что, увидит какую-нибудь зверюшку, с едой проблем не будет. Ну и Хром-исследователь-чан, который сам вызвался пойти. А Ген? Будет уговаривать кабанов послужить ужином? Дрессировать серную кислоту, чтобы та не убила товарищей? Манипулировать драгоценностями, чтобы те сами указали на себя путь? Тут даже самый уравновешенный с ума сойдёт. Что же в голове у великого учёного каменного мира? Его тараканы прогрызли в черепе дыру, куда высыпалась часть его излюбленной логики? О, Ген был бы рад услышать ответы на эти вопросы. И поглазеть на лицо Сенку. — Сенку-чан, сколько мы уже идём? Разве не пора отдохнуть? — (почти)наигранно уставший тон так и сочился. Кажется, этот вопрос прозвучал уже раз пять за последний час. — Потерпи, менталист, отдохнешь через 47 минут, — если бы Ген не был Геном, он бы и не заметил, что ученый тоже выдохся. — Ты не проведешь меня, Сенку-чан! Тоже устал ведь! Всего 47 минут, ими можно пренебречь. — Ладно, хорошо, уговорил, — закатывает глаза, — Привал на 15 минут, — Сенку оглядывается в поиске хорошего места. — Возле того валуна. Львица, будь добра, завали какого-нибудь кабана. — Я тебе не львица! — видимо, она говорит это не столько из надобности, сколько из принципа. Через несколько минут все четверо сидели вокруг костра, на котором жарилось мясо. Время около трёх или четырёх часов дня. ( 15:19:36 — как позже уточнил Сенку). Солнце печёт, кожа плавится, кровь закипает, а на голове, кажется, можно пожарить яичницу. Отвратительно. — Сенку-чан, у тебя случайно нет в запасе вентилятора? — это была шутка. — Есть. — Ишигами полез в сумку и вытянул оттуда небольшой настоящий мини-вентилятор. Ген осторожно взял его и нажал на кнопку. Лицо овеяло прохладой, и на лице расползлась улыбка. Хром что-то спрашивал и восхищенно комментировал, а Кохаку с интересом и недоумением пялилась на умиротворённого Гена. — На самом деле, его достаточно просто сделать. Нужно всего-то из пластика создать крылья пропеллера, склеить их и… — Сенку увлечённо рассказывал о создании удобной вещицы, но, кажется, слушал его только Хром. По истечении обещанных 15 минут все вновь собрались и пошли дальше. Еще 6 часов мучительно скучной дороги. И можно было бы смириться, насколько в этой ситуации вообще можно, если бы не одно но. — Сенку-чан, ты сегодня резче обычного, а твоя спина так и излучает смертельное напряжение, — Ген быстро сравнялся и не без любопытства взглянул на ученого. — Что-то не так? Вздох. — Нет, все нормально. Возможно, тебе показалось. Я просто думаю о следующих шагах, — Неудивительный, но и не удовлетворяющий ответ. — У тебя на лице написано, что ты лжешь, а мне не нужны конкуренты, сознавайся! — Ген трясет его за одно плечо и улыбается. — Сенку-чан, ты же знаешь, что можешь довериться своему верному соратнику Асагири Гену~ — Наш союз буквально держится на бутылке колы, — конечно, он знает, что это не так. Знает, что Ген решил присоединиться к нему еще до того, как встретился лицом к лицу. Знает, что он ни на секунду не сомневался в Сенку и его способностях, доверяя каждому решению. Но надо же что-то сказать. — Ах, точно, как я мог забыть. Но пока у меня есть кола — у тебя есть я. Даже великие ученые нуждаются в поддержке мелких сошек, вроде профессионального болтуна. — Пф, — Сенку стало легче, несмотря на то, что он не сказал ни слова о своих переживаниях. Это какая-то магия, неподвластная науке, зато подвластная Гену, благодаря которой он расслабился. Заметив это, менталист заулыбался еще шире и зашагал быстрее.

***

У Сенку к каждому термину подобран соответствующий кадр из его жизни. Так, например, на фразеологизм «золотые руки» в голове всплывает Юдзуриха, умело склеивающая каменные статуи. «Сила» — Тайджу, рубящий деревья, словно они весят 100 грамм. «Любознательность» — Хром, снова и снова задающий вопросы про смысл и принцип очередной химической реакции. «Рутина» — Ген, каждый день приходящий в лабораторию, сыплющий шутками и глупыми вопросами. «Преданность» — Ген, ловко обманувший Хьёгу. «Завораживающий» — Ген, манипулирующий Рюсуем. «Слишком много в его жизни Гена», — стоило бы ему подумать, когда во время второго привала все садятся вокруг костра, и, не обращая внимания на отдельное бревно, которое Кохаку прикатила для Асагири, он садится рядом с Сенку, кладя голову на его плечо и рассказывая какую-то шутку. Эта картина прикрепляется к термину «умиротворение». — Мне ску-учно, — Ген наигранно зевает. — Сенку-чан, придумай что-нибудь интересное. Это по твоей части. — Я не аниматор для пятилеток. Устраивать спектакли и балы — твоя работа. Кажется, Асагири хотел сказать что-то о том, что это обесценивание его таланта (по крайне мере, так думает Сенку. Ген слишком предсказуем в таких ситуациях), но их перебила Кохаку. — Жаль, у нас нет того граммо…граммофона. Хотелось бы потанцевать под песню той девушки. — Вообще-то, — Сенку тянется в сумку, доставая телефон, иголку и «диск». — Мы можем его сделать. Его не стали спрашивать, зачем он взял запись. Уже через несколько минут Сенку ставит иголку на диск в нужном месте. Запись пошла, вновь слышится голос Лилиан. Качество, конечно, не лучшее, но все равно. Кохаку и Хром отходят, пританцовывая и все время глазея на оставшихся сидеть Сенку с Геном. Те либо не замечают, либо делают вид. — Эй, Сенку-чан, — Ген осторожно касается плеча ученого. Сенку завис. Кажется, опять размышляет. — Ох, прости, где мои манеры. Асагири встает с места, чуть отступив. Сенку недоуменно косится на него. Потом, грациозно подойдя, одну руку менталист прячет за спиной, вторую вытягивает ладонью вверх и слегка поклоняется. — Потанцуем, О Великий Ученый Ишигами Сенку? — по-лисьи улыбается. Сенку удивленно вскинул брови. — Ты же в курсе, что я не умею? — Да, с чего бы тебе уметь?— теперь Сенку ухмыльнулся. — Ну, раз так, — ученый принимает руку и поднимается с бревна, — как я могу отказать тебе, Потрясающий Гений-Менталист Асагири Ген? Под тихое хихиканье пара друзей отходит чуть дальше от костра, чтобы было, где развернуться. Сенку неуверенно и осторожно, будто от слишком резкого касания партнер рассыплется, кладет руку на плечо Гена и берет его ладонь в свою. Вторая рука Асагири покоится на талии ученого, слегка поглаживая ее большим пальцем. Ген объясняет, как и куда шагать, где разворачиваться, как держать равновесие и не свалиться и как не отдавать ноги. Конечно, с первого раза не получается, но спустя пару попыток вырисовывается слаженный танец. Песня Лилиан стоит на повторе, Сенку с Геном осторожно кружатся в вальсе. Ко второму куплету руки Ишигами переплелись за шеей партнера, а Асагири обнимал его за талию. Остальные мысли далеко за пределами мозга, сейчас в голове Сенку только Ген. Опять. Что ж, Ген тоже не может зациклиться на чем-то, помимо того, какие у Сенку прекрасные глаза, идеальные черты лица и до жути привлекательная ухмылка. Хочется сцеловать. В прочем, что он и сделал. Аккуратно, не напирая, прижался к губам напротив. Долго реакции ждать не пришлось, уже через пару мгновений Сенку с напором отвечал. Через еще несколько секунд Ген углубил поцелуй. Щелчок. Парни резко отстранились друг от друга, глазами выискивая источник звука. Недалеко от них сидели Хром и Кохаку с фотоаппаратом в руках и смотрели на них. Хром смущенно, а вот Кохаку с улыбкой на все лицо. Ген начал распинаться о незаконной съемке (несмотря на отсутствие законов в каменном мире), а Сенку молча стоял и улыбался.

***

Группа вернулась через обещанные пять дней. Хром сразу помчал проявлять фотографию. На самом деле, вышла она довольно неплохо: почти всю правую половину фото закрывает костёр, а слева, чуть поодаль, стояли целующиеся Сенку с Геном. Свет от костра неяркий, да и камера не лучшего качества, но получилось очень даже мило. Этой же ночью они встретились в обсерватории. Сенку смотрел на звезды, когда постучался Ген. — Доброй ночи, Сенку-чан!~ — Асагири проходит, взглядом окидывая помещение. Внимание фокусируется на небольшом столике с бумагой, на которой обычно Ишигами что-то чертит, если вдруг ему в голову резко пришла идея. Но теперь там стояла еще и та самая фотография в деревянной рамке. Ген улыбается и подходит к окну, прижимаясь своим плечом к плечу Сенку. — Эй, Сенку-чан, — Асагири дожидается интересующегося взгляда и только потом продолжает, — а сколько стоит проживание в твоей голове? — почти мурлычет и кладет голову на плечо Ишигами. — Ты уже заселился там, Ген. Бесплатно, — ухмыляется чему-то в своей голове, поворачивается к менталисту и целует.