жнец на полставки

Со времён Викторианской эпохи в Лондоне многое изменилось: технологии, дома, правители, политическая система. Не изменились только люди. Они всё так же продолжали умирать. Поэтому у Гробовщика всегда была работа. В современном мире он без труда получил квалификацию патологоанатома-судмедэксперта и всё так же помимо непосредственно похоронных услуг устанавливал причины смерти людей, вскрывая трупы. Почему-то, а это уже действительно стало странной закономерностью, каждый раз, когда он начинал задумываться о том, что ему наскучила жизнь и что он видал уже абсолютно всё, обязательно случалась какая-то невероятная хрень, в которой он оказывался замешан. Или же он сам становился причиной этой хрени. В данном случае, это был первый вариан развития событий. Почти одиннадцать лет назад весь мир магов, с которым жнецы часто имели дело, всколыхнулся и взорвался новостями о поражении их главного ужаса новым героем, недавно рождённым сыном ведьмы и колдуна - Гарри Поттером. Жнецы видя это, похмыкали и добавили этот случай выживания после смертельного заклятья в "исключения", забыв об этом совсем скоро. Им, в сущности, не было дела до пожирателей смерти и их главы, пока они не начинали сотрудничать с демонами или баловаться некромагией. Однако Гробовщик, будучи жнецом извращённых интересов, сильно заинтересовался этим случаем и долго изучал специфику запретных заклятий и биографию Тома Реддла. Он даже умудрился узнать о концепции крестражей от своего новоиспечённого друга Альбуса Дамблдора. Их знакомство было весьма забавным: Альбус застал Гробовщика в запретной секции библиотеки Хогвартса, когда тот имел неосторожность взять с собой свежеиспечённые любимые печенья-косточки, пахнущие так вкусно, что привлекли истинного гурмана Дамблдора, возвращающегося с затянувшейся учебной планерки. Вместо того, чтобы вышвырнуть наглого взломщика откуда, он любезно предложил ему проследовать в его кабинет, отведать лимонных долек с чаем (Дамблдор был уверен, что сможет решить все вопросы мирно с такой же утонченной натурой, как и он сам). Спустя бессонную ночь интересной беседы, три выпитых чайника чая, съеденный двухнедельный запас лимонных долек Дамблдора и печенья Гробовщика, они сошлись на том, что могут стать хорошими друзьями, полезными друг другу. Альбус многое слышал и читал о жнецах, когда пытался понять, какими методами пользуется Воландеморт. В том числе его не обошли слухи о серебряном лисе, легендарном жнеце. Гробовщик быстро понял, что ему нет смысла скрывать этот факт, поэтому свободно травил байки о своём прошлом в департаменте. В какой-то момент могильщик решил спросить его о Гарри Поттере и тут Дамблдор, наконец-то, расставил всё на свои места. С того времени Гробовщик стал периодически изучать информацию о крестражах, так сказать на досуге. Его забавляло то, на что готовы пойти люди из-за страха смерти, а ещё было до жути любопытно, что произойдёт с пленкой Воландеморта после уничтожения всех вещей, в которые спрятаны его куски души. У него было несколько теорий, но все они ничего не стоили без каких-либо других зацепок. Гарри Поттер, как феномен его тоже интересовал в исследовательских целях. Тот факт, что он выжил после фатального магического воздействия, так ещё и сделанного самым беспощадным волшебником этой эпохи, наталкивал Гробовщика на выводы, что для мальчика этот инцидент обернулся в итоге чем-то более страшным, нежели обычная смерть. Честно говоря, он считал, что тот не жилец, потому что из-за специфики класса заклинаний, к которому принадлежало злополучное "авада кедавра" предполагал, что неудачное его использование, если и возможно, то ведёт к неотвратимому лишения рассудка в муках. Однако граф Фантомхайв, периодически бывавший у него с деловыми и дружескими визитами (которые, конечно же, часто сочетались) был в корне не согласен с хозяином похоронного бюро. Он считал, что у Поттера есть выбор: либо погрязнуть в своих кошмарах и довести себя до самоубийства, либо найти в них ресурс и преобразить их в гнев и волю к действию. Как он выразился: "либо этот человек станет величайшим в истории магии, либо его затопчут, как букашку и даже не заметят". С момента, когда граф стал демоном, прошло уже более ста лет. Очень большой срок для человека и ничтожно маленький для демона. Злая судьба распорядилась так, что свободный и взрослый ум оказался заперт в хрупком теле четырнадцатилетнего юноши. Связанный вечным контрактом с ним, Себастьян активно помогал юному господину выращивать в себе силу, однако, ввиду слабости его физической оболочки, графу приходилось нелегко. Настолько, что они уже несколько раз обсуждали с Гробовщиком возможность переселения его души и разума в другое, более крепкое тело, подходящее для демона. Однако пока всё обходилось лишь обсуждениями. Однажды, спустя лет шестьдесят после его обращения, Себастьян предложил графу дельную идею освоить магию. Порывшись в своем древе предков и библиотечных архивах поместья, Сиэль выяснил, что у Фантомхайвов по отцовской линии было довольно много магов. Да и сам отец Сиэля, кажется, был одарен, но по какой-то причине не использовал это активно. По материнской линии тоже нашлось несколько экземпляров ведьм и колдунов. Себастьян сказал что у Сиэля хороший потенциал, если высчитывать по генетической формуле, и поэтому младший демон решил упорно развивать в себе этот талант. С того момента граф начал усердно обучаться магическому искусству, приглашая для себя лучших преподаватель со всего света, достигая в этом деле постепенных успехов. Мир вокруг становился опаснее и сложнее, а значит рассчитывать исключительно на Себастьяна не стоило. Более того, их отношения вместе со взрослением Сиэля тоже сильно изменились. Графу, по натуре гордому и авторитарному, хотелось доказать любовнику, что он может быть силен не только в придумывании хитрых планов и другой умственной работе. Дворецкий только украдкой посмеивался, догадываясь о его переживаниях. Для него Сиэль и без того был образцом силы воли и удивительной жизнестойкости. Однако он очень гордился тем, что его вечно юный господин никогда не останавливается в своём стремлении к совершенству. Сказать по правде, когда Себастьян только узнал, что ему предстоит остаться вечно связанным контрактом с графом Фантомхайвом, он был готов лезть на стенку и по-волчьи выть. Столько трудов, такая вкусная душа и вот, на тебе, висит груша - нельзя скушать! Но затем он поня, что на самом деле только выиграл от этого казуса. Единожды насладиться вкусом редчайшей души, конечно, хорошо. Но ещё лучше, когда она навеки рядом с тобой и ты постоянно чувствуешь на губах её яркий сок, летящий во все стороны, когда она испытывает что-то, пряный и чертовски приятный от пикантных ноток, которые добавили в неё принадлежность к демона, вдыхаешь аромат человекодемона, с которым, как ни странно, тебя связывает не только контракт, не только влечение физических тел, но и что-то более крепкое и непонятное, что люди обычно называют банальными словами "дружба", "любовь", "симпатия". Более того, Сиэль, спустя некоторое время уговоров, разрешил ему заключать небольшие контракты с другими душами, чтобы дворецкий не так сильно грустил без лакомств. Сиэля же пока не привлекала перспектива пожирания душ. Иногда после удачно выполненного контакта, он сопровождал Себастьяна к его контрактору на последний ужин и, пока тот трапезничал, сморщив нос приговаривал "фууу, да как ты это ешь?". Себастьян в тон ему подкалывал младшего: "Вырастешь - поймёшь!". Вместе с обращением в демона, у Сиэля пропала аллергия на кошек, чему был невероятно рад Себастьян. После лет 5-7 уговоров граф сдался и разрешил дворецкому заводить кошек в его доме. Со временем и сам Фантомхайвом оттаял к этим животным и даже иногда собственноручно насыпал им корм, что для него было просто нонсенсом. Всё детство прожив с собакой с тяжёлым характером, он и не думал, что домашние питомцы могут приносить столько радости. К сожалению, байка о том, что у кошек 7 жизней оказалась глупой ложью. Кошки смертны. И никто не скорбил по ним больше, чем холодный и непрошибаемый Себастьян, способный без малейших угрызений совести заживо спалить детский садик или ясли. С Гробовщиком они одно время часто говорили о древнем Египте и кошачьих мумиях. Тот даже помог Себастьяну организовать кладбище кошек недалеко от поместья. Сейчас в доме у Сиэля и Себастьяна жили две кошки: обессинка Мистфолк и черная беспородная Чарли. * * * Массивная дверь отврилась и впустила позднего путника в похоронную. В тёмном помещении посреди комнаты верхом на закрытом гробу расположился его искомый незнакомец – человек с длинными серебристо-белыми волосами, с челкой, скрывающей глаза, в черном балахоне и цилиндре. Бледными руками с длинными черными ногтями он держал какую-то книгу и, кажется, увлеченно читал Однако при виде Гарри медленно поднял взгляд и улыбнулся: – Доброй ночи, молодой мистер, что привело вас в обитель смерти так поздно? – у хозяина бюро оказался очень глубокий и приятный довольно низкий голос, в котором, несмотря на его размеренность, были нотки иронии. Гарри растерялся и ляпнул: – Здрасте, а я это.. заблудился.. – его лицо покраснело и он взъерошил волосы левой рукой, обнажая взгляду шрам. Гробовщик окончательно отложил книгу и с интересом взглянул на мальчишку из под челки: – Хм.. А тебя случайно не Гарри Поттер зовут? – Да, сэр.. А откуда вы знаете? – Гарри порядком поднадоело то, что буквально все вокруг знают о нем больше, чем он сам и он решил действовать впрямую: – За сегодня вы не первый человек, кто у меня это спрашивает и смотрит на меня как на знаменитость какую-то. Что я такого им всём сделал? – вопрос был задан, скорее в воздух, нежели Гробовщику,однако тот решил ответить: – Быть может потому что вы, мистер не всё знаете о себе и своих корнях и во многом заблуждаетесь? – лениво предположил он и аккуратно хлопнул рукой по гробу рядом с собой, как бы приглашая случайного собеседника присесть. Гарри, с опаской покосившись на предмет, предназначенный усопшим, всё-таки сел рядом и глубоко вздохнул: – Я уже ни в чем не уверен. Мне кажется, что я схожу с ума, мне чудится магия, снятся странные люди, которые вытаскивают пленки из тел людей, а сегодня я вообще одного такого наяву увидел! Он ещё и заявил мне, что я точно такой же, как он! – Гарри в отчаянии вцепился в свои темные, как ночь волосы и начал медленно мотать головой из стороны в сторону, будто пытаясь прогнать это наваждение. Гробовщик слушал его внимательно, с лёгкой улыбкой. – А ещё я вас как сегодня увидел дважды, так у меня появилось стойкое ощущение, что вы тоже похожи на тех существ, забирающих пленки. И самое ужасное – Поттер сорвался на свистящий шепот, уже не имея возможности остановиться в своих выстраданных откровениях: – Я уже полгода чувствую смерти людей вокруг, вижу тех, кому скоро придется покинуть этот мир и эти дурацкие сны, это невыносимо! – Что-то случилось полгода назад? Вы так отделяете этот промежуток – мягко спросил Гробовщик. Гарри посмотрел на него безумными глазами и, спустя длинную паузу, всё же сказал: – Да. Я попытался убить себя. И выпрыгнул из окна с пятидесятого этажа многоэтажки. Как видите я живу и хожу, всего-то спустя пару месяцев! – истерично рассмеялся мальчик. – А было ли у вас ощущение при этом, будто бы вы умерли, но не до конца? Словно твоя душа отмерлаа и покрылась коркой, как болячка на коже, а тело осталось таким же живым? Чувствовали ли вы, что вас начали побаиваться другие люди? – продолжил Гробовщик, слегка меняя позу, чтобы лучше видеть лицо Гарри. Тот ещё больше расширил глаза: – Откуда вы знаете? Да, верно, сэр, вы очень точно описали мои чувства... Гробовщик вдруг зашелся в припадке смеха, да так, что аж гробы зашатались, а Поттер от испуга чуть не залез в тот, на котором сидел. – ХАХАХАХАХАХ... ХА.. ИЗВИ..ХАХАХАХА.. ИЗВИНИ! ПРОСТО ЭТО ОЧЕНЬ УМОРИТЕЛЬНО, ХАХАХАХ – Гробощик, наконец-то, досмеялся и держась за живот, болящий от его гомерического хохота, поднялся с пола, куда упал секунд тридцать назад. – Пожалуйста, не принимайте это на личный счёт, мистер Поттер, просто мне известно чуть больше чем вам – добродушно сказал Гробовщик усевшись на свой гроб обратно. – Как я понимаю, вы ничего не знаете ни о жнецах, ни о колдунах и ведьмах? – уже более серьезным тоном (насколько серьезным он может быть у Гробовщика)) спросил он. Гарри взглянул на седовласого гробяку как на чокнутого: – Сэр, мне хоть и всего десять лет, но я не верю ни в Санту, ни в фей, ни в колдовство, ни даже в Бога, это не более чем выдумки для тех, кто боится брать ответственность за свою жизнь на себя – Гробовщик украдкой улыбнулся. Кого-то ему этот упрямый Поттер очень напоминает. Думаю, Фантомхайв был прав насчёт него, что неудивительно. Ведь он как никто другой смог бы понять Гарри,такого же не по годам уставшего и смышленного. – А что вы, мистер Поттер , скажете на всё, что видели сегодня? – Гробовщику было интересно, как тот будет аргументировать произошедшее. – Ничего, мне просто померещилось, я просто схожу с ума – твердо отчеканил Поттер, даже не рассматривая альтернатив. – Что ж.. – задумчиво произнес среброволосый жнец слегка поправляя серьгу на левом ухе, – Я могу изложить вам свою версию происходящего, но, боюсь, будучи таким вредным консерватором, вы даже слушать меня не станете. Поэтому сейчас я провожу вас до вашего здешнего пристанища, а завтра или в любой другой день в ближайшие сто лет мои двери открыты для вас если вы хотите узнать, кто вы есть на самом деле – С этими словами Гробовщик встал, расправив складки мантии и поманил Гарри к двери. Тот, всё ещё находясь с лёгком шоке, беспрекословно пошёл за ним. Дорога назад прошла спокойно. Когда они проходили мимо Бигбена, часы показывали ровно 2 часа ночи. Гарри чуть не схватился за голову (ту самую, которую ему Дурсли и открутят, если заметят его побег), но в присутствии Гробощика сдержался и всё так же продолжал шел следом. Когда дошли до отеля, Гробовщик попросил показать Гарри на окно, где он живёт. Слегка недоумевая, Поттер тыкнул в самое правое на втором этаже, оказавшееся открытым ещё с момента, когда Поттер глядел в него. И тогда случилось странное: Гробовщик, взяв его одной рукой за пояс, мягко, как кот, подпрыгнул вверх точно так же грациозно, как и алый жнец несколькими часами ранее и, уцепившись за карниз бесшумно протолкнул Гарри в окно, еле различимо прошептав вслед: "до встречи, юная смерть". Дадли спал в той же позе, что и тогда, когда Поттер покидал комнату. Это обнадеживало. Гарри выключил всё ещё работающий телевизор и, быстро, сняв с себя одежду, прошмыгнул на свою раскладушку. Проворочавшись ещё около получаса он всё-таки заснул, видя во сне странные грёзы: кролика в цилиндре безумного шляпника, бегущего с косой смерти на красную королеву, чеширского кота, бензопилой прорубающего в стене Букингемского дворца фразу "..Пока смерть вас не разлучит" и Алису, размахивающую волшебной палочкой...