Словно дождь без причины

Деловая встреча в кафе под обеденным небом с белоснежными, похожими на рваную сладкую вату, облаками вышла немного неловкой. Фурина могла включать уверенность с другими, ведь ответственность за поддержание покоя столетиями лежала на ее хрупких человеческих плечах, но перед впередисидящим Гидро Драконом ей казалось, что она превращается в раскрытую книгу. И его загадочные глаза действительно словно бы знают каждую строку из ее жизни, ловко подчеркнув каждую эмоцию, каждый жест, каждую слезинку, пророненную в тайне ото всех… Как он мог не замечать тихий плач у фонтана? Как она могла скрываться так долго? Всё должно было быть иначе. Можно было бы решить проблему с пророчеством, угрозу кита иным способом, откройся Фокалорс хоть кому-либо, не держи она всё в себе. Второй Гидро Архонт взвалила всё на свои плечи, выведя жирным шрифтом задачу: «Спасение жителей Фонтейна». Их можно было бы переместить на время в Сумеру, Натлан или Снежную с помощью Арлекино, победить страшного зверя и обойтись без жертв, но… Навязчивое чувство горькой утраты снова и снова всплывало в голове, вонзаясь шипами-вариантами точно в сердце, а еще в логическую цепочку не укладывалось, как Селестия могла допустить вторжение кита в Тейват, ведь тот поглощает ресурсы их мира. Вода первозданного моря превращала людей обратно в океанидов, но кит поглощал воду, и поглотил бы людей, ведь в них была часть моря, завершив даже возможность легкого сценария… Изображения так называемой судьбы не давали покоя… Действительно ли им удалось ее избежать или же всё пошло по чьему-то сценарию в измененном сценарии Фокалорс? А нужно ли было доходить до крайностей, вместо того, чтоб найти способ подавить чудище? Казалось, Скирк знает ответы на многие вопросы, но Нёвиллет отчетливо видел и ее заинтересованность в том, что Селестия нанесла ему душевную рану. Она могла просто видеть в нем возможного союзника для достижения своих интересов, точно так же, как и Дотторе, поведавший некоторую информацию Нахиде. Верить первому встречному точно не стоит, тем более тому, кто преследует свои личностные интересы, дракон знал это, хоть и подавлял в себе злобу на всех и вся. Он не может позволить разрушить то, что оставила под доверие Фокалорс, он не может обесценить ее жертву, но и не может согласиться с некоторыми поступками. Смешанные чувства, тонны самой разной информации и обеспокоенность давят на него камнем вниз, и кажется, что всюду тупик. Всегда серьезный судья растерян, но тщательно скрывает это, мысленно проводя параллель с Фуриной. «Так вот, через что ей приходилось проходить», - подмечает он, и полная грусти улыбка скрывается за глотком ароматного чая. - Ты можешь перестать держать всё в себе, - предельно серьезно нарушает тишину Фурина, когда вежливый официант удаляется после поданного им десерта. - Вы на заслуженном отдыхе, Моя Леди, - Нёвиллет слабо машет головой, отказываясь раскрывать тяжести. Он не сможет загружать ее, совесть не позволит. - Мы с тобой работали бок о бок слишком долго, чтобы отрицать доверие между нами, - бывший Архонт с интересом рассматривала больше похожий на предмет искусства кусочек торта, наслаждаясь его видом и фруктовым ароматом. Судья отмечал про себя, что ему очень нравится видеть ее искреннюю радость. Ее улыбка была сравнима с приятно греющим солнцем, вышедшем на холодном снежном пике. Верно, он знал, что хоть Фурина и не договаривала, оберегая тайну, многое из ее поведения и слов было чистой правдой. – Нёвиллет, ты меня слушаешь вообще? Кажется, засмотревшись на девушку больше дозволенного, судья пропустил ее пламенную речь, которой заинтересовалась проходящая мимо Шарлотта. Будет ли сенсацией, если она увидит совместный обед двух широко обсуждаемых шишек региона? Гидро Дракону абсолютно плевать на шепот за спинами, но вовлекать в очередную вспышку внимания Фурину желания не было. - Давай попросим завернуть десерт с собой и пообедать в более уединенной атмосфере?

***

- Мне всегда хотелось спросить, если у драконов есть гнезда, как в спектаклях, считаешь ли ты таковым свой кабинет? – прямо спросила Фурина с предельным, граничащим с детством интересом, и Нёвиллет беззлобно рассмеялся. Как и говорила Фокалорс, Фурина слишком живая, и ее задор не может не вызвать улыбку. - В какой-то степени, это действительно мое гнездо, - судья не мог перестать улыбаться, прикидывая, как их разговор выглядит со стороны, - но очень важный член семьи покинул его, сам того не подозревая. - Должно быть, Фокалорс значила для тебя больше, чем для многих, - мечница с тенью грусти запустила ложечку в воздушный торт. - Да, отчасти, - Нёвиллет загадочно улыбнулся, помешивая воду в своем эстетически красивом бокале. Он был одновременно важной и доступной личностью, а вместе с тем и далекой, как звезды. – Но этот член семьи изредка меня проведывает, этого достаточно. Десертная ложечка с вычурными узорами звонко выпала из пальчиков актрисы, звякнув после встречи с блюдечком, и необычайного цвета глаза непонимающе уставились на хозяина кабинета. - Но я не она, Мсьё Нёвиллет, - слишком уважительно произнесла девушка, вытирая уголок рта кружевным платочком. – Я даже не знаю, как понять то, чего я хочу, как услышать себя, свои желания, найти цель, - она опустила голову, с грустью вздохнув, и дракон пожалел, что завел эту беседу, вспомнив ее одинокую фигуру на троне. Захотелось ее обнять, но их разделял стол, да и не было повода нарушать личностные границы вновь. Не хотелось давить, давать повод плохо о себе думать, подталкивать к ответам на новые тяжелые вопросы. Нёвиллету хотелось бы быть котом, что может окутать хозяйку лаской без каких-либо поводов, что просто сможет быть рядом. - Ты лучше, чем себе кажешься. Не будь слишком строгой к себе. Как и ты, я тоже искал понимание себя, открывал новые грани души, пытался услышать людей, изучить их и собственные эмоции, переплетая всевозможные факторы со справедливостью. Ты даже не представляешь, какой ураган происходит в моей душе, как злоба удушающей лозой переплетает руки, травит мысли, и с этим наваждением очень сложно управиться, тяжело подчинить…, - после пылких откровений судья наклонил голову вниз, положив руки на колени. Он глубоко задумался, уйдя в себя, пытаясь остудить голову. Конечно же, он не заметил, как Фурина подсела рядом с ним, и очнулся от дум лишь тогда, когда ее тонкие пальчики коснулись его лица, поворачивая голову к себе для зрительного контакта, полного доверия. - Знаете, я действительно думала, что нам лучше не встречаться друг с другом после всего, что произошло. Мне было очень неловко и немного страшно из-за того, что я обманула ваши ожидания, взвалив всю работу на вас, поэтому я всячески избегала встреч, но сейчас думаю, что это решение продиктовано моей слабостью и нерешительностью. Мы прошли через одинаковые трудности, а потому, Мсьё Нёвиллет, мы должны быть рядом друг с другом, не позволяя упасть во тьму злобы и ненависти, даже если та может казаться отчасти справедливой, ведь борясь со злом, нельзя становиться аналогичным злом, иначе это проигрыш, верно? - Леди Фурина, - глаза Нёвиллета блестели, а черты лица смягчились, он накрыл ладони девушки своими, - я эгоист и жуткий собственник, ведь боялся, что вы, отыскав в себе себя, уйдете далеко-далеко, а может, даже покинете Фонтейн, - каждое его слово было похоже на трепыхание бабочки, путающейся среди больших лепестков диковинного цветка, и доселе неизвестное чувство прокралось в сердце Фурины зайчиком-отблеском, - светом отраженным от зеркала. - Что вы хотите этим сказать? – мечница знала о высоких чувствах, ведь не раз играла роли влюбленных до беспамятства дам, но для нее это было вымыслом, базой для творчества. Она никогда не задумывалась о симпатии к кому-либо, потому что не думала о своем будущем. У нее была четкая задача, в буднях которой ее собственные желания не имеют смысла, ведь благополучие других было куда важнее и ценнее. Но сейчас, когда самое время подумать о себе, новые этапы жизни маячили перед глазами, а ставшее почти родным лицо юдекса оставляет тепло на щеках и покалывающее чувство волнения на кончиках пальцев, что согревают руки дракона. Нёвиллет не знал, что ответить на столь прямой, но очевидный вопрос. Он понимал, что выглядит нелепо со стороны, - как безнадежно влюбленный юноша со своими желаниями, кажущимися одновременно самым важным событием в жизни и катастрофой. А еще он не знал, как правильно выразить свои намерения, чувства, как передать то тепло, что окружает его сердце, поэтому он медлил, с нежностью всматриваясь в очи Фурины. Хотелось заморозить этот момент с помощью льда Ризли, запечатлеть каждую деталь фотоаппаратом Шарлотты, воспользоваться магией Лини и Линетт для таинственного исчезновения и отправиться в укромное место, найденное Фремине и скрытое от других глаз, для прогулки. - Леди Фурина, не хотите ли сходить со мной на свидание? – он произнес эти слова с замиранием сердца, но, кажется, они заморозили его леди, застывшую в изумлении. – Подождите, я принесу вам теплый чай, - Нёвиллет, отстранившись и встав на ноги, направился к выходу из кабинета, но не сразу понял, что пошел к окну вместо двери. Стоявшая уже пять минут с отчетами мелюзина конспектировала выводы в личном блокнотике случайных наблюдений, отмечая, что даже Гидро Дракон тормозит, когда дело доходит до любви.