Лисьи глазки.

« Дело — дрянь. » Мимолётная и лёгкая мысль, что словно искра проносится в потоках сознания, но двумя словами четко описывает ситуацию. Бежать некуда — да и в этой глуши не так уж и сложно случайно набрести на небольшое поселение охотников на нечисть, если неосторожно бежать от погони. Так что же делать?.. — Ты случаем не ёкай какой-то? — Рыжий хмурится сильнее, уже готовясь достать свой меч из ножен. — Чуя-чи, не глупи, эта очаровашка не может оказаться нечистью! — Дазай неловко смеётся, сморщив нос от наступающей боли в свежей ране. — Я не.. Нет, я совсем не нечисть, как вы можете такое говорить? — Он наводит навождение на небесно-голубые очи, быстро спрятав руки в слоях ткани, при этом стараясь сделать максимально сконфуженное личико. — Не пытайся меня одурить, я видел эти когти.. — Он быстро достает меч и острым концом направляет его к шее двуколора. Когда зубы скалятся в недоброжелательном раздражении, у Сигмы пробегает мысль, что этот самый Чуя чем-то похож на собаку. — Эй-эй, давайте без насилия! — Дазай старается разрядить обстановку, подняв две руки вверх. Жаль, что в них нет белого флага..— Милая дама, покажите руки, я уверен, что моему другу просто показалось. — Я..Да, хорошо.Сейчас покажу. — В голове лиса всплывает план, поэтому он осторожно отводит шею и резко встает. Один прыжок, волшебные движения рук — и никакого мошенничества! Сигма принимает истинный облик, что позволяет быть чуть быстрее и ловче, при этом нечаянно порвав нижнюю часть ткани красивого кимоно. Опять бедному Ацуши это зашивать.. Когти выпускаются из ладони, оказавшись у шеи кудрявого, который несвоевольно стал заложником. — Одно лишнее движение и он труп. — Кицуне кидает ответный сердитый взгляд, пока шокированный рыжий старается предпринять хоть что-то. — Чуя, не трогай его. — Дазай резко становится серьезным, когда на кон становится его жизнь, пока его товарищ глядит с недоумением, не выпуская катаны. — Я столько лет искал смерть, а она пришла ко мне навстречу. Да и как я ее встречаю! В объятиях очаровательной дамы. Или не совсем дамы..Кхм. — Ты мне тут шутки шутить собрался? — Сигма злится, томно вздохнув. Везет же ему на подобных идиотов, да ещё и в качестве заложников.. — Нет-нет! Но раз я все равно умру от твоих лапок, позволь задать один вопрос. — Он нервно глотает воздух, чуть напрягаясь. — Раз ты лисица и все такое, у вас же наверняка есть кланы, верно?Из какого клана ты? — Мне тебе тут свою биографию выложить? Какое это имеет значение?! — Просто ответь. — Он смотрит исподлобья, стараясь достучаться до Сигмы. — Я из клана Фудзивара. Это все, что тебе хотелось бы сказать перед своей кончиной? — Он усмехается, пока смотрит на злого Накахару, который еле держится от того, чтобы разрубить духа на кусочки. — Фудзи..Фудзивара.. — Он призадумался, пока его голову не осветило осознание, а глаза широко раскрылись. — Ты знаешь, кто такая Таэко? — Таэко.. Это знакомая моя матери.Я не знаю о ней много, она все равно была полукровкой.. — Он совсем задумался, чуть растерявшись. — Стоп. Откуда ты вообще знаешь людей из моего клана, если ты обычный военный? — Таэко - моя мать, и я не обычный военный.. — Он вяло вздыхает, словно желает все поскорее закончить, без продолжительных нужных объяснений. — Давай ты просто меня отпустишь, а я расскажу тебе кое-что. — С чего я должен тебе верить?Если отпущу — твой дружок меня на кусочки раскромсает. — Чуя на это заявление лишь недовольно фырчит. — Потому что наследный принц всегда честен в таких делах! К тому же, я знаю, кто чуть не разрушил ваш клан священной осенью. Неужели тебе не интересна эта информация? — Священной осенью?.. — Сигма совсем замирает, словно увязнув в воспоминаниях, словно болоте. Он перестает удерживать его за шиворот, глядя в глаза. Сверкают, а значит вряд-ли блефует. — Так ещё и наследный принц? Неужели тот, по которому девушки из города пищат? — Его заложник неловко хихикает и кивает. — У тебя три минуты, чтобы все выложить. Не успеешь — перережу глотку и тебе, и дружку. — Хорошо-хорошо. — Он спокойно устраивается на сене, словно его жизнь не висела на волоске пару мгновений назад, начиная рассказ. — Ты когда-нибудь слышал о жемчужине Императорского Гарема, Таэко Юкито?Если и нет, то оно не удивительно, всю информацию о ней постарались вымыть, словно пятно от граната на белоснежной одежде. Давненько она была любимицей императора, метила на место императрицы, но после моего рождения ее настоящую сущность лисицы раскрыли. Как только до моего праведного отца дошли известия, что его цветок жизни — лиса-оборотень, он немедля сослал ее в старый дворец, взяв заботу надо мной лично, дабы я сам лисом не обратился. Мы с мамой виделись редко, вернее почти не виделись..Лишь темными ночами мне удавалось сбежать, чтобы увидеться с ней! Я пробирался к ней, в тот самый старый дворец, и видя ее сердце сжималось все сильнее. Она исхудала и зачахла, постоянно была больна.. Ее три единственные служанки, которых разрешили взять с собой, совсем не справлялись с заботой о ней. Пять лет назад матушка умерла, все, что у меня осталось - свиток на не ясном мне языке и шпилька. — Дазай вздыхает, нервно взглатывая после своего рассказа.По лёгкой бледности на лице было заметно, что история далась ему нелегко, даже рыжий глянул на него с сочуствием. — Я понимаю, что у вас время для историй и прочее, но с черта ли ты рассказал о себе столь важную информацию и надеешься на его благоразумие и помощь? Он дух, Осаму, он буквально пожирает людей! — Кажется, он был единственным здравомыслящим человеком в этой лачуге. — Хоть он и нечисть, они в сделках честны, да и на помощь у меня есть то, что предложить взамен. Господин лис, я поделился своей историей, к тому же у меня есть ещё одна, так что я предлагаю сделку. Если я расскажу вам о событиях священной осени, то сможете ли вы помочь со свитком и информацией о матушке? — Не подумай, я не собираюсь совершать геройские поступки и прочее, помогая тебе за обычный рассказ, будешь должен и материально. — Встав с сена и отряхнувшись, сероглазый достает веер, поматав пару раз в свою сторону. — Но признаю, ты меня заинтересовал, малыш юный-принц. Если покажешь мне вещицы, может и помогу, но взамен требую три любых желания. — Три желания? Он тебе джин, или что?! — Голубоглазый уже не выдерживает, схватив лиса за запястье и скинув его веер вниз. — Вы, два идиота.. — Чуя-чи, выйди, пожалуйста. — Я не! — — Пожалуйста. Если будет нужно, я тебя позову. — Если он тебя убьет, я не буду скорбить. — Вновь доверившись хитроумным планам наследного принца, воин удаляется из домика. — Я принимаю твои условия с тремя желаниями, но информацию о осени расскажу лишь после твоей помощи. Мне нужны ответы. — Получив одобрительный кивок от нечисти, он осторожно протягивает ладонь, и Сигма спокойно ее пожимает. Поднеся левую руку к губам, сероглазый прокусывает белоснежную кровь и спускает пару капель меж их ладоней, словно скрепляя договор на крови. Произнеся лёгкое — ”Готово!“ — он отряхивает руки и поднимает веер, пока Дазай достает из-за пазухи свёрток ткани. Раскрыв и поставив его перед собой, взору освещается два предмета: Какой-то потёртый свиток из проженной бумаги, но при этом на вид дорогой, и золотой кандзаси с камнями, похожими на плоды гранатов. — Не думал, что ты эти побрякушки с собой таскаешь. — Он с нескрываемым интересом глядит на шпильку, повертев ее в руках и заметив знакомую гравировку. — Да, она определено сделана мастером нашего клана, кажись стариком Фэнем.. — А с бумагой что? — Вернув украшение, он старается прочитать неразборчивый и размытый текст, и хоть буквы кажутся знакомыми, понять невозможно. — Вопрос к тебе, судя по всему. — Кареглазый отводит взгляд, стараясь успокоить стук сердца. — Я могу показать это старейшине клана, может он разберёт, но такое мне не под силу. — Со скукой кинув бумагу обратно на ткань, он зевает. — Собирайся, ко мне домой пойдете. Вдвоем. — Нам с тобой и наедине будет неплохо, лисенок. — В глазах Дазая загораются огоньки, когда он встаёт и чуть наклоняется над духом. — Не хватало мне того, чтобы твой дружок привел весь город меня сжигать. — Сигма закатывает глаза, потянув его за руку. — Скажи рыжему, чтобы тоже собирался, вы идете за мной и это не обсуждается. Переночуем, потеснившись, а на утро отправимся к старейшине с твоим мусорным богатством. — Ты не боишься, что мы ночью убьем тебя или что похуже? — Кудрявый говорит с сарказмом, схватив со стога сена мазь и свои вещи. — А кто тебе сказал, что лисы ночью спят? — Кицуне победно усмехается, выйдя на прохладную улицу.