Моя радуга для нас двоих.

Ян сидел и плакал в коридоре, ему уже было абсолютно все равно на происходящее. Сейчас его волновала только мама, которой стало плохо. С одной стороны сидел Минхо, с другой Хёнджин и впереди ребята. Они все приехали из-за его мамы, даже Сынмин был тут. Они сидели около пяти минут, причём никто из них почти не двигался. Каждый прожигал дыру в том месте, куда смотрел. Но вот из палаты выходит врач с медсестрой. Минхо встаёт первым и подходит чуть ближе. — Господа, успокойтесь. С Госпожой Ян все в порядке. Немного высокое сердцебиение, но всё уже в норме. Думаю, это из-за стресса. Так что выписка откладывается ещё на три дня. — Врач говорил спокойно и ровно, и Чонину правда стало легче от его слов. — Мы можем сейчас зайти? — Спрашивает Минхо, он был на взводе. — Конечно. Только не шумите и не заставляйте её нервничать. — Говорит врач и после идёт к другому пациенту. Они по очереди заходят в палату. Чонин постарался максимально успокоиться. Он с самым спокойным лицом подошёл к маме, сел на кровать и обнял её, утыкаясь лицом в плечо. Чонин слишком сильно испугался. — Прости меня, мальчик мой, я тебя сильно напугала? Врач сказал, что это из-за стресса. Я сама даже не поняла. — Женщина обняла сына и стала поглаживать того по спине. Остальные стояли возле кровати, и, увидев, что с Госпожой Юнми всё в порядке, облегчённо выдохнули. У каждого будто камень с души упал. — Ну и? Я жду объяснений. — Говорит женщина, смотря на шестерых парней. Но все молчали. — Из-за чего поругались? — Мы не ругались. Просто, просто не разговариваем. — Отвечает Чанбин как-то неуверенно. Понятно, значит Чонин уже обо всем доложил. — Так, вы как маленькие дети. Раз не похож на вас, значит и дружить с ним не буду? Вы же взрослые мальчики, так почему? — Женщина смотрит строго, но в то же время и нежно. — Мы не из-за этого, нет бы сразу сказать. А он, блин, молчал до последнего, и потом в упор: "Я с ним встречаюсь". И как нам реагировать? — Вся серьёзность Минхо пропала, и вот он говорит, как возмущённый ребёнок. — Я сразу принял нейтралитет, — Говорит Джи, стоя тихо в стороне. — Угу, не пиз...не ври давай. Я чувствую, ты с самого начала всё знал. Чтоб Хёнджин и что-то тебе не сказать.— Говорит Чанбин, чувствуя, что влетит именно им. — Эй, мы ещё разговор не закончили. — Говорит Госпожа Ян, привлекая к себе внимание. Минхо глубоко вздохнул и после подошёл к Хёнджину, крепко его обнимая. — Прости меня. — Хван обнял в ответ и улыбнулся. Они бы и сами помирились, просто это был вопрос времени. Ну, мама Чонина немного ускорила этот процесс. Лино отстранился и посмотрел в глаза Хёнджину, а потом его лицо снова стало серьёзным и он треснул тому подзатыльник. — За что? — Спрашивает Хван и трёт затылок. У Минхо рука тяжёлая. — За то. Надо было сразу говорить, а не до последнего тянуть. Сказал бы, мы бы успели привыкнуть и осознать, и над Феликсом меньше прикалывались бы. — Говорит Минхо и встаёт на свое место. — Чанбин, Чан, Сынмин, а вы? — Я вообще-то тоже нейтралитет принял. — Говорит Бан Чан, но быстро замолкает. — Ну вот раз нейтралитет, значит и обними друга. Думали они всего пару секунд и после обнялись всё вместе. Госпожа Юнми смотрела с улыбкой. — Так, Чонин, теперь встань с ними. Хоть сфотографирую своих сыновей после примирения. — После слов женщины все встали для фотки. Кто-то стоял, кто-то сидел на корточках. — Ну вот, в день выписки, пожалуйста, и Феликса пригласите. Сфотографирую, теперь можно считать, что у меня восемь сыновей. — Хорошо, обязательно пригласим, Госпожа. — Всё кланяются и думают, что ещё сказать. — Если вы всё, то можете ехать, а с Сынмином мне надо поговорить. — Вот и всё. Сердце ушло в пятки. Все вышли из палаты и Ким остался один на один с госпожой Ян. Было как-то страшно, особенно учитывая все происходящее между ним и Чонином. — Почему мы должны его ждать? — Спрашивает Ян у Лино, пока тот ищет что-то в телефоне. — Потому что я обещал его отвезти. — Отвечает Минхо и приобнимает младшего за плечо. — Я боюсь с ним ехать, — Всё также тихо говорил Чонин. — Тебе не избежать встречи с ним, так что смирись. Если не сейчас, то потом. — А если я не хочу этих встреч? — Тогда придётся потерпеть, помни, вы одноклассники и все ещё находитесь в одной компании друзей. — Я помню, — Ян был недоволен, но отрицать факт, что они с Сынмином все ещё друзья, было нельзя. Ким наконец вышел из палаты и Чонин пошёл прощаться с мамой. — Мам, о чём ты с ним болтала? — Тихо спрашивает Ян, помня, что дверь открыта. — Ни о чём важном. — Женщина целует того в лоб и гладит по волосам. — Иди, Минхо ждёт. — Хорошо. — Чонин ещё раз обнял маму и наконец встал, чтобы уйти. — Чонин, ты уже взрослый мальчик, просто знай, что я не против, — Это было последнее, что сказала Госпожа Ян, прежде чем её сын ушёл. — Так, мелкие, идите в машину, я щас приду, — Говорит Минхо, отдавая ключи Сынмину. — Хорошо, — Говорит Чонин, выходя из здания больницы. Сынмин шёл где-то сзади. Через пять минут оба парня сидели на заднем сиденье машины. Хотя Чонин надеялся, что Ким сядет спереди. И в душе от чего-то было неспокойно. Ему не нравился взгляд, который Сынмин кидал на него. — Сынмин, — Тихо зовёт Ян. — Да? — Немного удивившись, спрашивает Ким. — Не смотри на меня так, это раздражает. — Как? О чём ты? Я не понимаю. — Не смотри на меня так, будто я тебе безразличен, — Чонин немного призадумался. — Это бесит, — Как и ты сам. Но вслух Чонин этого не скажет. — Я..— Но Сынмин ничего не сказал, ведь пришел Лино. — Так, я закончил, теперь по домам. — Говорит Минхо, пристёгиваясь. Младшие промолчали, а Чонин пересел ближе к двери и стал смотреть в окно. Машина тронулась с места. Ехать было недолго, сначала надо было завезти Сынмина и потом ехать домой к Минхо. — Хён, можешь заехать мне сигарет купить? — Спрашивает Ким, когда понимает, что они подъезжают к его дому и по пути остался только один магазин. — Окей. — Тихо бросает Лино и тяжело вздыхает. Хоть он сам и курил, но был против того, что это делает Сынмин. Хотя не Минхо его учить, поэтому приходится покупать. — Я быстро, Чонин, тебе что-нибудь взять или со мной сходишь? — Спрашивает старший, паркуя машину около магазина. — Мне ничего не надо, просто давай быстрее домой. — Всё также не отрываясь от окна, говорит Ян. — Хорошо, я быстро. — Минхо вышел из машины и скрылся в магазине. Настала тишина. — Чонин, — Тихо зовёт Ким и касается руки младшего. — Чего? — Ян одернул руку, но к Сынмину не повернулся. — Я никогда не смотрел на тебя так, будто ты мне безразличен и никогда не посмотрю на тебя так. На кого угодно, но не на тебя. Ты самый близкий друг, что когда-то был у меня, — И снова это слово, "друг", оно просто режет слух. Так и хочется ударить. — Ты мне не безразличен, слышишь? — Слышу, — Но Чонин отвечает холодно, между ними ничего нет, это ведь Сынмин пытался ему донести. Они просто друзья, которые провели несколько ночей вместе, но для старшего это ничего не значит, как и невзаимные чувства Чонина. Так что сейчас для Яна слова старшего не имеют смысла. Безразличен или нет, ему все равно. Они друзья и одноклассники, но не больше. Хотя Чонину сейчас сложно назвать Сынмина другом, скорее предатель, что безжалостно облачил его чувства, а потом растоптал их. — Чонин, я правда не хотел тебя обидеть. Ты мне очень важен. — Ким все ещё хочет поймать руку Яна, но тот постоянно одергивал её, а в конце просто прижал к своей груди, так и не позволив Сынмину коснуться. — Я вернулся, — Минхо садится в машину и кидает пачку сигарет назад. — Ты не говорил, сколько тебе надо, поэтому одна. — Всё нормально, мне хватит. — Говорит Сынмин, убирая пачку сигарет в карман. Минхо тронулся с места и они поехали к дому Кима. Каждый думал о своём, а Чонин наоборот старался не думать. Хотя мысли так и лезли в голову. С чего вдруг Сынмин начал такой разговор? Чего именно он хотел добиться? Почему сказал это только когда Минхо ушёл, а не сразу? Столько вопросов и, как всегда, нет ответов. Хотя они возможно и есть, но разговаривать с Сынмином он на эту тему не станет. — Приехали, станция петушки. — В шутку сказал Лино и посмеялся. — Спасибо, что подвёз. — Говорит Сынмин, открывая дверь машины. — Пока, — Тихо и как-то неуверенно сказал Ким обоим парням и ушёл. — Что-то случилось, пока я ходил в магазин? — Спрашивает Минхо, трогаясь с места. — Ничего особенного. — Ну, а что ему сказать? Правду? — Ладно, не хочешь не говори, я не заставляю. Но помни, я всегда рядом для разговора. — Ладно, я скажу. — Я внимательно тебя слушаю. — Ну, а что? Минхо интересно. — Когда он вышел от моей мамы, мне показалось, что он смотрит на меня с отвращением. А потом, когда мы шли к твоей машине, он смотрел на меня, но делал это так, будто я пустое место. Ну, я в машине сказал ему об этом, что меня это бесит. И когда ты ушёл в магазин, Сынмин сказал, что никогда не смотрел и не будет смотреть на меня с безразличием и что я ему очень важен. А потом ты пришёл. — Чонин говорил тихо и, казалось, будто даже обиженно. Хотя обижаться тут можно только на Сынмина, Минхо же не причём. — Ну видишь, он даже от меня избавился, чтобы сказать тебе это. — Посмеялся Лино, понимая, что мелкие явно друг другу много чего не договаривают. — Ему просто нужны были сигареты, уверен, он просто воспользовался моментом. — Другой причины Ян не видит. — Я только вчера купил ему две пачки сигарет. Скажи, он за день мог их скурить? Сигареты просто причина отправить меня в магазин. Он явно хотел тебе это сказать без посторонних людей. — Минхо чувствует себя свахой. — Всё равно смысла в его словах я не услышал. — Почему? — Сначала он доказывает, что мы просто друзья и не больше, и что я ему никто, а теперь я ему не безразличен и очень важен. Смысла нет. — Чонин начинает злиться из-за того, что вспоминает слова Сынмина. — Возможно ты его просто не увидел или не услышал. Думаю, стоит подождать. — Они наконец приехали и Минхо парковал машину. — Ты про что? — Про смысл. Ладно, иди домой. Я позвоню Чану и тоже скоро приду. — Лино остался на улице и закурил сигарету, набирая номер друга, а младший уже скрылся дома.

******

— Минхо, я сделал уроки. — Говорит Чонин, заходя в зал. — Молодец, можешь телик посмотреть. — Не поднимая голову, произнёс старший. — А ты чем занимаешься? — Лино уже часа два сидел в зале и что-то считал. — Я в этом месяце потратил дохрена, надо ещё смены две на работе взять. — Расходов и правда много. Особенно если учитывать, сколько они заплатили за лечение госпожи Ян. — Почему ты сам работаешь? — Потому что я хочу поехать учиться в Америку, но родители меня отпустят если я буду самостоятельным. Вот поэтому я и учусь пользоваться финансами. Будь моя воля, вообще один жил, но пока съемное жилье я не могу себе позволить. И так много трачу на машину свою. — Минхо правда не хотел зависеть от родителей, поэтому и работал. — Ты тратишь много на меня. Я тоже хочу работать. — Ну он же может неофициально где-нибудь устроиться. — Ты учиться должен. Помни, ты отличник, а с работой успеваемость упадёт. Просто учись и не расстраивай свою маму, а с деньгами мы все вопросы решим. — Минхо уже не раз говорил, что против того, что бы Ян работал. — Но...ты все время тратишь деньги на меня. Ты даже мне новую школьную форму купил и телефон, а сам ходишь в старых вещах и твоему смартфону уже явно больше трех лет. — Минхо всегда отнекивался, когда Чонин предлагал сходить и купить что-то старшему. Хотя если что-то требовалось Чонину, то они незамедлительно это покупали. — Во-первых, мне уже двадцать и я вряд ли ещё вырасту. А во-вторых, мне не нужны новые шмотки и телефон ещё нормально работает. Так что отстань и не приставай. — Минхо не хотел, чтобы Ян чувствовал себя виноватым. — Но так нечестно, я тоже хочу лечение своей мамы оплачивать. — Обидно, что он почти ничего не делает для своей мамы, а все вопросы решают ребята. Нет, он конечно рад их помощи, но Чонин тоже хочет что-то сделать. — Чонин, тебя сейчас никуда не возьмут, и даже если возьмут, то будут платить гроши. Ты нам этим не поможешь. Просто учись, хорошо? А мы сами все оплатим. Давай закроем эту тему и больше не будем поднимать. Я против того, чтобы ты тратил время на работу. Учись пока, поработать ещё успеешь. — Минхо всего лишь хотел добра Чонину. Он рад его стремлению помочь им, но всё-таки, сейчас лучшая помощь это учиться и не расстраивать госпожу Ян. — Хорошо, — Спорить с Минхо смысла нет. Его слово — закон. — Не расстраивайся. Ты же знаешь, я желаю тебе только добра. — Лино потрепал того по голове и вернулся к своим тратам. — Кстати, кушать не хочешь? — Нет. — Говорит Ян и слышит, как звонят в дверь. — Сходи посмотри, кто там в такой час. — Время уже близилось к девяти вечера. — Иду, — Чонин даже не мог предположить, кто там. Родители Минхо обычно приезжали поздно. А из ребят вряд ли кто-то приехал, все обычно звонили и встречались где-нибудь в кафе или другом месте. Поэтому Ян открывал дверь, ожидая увидеть соседей или, к примеру, курьера, нет ну мало ли они что-то заказали и забыли. — Сынмин? — С удивлением и неким ужасом сказал Чонин. Не его точно он увидеть хотел. — Мелкий, а ты чего припёрся? — Из-за крика Яна Минхо тоже вышел. — Я к Чонину. — Тихо и как-то смущённо говорит Сынмин. — Хорошо, но больше не кричите. Я в зале — Лино налил себе стакан воды и ушёл. — Чего приехал? — Ну как приехал? Привезли, за спиной Сынмина виделась машина Чанбина. — Поехали в парк погуляем? — Ким был красным и очень смущенным и, честно, Чонин что-то не очень понимает, что происходит. — Время уже позднее, Минхо не отпустит. — Ян честно на это надеялся. — А я у него спрошу, да и с нами Чанбин же, он потом тебя назад привезёт. — Не надо. Я сам спрошу. — Чонин развернулся на носках и пошёл в зал. Он сам не понял, почему согласился. — Чего он хотел? — Спрашивает Минхо, думая, что Сынмин уже ушёл. — Он меня гулять зовёт в парк, — Шёпотом говорит Ян, садясь на диван. Хотя вряд ли Ким их услышит. — Он дохуя много хочет, ты уже в десять спать должен. — Он сказал, что меня назад Чанбин привезёт. — Чонин говорил все так же тихо. — Чёт чувствую где-то подвох и не могу понять, где. Как бы сильно я не доверял Чанбину, но я поеду с тобой. — Зачем? — За тем, что я вижу, что ты хочешь поехать, но боишься. А так, если что мы с тобой сразу свалим в закат. — Минхо подмигнул тому и пошёл в свою комнату одеваться. А Чонин сидел на диване и махал на себя, Лино прав, Ян очень сильно хочет поехать. Немного посидев, Чонин наконец пришёл в себя и встал с места, сначала надо сказать, что он согласен, а потом пойти собираться. — Минхо разрешил, но сказал, что поедет с нами, ну, чтобы Чанбин туда сюда не катался — Ян старался говорить спокойно и не показывать своего волнения. Но, честно, внутри все ходуном ходили и сердце как-то странно билось. Сколько бы Чонин не пытался, его чувства совсем не унимались. Ян все ещё любит Сынмина, даже несмотря на ту боль, которую он ему причинил. — Хорошо. Тогда я на улице подожду. — Чонин тихо кивнул и ушёл, нужно было переодеться и хоть немного привести себя в порядок. Хотя бы уложить волосы. Пятнадцать минут и Минхо с Чонином были готовы. — Нервничаешь? — Спрашивает старший, смотря на то, как Ян красуется перед зеркалом. — Я нормально выгляжу? — Чем больше Чонин смотрел на себя, тем больше видел изъянов. — Ну, примерно как влюблённый школьник. — Без шуток тут никуда. — Спасибо за честную оценку, ну что, поехали, Мам? — Поехали, сынок — Минхо уже давно смирился с этим назойливым "мам". Чонин всегда его так называл, когда пытался подкольнуть. Они ехали на одной машине, а Чанбин с Сынмином на другой. И честно, Чонин очень хотел ехать сейчас с Кимом. Да, днем ему было обидно и он даже не хотел смотреть на того. Но сейчас, когда он увидел трепет и смущение старшего, Чонин будто все забыл, всю боль и страдание, и то отвращение. Он снова его простил, снова забил на свою гордость. Правду говорят, что влюблённые люди будут позориться до конца, вот и Чонин сейчас позорит сам себя, он идет гулять в парк с человеком, который причинил ему боль, а он, как дурак, готов простить. — Смотрите на улице не соситесь — Говорит Минхо, усмехаясь. — Он просто позвал погулять.. — А ты просто растёкся и, как дурачок, все забыл и простил, и готов с ним снова в постель лечь. — Вот за эти слова Минхо получил по голове. Хотя его слова чистая правда. — Знаешь, что? На тебя я посмотрю, когда ты влюбишься — Чонин показал тому язык и отвернулся. — Не обижайся, мне просто было больно смотреть на то, как ты плачешь. Вот я и переживаю, что ты слишком быстро все забыл и простил. — Ну, а что? Это ведь не Сынмин вытирал слезы Чонина и слушал, как тот истерит. Правильно? Это все делал Минхо, это он сидел и успокаивал, а потом спал в обнимку с младшим, чтобы тот не чувствовал себя одиноким. — Я не обижаюсь. Сам прекрасно всё понимаю. — Понимает, что готов навести на него ствол, но стоит Сынмину проявить немного тепла и намекнуть на взаимные чувства, как Чонин оказывается безоружным с приставленным пистолетом к своему виску. — Так, мы приехали. Удачи вам погулять. Мы с Бином будем где-то тут, если что пиши, звони. — Говорит Минхо, идя к машине Чанбина. — Хорошо. — Чонин сжал телефон, смотря, как к нему идёт Сынмин. Внутри что-то сжалось. — Идём? — Спрашивает Ким, когда оказывается возле младшего. Чонин тихо кивает и его берут за руку. И снова сердце замирает. Почему он придаёт каждому такому действию слишком много значения. Они же просто друзья? Они прошли сквозь множество лавок с уличной едой, лавок с украшениями и какими-то конкурсами. Просто шли вдоль улицы за руки. — Давай сыграем во что-нибудь? — Спрашивает Чонин, когда они доходят уже почти до самого конца. Но старший не планировал разворачиваться и останавливаться. — Давай на обратном пути? Пошли пройдёмся по мосту, — Сынмин, все также не замедляясь, шагал вперёд. — Хорошо, — Ян тихо кивнул и чуть сильнее сжал руку старшего. На душе вроде мерзко из-за случившегося, но вроде и не все так плохо. — Чонин, мы можем поговорить о наших чувствах? — Спрашивает Сынмин и останавливается, он встает напротив младшего, а тот в каком-то шоке. — А...ну...— Чонин и не знает, что сказать. Он не ожидал такого от Сынмина. Хотя, если подумать, то сейчас самое время сказать о чувствах, что хранит Ян уже несколько лет. — Хорошо..я....— Но договорить он не смог, раздался звук звонка. — Прости...это мама. — Ничего...я подожду, — "Ждал же до этого момента, значит и ещё немного подожду." Чонин мило улыбнулся, смотря, как Сынмин отходит куда-то. Чонин же быстро достаёт свой телефон и набирает номер Хёнджина, он ждет ответа — Алло. — Слышится из динамика. — Хёнджин, скажи, что нужно сказать, чтобы точно описать свои чувства?— Чонин сильно нервничал. Но позвонить Хёнджину, а не Минхо явно хорошее решение. Сейчас нужно сделать всё правильно. —А что случилось? — Помнишь, моя мама оставила Сынмина для разговора? И как бы он вышел, и всё нормально было. Ну, я потом зашёл к маме, чтобы попрощаться, и она сказала: "Ты уже взрослый, знай, я не против". Ну, я немного не понял. А сейчас мы с Сынмином гуляем, и он весь красный, сказал, что хочет поговорить о чувствах. Но ему позвонила его мама, и он отошёл. А я боюсь, что мне сказать? — Ян хотел хоть как-то вкратце ввести Хвана в курс дела. — Правду. — Хёнджин явно гений. — Ну как, типа "я тебя люблю" по-моему сильно банально. Я не знаю. — Он вроде так долго этого ждал, но теперь не знает, что сказать. — Во-первых, успокойся, Сынмин тебя не съест. Просто будь собой и выскажи всё, что ты чувствуешь. Главное спокойствие. — Как тут успокоиться? Слишком нервно. — Так, всё, он идёт, я потом позвоню. — Хёнджин не успел ничего сказать, как Чонин сбросил звонок. На самом деле Сынмин был ещё вдалеке, просто Ян хотел собраться с мыслями. И тут что-то прошибает в голове. А вдруг Чонин опять слишком много надумал и Сынмин не о тех чувствах поговорить хочет? Получается, тогда ему снова будет больно? Это ведь Ян вообразил себе, что что-то значит для Кима и потом разочаровался в собственных ожиданиях и мечтах. А что, если и сейчас тоже так будет? Нет. Чонин к этому не готов. Он пережил как-то слишком много боли. Лучше уйти. Да. Сбежать это прекрасное решение. Почему-то Чонин посчитал, что остаться в неведении намного лучше, чем снова пройтись ножом по свежим ранам. Ян чувствует, как по щекам потекли слезы. Он снова плачет из-за Сынмина, а тот ведь ещё ничего не сделал. Чонин пошёл назад, в сторону, где остался Минхо. Но ему не дали пройти, Ким заключил того в крепкие объятия. — Я вспомнил, что у нас с Минхо дела, мне надо идти, — А по лицу текли слезы, почему так больно даже от объятий? — Чонин, я люблю тебя, — Мягко и медленно произнес старший, отчего Ян застыл. Ему сейчас не послышалось? Чонин поднял голову и посмотрел своим заплаканным взглядом, пытаясь понять, шутит Сынмин или нет. — Повтори это ещё раз, — Просит Ян, всхлипывая. — Я люблю тебя, Ян Чонин, — И всё, младший поплыл, он уткнулся лицом в плечо Сынмина и начал плакать ещё сильнее. Но это были слезы счастья. Он верит старшему. Обычные банальные по его мнению слова, сделали его самым счастливым. Плевать на всё. Сынмин всё-таки его любит. И неважно, что минуту назад Чонин думал об обратном, неважно, что хотел уйти и остаться в неведении. Ким его остановил и признался в любви, это главное. — Пять лет, я пять лет любил тебя безответно. Я страдал всё это время. — Чонин обнимает старшего и крепко его сжимает, он хочет показать всю свою обиду за это время. — Прости меня. Прости за всё. — Сынмин гладит того по голове. А Чонин простит, всё простит и возможно даже забудет со временем. Сейчас он просто стоит в объятиях любимого человека. — Ненавижу тебя, но, сука, одновременно так люблю. — Чонин всё ещё плакал. — Тогда, ты станешь моим парнем? — Сынмин не хотел тянуть ещё дальше, раз уж они начали этот разговор. — Да, да, стану. — Чонин кивает и наконец начинает потихоньку успокаиваться. — Мы поговорим обо всем чуть попозже, хорошо? — Фу...хватит драмы...домой поехали, — Слышится крик старшего и к ним подходит Минхо. — Хён...— Говорит Чонин, отстраняясь. Он начинает вытирать слезы и хоть как-то успокаивается. — Домой пора. — Лино подходит ближе и даёт подзатыльник Сынмину, — Это за то, что Чонин опять плачет. — Опять? — С недоумением спрашивает Ким. — А ты что думал? Я тебя каждый раз бить буду за слезы Чонина. — Минхо, не надо, я от счастья плакал. — Ну, Ян должен же хоть как-то своего парня защитить. Они ведь теперь пара? — Мне хоть бы не врал. Так, отношения выяснили? Теперь домой. — Ну, тут любовь, нелюбовь, отбой в десять, как говорит Госпожа Ян. А её слово закон. — Ну мам, — Чонин закатывает глаза и обнимает Сынмина за руку. — А можно он ко мне поедет? — Неожиданно спрашивает Ким. — Нет. — Отрезал Минхо и уже хотел развернуться и пойти к машине. — У меня дома родители. — Это аргумент, причём весомый. — Нет, мы едем домой спать. Отбой в десять, тебе учиться надо. — Минхо, сегодня суббота, а уроки на понедельник я уже сделал, — Он даже у матери так не отпрашивается, как у Лино. — Ладно. Но я сам вас довезу и с твоими родителями поздороваюсь, — Нет, он, конечно, верит Сынмину, но удостовериться надо. — Спасибо. — Спасибо скажешь на вашей свадьбе, а пока марш в машину.

*******

— Госпожа Ким, под вашу ответственность оставляю Чонина, будет плохо себя вести, звоните, приеду заберу. — Говорит Минхо, уже собираясь уходить. — Да ладно тебе, они уже взрослые, вряд ли будут хулиганить, — Женщина смеётся и закрывает дверь за Лино. — Госпожа Ким, а мы можем поговорить, пока Сынмин в душе? — Ким ушёл в душ, когда они сели пить чай и, на удивление, до сих пор не вышел. — Конечно, о чём? — Женщина проходит на кухню и садится за стол. — Вот как бы вы отнеслись к тому, что у меня появились отношения, но с парнем? Вы бы запретили мне общаться с Сынмином? — Чонин не нашёл другого способа, кроме как зайти издалека. Хотя на его вопрос Госпожа Сольчжу смотрела с каким-то удивлением и непониманием. — Госпожа Ким, что-то не так? Мой вопрос вас смутил или вы не так что-то поняли? — Да нет. Просто мне Сынмин сказал, что поехал тебе в любви признаваться и сказал, что приедет домой только если вы начнёте встречаться. Но я что-то не поняла, вы поговорили? — И вот тут ахуел Чонин. То есть Сынмин уже всё рассказал и даже с мамой посоветовался? — Да. Простите. Я думал, как вам об этом сказать и решил зайти издалека, а вы уже всё знаете. — Ян сложил руки и поклонился. — По-моему, у нас с Сынмином всегда были доверительные отношения. Он с понедельника сам не свой ходил, а потом сказал, что нам с ним надо серьёзно поговорить. Ну, мы всё выяснили, и вот сегодня он решился поехать к тебе. — А о чём вы с ним разговаривали? — Спрашивает Чонин с интересом. — Это конфиденциальная информация, секреты своего сына я не выдаю. Так что тебе придётся поговорить с ним самому. — Госпожа Сольчжу подмигнула Чонину и встала, чтобы убрать чашки со стола. — Я помогу вам. — Ян встал около раковины, чтобы помыть посуду, это минимальная помощь от него. — Я сама могла бокалы сполоснуть. Ладно, беги наверх, я пойду тоже спать, уже поздно. Передавай Сынмину спокойной ночи от меня или пусть спустится. — Хорошо, я уберу бокалы и пойду наверх. — На его слова женщина кивнула и скрылась за углом. Ян всё убрал и пошёл наверх, на лестнице с каждой ступенькой сердце будто замирало. Он ведь обещал сюда больше не подниматься, но прошла всего неделя и вот он снова тут. Чонин остановился около двери, которая вела в ту комнату, в которой он хотел всё закончить. Но нет, Ян снова открывает дверь и заходит внутрь. Всё будто пропитано желчью и теми словами, что сказал Сынмин. Чонин уже принял душ дома у Минхо, поэтому он просто взял шорты и футболку Кима, переоделся и лёг на кровать. Внутри было странное чувство, что-то не давало ему покоя. — В душ не пойдёшь? — Спрашивает Сынмин, заходя в комнату. — Я у Минхо душ принял. — Чонин лежал спиной к Киму, поэтому не мог его увидеть. — Хорошо, — Сынмин залез на кровать и придвинулся к младшему. Но Ян не торопился поворачиваться, он чувствовал руки на своей талии и то, как Ким прижимается к нему. — Спокойной ночи. — Говорит Чонин и сжимает край одеяла. — Нет. — Ян промолчал, не зная, что сказать. — Я умоляю, давай поговорим. — О чём? — Они вроде в любви друг друг признались и встречаться начали. — Я...я хочу объясниться и извиниться за всё. Чонин, я правда считал, что ты мне всего лишь друг, но когда ты заговорил про любовь к парню, я разозлился. Я не хотел, чтобы ты кого-то любил, чтобы ты с кем-то встречался. Мне правда казалось, что начни ты с кем-то встречаться, мне бы не было больно, но нет, я начал ревновать. Я хотел быть тем парнем, о котором ты сказал. Не знаю, почему, но я думал, что не влюблюсь в тебя, но вышло точно наоборот. Ты был рядом, ты готов был поддержать, именно ты вытирал мои слезы, спал рядом и обнимал, пытаясь утешить. Чонин, я настоящий кретин и мудак, но, пожалуйста, прости меня за все мои слова, что я тогда сказал тебе. Ты не просто друг, ты значишь для меня намного больше. — Сынмин прижался сильнее к младшему и слезы текли теперь по его лицу. Он осознал, какую боль причинил Чонину, тот любил его так долго, а он называл его просто другом. Это больно и обидно. — Всё в порядке, я уже простил тебя, — Ян наконец развернулся к старшему и заключил того в объятия. Он тихо поглаживал Кима по голове. И Чонин правда его простил. Это была та самая влюбленность, где Ян просто тонул, он буквально готов простить всё Сынмину и, что бы он не говорил, но проебись Ким ещё раз, Чонин всё равно его простит. — Я правда простил тебя. — Знаешь, поступи с тобой так кто-нибудь другой, я бы сказал, что он недостоин твоего прощения, и я тоже недостоин, но я правда хочу быть с тобой. Мне нужен этот шанс, чтобы доказать, что я люблю тебя, что ты мне дорог. — Тогда у тебя есть этот шанс и я правда жду, что ты докажешь, что правда меня любишь. — Теперь на душе легче, Сынмин объяснился и с души будто камень упал. Пусть и не сразу, но Ким признал его значимость. Чонин не пустое для него место. — Люблю, правда люблю, — Сынмин поднял голову и чмокнул Яна в губы. — Сильно люблю. — Я верю... А теперь спокойной ночи? — Спрашивает Чонин и тихо смеётся. Он верит, Ян глупенький и влюблённый, он всё простит и поверит во все сказки. Только теперь выбор за Сынмином: оберегать и любить или разрушить их сказку. — Спокойной ночи. — Ким целует того в лоб и сильнее обнимает.

*******

— Ты снова не спишь в такую рань. — Я не могу спать до обеда. — Говорит Сынмин, перебирая волосы Яна. — А я не хочу вылезать из постели, — Чонин сильнее прижимается к старшему и утыкается в его грудь. — У меня дома родители, они все равно вытащат нас на завтрак. — Тогда идём в душ, — Это первый раз, когда Чонин предлагал такое, обычно Ким пытался его в душ затащить. — Что-то новенькое. — Сынмин встаёт с кровати и помогает подняться младшему. Естественно, что принимать душ они не станут, сегодня выходной, да и ночью они просто спали. Так что сейчас надо просто почистить зубы и умыться. В ванной комнате Сынмина была достаточно большая ванна, чтобы стоять около неё вдвоём. — Чем хочешь заняться сегодня? — Спрашивает Ким, выдавливая пасту на зубную щётку. — Просто побыть с тобой, уроки я сделал и планов с Минхо у меня не было, — Чонин взял свою щётку из стаканчика и зубную пасту у Сынмина. Оба парня стояли и чистили зубы. — Идём завтракать? — Спрашивает Ким после того, как ополоснул рот и умылся. — Идём, — Ян тоже умылся и вытер лицо полотенцем. Внизу ждала Госпожа Ким, она уже приготовила завтрак и накрыла на стол. — С добрым утром, мальчики. — Женщина улыбается и смотрит на двух парней. — С добрым утром, мам. — Сынмин отодвигает стул для Чонина, чтобы тот сел. — С добрым утром, Госпожа Ким. — Мам, а папа с нами завтракать не будет? — Спрашивает Ким, садясь на свободный стул рядом с Чонином — Его вызвали на работу, так что он уже не дома. — Ким Сольчжу уже привыкла к таким резким вызовам мужа. — Понятно. — Ну, позавтракаем втроём. Кстати, Чонин, как там твоя мама? — Спрашивает женщина и пододвигает тарелки с едой ребятам. — Всё хорошо, во вторник или среду выпишут. — Ян мило улыбнулся и начал кушать. Было немного неловко, ведь он, типа, теперь в семье своего парня, а не просто друга и одноклассника. — Очень хорошо, рада, что она так быстро идёт на восстановление. А у вас как дела? — Всё хорошо, мам, — Отвечает Сынмин и смотрит с серьёзной мордашкой, как бы намекая, что маме не стоит поднимать эту тему. — Ладно, ладно, я просто поинтересовалась. — Женщина хихикнула и тоже начала есть. Весь оставшийся завтрак прошёл в тишине. И честно, Чонину было приятно вот так сидеть и кушать с Сынмином и его мамой. Теперь он чувствует себя частью их семьи. Вряд ли Ким сможет такое почувствовать, ведь Госпожа Ян и так считает его своим сыном, как и остальных ребят. Кстати о ней, Чонину надо позвонить маме и сказать, что они теперь в отношениях, именно этим он и займётся после завтрака.

******

— Мы почти весь день пробыли дома, надо было сходить погулять, — Говорит Сынмин, который валялся вместе с Чонином в обнимку перед телевизором. — А мне и так нормально было, — Ян развалился на кровати звёздочкой и набрал номер Минхо. Старший ответил не сразу: — Алло, хён, ты меня, заберёшь или мне можно остаться с ночёвкой? — Спрашивает Чонин и чувствует, как Сынмин ложится рядом с ним. — Хочешь, можешь с ночёвкой, но я тогда в шесть за тобой приеду, чтобы в школу успеть. — Окей, придётся встать пораньше, — Ян хотел поспать с Сынмином в обнимку. — В шесть буду около дома Сынмина. — Я тебя понял, — Чонин отключился и откинул телефон в сторону. — Завтра в школу, а мне так не хочется вставать. — Мы ещё даже спать не легли, а ты уже вставать не хочешь. — Ким тихо посмеялся и обнял младшего. — Я хочу просто побыть с тобой, — Ян целует того в губы и обнимает в ответ. — Нам завтра рано вставать, — Говорит Сынмин, отстраняясь. — Не хочешь, не надо. — Вообще-то это ты всегда спать в десять ложишься. — Ким залезает руками под футболку Яна и оглаживает его живот. — Можешь предложить что-то интереснее сна? — Себя как минимум. — А максимум? — А максимум ночь жаркого секса и утренний душ вдвоём. — Как-то слишком максимум, — Чонин аж покраснел, он не думал, что Сынмин так прямолинейно об этом скажет. Вообще Ян хотел лечь спать, но ему просто интересно. Интересно, будут ли отличаться чувства и эмоции, ведь сейчас они в отношениях и значит это скорее будет занятие любовью, а не просто секс. Чонин конечно пожалеет с утра об этом, ведь он сто процентов не выспится, но он делает это только из интереса. Ну и собственного желания, конечно. — Так, моё предложение одобрено? — Но Ян не ответил, а просто впился в губы старшего. Естественно Сынмин расценил этот поступок как согласие. — Но твои родители дома, — Говорит Ян, отстраняясь. Хотя, несмотря на свои слова, он уже начал стягивать с себя футболку. — Во-первых, они на первом этаже, а во-вторых, мы просто будем потише, — Да и стены у них не из картона. Сынмин мог слушать музыку на колонке, но на первом этаже этого никто бы не услышал. Так что вряд ли они будут настолько шумными, чтобы даже на первом этаже было слышно. — Тогда тебе придётся много меня целовать, чтобы я молчал. — Чонин уже стянул с себя верх и шорты, он остался в одних боксёрах и очках. Ян уверен, что Ким попросит оставить очки, так что снимать их смысла не было. — Я согласен. — Ким тоже уже был без верха и он с радостью впился в губы любимого. Целоваться сейчас намного приятнее. Они поговорили и всё выяснили, Чонин не держит на него обиду и это самое приятное. Пару минут и оба парня были раздеты, они сменили позу и Чонин теперь сидел на бедрах Сынмина, пока они целовались. Ким оглаживал талию младшего и сжимал его ягодицы, пока Ян стонал от удовольствия. Это была тонкая грань, между приятным удовольствием и болью. Учитывая силу Сынмина, на заднице точно останутся синяки. Но это не так важно. Ким наконец отстраняется от губ Чонина и переходит на его шею, естественно, кусать и оставлять следы он не станет. Сынмин просто поиграет, доставит удовольствие и будет оставлять мокрые поцелуи. А Чонин просто поглаживал того по волосам и стонал. Ему приятно, не столько от действий, сколько от мыслей, что он занимается любовью со своим парнем и этот парень — Сынмин. — Ты прекрасен, — Ким опрокидывает того на спину и прижимает своим телом к постели, при этом продолжая целовать шею, плечо и грудь младшего. — Я или моё тело? — Ян спросил это игриво, без какого-либо намёка, просто вырвалось. Но Сынмин остановился и серьёзно посмотрел на младшего. — Твоё тело прекрасно, я не спорю. Медовая кожа, тонкая талия, худоба и изящные изгибы. Но я не это имел ввиду, сам ты потрясающий. Твоё отношение, твоя любовь, сам ты бесподобен. Ты самый чистый человек, которого я когда-либо встречал, ты правда готов простить мне всё из-за своей любви. И я это ценю. Ты вытирал мне слезы и не видел в этом слабости, ты был рядом и поддерживал меня. Я люблю тебя и твою душу, и лишь только потом твоё тело. — У Чонина от таких слов наворачиваются слезы, вот что он хотел так долго услышать. — Спасибо, думаю, это то, что я хотел услышать от тебя. Я тоже люблю тебя. Ты всегда так заботился обо мне. После смерти отца ты всегда был рядом. Наверное поэтому я и влюбился. Я просто не видел никого другого кроме тебя, Сынмин. — Ян положил руки на щеки старшего и нежно поцеловал. Чонин редко когда говорил на откровенные темы. А чувства и любовь это вообще что-то интимное и личное для него. — Нужно взять смазку. — Сынмину пришлось на пару секунд оставить Яна и тот почувствовал холод. Рядом с любимым он испытал жар, а сейчас такого нет, хотя Ким находился в паре метров от него, около тумбочки. — Холодно...— Сказал Ян, когда Сынмин снова забрался на кровать. — Прости, надо было просто сразу взять, — Старший обнял Чонина и поцеловал, чтобы снова согреть, хотя он прекрасно знал, что дома тепло и отопление включено. Сынмин стал спускаться ниже, он целовал всё, естественно, ставить засосы он не станет, люлей от Минхо не хотелось получать. Да и с утра они планировали к маме Чонина заехать. — Сынмин, — Стонет Ян, когда поцелуи были уже на животе и приближались к паху. Сынмин никогда почему-то не смущался и всегда спокойно мог отсосать Чонину, это удивляло, ведь он вроде только с девушками встречался. Но мерзким это не считал. И сейчас Ким снова берет член младшего в рот и вбирает почти на всю длину. Ян хотел сжать ноги, но не мог, его бедра сжимал Сынмин. Чонин чувствовал приятное тепло и интенсивные игры языком. Ким достаточно быстро научился доставлять удовольствие своим ртом. Поэтому Ян буквально плавился от всех этих манипуляций языком, он сжимал волосы старшего и хоть как-то пытался управлять процессом, но это глупо. Сынмин всё равно двигался в своём темпе и как-то не сильно реагировал на действия младшего. — Я...сейчас, — Чонин кончил раньше, чем успел договорить. Причём сделал это прямо в рот старшего. После оргазма он почувствовал дрожь в теле, было так приятно. — Такой милый, когда вздрагиваешь после оргазма, — Сынмин проглотил всё и сделал это с некой улыбочкой. Он смотрел, как Чонин иногда вздрагивал, младший все-таки сжал ноги и как-то смутился. Иногда было слишком сложно понять Яна, он будто каждый раз новый, иногда хочет ласки, иногда жёсткого секса и грубости, а сейчас смущается от каждого действия, будто девственник. — Дурак. — Чонин шмыгнул носом и, повернув голову, нашёл тюбик смазки, взяв его, он протянул старшему. — Войди в меня. — Как? — Вопрос был про грубость и скорость. Сынмин всё также смотрел на младшего, пока выдавливал смазку и распределял её по члену. — Как будто занимаешься любовью с самым дорогим для тебя человеком, — Ян показал язык и снова раздвинул ножки, он старался расслабиться, зная, что растяжки не будет. Нет, он уверен, что если попросит, то Сынмин сделает, но Чонин сам не хочет, ему легче так принять старшего, без всякой там растяжки. Яну это просто не нравилось. — Тогда это надо делать медленно и с чувством, — Лёгкий смешок и Сынмин целует младшего. Пару секунд и Ким начинает постепенно входить, первые пару минут было сложно всегда, ведь они делают это без растяжки. Но как бы старший не уговаривал, Ян против этого. Поэтому сейчас Чонин царапает спину Кима и старается его принять, он будто напрягается всем телом, но старается расслабиться снизу. Всегда было ощущение, будто Сынмин делал больно Яну, но младший никогда об этом не говорил. — Всё нормально, — Говорит Чонин, когда старший отстраняется и смотрит на него. Было немного больно, но так всегда, первые пять минут он будет это ощущать, пока не привыкнет. — Ты уверен? — Сынмин вошёл на половину, а в уголках глаз у Чонина уже собрались слезы. — Да, просто надо привыкнуть, так всегда, первые пару минут будет тяжело и больно, — Ян знал, что больно не только ему, Сынмину ведь тоже тяжело входить в нерастянутое нутро. — Тогда я подожду. — Нет, войди полностью и дай мне привыкнуть так. — Чонин знает, чего он хочет, поэтому Ким кивнул и продолжил медленно проникать внутрь. — Ещё немного, — Сынмин вышел немного назад и налил ещё смазки, да, холодно, но чем больше, тем лучше. Пару минут и Ким полностью оказался внутри, Чонин всё также сжимал его плечи и тихо постанывал, но это было явно от боли. — Пару минут и я привыкну, — Даже не верится, что в прошлый раз Ян просил грубости и жёсткости. — Всё нормально, я подожду, — Сынмин тихо целовал шею младшего и оглаживал его бока, пытаясь доставить удовольствие. — Можешь двигаться, — Тихо говорит Чонин, обнимая Кима за плечи. — Может ещё немного подождать? — Всё нормально, можешь начинать, — Ян поцеловал того в висок и погладил по голове, показывая, что все правда нормально. — Скажи, если будет больно, — Сынмин немного вышел и снова вошёл, подняв голову он посмотрел на Чонина, тому вроде и правда не больно. Движение снова повторилось и Ян тихо простонал и сжал плечи. Но немного подождав, младший притянул к себе Кима и поцеловал в губы, так было легче. Они просто целовались, но когда Сынмин делал более резкий толчок, его кусали за губы, это было забавно, будто маленький котёнок делает кусь. — Милашка. — Говорит Сынмин и отстраняется, что-то ему мешало. Пару секунд и он снимает очки с Чонина, а после складывает и кладёт на край тумбочки. — Они тебе не нужны. — Сейчас не так важно, будут на нем эти очки или нет, сейчас важно, что рядом с ним Чонин, а не кто-то другой. — Мне казалось, они нравятся тебе во время секса — Сказал это Ян и прогнулся в спине от резкого толчка внутрь. — Я сказал, что мне нравится твоё лицо в них, но если они нам мешают, то очки не обязательны. — Сынмин поцеловал того в висок и продолжил двигаться внутри, сжимая талию младшего. —Хорошо, но я хотел кое-что сказать тебе. — Что? — Спрашивает Ким, немного ускоряясь. — Год назад, на одной нашей тусовке, мы были на балконе... И мы тогда поцеловались...это был мой первый поцелуй. — Говорит Чонин и прикусывает губу, он так давно хотел об этом сказать. — И до это Гымхо поцеловал меня в туалете, но мне это не нравилось, я не ответил ему. Но с тобой я испытал что-то другое, моё сердце тогда так билось. Я решил, что мой первый поцелуй, настоящий поцелуй, забрал ты. Возможно ты даже не помнишь этого, — Даже если не помнит, Чонин хочет, чтобы Сынмин знал об этом. — Я помню. Я был не настолько пьян, чтобы не помнить наш поцелуй, цыганочка, ты тогда будто забыл, как дышать. — Ян смотрит в глаза Сынмина и ничего не понимает. Почему старший помнит, он...но тогда почему? — Почему? — Я подумал, что обидел тебя, и ты не подошёл ко мне, чтобы поговорить, я решил, что ты не хочешь разговаривать на эту тему. Поэтому решил не поднимать эту тему и не лезть. — Чонин смотрит и будто не верит своим ушам. Ким всё помнил? Их поцелуй на балконе? — Если бы я тогда всё-таки подошёл поговорить, могло бы быть всё по-другому? — Ян выглядел спокойным, но с некой обидой в глазах. Сынмин всё помнил, но ни Чонину, ни старшему не хватило смелости подойти и поговорить об этом. — Не знаю, но тот поцелуй значил для меня многое, — Ким сделал резкий толчок и после впился в пухлые губы младшего. Он не врёт, тогда он тоже испытал какой-то трепет в душе. Поцелуй был короткий, но достаточно жаркий. — Какой я дурак, мне всё-таки следовало подойти и поговорить, — Ведь для Чонина тот поцелуй значил не многое, он значил все. Поцелуй с Сынмином, а тот горький вкус на языке, будто горечь в их отношениях, но сладкие губы Кима, как сладость их близости, даже пусть как друзей. — Тогда я трус. Мне тоже не хватило смелости поднять эту тему. — Хватит, забудь об этом. Самое главное, что сейчас мы вместе, я просто хотел, чтобы ты знал, что мой первый поцелуй принадлежит тебе. — Чонин улыбается, пытаясь показать, что всё правда в порядке. Плевать на всё, даже если это и была возможность быть вместе тогда, сейчас это не важно. Они упустили ту возможно, но теперь они ведь всё равно вместе. — Ян Чонин, — Сынмин наклонился к младшему. — Тогда это был и мой первый поцелуй, я подарил его тебе. — Тихий шёпот, от которого сердце замерло. На глазах Яна выступили слезы. Получается, он тоже украл первый поцелуй любимого? Получается, что так. Чонин наверное сейчас самый счастливый человек на земле. — Почему ты это сделал? — Глупый вопрос, на который младший хотел знать ответ. — Мне просто захотелось, не было особой цели. Я просто захотел, чтобы мой первый поцелуй принадлежал тебе, — Сынмин тихо хихикнул и чмокнул того в висок. — Я рад, что ты сделал это, — Чонин правда почувствовал тепло на сердце от этого. Первый поцелуй Сынмина принадлежал ему, а не какой-то там девушке. — Как же мне хорошо с тобой, — Ким упёрся головой в плечо младшего и продолжал входить в податливое тело, с каждым проникновением приближался оргазм и Сынмин хотел довести Яна до пика. Рука старшего опустилась на член Чонина, и он начал двигать себе в такт. Младший просто извивался от удовольствия, стонал, сжимал плечи любимого и просто плавился. Они занимаются любовью. Не просто сексом, не как друзья, а как пара, которая любит друг друга. — Я обещаю помочь тебе помыться, — Говорит Сынмин и кончает в нутро младшего через пару толчков, Ян догоняет его так же быстро, изливаясь в руку старшего. — Я люблю тебя, — Чонин дрожал от второго оргазма. — Я тебя тоже люблю, — Ким поцеловал того в губы и после, подняв на руки, пошёл в душ.

********

— Мелкий, давай быстрее, нам ещё к твоей маме заехать надо. — Мало того, что Чонин всё-таки проспал и Минхо пришлось заходить и будить их с Сынмином, так ещё и сейчас Ян копошился в своей комнате. Хорошо что душ они приняли вчера. — Успокойся, всё мы успеем. — Сынмин оделся дома, а портфель у него собран с субботы, так что Ким с утра не попал под раздачу от мамки Минхо. — Я уже всё, можем ехать — Чонин вышел из комнаты немного взъерошенный, но вид у него был более-менее опрятный. — Ну, марш в машину, чё встали — Лино пропустил ребят первыми и захлопнул дверь. Ехали они как обычно около тридцати минут. Чонин все это время спал на плече Кима. Минхо же даже не стал спрашивать про причину, по которой они не выспались. Нет, ему конечно интересно, но что-то подсказывает, что он прекрасно знает ответ и уж точно слышать его не хочет. Для него они все ещё мелкие и Минхо лучше предпочтет считать, что дальше поцелуев у них не заходит. И не важно, что он знает, чем они каждую вечеринку занимались на втором этаже в комнате. Для Лино они все ещё дети. У Госпожи Ян все было в порядке, они просто привезли ещё фруктов, немного поговорили и потом сразу же поехали в школу. Кстати, женщина очень порадовалась за отношения своего сына, она ещё по телефону сказала, что очень рада, но тут вдвойне приятнее смотреть на счастливого сына. Уроки проходили как обычно, и вот наконец первая длинная перемена. Чонин и Сынмин сразу пошли в нужный класс. Там никого не было, поэтому они просто сели за парту. Чонин был сзади, поэтому обнял Кима со спины и просто лёг на него. А Сынмин даже специально немного вперёд наклонился, чтобы его парню было удобнее. — Привет, голубки. — Первое, что услышали Чонин и Сынмин, когда дверь открылась. — Отвали, — Отвечает Ким, бросая грозный взгляд на старшего. — Ладно-ладно, молчу. — Джисон проходит внутрь и садится на стул, сразу же доставая телефон. Сынмин и Чонин сидят вместе. Ян обнимает старшего, прижимаясь к его спине. Ким же просто продолжал залипать в телефоне. — Как госпожа Ян? — Спрашивает Хёнджин, садясь на своё место, и притягивает к себе Феликса, чтобы тот сел к нему на колени. — Нормально, с утра к ней заезжали. — Чонин говорил немного невнятно, ведь щекой прижимался к спине Сынмина и чуть ли не спал. — Может отлипнешь от него? — Говорит Хван, усмехаясь, а сам обнимает Ликса и укладывает голову ему на плечо. — А ты от Феликса? — Ян отвечает медленно и устало. Было чувство, будто он не выспался. — Мы впервые за день обнялись. — Хван будто возмущался. — Хён, врать не стыдно? Всю ночь же со мной в обнимку спал. — Феликс хотел упрекнуть Хёнджина, но потом понял, что сказал, и засмущался. Ведь если все и знали, что они встречаются, то про то, что они спят вместе, знал только Джисон. Но младшие похоже на это даже внимание не обратили. Естественно, они сами всю ночь обнимались и не только. — Мог и подыграть мне. — Хван чмокает того в шею и после прячет лицо, боясь получить. Ведь Феликс только с утра сказал не целовать его при ребятах, ведь очень смущался. — Хён, он опять нас фоткает. — Феликс закрыл лицо руками и весь сжался. — Джисон, ты коллекцию с нашими фотками собираешь? — Хёнджин реагирует спокойно. А Чонин и Сынмин на это даже внимание не обращали, они привыкли к такому. — Ага, о таком же мечтает. — В разговор встревает Чанбин, проходя в класс, за ним шёл Лино, и немного с опозданием зашёл Чан. — Оу, по себе судишь? — Хан смотрит на Бина, пока тот усаживается на стул. — Может мы и друзья, но гейством я заражаться не намерен. — Серьёзно? — Спрашивает Сынмин, а сам смотрит с неким огнём в глазах. Он поворачивается к Чонину и целует того в губы. Ким делает это с языком и явно напоказ. А потом отстраняется и смотрит на Бина, прижимая младшего к себе. Всем своим видом Чанбин показывал отвращение к этому действию. А Чонин показывает тому язык. Самое главное потом от Лино не получить за такое, а то ещё весь дом убирать заставит. — Если вы тоже поцелуетесь, меня вырвет. — Теперь Бин обращался к Хёнджину с Феликсом. — Радуйся, Ликс решил пощадить твои глаза и запретил перед вами его целовать. Так ведь? — Хван смотрит на Феликса, которому явно неловко. — Будешь язвить — сегодня к себе ночевать поедешь. — Шёпотом отвечает Ликс и сильнее краснеет. Все-таки это немного смущало, вот так говорить при всех. — Туда его. — Минхо усмехнулся, наблюдая за сей картиной. — У нас ведь нет никаких важных тем для разговора? — Спрашивает Чан, смотря на Минхо. Ведь если что-то и стоит обсудить, то об этом объявит именно он. — Нет. — Лино отвечает кратко и достаёт телефон, ведь ему пришли уведомления. — Бин, погнали на крышу, покурим, и ещё поговорить надо. — Бан Чан поднимается с места и смотрит на парня. — Там же холодно. — Чонин с беспокойством смотрит на хёнов. — Лучше уж на морозе постоять, чем за вами наблюдать. — Чанбин берет пачку сигарет и зажигалку, убирает их в карман и идёт с Чаном к двери. — Любовные дела будут решать. — Говорит Джисон, когда парни покидают класс, он имел ввиду то, что разговор будет о Каыль. — Ага, а новость все уже знают? — Спрашивает Ян, на что все просто кивают. Он узнал об отношениях Каыль и Бан Чана от Джисона, когда они гуляли вдвоём на детской площадке. Честно, Чонин был безумно благодарен за ту прогулку и их беседу. — Хён, походу только мы с тобой одинокие, — Джисон будто с радостью это говорит. Он знает, что сейчас Сынмин или Хёнджин точно пошутят, сказав, чтобы они начали встречаться. Но Минхо начинает говорить раньше. — За себя говори, я сегодня на свидание иду с Рюджин. — Имя девушки он говорит уже более тихо. — Серьёзно, а с чего вдруг ней? — Спрашивает Хёнджин, понимая, что Хан ждал другого ответа. — Ну, у нас с ней в прошлый раз не получилось. Да и я подумал, что она неплохая, типа в отношениях она норм. Добрая, милая и не изменяет. Ну, если встречаться начнём, слухов не будет. — Минхо говорит спокойно, при этом продолжает что-то увлечённо печатать в телефоне. — Прикольно. — Говорит Сынмин и зевает. Ему нет дела до любовных дел Минхо, старший был...был каким-то странным в отношениях. Ну так казалось Сынмину. Он вроде ухаживал и на свидания с девушками ходил, но что-то все равно было странным. Хотя Ким просто не обращал на это внимание, не ему судить Минхо. — Слушай, а ты уверен, что она серьёзно хочет? Ну, может ей просто ты внешне нравишься, и она хочет секс на одну ночь? — Хёнджин старался как-то спасти ситуацию, ведь видел, как в глазах Джисона снова рухнул мир. В какой-то момент в голове Чонина стали складываться какие-то странные пазлы. — Во-первых, мы с ней уже спали и, как видишь, она не успокоилась. А во-вторых, сегодня на свидании я это и выясню. — Лино отправляет последнее сообщение и наконец выключает телефон. — Поздравляю, хён, скоро будешь в отношениях, и останусь я с Чанбином одинокими. — На лице Джисона снова было безразличие, и только Хёнджин видел в нем боль и вновь растоптанные чувства Хана. — Я тебе давно говорил, научись показывать больше, чем одну эмоцию и уверен, у тебя тоже появится девушка. А насчёт Бина, я думаю, что он тоже себе скоро кого-нибудь найдёт. — Минхо подбирает лицо рукой и смотрит на Джисона с легкой улыбкой. — Помню. Я стараюсь, но как видишь, от моей улыбки девушки на мне не виснут. — И сейчас Джисон немного врал. У него поклонниц ничуть не меньше, чем у Хёнджина, или того же Минхо. Просто Хан отшивал всех и имел закрытую инсту, все социальные сети были скрыты. И его данными обладали только ребята из их компании. — Не ври, девушки просто не видели твою настоящую улыбку. Уверен, все бы в обморок попадали. — И снова этот лёгкий флирт, Хёнджин хочет встать и ударить старшего по лицу. Неужели он не видит, что делает больно Хану? Сам делает комплименты, а вечером пойдёт с другой на свидание. — Ага, смотри, как бы сам не упал. — Хван смотрит с неким презрением. Он хотел тонко намекнуть, что Минхо сам не видел искренней улыбки Джисона. — Мне пора идти, — Хан встаёт со стула и берёт свой портфель. — Куда ты? У нас ещё есть время, посиди с нами. — Говорит Сынмин, ничего не зная и не понимая. — Нас учитель попросил зайти и помочь ему. — Феликс решил спасти положение. Он сам встал и тоже взял свой рюкзак. — Идём, хён, ты нам поможешь. — Ликс обращается к Хёнджину и тот сразу же поднимается. — Удачи вам. — Говорит, Лино снова включая телефон. Три парня покинули класс. А трое остались. — Думаю, нам тоже пора идти, — Тихо говорит Чонин, в голове всё окончательно сложилось. Минхо тот человек, которого любит Хан, и как он раньше не догадался. — Ещё пять минут и пойдём. — Сынмин целует того в щеку и, складывая руки на парне, укладывает свою голову. — Ладно, если все ушли, то я тоже пойду, мелкий, не забывай, после уроков ты с Чаном едешь к своей маме, а он потом тебя ко мне привозит. И заранее говорю, что сегодня остаться у Сынмина нельзя. — Я тебя понял, хён. — Старший вышел из кабинета, оставляя двух парней. — Скоро урок, а мне так лень идти. — Ким посмотрел на время и, честно, хотелось назад домой в постель, желательно с Чонином. — Тебе не показалось ничего странным? — Внезапно задаёт вопрос младший и гладит Сынмина по голове. — О чём ты? — Мы недавно с Джисоном разговаривали, и он сказал, что тоже влюблен безответно. И сейчас мне почему-то показалось, что он любит Минхо. — Не знаю, никогда об этом не задумывался, это во-первых, а во-вторых, это не наше дело. Идём в класс, любовь моя. — Сынмин целует того щеку и встаёт со стула. — Хорошо, идём.