Знаешь, я так скучаю...

      Люди горят, как спички. Они зажигаются, постепенно тлеют и гаснут, так, что от них не остаётся ни следа — ветер времени развеивает их прах и единственное, что отпечатывается в памяти, так это искра.       В одно ничем не отличающихся от других дней утро, начальство доложило, что в их коллективе будет состояться пополнение, однако Коннор и вслушиваться не стал, даже не запомнил имени нового рабочего. Зачем засорять ум лишней ерундой и, грубо говоря, ненужной информацией, если этот новичок, возможно, даже не придёт в свой первый день, а если уж и придёт, то будет обречен на ту же судьбу, что и следующие смотрители вышки до него — на выгоревший тлен.       С новичком они не были знакомы, он не знал этого парня лично, но Коннор знал многих до него и мог сказать одно: чаще всего на эту работу приходят, чтобы как следует пропитаться духом леса, преисполнится, уединиться с собственными мыслями, лицезреть каждый день за окном красоты деревьев под необъятным небосводом, побыть в одиночестве — это все чушь.       Как правило, такие люди долго на вышках не задерживаются.

— Так как тебя зовут, новичок?

— Джек Нельсон.

      Он стал опасаться, что однажды одиннадцатая вышка вспыхнет, повторив судьбу некогда также работающей вышки неподалёку, ведь одной искры достаточно, чтобы подарить жизнь или же её отнять. Люди на этой работе также загорались искрой и исчезали, пусть и без дыма и огня.

— Коннор, почему ты тут работаешь?

      Как-то раз неожиданно поинтересовался у него новичок, явившись, словно гром среди ясного неба. Но нет, нечему удивляться, это оказался всего лишь Джек. А если быть точнее, Джек Нельсон. — Честно, я не работаю, а терплю,— полу-шутя произнес он в ответ тогда. — а что тебя сюда привело?

— Наверное, желание хоть как-то свести концы с концами...

             Этот парень не был похож на типичного романтика, потому у Коннора промелькнула мысль: может, с приходом этого новенького все изменится? Вышка снова будет гореть каждый день, начнёт жить и все начнётся с чистого листа?       А жизнь, как бы это прискорбно не звучало, как быстро началась, так и закончилась.       Когда Джек Нельсон покинул вышку, эта новость тут же разнеслась по всей округе, но почему-то именно наш смотритель узнал об этом в самую последнюю очередь. Ухватившись руками за голову и прислонив её к столу, Коннор поддался течению.       Ничто на ум не лезло.       Ничто, но не никто. — Я так скучаю...       Что Джек Нельсон оставил от себя? — Знаешь, я так скучаю...       А что Коннор оставит после себя? — Я...       Страшное испепеляющее чувство острыми костями разрывало изнутри, словно испив яду, его шатало от головокружения и безумной усталости.       Он... — Кажется, выгорел. И мой черёд настал. Черт тебя побрал, Джек...       Вспомнилась та самая холодная ночь, когда в окнах одиннадцатой вышки впервые за длительное время загорелся свет, из камина впервые повалил дым и Коннор впервые за столько-то дней одиночества вновь увидел искру. — Это уже какое-то проклятие.

***

— Тебе не холодно сегодня? Нет? Не переживай, если огонь погаснет, я с тобой свяжусь. А то сегодня особенно холодно, лучше не болеть.

— Ты не будешь спать?

— Да, передавали, что туристы заблудились в моей округе. Буду выжидать огонька. — голос звучал устало. Коннор не обманывал, это действительно так, но причина была не только в этом...       

— Береги себя, Коннор! Спокойной ночи.

— И ты себя, новичок! Отбой.       ...но и в кошмарах, в которых он тонет в тёмной мгле и корни деревьев, обвивая, тянули вниз пол землю, а единственное, что держало его на грани жизни — свет. Свет окон соседней вышки.       Вот почему сон мог настигнуть его ближе к вечеру, поскольку высыпаться нормально ночью не давалось возможным. Сам же Коннор не заметил, как отныне стал искать поводы как можно скорее связаться с Джеком.       Но Джек все-таки ушёл. И искра вместе с ним куда-то исчезла.       А Коннор так отчаянно боролся с собой, с желанием взять канистру бензина и сжечь свою вышку к херам, чтобы хотя бы немножко согреться и заставить внутри себя что-то вновь загореть. — Я так скучаю, новичок.