Пленник разума

      Питеру шестнадцать лет и уже целый год он лечится в клинике для душевнобольных. У него параноидная шизофрения по версии одного из терапевтов, которому не особо хочется верить по многим причинам. Парня держат отдельно от всех пациентов, в специальной палате, чтобы он не навредил ни себе, ни другим, хотя повода юноша ни разу не давал. Здесь скорее прихоть кое-кого сверху.       Весь ужас начался, когда умерла его тётя — последний опекун. Родителей Паркер не помнил, они погибли в автокатастрофе ещё раньше, и в итоге он оказался на улице. Социальная защита не стала тратить время на него, возможно, никто даже не знал о существовании обиженного судьбой мальчишки или же считали Питера мёртвым. Ему повезло, если можно так сказать, его подобрал Саймон Барлоу. На то время он являлся двадцатилетним, вполне состоятельным студентом, который жил в своём доме и нуждался в удовлетворении жестоких потребностей. Барлоу наверное, всю жизнь был монстром, который издевался над младшими и в маленьком Питере увидел прекрасную возможность. Парень уверил себя, что этот мелюзга будет молчать, если хочет жить. Он дал ему кров над головой и еду. Этого вполне достаточно, чтобы подчиняться любым прихотям.       Питер страдал. Каждую ночь, прячась в своей комнате под тёплым пуховым одеялом, мальчик воображал, что однажды сбежит отсюда и задышит полной грудью. В отличии от всех остальных детей, Паркер не боялся монстров под кроватью, потому что Его монстр не прятался, он расхаживал по дому. Питер редко выходил за пределы комнаты, знал, что если его заметит Саймон, то сразу начнёт избивать, а то и хуже. За прожитый месяц в этом адском кошмаре, Барлоу дважды изнасиловал мальчика, а тот мог лишь тихо плакать, шмыгая носом. Саймон ненавидел все эти сопли и когда видел красные щенячьи глаза, то избивал «подопечного», запирая его в подвале с выключенным светом, намеренно забывая покормить в ближайшие сутки.       Саймон Барлоу — высокий брюнет под два метра ростом, качок и просто мудак. Его мутно-зелёные глаза иногда меняли свой цвет, когда он видел Питера, они темнели и в этот момент Паркер понимал, что лучше ему не двигаться, замереть, а ещё лучше и вовсе умереть. Пацан всячески старался угодить своему мучителю, чтобы задобрить его и обойтись без насилия хоть пару дней. Питер привык ко всему, но только не к перепадам настроения своего хозяина. Саймон не боялся оставить Паркера дома одного, он настолько запугал ребёнка, что тот боялся выходить на улицу, не говоря уже про обучение в школе, которое необходимо каждому подростку. Не столько знания, сколько социализация благодаря сверстникам.       Так проходила целая вечность. Питер не знал, как справлялся с таким. Он оглядывался назад и видел тот ужас, от которого бросало в дрожь. Ему было невыносимо плохо от одних воспоминаний, что иногда по ночам он выбегал из комнаты, запирался в туалете и блевал. Также первое время он мочился под себя в кровать. Это было хуже всего, особенно когда Барлоу обнаружил мокрый матрас. Он избивал Питера до полусмерти, заставляя отстирывать все до блеска иногда слизывать последствия языком.       В конце концов молодой человек не мог больше выдерживать. Он хотел спастись, и поскольку глупым Питер не был, то начал продумывать план, не то чтобы раньше он этого не делал. Неизвестное количество времени находилось в распоряжении опаленого мозга и время настало. Паркер не нашёл в сознании идеи лучше, чем изобразить шизофрению.       Дом Саймона располагал большой библиотекой, которую парень изучил вдоль и поперёк. Прочитал почти всё, что возможно. Самообразование никто не отменял. Медленно, но верно Питер двигался к своей цели, вначале забивался в угол комнаты и сидел там часами, привыкал к такому положению, играл перед Барлоу искусно. Когда студент подходил к нему, тот начинал кричать, нести несуразицу и махать руками. В этом поведении и наступал просвет, чтобы было время объяснить все свои «галлюцинации».       Саймону надоело возиться с психопатом и он сдал Питера в ближайшую лечебницу. Тут не легче, может чуть-чуть, однако один огромный плюс — его никто не бьёт и не насилует, только накачивают разными лекарствами и он постоянно спит.

***

— Тони! — женский голос мелодично разливался по коридору. Пеппер — главная помощница и директор компании «Stark Industries», плавно рассекала по зданию, в поисках своего начальника. — Тони! — Поттс зашла в кабинет без стука.       Старк сидел на кресле, закинув ноги на стол, о чем-то задумавшись. — Тони! — женщина перешла на крик. — Ты оглох? — Дорогая моя, тут любой оглохнет от твоего крика, — миллиардер скинул ноги и встал, обогнул стол и подошёл к помощнице, одаривая её лучезарной улыбкой. — Ты в курсе, что ты сегодня должен быть в клинике для душевнобольных, в которую вложил кругленькую сумму денег? — Пеппер стала в командную стойку, уперев руки в боки. — Что прости?       Женщина вздохнула. Вечно он так. После её повышения Старк так и не нашёл себе новую секретаршу, поэтому вечно пропускает свои важные встречи. — Ты навещаешь сегодня, сейчас, больницу, обязан пройтись по палатам, улыбнуться и спросить как у них дела. Там очень много благодарных тебе детей. Машина будет через полчаса, и я не хочу слышать никаких отговорок!

***

      Старк смотрел в окно, стреляя глазами по мимо пролетающим зданиям города, по прохожим, вечно куда-то спешащим. Иногда, но очень редко, Тони хотелось оказаться на их месте. Просто выйти на улицу и спокойно пройтись, но не с его жизнью. Если он позволит себе такую оплошность, фанаты съедят его живьём. Сегодня Тони был не за рулём, хотя очень редко доверял кому-то свою жизнь. Водителей он увольнял из принципа, по любым пустякам. Галстук не так завязан или укладка не соответствует норме. В общем Тони издевался как мог, несмотря на все упрёки Поттс, которая волновалась за его здоровье. Учитывая, что мужчина мог себе позволить сесть за руль в пьяном виде, Пеппер занялась наймом водителей, заранее предупреждая о выходках хозяина. В итоге нашёлся отличный кандидат. Его зовут Гарольд Хоган, но Тони зовёт его просто Хэппи. Они даже подружились и этот парень был единственным доверенным лицом для Старка, после Пеппер конечно. На самом деле, гений не помнил о том, что вкладывал деньги на реабилитацию и улучшение жилищных условий в такую лечебницу. Он делал это так часто, только для показухи, что не считал, а теперь ему ещё и нужно поехать туда за благодарностями. Не могли отправить «спасибо» по почте? Ну что ж. Надо натянуть на себя улыбку и вытерпеть часок, а потом со спокойной душой вернуться к любимой работе. — Мы на месте, сэр, — оповестил Хэппи, останавливаясь.       Старк выглянул через открытое окно и мягко говоря охренел. По коже пробежали тысячи мурашек. И на что он жертвовал? Это здание настолько мрачное и жуткое, что страшно представить каким оно было до. Несмотря на то, что на улице играло солнышко, над крышей лечебницы были мистические сгустки дыма, будто чёрный туман. Заходить в подобное заведение не хотелось даже под пыткой. Хэппи буквально вытащил Тони из машины и затолкал на порог клиники, постоянно подталкивая его. — Слушай, Хэпс, может в следующий раз? — нервно сглотнул, спросил миллиардер. — Мистер Старк, — голос такой противный как скрежет из фильмов ужасов, позвал мужчину. Может это просто сон? Нужно ущипнуть себя. Нет, не сон. — Мы вас заждались, прошу за мной.       Молодой мужчина невысокого роста, чуть ниже Тони, в синем халате и брюках, как у санитаров, но для санитара он мелковат, направился в глубь этого аттракициона ужасов. На такую работу нанимают обычно амбалов. Старк постоянно оглядывался на своего водителя, который в данный момент стал его телохранителем. — Меня зовут Дерек, я обычно сижу на ресепшн, но сегодня меня удостоили чести провести вам экскурсию, — попутно рассказывал парень, открывая перед гостями двери, запутывая их в лабиринте коридоров, вечно ведущих куда-то вверх. — У нас десять этажей. Самых буйных мы держим на нижнем. Благодаря вашим вложениями мы сделали отличный ремонт на всех этажах, особенно уютно на пятом, там детское отделение. — Я бы не сказал, что у вас тут уютно, — Тони старался абстрагироваться от этого, не хватало ещё по ночам просыпаться от кошмаров.       Дерек никак это не прокомментировал, поднялся на ещё один этаж, который был уже пятым, тот самый хваленый. Между прочим все этажи они прошли пешком, хоть здание и было оснащено лифтом. — М-да, — первое, что сказал Старк, увидев сие невероятное помещение. Стены разрисованы цветочками и зайчиками, вот это действительно был адский интерьерчик, так что то, что было ниже, теперь показалось мужчине абсолютно нормальным. — Надо было вам и дизайнера в придачу выдать вместе с моими миллионами. — Сейчас время отдыха, все дети в игровой, пойдёмте туда.       Чем ближе они подходили, тем громче был оттуда звук играющего пианино. Тони замер, увидев, что мальчик лет двенадцати сидит за большим инструментом и играет так искусно, музыка лилась из-под его пальцев, наполняя всю комнату. Старк по меньшей мере был приятно удивлён. — Тут и уроки музыки дают? — обратился гений к сопровождающему. — Нет. Это Эллиот — местная звезда, он часто нас развлекает Бахом и Моцартом. До того как попал сюда, занимался музыкой профессионально, а потом у него обнаружилась деменция и родители отказались от него, — парень с грустью говорил эти слова, а последние строки дались ему и вовсе тяжело. — Но знаете, что удивительно? Он почти все забывает, а вот играть может с закрытыми глазами, пианино словно его лекарство, оно исцеляет душу и мальчик чувствует себя лучше.       Старк улыбнулся и подошёл ближе, вливаясь в детскую ауру. Ребята среагировали моментально, ринулись на мужчину с радостными воплями, обнимая его. Инженер немного опешил, принимая жар тел.       На свое же удивление, он провел время просто замечательно. С детьми оказалось веселее, чем полагалось. Тони даже почти пустил слезу, выслушивая их истории. Вовсе эти дети не были похожи на психов, очень даже приятные. Они всей группой сделали ему подарок, склеили из бумаги его фигурку, почти статую, сразу же отданную на хранение Хэппи. — Честно говоря, я думал, что их больше, — Тони сел на диван в холле, беря на руки какую-то девочку, вечно ему улыбающуюся. — Не все дети выходят в игровую. У нас есть один пациент, его зовут Питер. Он никогда не покидает свою палату. У него очень тяжёлый случай, параноидная шизофрения. — Я хочу его увидеть, — заявил Старк и поднялся, готовый отправиться в путь. — Он не любит посетителей и людей вообще, не думаю… — Правильно! Не думай, показывай, — Хэппи и Дерек переглянулись, но ничего поделать не могли.       Палата Паркера находилась в самом конце коридора. Юноша был заперт за семью замками, может ещё заклятиями запечатан. Двери открывали несколько минут и миллиардер поинтересовался этим необычным явлением. В тюрьме охрана послабее будет, чем здесь.       Питер не ждал никого раньше шести вечера, обычно в это время ему приносят ужин. Как только двери заскрипели и он услышал уже давно знакомый звук ключа, входящего в скважину, спрыгнул с кровати и метнулся в угол, садясь на пол и поджимая колени к себе. — Питер, привет, — голос Дерека изменился, он старался говорить плавно и максимально спокойно, но заходить в помещение пока не стал. — У нас сегодня гости. К нам приехал Тони Старк, благодаря которому мы смогли отстроить нашу лечебницу.       При словах «Тони Старк» сердце парня заколотилось. Это не может быть правдой. Его кумир оказался здесь. Питер медленно и недоверчиво повернулся. Зрачки расширились словно от наркотиков, мгновенно, когда в проходе показался гений. Паркер не мог сдаться, не мог наплевать на свои планы из-за мечты всей жизни, ему нужно притворяться и дальше, но черт возьми, это же Тони мать его Старк! — Привет, — Тони помахал рукой, а Питер забыл, что нужно дышать. Он смотрел как кролик на удава, но не от испуга, как могло показаться всем, а от переизбытка чувств.       Здороваться нельзя. Ни в коем случае. Паркер сделал самую огромную глупость в своей жизни, он отвернулся к холодной стене и упёрся в неё лбом. — Оставьте нас, — скорее приказал, чем попросил Тони.       Дерек собрался возразить, но Хэппи вовремя его остановил. Они покинули палату, но далеко не ушли на случай непредвиденных ситуаций. — Хэй, ты как? — Тони подошёл ближе, а Паркер поежился. Ответить хотелось, хотелось рассказать столько всего, но он удержал себя. — Тебе наверное скучно тут. Целыми днями один. — Старк сам не знал чего добивался. И почему вообще пытается разговорить поехавшего ребёнка? — Никогда не хотел поиграть со всеми в общей комнате? — Я не ребёнок, — вырвалось у парня. Нужно было стукнуть себя по голове. Если кто-то узнает, ох, что будет? В любом случае за время проведённое здесь, Питер и правда немного свихнулся. Иногда он слышал голоса в своей голове, такие надоедливые, что хотелось кричать, лишь бы заглушить их.       Год стремительно подходил к концу. На прошлой неделе ему исполнилось пятнадцать, а через месяц Саймон обещал забрать Питера домой. — Значит, говорить ты умеешь, класс, — миллиардер дал себе вольность и присел на край кровати пациента. — Ты ведь не против, если я посижу?       Питер не ответил, повернул голову к мужчине и моргнул в знак согласия. Как бы Старк не старался разговорить мальчика, тот больше не поддался на провокации, хотя с каждой секундой жалел, что притворялся кретином перед ним. Тони просидел в его палате полчаса, а после попрощался и обещал навестить ещё как-нибудь. Ага, конечно. Паркер так и поверил, что ему будет дело до такого как он. Тратить свое драгоценное время на психически нездорового человека Старк уж точно не станет. — Хэй, карапуз, — позвал парнишу мужчина на выходе. — Если тебя кто-то будет обижать, ты только скажи, я все решу. — Он подмигнул и покинул Питера, оставив мучаться и ненавидеть себя за то, что упустил свой шанс.