tears of love

      Ёсан устал. устал, из-за своих чувств. из-за своих чувств к Чонхо. ему было стыдно за то, что он чувствует. за то, что он человек, у которого есть эмоции.       всё выводит из себя. он держит всё эмоции в себе, не давая выйти им наружу, а потом срывается из-за мелочей. прямо как сейчас.       он уже кажется час валятся на полу в истерике. а всё из-за того, что у него не получилось нарисовать рисунок с первого раза. вообще, это было не только из-за этого. просто этот чертов рисунок стал крайней точкой для срыва. его мучали собственные чувства, которые были направлены к никому иному, как его лучшему другу. мемберу, брату, семье. Кан только и делал, что винил себя за свою любовь к Чонхо. считал это неправильным, часами сидел и придумывал, как заглушить свои «неправильные» чувства.       Ёсан всхлипывает очередной раз, садясь на холодный пол, прижимая к себе колени. он прикрывает глаза, желая сейчас только одного. в один момент, просто перестать чувствовать что-либо.       он со всей цепляется пальцами за свои штаны, жмуря глаза. ему ничего не мешает сейчас пойти, взять лезвие и просто покончить с этим. или, наглотаться таблеток. спрыгнуть с крыши. в голове прокручиваются самые ужасные способы его смерти. его не пугают эти мысли, они для Кана достаточно привычны.       хотя нет, кое-что ему мешает.       он не хочет быть умершим другом. умершим айдолом. умершим сыном. умершим мембером. другим ребятам будет сложно без него, так ведь? он сомневается даже в этом.       его раздумья прерывает скрипящая дверь. он поднимает свои заплаканные глаза, полные боли, вверх, надеясь, что ему показалось. но нет.       — хён, я тут забыл у тебя…Ёсан? — блять. Чонхо.       младший подбегает к Ёсану, падая возле напротив него на колени. он испуганно смотрит на него, пока Кан прячет своё лицо у себя в руках, ещё сильнее рыдая.       — о господи, Ёсан-и… — Хо не знает, что поделать с этим. ему страшно, также, как и старшему. — Ёсан, маленький, посмотри на меня, — почти приказывает Чхве, но это выходит слишком нежно, чтобы засчитать за приказ.       Кан не слушает, лишь мотает головой в разные стороны, не желая, что Чонхо видел его таким. таким беззащитным и уязвимым, сжавшимся в комок.       Чонхо обхватывает лицо старшего двумя руками, поднимая на себя. на удивление, Ёсан не сопротивляется, но избегает зрительного контакта.       — малыш мой, что с тобой? — он переставляет одну руку на волосы Кана, перебирая между пальцами отросшие корни.       — Чонхо, я… — старший не может вымолвить и слова, кроме имени младшего.       — тише-тише, я рядом, всё хорошо, — Чхве аккуратно обнимает старшего, боясь, что тот может быть этому не рад. но он только вцепляется в кофту Хо, утыкаясь лицом в его плечо. он прижимает его к себе так сильно, будто тот намерен сбежать. но он рядом.       — Хо…прошу, н-не отпускай меня… — невнятно мямлит Ёсан сквозь рыдания, и он не понимает, как Чхве хоть что-то понял.       — чшш, я рядом, — успокаивающие шепчет младший. — дыши, вдох - выдох, вдох - выдох, — Кан слушается, дышит глубоко и размеренно, что правда помогает хоть немного, но успокоиться. он ни на миг не отпускал Чонхо, всё также держась за его кофту, которая уже вся пропиталась его слезами.       им было всё равно, что они сидят на холодном полу. главное, что в объятиях было тепло.       они просидели так довольно долго. Ёсан не считал. он уже немного успокоился, старался дышать и просто внимательно слушал успокаивающие слова Хо на ушко, которые приятно отдавались внизу живота.       — Ёсан-и, пойдем, я отнесу тебя на кровать? — предложил Хо. — я не уйду, пока ты не успокоишься, хорошо?       Кан лишь несколько раз кивает, он не уверен, что его голос не будет дрожать также, как и он сам сейчас.       Чонхо аккуратно поднимается, не выпуская старшего из объятий. тот обвивает ногами его талию, а руки кладет на плечи, прячась где-то в груди младшего. сейчас Ёсан в руках Хо такой маленький, беззащитный и разбитый. но Чхве хочет собрать его по кусочкам, склеив своей любовью.       младший плюхается на кровать вместе с Каном, укрывая их одеялом. он гладит волосы старшего всей пятерней, размеренно дыша в унисон Ёсану.       — Чонхо? — неуверенно произносит старший, когда слёзы наконец перестали течь ручьём.       — да?       Кан мнется, но всё же выдает: — можно… — он делает небольшую паузу. — я усну так?       — конечно. тебе всё можно, — Ёсан смущается, так как это говорит ему сам Чхве Чонхо. он прячется где-то под одеялом, утыкаясь тому в грудь, слушая, как бьется его сердце.

***

      Ёсан после недавнего инцидента сам на себя не похож. он никогда не был таким закрытым. таким задумчивым. бывало, он мог несколько минут смотреть в одну точку, даже не моргая, пока кто-то из других участников не окликнет его.       и всему вина Чхве Чонхо. точнее его действия. после этого, он ни разу не говорил о том, что случилось. не подходил ближе, всегда держал дистанцию. не целовал. не обнимал. хоть это у них было не так часто, как к примеру у Уёна и Сана, но всё же…       он тоже человек, который хочет объятий, поцелуев, прикосновений. он хочет, чтобы Чонхо обнял его, как в ту ночь. чтобы шептал ему на ухо успокаивающие слова, называя старшего «мой маленький». и в конце концов, просто уснул с ним в обнимку. он что, так много просит?       кажется, да.       он даже думал над тем, чтобы разрыдаться перед ним намеренно, но быстро откидывал эти мысли.       он просто ждал. ждал, что в один момент, Хо подойдет к нему и обнимет. поцелует. да блять, просто прикоснется.       такое ведь возможно?

***

      в какой-то момент, Кан начал замечать, что все по очереди уходят из их общаги. Уён с Саном пошли прогуляться, а другие за ними. вот только Чхве не ушел. они сейчас абсолютно одни в общаге. это пугает.       — Ёсан, — немного неуверенно говорит младший, поворачиваясь лицом к Кану, опираясь руками на столешницу.       — да? — почти дрожащим голосом отвечает старший. они в последнее время даже не разговаривали, максимум могли сказать «доброе утро» и «спокойной ночи».       — нам… нужно поговорить, — тяжело выдыхая воздух говорит Чхве. он переходит ближе к Ёсану, садясь возле него, смотря прямо в глаза.       — насчет?       — насчет твоего недавнего срыва, — старший жмурится. слёзы сами предательски поступают в глаза. — ты… можешь мне рассказать о том, что тебя тревожит? я знаю, что это не просто, но доверься мне. я готов тебя выслушать и поддержать, чтобы это не было.       Кан дрожит от этой пронзительной «речи» Хо. кажется, обычная поддержка, которую оказал бы каждый адекватный человек, но… это же Чонхо.       слёзы сами накатываются, он старается их смахнуть, но не получается. вместо этого по щеке пробегает маленькая слезинка, обжигая бледную кожу. парень закрывает лицо двумя ладонями, тихо всхлипывая. вот только он делает это не намеренно.       в его головне сейчас крутится только одно «признание». но когда он размыкает губы, чтобы хотя бы сказать имя младшего, то получается лишь жалобно мычать.       Чонхо крепко обнимает Кана. прям как в ту ночь. старший переносит свои руки тому на плечи, утыкаясь в горячую шею.       Хо подрагивает от его действий, но старается держаться непоколебимым.       — чшш, тише-тише. прости меня, маленький, я не думал, что это всё так закончится, — шепчет Хо, чтобы не спугнуть старшего. он гладит его свободной рукой по голове, вдыхая аромат его шампуня.       — Чонхо…я люблю тебя, — он сам не понимает, как слова вырвались наружу.       Чхве застывает.       — что? — он берет Ёсана за плечи и немного отодвигает от себя, чтобы посмотреть ему в глаза.       вот, всё также, как и представлял себе Кан. Хо сейчас просто его оттолкнет, растопчет и разобьет, но осколки не соберет. а потом? распад их группы? и всё из-за этих чертовых чувств?       — я-я люблю тебя… — голос предательски дрожит. — я знаю, что это неправильно и ужасно, можешь ненавидеть меня за это. я не обижусь, если это не взаимно… я и так это осознаю, просто скажи это.       Чонхо с нежностью смотрит в его заплаканные глаза. точно не так, как человек, который бы испытывал отвращение к нему. а если это наиграно?       — я… я знаю, что я ужасен. извини, я наверное пойду… — он уже было пытался встать, но сильная хватка не позволила этого сделать. младший лишь притянул его к себе, прижимаясь всем телом.       — ты у меня такой сильный мальчик, — шепчет на ухо Кану Чонхо, на что тот дергается из-за низкого голоса и горячего шепота.       — ч-чего? — растеряно отвечает старший. Чхве снова отодвигается от него, чтобы заглянуть в глаза. он обхватывает его лицо двумя руками, находясь всего в паре сантиметров.       — говорю, что ты у меня такой сильный мальчик. что смог признаться, не смотря ни на что. это очень сильный поступок, — Хо нежно улыбается, поглаживая большим пальцем щеки старшего. — знаешь, когда я впервые увидел тебя, когда мы были трейни, я подумал, что ты очень очаровательный человек. твоя улыбка, глазки, каждое движение очаровательное. оказалось, так и есть. когда я смотрел на тебя, появлялось странное чувство, которое я не испытывал раньше. такое же я испытываю сейчас. я думаю, это влюбленность, — Чонхо затихает, смотря на испуганное лицо парнишки. он набирается дыхания, чтобы сказать те самые заветные слова. — я тоже чертовски люблю тебя, Ёсан-и.       кажется, для Кана время остановилось. он старается размеренно дышать, но это мало получается. он не знает, что делать дальше. поэтому Хо решил действовать первым.       — я могу тебя поцеловать? — уверенно произносит младший, бегая по его лицу глазами, пытаясь найти хоть каплю отрицания.       но вместо ответа Ёсан лишь поддается вперед и касается чужих(теперь уже нет) губ. Хо берет инициативу, начиная сладко сминать нижнюю губу старшего, на что тот сводит брови к переносице.       Ёсан кладет свои руки на затылок Чхве, становясь ещё ближе. чувствуется вкус терпких губ, мятной жвачки и соленых слез старшего. Ёсан, наплевав на всё, толкается своим языком в рот младшему, на что Чонхо через поцелуй легко улыбается.       их языки переплетаются между собой, делая ещё на мгновение ближе. останавливаться не хочет никто, но если они не хотят так задохнутся, то придется. первым отстраняется Чонхо, от нехватки кислорода. он улыбается, как кот, смотрит прямо в глаза старшему, которые ещё красные от слез.       — я так давно этого ждал, — выдыхает Чонхо прямо в губы Кану.       — я не меньше, — неуверенно отвечает старший, боясь сделать или сказать что-то не то.       Чхве нежно улыбается, принимаясь расцеловывать лицо Ёсана. он целует везде. щеки, губы, лоб, веки, носик. везде, где только может дотянуться. Кан, кажется, скоро утонет в любви, забирая за собой Чонхо.       поцелуев было немерено. Хо собирается целовать старшего до того момента, пока его губы просто не сотрутся в хлам. Чхве застает Ёсана в новом поцелуе. он вышел жарким, жадным и собственническим. совсем не такой, как первый.       во время поцелуя, Хо решает взять инициативу. он подхватывает бедра старшего, усаживая того на себе сверху, а сам откидывается на спинку дивана, не прерывая поцелуй.       Ёсан распахивает глаза и удивленно охает, когда оказывается сверху, а руки младшего находятся на его ягодицах. он покрывается румянцем, так как эта поза кажется до жути интимной.       Чонхо первым отстраняется, чтобы посмотреть на реакцию Кана. увидев, что тот стеснительно пытается не смотреть тому в глаза, он улыбается.       — оу, мой Ёсан-и стесняется? — игриво произносит Хо, издеваясь. Кан по второму кругу заливается румянцем от слов младшего. — я ведь даже ничего ещё не сделал, а ты уже так стесняешься.       — а ты… собираешься делать что-то большее? — неуверенно отвечает старший.       — только если ты позволишь, драгоценный мой, — глаза Ёсана загораются от прозвища.       — я не в праве тебе отказать, милый, — кажется, он стал более уверенным, но всё также стесняется лишь от малых действий Чхве, что кажется последнему до жути милым.       Чонхо перекладывает Ёсана на диван, нависая над ним сверху. он избавляется от его футболки, и на удивление, не кидает куда-то в сторону, а лишь бережно кладет на тумбочку возле диванчика.       он проходит своими губами по шее старшего, на что тот задирает голову и едва слышно стонет. шея всегда была его слабым местом. Чхве удовлетворенно улыбается, перекладывая ловкие руки на бедра Кану.       Чонхо легко кусает нежную кожу, немного оттягивая, а потом зализывает собственный укус, как-бы извиняясь. Ёсан, кажется, скоро сойдет с ума. действия младшего приятно отдают в пахе, из-за чего он начинает ерзать на диване. Хо сильнее схватывает его бедра, на что тот шипит.       он опускается ниже, к соскам. одной рукой Чхве поднимается к бусине, а языком проходится по второй, на пробу.       Кан несдержанно стонет, выгибаясь в спине, а после закрывает рот рукой.       — малыш, мы здесь абсолютно одни. не сдерживайся, — Хо позаботился о том, чтобы они были одни. да, это он договорился с ребятами, чтобы те оставили их наедине с Ёсаном. когда тот объяснил свою ситуацию, ребята сказали, что без проблем уйдут, так как не совсем желают смотреть на любовные утехи этих двоих.       — Хо, пожалуйста… — умоляет Ёсан.       — что такое?       Ёсан мешкается, но всё же отвечает: — сделай так ещё раз…       — как? вот так? — младший присасывается к набухшему соску нижнего, немного оттягивая кожу, на что Кан поддается вперед и удовлетворенно мычит, прикрывая лицо рукой.       Чхве ещё некоторое время играется с сосками старшего, оставляя багровые следы вокруг них. никто не будет давать ему одежду, где видно соски, поэтому младший об этом не беспокоиться.       Ёсан перестает себя сдерживать, и уже во весь голос жалобно стонет, прося о большем.       Чхве слушает его, поэтому возвращается дорожкой из поцелуев к его лицу и прямо на ухо шепчет: — перевернись на живот, сладкий.       у старшего всё внутри переворачивается, от такого властного, но в то же время и нежного тона юноши. он, конечно же, повинуется, и делает так, как приказал Чонхо.       Хо снимает с себя кофту, на что старший не может не поглядеть на его оголенный торс, хоть делает это довольно заметно(Чонхо точно заметил).       Чонхо также быстро избавляется и от штанов Кана, вместе с бельем. он лежит, уткнувшись лицом в согнутые локти, максимально стесняясь сейчас себя такого.       — раздвинь свои ножки, — шепчет прямо на ухо Чхве. он сейчас совсем не похож на самого себя. того Хо, который нежно вытирал слёзы старшего, крепко обнимал и говорил слова поддержки. сейчас он совсем другой. но Ёсану нравится открывать эти темные стороны у него.       Кан делает так, как приказал младший, медленно умирая со стыда. он старается не смотреть на Чонхо, (что хорошо удается, так как он лежит на животе) но тот желает что-то сказать своему мальчику. он берет его двумя пальцами за подбородок и поворачивает к себе, чтобы нижний посмотрел тому в глаза.       — какой послушный мальчик, — младший легко улыбается, не отстраняясь. — знаешь, я бы очень хотел тебя вылизать. прямо сейчас, — о. боже. мой. Ёсан готов провалится сейчас сквозь землю, только лишь бы не слышать этот низкий голос, шепчущий такие пошлости.       — ты ведь не против? — наклоняя голову шепчет Хо. он наблюдает за этим милым мальчишкой, который весь раскраснелся только от его слов.       Ёсану не хватает смелости, чтобы сказать что-то, поэтому лишь машет головой, без слов говоря о том, что очень даже за.       — вот и славно, — уже опускаясь ниже говорит младший. он ещё немного расставляет ноги Кана, оставляя невесомые поцелуи во внутреннем бедре. он оттягивает одну ягодицу, мажет на пробу шершавым языком.       Ёсан сдавленно стонет, поддаваясь бедрами вперед, ближе к рту младшего. но тот закрепляет руки на его бедрах, вжимая в бедный диван, который кажется не выживет после этой ночи.       Хо уверенно лижет языком по поверхности, из-за чего старший выгибается в спине и замирает в немом стоне. глаза невольно закатываются от удовольствия.       младший, спустя минуту, входит языком сразу почти наполовину, заставляя Кана вскрикнуть и опрокинуть голову вверх. Хо проходится языком по нежным сжимающимся стеночкам, пошло причмокивая.       громкие и протяжные стоны Ёсана - награда для Чонхо, ради которой он может стараться всю свою жизнь. он старается толкаться глубоко настолько, насколько это вообще возможно, выбивая из старшего жалобные всхлипы.       Чонхо понимает, что так Кан не достигнет пика, поэтому меняет позу, ставя того на колени, а свободной рукой надавливает на спину старшего, чтобы тот прогнулся, что тот уже без стеснения делает, полностью отдаваясь в сильные руки Чхве.       под таким наклоном Чонхо входит своим языком куда глубже, и ощущается это получше, чем американские горки.       Ёсан задыхается в собственных стонах и всхлипах, в уголках его глаз скапливаются слёзы счастья, которые тот не может сдержать. Хо ни на секунду не останавливается, выбивая из старшего самые сладкие стоны и мольбы.       Кан вскрикивает по новой, когда он чувствует, как в него входит средний палец, растягивая нежные стеночки.       — о господи, Ч-чонхо… — протяжно, почти невнятно говорит старший. его губы истерзаны уже в хлам, а по щекам стекают слёзы из-за сильного удовольствия.       Чхве ласкает его одновременно языком и пальцем, из-за чего он сходит с ума, думая о том, какие ещё скелеты в шкафу хранит этот милый и невинный на первый взгляд макнэ. он узнает это чуть позже.       Ёсан хрипло вскрикивает, когда уже два пальца так точно попадают по простате, за счет чего у старшего начинают дрожать ноги.       Кан понимает, что уже не пределе: — Ч-чонхо, я скоро… — ещё несколько точных попаданий, которые выбивают жалобные всхлипы, и старший чувствует неприятное опустошение.       — нет-нет-нет, пожалуйста, Хо… — уже плачет Ёсан, утыкаясь лицом в согнутый локоть, ёрзая бедрами.       — тише-тише, драгоценный, — Чонхо поднимается к уху Кана, шепча на ухо хриплым и низким голосом. — ты так нуждаешься во мне, детка?       в ответ последовали лишь несколько быстрых кивков головой и тихий всхлип. Чонхо пьянит, когда вот такой податливый и нуждающийся в нём Ёсан жалобно хнычет под ним. не подумайте, ему безусловно больно, когда он видит, как его мальчик плачет, но в такой интимной обстановке его внутренний садист просыпается.       — но ты ведь будешь для меня хорошим мальчиком и потерпишь немного, правда? — склоняя голову произносит младший.       — д-да… — всё, что вырывается из его груди вместе с очередным всхлипом.       — отлично, — Чхве заботливо гладит пятерней по волосам нижнего. всё таки, каким бы он сейчас не был зверем в постели, он всё также остается милым и невинным (не совсем) макнэ. — может, хочешь снова почувствовать мои пальцы в себе? — издевается.       — н-нет..я-я хочу твой член, — немного неуверенно, дрожащим голосом говорит старший. — прошу, — добавляет он, кажется уже скуля.       Чонхо удовлетворенно улыбается. ему нравится такой Ёсан - податливый, послушный, а главное его.       — ты был хорошим мальчиком сегодня, поэтому сможешь получить то, что желаешь, — серьезно отвечает младший, стягивая с себя штаны вместе с бельем, освобождая давно ноющий орган.       он размазывает выступивший предэякулят по всей длине, немного шипя от ощущений. Кан в ожидании елозит бедрами, но замирает, когда младший приставляет головку ко входу.       Хо держится, чтобы с силой не толкнутся бедрами и вытрахать из этого бедного мальчика душу. вместо этого, он лишь аккуратно входит, попутно спрашивая, как ощущает себя старший и не больно ли ему.       Чхве входит полностью, останавливаясь, давая возможность Ёсану привыкнуть. спустя некоторое время тот кивает головой, давая понять, что младший может двигаться.       он двигает бедрами медленно, не собираясь причинять боль Кану. ему нравится смотреть, как Ёсан извивается под ним, шепчет под нос ругательства и особенно громко выстанывает его имя, когда тот проходится по его простате. на самом деле, ему нравится весь Ёсан, но сейчас он не хочет думать о таких нежностях, находясь прямо в нём.       Чхве начинает двигаться уверенне и резче, когда слышит едва уловимое «быстрее» между сладкими стонами и всхлипами. старший поддается бедрами навстречу Чонхо, что младшему явно не нравится.       он хватает его бедра и закрепляет в воздухе сильными руками, двигаясь ещё быстрее. потом, на бедрах старшего на том месте образуются синяки в форме пальцев Хо, но его сейчас это не сильно волнует.       когда Ёсан уже вскрикивает и задирает голову, вместо привычного стона, Чхве понимает, что попадает точно по заветному месту, повторяя ещё несколько раз движение в том самом направлении, пока старший видит перед глазами звезды.       — Хо, я уже близко… — выстанывает Ёсан, выжимая последние силы ради этих слов.       — кончай, мой милый мальчик, — наклоняет шепчет Хо, не удерживаясь перед тем, что поцеловать его плечи и шею несколько десятков раз. — давай, мой драгоценный, сделай это для меня.       после этих слов Ёсан изливается с надрывным и хриплым стоном, без особой стимуляции. он готов поклясться, что видел звезды.       Кан сходит с ума, когда ощущает, как внутри него всё ещё двигается младший. продолжается это не долго, и он кончает следом за ним, входя до упора.       Чхве спустя минуты две выходит из старшего с хлюпком, и Ёсан жалобно вздыхает из-за неприятного опустошения. он дышат в такт друг другу, пытаясь нормально отдышаться.       первым в себя приходит Чонхо. он берет салфетки с тумбочки и бережно обтирает старшего, который всё также лежит неподвижно, и слышно только его глубокое и до жути сбитое дыхание.       Чхве бережно и заботливо целует Ёсана где-то за ухом, что вызывает у последнего приятный для слуха смешок.       — как ты себя чувствуешь, любовь моя? — он гладит Кана по волосам, пытаясь уложить их, что не очень получается.       Ёсан сходит с ума от этих прозвищ. он снова покрывается румянцем, хотя кажется, только отошел от него.       — хорошо… я бы даже сказал, отлично, — шмыгает старший.       — я рад, — честно отвечает Чхве. — хочешь сходить в душ?       — да… — Хо без раздумий поднимает того, заставляя обвить его шею руками, а талию ногами, на что Кан удивленно ойкает.       сейчас они вдвоем определенно счастливы. и Ёсан готов поклясться, что счастливее кого-либо сейчас на этой планете.

***

      — вы думаете, стоит их тревожить? — неуверенно спрашивает Хонджун. — может, пусть уединятся? я не хочу снова видеть, как Чонхо пожирает взглядом Ёсана, будто сейчас при мне на него наброситься.       Сан шмыгает носом, посмеиваясь: — да, я тоже так думаю. но всё таки, мы прогулялись уже по всюду, где только возможно, куда нам идти? — уже более серьезно спрашивает тот, топчась на одном месте, чтобы хоть немного согреться.       — подождите секунду, — Уён прислоняется к входной двери, прислушиваясь к звукам внутри. Хонджун уже было хотел сказать что-то по типу «ты ненормальный?», но не успевает, так как Сонхва прикрыл его рот своей рукой.       Уён округляет глаза и отстраняется от двери, расставляя руки в стороны: — не ребят, я пасс, — ещё немного пребывая в шоке говори Чон. — им, видно, сейчас лучше чем когда либо, — в шуточной манере говорит Уён. а ведь не соврал.       — теперь ты понимаешь, какого мне было, когда я слышал тебя с Саном? — посмеиваясь, говорит Джун, но тут же ему становится не смешно, когда по его голове прилетает подзатыльник.       — «ох, Санни, прошу, быстрее» — пародирует Уёна Хва, который похоже также как и Ким не раз слышал этих двоих. Уён краснеет, явно смущаясь, а Сан прикрывает свое лицо рукой, будто это не он и вообще, он ни к чему не причастен. (хотя, он бы ревновал, если бы Уён говорил кому-то кроме него подобное)       — кхм, я конечно понимаю, что вам тут весело, но не мерзнуть нам тут целую ночь, — прерывает их Минги, наблюдая за бедным Сонхва, которому чуть не прописали подзатыльник также, как и Хонджуну.       — не знаю, но зато я точно знаю и помню, как кто-то на всю общагу выстанывал имя Ким Хонджуна. интересно, у кого такой голос? совсем похожий, как у Сонхва, — опять за своё Чон, пытаясь отыграться.       Хва смущенно прячется в груди Джуна, понимая, что его уши сейчас краснее помидора. Уён на это лишь смеется, понимая, что удачно задел Пака.       — ну честно, как дети малые, — говорит шепотом Минги Юнхо. хотя, другие бы всё равно не услышали, потому что слишком заняты подкалыванием друг друга.       — и не говори, — шепчет в ответ Юнхо, улыбаясь.       в один момент всё затихает, и Уён направляет свой взгляд на бедных Минги и Юнхо.       — а вы чего такие невинные стоите? — улыбаясь хитро произносит Чон. — Юнхо ведь прекрасно помнит ночь 14 февраля?       его обрывает Чон: — Чон Уён, заткнись уже!       тот довольно лыбится, как кот, прижимаясь сильнее к Сану.