Despair

Пробуждение никогда не давалось Рану сладко, особенно после сна сидя и с дырой в теле. Акира уснула обнимая его, подбирая под себя ноги, а проснулась головой лёжа у него на коленях. Его рука лежала у неё на голове, и в течении сна Ран машинально перебирал пряди волос, от чего девушке спалось лучше. Хайтани был как печка — тёплый. Такого Акира раньше не замечала. Но сегодня не могла пройти стороной этот интересный факт. За всю ночь он очень нагрел её. Ран проснулся первым, он не помнил как вырубился вчера. Спина ужасно затекла, но переводя взгляд на спящую красавицу вставать резко расхотелось. Он оглядел её, и его взгляд остановился на ушках, он аккуратно убрал волосы, рассматривая её маленькие серёжки в виде звездочек. Они были красивыми, так подходили ей. — Что ты делаешь? — сонным голосом спросила Акира. Ран убрал руку от уха. — Просто любуюсь твоей красотой, — Акира перевернулась на спину, смотря парню в глаза, — вот так стало даже лучше, — Ран усмехнулся, ему хотелось просидеть так вечность, но их прервал дверной звонок. Хайтани порывался встать, но резкая боль напомнила о себе. — Сиди, я открою. — Только шорты надень, глупышка. Акира только сейчас вспомнила то, как она выглядит. Боже она так и спала. Было стыдно и неловко. Акира забежала в комнату, быстро напялила шорты и поспешила посмотреть кто же пришел. За дверью оказался обеспокоенный Риндо. Акира открыла ему дверь пропуская младшего через порог. — Акира, Ран у тебя? — было слышно как он волнуется. Из комнаты донесся крик. — И не надейся, что я сдохну, Рин, — Ран рассмеялся, а Риндо заметно расслабился и что-то буркнул в ответ. Он прошёл в глубь квартиры находя брата. — Тебе нужно в больницу. В комнату следом зашла девушка. Она тоже считала, что Хайтани не помешает осмотр врачей. — Может, я для начала поменяю повязку и позавтракаем, — парни на её предложение лишь кивнули, Акира пошла за аптечкой, а Риндо сразу к кухонному гарнитуру. Девушка делала почти все действия, что и вчера, только ко всему ещё прибавилось болезненное снятие старого бинта, что заметно не нравилось Рану. Он тяжело дышал через зубы, когда последние слои бинта отлипали от свежей раны. Самое тяжелое позади и дело осталось за малым. Хайтани опять наблюдал за Акирой, что так старается не сделать ему ещё больнее. Ему была приятна такая забота. — Блять, Акира, ты вообще чем-то питаешься? — мысли обоих перебил Риндо. Ран и Акира сдавленно рассмеялись. Риндо пошёл в магазин за продовольствием оставляя их одних. — Ты проспала занятия, — напомнил Ран — Да, знаю, ничего страшного, — Акира одарила его слабой улыбкой, — я надеюсь Риндо вернётся быстро, и ты поскорее окажешься у врача. — Тебе так хочется поскорее избавиться от меня, — Хайтани гаденько ухмыльнулся, — мне обидно, Аки Девушка зло посмотрела на него. Каждый раз видя её злой он предвкушал, что же будет. — Во-первых, я такого не говорила, во-вторых, я просила не назвать меня так. — Не расскажешь? — Хайтани хотел докопаться до истины, он и вправду был не против так её назвать. — Так меня звал папа, и теперь зовёт Нана, — Акира грустно уткнулась взглядом в пол. — Когда нибудь ты позволишь так себя назвать, — девушка подняла на него свой взгляд. Ран мягко улыбался смотря в её личико. Их диалог прервал Риндо. Который уже разувался в коридоре. Конечно, пришёл он быстро, магазин был прямо в доме. — Я надеюсь, вы там не ебётесь голубки мои — Риндо обожал так шутить над ними, Акира бесилась, а Ран конкретно злился. — Ещё одно слово, голубок, и я буду завтракать тобой, — Риндо замолчал, а Ран победно усмехнулся. Завтракали они спокойно. Парни обсуждали вчерашний бой, обходя подробности. Акира просто смотрела какую-то передачу по тв. Риндо приготовил им такояки, что были просто божественными. Чуть позже парни уехали, оставляя девушку одну. Время было уже около двух часов дня. Посещение к матери ещё открыто, Акира подумала, что сейчас самое время её навестить. Она привела себя в порядок и через сорок минут уже вышла из дома. Она давно к ней не заходила. Было немного страшно идти туда вновь. Матери было плохо, и с каждым днём становилось хуже. Жалко ли было её? Нет. Акира никогда не признает того, что без неё хорошо? Да, однозначно. Акира усилилась на подработку и теперь её режим немного изменится. Она выйдет со следующей недели и будет работать с 15 до 20 часов, а после будет ходить заниматься. Платят там хорошо, да и она получает пособия от отца. У неё есть свобода и этого хватало для того, что бы не ждать мать с больницы. Чем дольше она там будет, тем больше Акира будет предоставлена сама себе. Она теперь не так парилась на счет учёбы и подумала, что сможет накопить денег для поступления в дизайнерский колледж. Она бы очень хотела попробовать. В свободное время она чаще начала посвящать себя в рисование. Ей нравилось и у неё получалось. Она наконец-то делает то, что нравится. И сейчас она не боится быть пойманной за каким-нибудь увлечением. Юри в больнице, а значит свободу сейчас никто не ограничит. В последние недели у неё будто выросли крылья. Больница выглядела, мягко говоря, не очень. Акира когда-то лежала в этой больнице. Тогда она впервые заболела ангиной и слегла в старый, ужасный корпус. Отделение, где лежала мама, выглядело не лучше. Старое трёхэтажное здание белого цвета. Все стены были потрепанны. Будто на это здание кто-то, очень давно, скинул бомбу. Приходя внутрь больницы, Акира учуяла отвратный запах больничного спирта и тому подобное. От подобного начинало мутить. Палат под номером 12 отзывалась болью в голове. Сейчас она будет слушать расспросы об учёбе. Главное, что бы ей не позвонили сегодня с известиями того, что на учёбе её и не было. Переступаясь с ноги на ногу Акира тяжело выдохнула и всё же зашла в палату. Матери сделали две процедуры химиотерапии не так давно, волосы на голове стали заметно слабее и их было мало. Залысин не было, но это пока. Врачи говорили, что пока она продолжает лечение и находится под присмотром шансы продлить жизнь — 70%. Это довольно много в медицине, и давало хоть какую-то надежду. Юри лежала на койке и читала какую-то детективную книжку. Рядом стояла тумба с таблетками и стаканом воды. Вся палата в целом выглядела куда лучше чем само здание. Она была довольно новой и уютной. Хотя, тяжело так говорить о больничной палате. Юри перевела взгляд на дочь. Лицо мамы заметно исхудало. — Привет, я тебя не отвлекаю? — Акира подошла ближе к кушетке. — От чего можно отвлечь в больнице, — женщина посмеялась, — ну рассказывай, как учёба? Акира мысленно закатила глаза и нервно выдохнула. Она так и знала, всё как всегда. Наверное, когда Юри будет умирать, последние слова для дочки будут: «учись усердно», Акира не сомневалась в этом. Было обидно, она и так вчера вспоминала все ужасы своей жизни, а сверху навалилась мать, которую и вправду волнует только учёба. Обидно. Противно. Неужели мама никогда не думала о состоянии дочери? Акира была тем самым ребёнком, который ходил в школу даже с температурой под сорок, раньше был папа, который говорил, что пить, что бы стало легче. Но мать совсем не умела и не хотела лечить дочку. Она всегда думала, что Акира притворяется когда падает в обмороки от жара, или нагревает градусник, ведь дети такие проныры. — С учёбой всё в порядке, не переживай, — Юри накрыла руку дочери своей рукой, — всё правда хорошо, ты же знаешь. — Слава богу, доченька. Тебе хватает денег? Не хочешь взять репетитора для медицинского? — тело передёрнуло от мерзости. Они ведь разговаривали о том, что Акира подумает на счёт поступления и посмотрит другие места. Это, видимо, бесполезно. — Я устроилась в кафе, буду варить кофе, — лицо матери нужно было видеть, её брови поползли наверх, было ощущение, что она увидела то что поистине ужасало, — успокойся, там на пол дня работа, и не трудная, я всё буду успевать, — и максимально непринужденно добавила, — в репетиторе не нуждаюсь, спасибо. — Ох, Акира… Этот напряженные диалог прервал врач, вошедший в палату. — Госпожа Каго, нам нужно на процедуры. Акира быстро попрощалась с мамой и отправилась домой. Хотелось просто полежать до вечера, с фильмами и вкусностями, Акира по такому поводу решила написать Нане. Подруге договорились о том, что к девяти Нана явится в гости с едой и напитками. Они редко проводили так время, но для них это времяпровождение было важным. Они любили посвящать вечера друг другу. Так они дарили свою любовь. Нана была близка ей, им было так комфортно вместе. Сегодня она хотела расспросить её обо всём, что касается Инуи, их отношения держатся достаточно долго, особенно для Наны. Обычно, подруга раскрывала все тайные умыслы парней и бросала их. Но тут такого не было, Инуи был самым искренним человеком для неё. Она утопала в этих отношениях, а Акира видела как ей хорошо и была за неё очень рада. Конечно, переживая по поводу того, что она встречается с преступником никуда не делись, но, как выяснила Акира он не особо был замешен в подобных делах и просто иногда помогал Коко. Нормально про Хайтани, Акира так и не рассказала. Да и по сути, она не знала, что ей говорить. Она не понимала, что к нему чувствует. Так же, как и не понимала, что он чувствует у ней. Он был заботлив, но по большей части общался так же как и в первую встречу — с холодом. Возможно это была его манера общения, но ей в любом случае всё это было не ясно, как и ситуация в клубе, которая почти месяц не укладывается в голове. На деле же, Ран просто сам не понимал, что к ней чувствует. Из-за неё было тепло на душе, но он не мог признать, что влюбился. Это было так глупо, он не имеет право любить кого-то, как она. Она была слишком светлой для такого мира. Вчера он понял, что она повидала не мало, но она слишком хорошая, что бы он привёл её в мир ужасов. Она казалась ему маленькой девочкой, хрупкой, которую так легко разбить, а делать этого не хотелось. Он не мог признать всех чувств, отрицание его убивало. Они говорили с Риндо на эту тему. Младший вообще не понимал, почему нельзя поговорить об этом. Но Ран знал, сейчас на эту тему она говорить не будет, она сама ничего не понимает. Вся ситуация злила, и хотелось уже разобраться со всем. Но они оба откладывали. И у Рана была ещё одна головная боль — работа. У них завелась крыса, опять. Второй человек за пол года. Майки требовал пересмотреть вообще всех, что бы ничего подобного больше не повторилось. Хуже всего, что сливали информацию связанную с Роппонги. А это негативно сказывалось на всё районе. Терять доверие никто не хотел. Разбираться нужно быстро и действуя только мозгами, проверять всех. Не должно быть ни единого исключения.

***

— Да ты издеваешься, я прикончу этих шлюх, — Акира увела взгляд куда-то в сторону и подождала открывать пачки чипсов. — Мне кажется это сделают раньше, я рассказала Рану, — Акира вообще рассказала о том вечере Нане, она не могла скрывать такое, но умолчала о новых порезах, — он сказал, что поговорит с ними. — Да ну, сам Хайтани, — девушка рассмеялась, — это отлично, надеюсь они хорошенько попляшут, — Нана состроила ядовитую гримасу. — Ага. Дальше было куча разговоров о братьях, о тренировках и их совместных ужинах. Нана завалила Акиру вопросами, а та в свою очередь однотипно отвечала, она не очень хотела вдаваться в подробности. Акира придумала хитрость, как перевести тему. Она начала спрашивать про Инуи, и тут уже рот Наны не закрывался ни на секунду. Как же она любила о нём говорить. Могла часами рассказывать об их прогулках и тд. Она правда любила его, отдавала ему всю себя. Инуи в свою очередь так же давал много заботы, и делал все, что было в его силах. Это было здорово, Нана буквально светилась. Они сели смотреть фильм только в двум часам ночи, до этого обе разговаривали друг с другом. Завтра выходной, так что они могли себе такое позволить. Разговоры были о разном: Нана рассказывала об институте куда будет поступать, она идет на дизайнера интерьера, в очень престижный универ; Акира поделилась новостью о том, что хочет попробовать пойти в колледж на дизайнера одежды. Подруга оказалась так рада за неё. — Почему именно колледж? — Ну, это возможность попробовать работу, учится всего год, может мне не понравится, — Акира задумчиво взглянула куда-то вверх на потолок. Нет, определено ей очень понравится, вот только мать будет против. Акира знала, что мама настоит на своём. Но девушка она была не из лёгких. Подача документов в апреле. Для себя Акира поставила условия: если до времени подачи документов маму не выпишут, то она сама идёт на дизайнера. Судя по прогнозам врачей, лечится ей до лета минимум. Акира в глубине души мечтала, что бы мама осталась там. Ей так хорошо одной. Так хорошо самой всё решать и делать. Девушки уснули часа в четыре утра, и проспали так до обеда. Обе были, мягко говоря, как амёбы. Вчера они не пили алкоголь, но состояние было похожее. Ближе к пяти Акира проводила подругу. Только закрыв за ней дверь она получила сообщение от Рана. Нам нужно поговорить. Я заеду через час.

Поняла

Акира принялась ждать. Она надеялась, что он объяснит, почему ей нельзя было вчера в зал. Она ведь никак не связана с их делами и работой. Никто не знает о ней, наверное. Было жутко страшно, что же могло такого произойти, что она в опасности. Девушка сделала себе чай, для успокоения и продолжила ждать. Ран приехал ровно через час. Он не стал разуваться и проходить. — Я бы с радостью посидел с тобой, но сейчас только по делу, сладкая, — лицо было серьезным, а манера речи как всегда, не менялась. — Я внимательно слушаю, Ран, — страх её выдавал. Парень тяжело вздохнул, — так вышло, что противникам слили информацию о роппонги и деятельности, с которой мы уже не связанны, а так же, — глазами он пробежался по её лицу. Он видет, ей страшно, но нужно сказать, — так же рассказали про то, что у Хайтани есть дорогая им ученица. За нами следили. Вот и пазл с тем силуэтом сложился. — И…что теперь делать, — Акира была напугана. — Не переживай ты так, — Ран постарался сделать вид, что всё хорошо, хотя так не было на деле, — мы всё решим, просто ты, будь осторожнее и не возвращайся одна, я буду отвозить тебя на работу после школы, буду забирать оттуда в зал и довозить до дома. Если я не смогу, то ты должна мне отписываться. Сейчас, мне нужно ехать работать, не волнуйся. — Я поняла, — девушка кивнула. — До встречи, малышка, — Хайтани погладил её по волосам, и сам был в шоке от проявления такой нежности. Акира закрыла за ним дверь, не в силах объяснить его поведение. Правда ли он переживал? Или не хотел, что бы на нём была вина за смерть девушки? А могут ли её убить? Возможно ли такое? Хотелось верить Рану, она надеялась, что он защитит её и сдержит свои слова. Другого исхода не хотелось. С понедельника нужно выходить на работу. Если он не сможет её забирать, домой возвращаться будет страшно. Нужно больше тренировок, ей не нравилось быть обузой и слабостью Рана. Если на неё и правда нападут, она должна дать хотя бы какой-то отпор. А если их будет много? Ужас. Думать страшно. Акиру начало тошнить от страха. Нужно было просто отвлечься от этого. Самое лучше будет пойти и сделать домашнее задание.

***

Школьное утро понедельника впервые так радовало. Когда они с Наной зашли утром в класс, первое, что увидели — Минни и Тэмари, которые были напуганные до смерти. Они обе подошли и извинились перед девушкой, вручая ей коробку конфет. Видимо Хайтани поговори на славу. Жаль они не побиты, хотя, думать потом, что Ран обижает девушек, даже таких, не хотелось. То, что они извинились было уже чудом. Нана толкнула Акиру в бок, — да ну нахер, пусть Хайтани поделиться методом. — Нужно будет ему написать, — настроение было хорошим, самым лучшим.

Спасибо.

Со школы не встречай, я с Наной до работы

Хорошо, рад, что ты довольна. После работы буду, 20:00?

Да

После всех предметов подруги открылись в кафе, где сегодня начнёт работу Акира. Нана хотела поддержать подругу и отправилась с ней. Заходя в кафе девушки знатно были шокированы. Их лица нужно было видеть. Перед ними стоял Минори, который уже неделю не ходил на занятия. Хозяин кафе представил их друг другу, и отдал Акиру в руки Минори. Нана к этому времени уже ушла, в след говоря тихое «удачи». Минори спокойно объяснил что и как делать. Девушка смотрела с отвращением и изредка кивала. — Хватит Каго, нам вместе работать, я тут не в детский сад играть пришел. — А с тобой никто и не играет, ты просто мне противен, — Акира закатила глаза. — Мы на работе, заткнись и слушай, Каго. Всё время до вечера они работали спокойно, если молчание можно так назвать. Когда приехал Ран настроение поднялось до хорошего, она ждала его. Внутри всё сжалось, когда она получила сообщение от него. Выходи сладкая, я подъехал.

Сейчас

Девушка не прощалась с коллегой. Она вылетела на улицу, взглядом находя машину Рана. Она воодушевлено рассказала про своё утро, а потом и про работу. В целом ей всё нравилось, только одноклассник бесил. Работа была не сложной. Ран кивал головой, и изредка комментировал. Сегодня он настоял отменить тренировку и завтра взять три часа. Он видел, как девушка устала. Уговорил её отправится домой сразу. Уже подвозя её к дому он загляделся на неё. Ран остановил машину, и прожигал взглядом дыру в ней. Такая красивая, такая хорошая. Акира смотрела на него, она искала в его глазах объяснения происходящему. Он смотрел с заботой на неё. Иногда глаза рана опускались на губы, которые Акира красила блеском со вкусом персика. Рану так захотелось попробовать эти пухлые губы на вкус. Он не сдержался, аккуратно опустился к её лицу, смотря в глаза. Едва касаясь накрыл её губы, своими. Он заметил как Акира напряглась, но она не отодвинулась от него. Как же ему было хорошо. Эти несколько секунд были прекрасными. Он аккуратно провёл костяшками пальцев по её щеке. Она была идеальной. Такой нежной. Он никогда не получил таких эмоций от девушки, а тем более от такого детского поцелуя. Если сейчас он не остановится, то потом точно не сможет. Хотелось взять за талию, бесцеремонно ворваться в этот ротик, прижимать её к себе до хруста костей. Капелька здравого смысла остановила его сейчас. Он понимал, что сейчас может подорвать их общение, но ничего не мог сделать с собой. Бальзам и вправду был персиковым. Он отпрянул от неё, смотря на мило покрасневшее личико. — Отдыхай, Акира, — замок на двери щелкнул, означая о её открытии. Девушка выкинула что-то по типу «доброй ночи» и убежала в подъезд. Она горела, вся была красной. Ран улыбался смотря на неё в последний момент. Дверь в квартиру закрылась и Акира опёрлась на неё спиной, сползая вниз. Что. Это. Было. Он был таким волшебным. От его поцелуя всё таяло. Тело было ватным. Она потребует объяснения но это будет позже. Сейчас она просто задыхалась от эмоций. Как же ей понравилось. Она хотела ещё, хотела ощущать тепло его губ. Это казалось магией. Она будто порхала. Он целует её так мягко, как может и умеет. Она такая сладкая на вкус. Как же хочется, что бы она была в безопасности. Хочется сделать её своей девочкой. Она будет под его защитой. Никто не вздумает её трогать.