Джульетта

Пальцы Диты сжимали ручку, пока она задумчиво смотрела в никуда, хоть внешне — на лист блокнота на столе. — Тяжёлый день? — Вера села на диванчик у светлой стены. — Нет, просто с каждым днём труднее держать марку, — лёгкая усмешка. «И это поэтому у тебя синяки под красными глазами, конечно», — закатила глаза Вера. Дита покрутила ручку пальцами. — Не хочешь чай? Ромашковый, — предложила шатенка. — Давай, — почти безразлично пожала плечами журналистка. «Если это не поможет, я не знаю, что справится». Больше всего, кроме Веры и своей работы, Дита любила зефир. Узнала fritzburger об этом случайно: во время прогулки после очередной посиделки в клубе они проходили мимо магазина сладостей. Как ведущая популярного шоу, Дита всегда следила за своей внешностью, но тогда вошла, а удивлённая Вера — за ней. Для себя она потом купила несколько штруделей к чаю на завтрак, а журналистка взяла довольно много зефира, особенно по сравнению с тем, как она ела обычно. Как оказалось, она пополняла запас того, от чего не могла отказаться ради любимой работы, а из-за полного графика совсем забыла о том, что хотела зайти в магазин. Потом Вера узнала, что Дита — постоянный клиент, и больше не удивлялась. Открыв одну из коробок зефира, она разделили его на половинки и положила. Он был белым и розовым, поэтому чередовался. Вера налила в любимую кружку Диты ромашковый чай и принесла всё к ней в комнату. — Откладывай работу, в последнее время она приносит больше вреда, чем чего-либо другого. Дита вздохнула и согласно отложила блокнот с ручкой в сторону. — А ты не будешь? — удивилась она. — Я сок, — пожала плечами Вера, доставая из пакета упаковку яблочно-виноградного счастья. — И почему ты так не любишь чай?.. — покачала головой русая. — Намереваешься раскрыть сенсацию в выпуске шоу? — со смешком пошутила шатенка. Дита закатила глаза. Её пальцы задумчиво прошлись по краю выреза топика, в который она переоделась до этого. Взгляд Веры чуть-чуть потемнел. — Почему ты так смотришь? — хитро прищурилась искусительница. — Брось, ты же специально, — хитро прищурилась Вера. — Возможно, и так… — провела кончиком языка по губам журналистка. В чай ничего не было подмешано, так что Вера была приятно удивлена тем, что Дита решила дать себе возможность отдохнуть. С хитрым прищуром она подошла ближе, и они отправились на кровать, которая находилась в той же комнате: светло-русая много работала и не хотела идти через всю квартиру в состоянии слабости.

***

Роман между ними до сих пор был секретным, но их не смущало. Журналистка влюбилась в звезду почти с первого взгляда, и полюбила больше, чем зефир. Возможно, Джульетта существовала в реальности и была невероятной… Очаровывала и улыбкой, и голосом, и взглядом, и внешностью в целом… Кружила голову ласковым смехом, согревала касаниями… Была звёздочкой, которая среди многих выделилась в глазах своей второй половинки… В таком случае, Вера — её Джульетта. И это было взаимно… Правда, их родители и друзья приняли отношения, в отличие от Монтекки и Капулетти, что не могло не радовать пару. Конечно, умирать бы они не стали, но было бы чуть некомфортно. Поцелуи Веры, подобно зефиру, неизменно дарили незабываемое наслаждение Дите. Тепло и нежность их любви окрыляла, и было всё равно, что со стороны это выглядит как попытка известной журналистки влюбить в себя звезду ради сенсаций и эксклюзива. В конце концов, они счастливы…

***

Красота юной Капулетти, которую описывал Шекспир, жила на страницах, а пред глазами Веры — светло-русые кудри, совершенно не в причёске, размазанная нежно-розовая помада и манящие взгляд глаза.