do i wanna know

она  пахла  свежим  бельем;пахла,как  мама  в  детстве.  когда  ты  нюхаешь  подушку  родительницы,от  чего  внутри  появляется  это  чистое  и  теплое  детское  воспоминание: так  пахнет  она. он не умелец выразить аромат более глубоко,но пахла  она  как  цветок, ведь  так  было  заявлено  на  гребенной  бутылке  шампуня,которая  стояла  в  её  ванной.  -зачем  тратишься  на  эту  херотень?-спросил  однажды  Киса,когда  они  с  ребятами  остались  у  Эли  в  очередной  раз  погостить.-тебе  геля  для  душа  не  хватает?  такого  взгляда  он  не  видывал  давно.  будто  Ваня  спросил  совершенно  несусветную  чушь  у  обладателя  нобелевской  премии.  -Кис,максимально  странный  вопрос… они оба  не  спали:  Эля  не  могла  поверить,что  почти  спустя  год  она  смогла  определиться  со  своими  внутренними  чертями  и  высказать  все  то,что  копилось  в  ней,не  давая  покоя.  Киса  не  мог  поверить,что  его  чувства  не  были  односторонними.   но  черт,как  же  они  боялись  обжечься. парень нежно  проводит  по  рыжим  волосам,  вырисовывая  на  прядях  незамысловатые  рисунки. подушка справа буквально  пропитана  её  ароматом,а  ведь  лежит  всего  немного. он  все  ещё  думает,что спит,что ему  кажется,но  ощущая  теплое  дыхание  на  своем  предплечье,эти  мысли  быстро  рассеиваются.   ущипните  меня  кто-то. зеленые глаза просто не могли закрыться и забыться в чарующем сне. она бы просто не захотела просыпаться снова. Ваня тянется к низкой тумбочке у его кровати,бегло глядя на время в экране его телефона. -думаю,что нам пора спать.-выдает кудрявый,опуская взгляд на бледное лицо девушки,что лежала на его предплечье. она выглядела совершенно. будто вымощенная скульптура времен античности,которой занимался опытный мастер. Кислов засматривается на притягательную красоту девушки,замечая лишь движение легкой руки,что щелчком по кнопке выключила свет.  за окном слышен отдаленный лай голодных собак,гул проезжающих машин,недолгие голоса проходящих людей. *** в заброшенном помещении раздаются лишь раздраженные голоса подростков и матерные выражения. -отец верно говорит,что с торчками вообще не нужно никаких дел иметь.-резко выдает Боря,а затем садится на шаткий стул,исподлобья глядя на Кислова. -а че ещё твой батяня тебе говорит?  что с ментами нужно дело иметь? они никогда не предадут,если чё кокс кому подкинут,в камере кого отмудохают.-парирует Иван,сжимая горлышко бутылки в руках. -они хотя бы что-то доверить друг другу могут,а после твоего вчерашнего угарного пиздабольства я бы вообще никаких отношений больше не имел. это действительно резануло по слуху,да и чего греха таить,задело довольно сильно. -нахер из клуба!-все с тем же напором говорит Хенк,не разрывая зрительного контакта с кудрявым.  так странно было слышать это от лучшего друга. неужели все эти злые,полные ненавистью слова адресованы ему от Бори? от белобрысого дружбана,который был всегда на стороне Вани,в любой позиции и ситуации. до этого момента,разумеется. с тонких губ срывается смешок,от чего хочется размозжить себе голову об стену холодной кухни.  а еще хочется обдолбиться,обкуриться. просто забыться в себе и своих ощущениях. он на игле собственной зависимости. Ваня знает,что он не лучший человек. знает,что в угаре проговорился,но не мог он признаться в этом ребятам. просто не смог бы признать свою вину. знает,что он злой,словно пес. но на что направлена его агрессия?  «-неужели сам себя коришь,Ванечка?»-с издевкой спрашивает он сам себя,от чего и бьет по столу кулаком. да так,что солонка и перечница рассыпаются,а кожа на костяшках невероятно пульсирует от боли. это тебе позволяет чувствовать себя живым?  или может наркотики? входная дверь захлопывается,мама с порога здоровается,что-то еще спрашивает,а он не может ничего ответить. вкус металла наполняет его рот,но продолжает втягивать прокусанную губу.  Киса не мог спокойно переживать все свои всплески. излишне эмоционален. -Ванюш, кушал?- забегает женщина на кухню, где, собственно, и сидит Иван. он тупо уставился на нее. бесят ее ебаные вопросы. бесит ее внешний вид. бесит ее голос и эта идиотская улыбка. -какая тебе разница? - он зло зыркает на мать и та в шоке и замешательстве спрашивает: -у тебя в школе что-то случилось? хочешь поговорить об этом? -да ничего я от вас всех не хочу! парень уже закипает он и полу-кричит на мать. а потом видит ее слезы и вместо сострадания это злит еще сильнее. он срывается с цепи и уже не подбирает выражения. кричит что-то про ублюдошного любовника-Хенкина , про отца, про то, как его все достало и как бесит эта никчемная жизнь. в ход идет посуда, которая секунду назад покоилась на столе, но теперь уже летит в стену и разбивается на мелкие осколки. мать дрожит от страха. она будто монстра увидела. кем сейчас и являлся юноша. он смотрит на разруху вокруг себя и ему становится так тошно. сука, ну какой же мерзкий. еще сильнее раздражает сам себя. бурчит что-то себе под нос, хватает с вешалки куртку и сигареты с тумбочки и вылетает, едва успев надеть кроссовки. хлопок двери и в квартире воцарилась полная тишина. что-то треснуло и это точно не лед. *** музыка долбит по ушам,отдаваясь внутри басом,словно отбойными молотками. статоскопы,накуренные подростки,дым,запах пота,алкоголь и разврат в виде отвратных танцев обгашенных подростков. может у них в голове это выглядит лучше? он цепляется за кого-то плечом. это спусковой крючок. точка невозврата. Киса поворачивается,глядя на мерзкого с виду парня. лысый,накаченный,небольшого роста. он походил на тумбочку с бицепсами. -че за гонор,слышишь,нефор?-пытается он перекричать музыку,а в свете подсветок видны фонтаны слюней. его спутница,что была в клоунском раскрасе,ничем не отличалась от лысого: стрелки до ушей,надутые губы и блондинистые волосы,с темными отросшими корнями. яблоко от яблоньки. -ебало завали,бегемотина.-бросает Ваня,разворачивается,но просто так ему не покинуть место стычки. Кислову в спину прилетает удар ногой,от чего кудрявый налетает на какую-то девочку. отталкивает её от себя с силой,а затем разворачивается к тому парню. -ты че,крыса лысая? давно пиздак по полу не собирал? люди,что были поблизости,отошли от двух сцепившихся,образовав некоторого рода круг. смотрели на нещадно бивших друг друга парней с открытым ртом. ей богу,цирк. под кулаком Вани ломается нос соперника,он чувствует это от хруста кости и брызнувшей крови из ноздрей. сам Иван был не в лучшем состоянии:бровь рассечена,из порванной губы стекала кровь по подбородку. струя алой жидкости впитывалась в воротник темной куртки. наконец,какие-то смутно знакомые парни расцепили ребят,но словесная перепалка сквозь музыку не заканчивалась: -сука,да я тебя угандошу,нефор ебучий! -мозги накачай,уебок. -оборачивайся теперь,когда будешь по улице ходить. он сплевывает на пол кровавый сгусток. кудри прилипли к мокрому лбу,от вкуса металла во рту хотелось блевать. *** -Вань,давай отведу тебя к себе? обработаю тебя.-сочувственно говорит Рита,цепляясь за руку Кислова. -Рит,отъебись от меня.-сквозь зубы отвечает Киса,скидывает ее руку со своей,а затем прикуривает сигарету. -я ему помощь предлагаю,а он посылает.-бурчит блондинка,покидая общество побитого Вани. он выдыхает сигаретный дым,глядя в ночное небо. голова болит нещадно, разбитые губа и бровь пульсируют. Киса бегает глазами по серо-фиолетовым облакам,ища в них ответ на свой вопрос: «ну почему я такая мразь?»