ярче звëзд

парень быстрым шагом выходит из здания и направляется домой. ему не был интересен тот человек, ему не хотелось делится с ним своими проблемами, ему не хотелось находиться рядом с ним. поэтому, джисон просто сбежал. он думал о том, что вдруг это его единственное спасение, вдруг, этот человек тот, кто его все-таки вытащит из ямы и джисон снова начнет жизнь. но он не хотел жить. ему не хотелось чего-то хотеть. ему было на всё плевать. поэтому он сбегает. в очередной раз. придя домой он сразу свалился на матрас и пролежал так до следующего утра. его словно мучала совесть: не нагрубил ли он минхо? стоило ли отказываться? он сам не знал. он настолько запутался в себе, что не смог дать ответ. джисон сравнивал свою жизнь с глиной. ведь она такая же поддающаяся и сломанная. со своими изгибами и изъянами. легко разрушается и сложно восстанавливается. такой была его жизнь. такой сломанной и потерянной. такой неживой. так он лежал, думал о жизни, о смерти, о своих проблемах. проще говоря, утопал. утопал в своих же мыслях. до тех пор, пока в его дверь не постучались. джисон испугался, ведь никто не знал, где он живет. кроме его тёти. но не могла же она так вдруг приехать из другого города к племяннику, который ее ненавидит? парень с тяжестью в груди встал с матраса и лениво, шаркая ногами подошел к двери. глазка в двери не было, поэтому на свой страх и риск он открывает дверь неизвестности. –здравствуй, джисон. –минхо? и действительно, на пороге стоял тот самый минхо из гончарной, как обычно одетый во все черное и с хмурым лицом. –что вы здесь делаете? –я пришёл поговорить с вами. –откуда вы узнали мой адрес? –свои связи. –но...для чего все это? –достаточно вопросов. джисон, я вижу, что ты тонешь. хватит скрывать и делать вид, что все хорошо. я знаю, я очень упëртый и могу навязываться. но, пожалуйста, дай мне хотя бы один шанс помочь тебе. джисон ничего не отвечал. он был напуган. он не хотел, чтобы этот человек тратил на беспомощного джисона свое время и свои силы. он не хотел получать помощь от этого человека. она ему была не нужна. уже всё потеряно. –я не думаю, что вы сможете помочь, минхо. и я уже не первый раз вам это говорю. –я знаю, ты сейчас напуган, –джисона бесило это «ты», словно он какой-то мальчишка, не достойный большего, –и ты сопротивляешься. хочешь мармеладки? –что? –мармеладки. мармеладные мишки. они помогают расслабиться. –какие мармеладки? ивините, приëм на сегодня закончен. и джисон захлопнул дверь. старший этого и ожидал. но он не думал, что парень будет настолько напуган и потерян. минхо рассуждал, что джисон и сам не знает, нужна ли ему помощь или нет. но в любом случае, старший хочет дать ее ему. *** стук в дверь. молчание. еще пару стуков. то же молчание. он не переставал стучать. слышны шаги, но дверь не открывали. минхо чувствовал себя маленьким котенком перед огромным тигром, которого никто не слышал и не хотел слышать. ещë стучание. –боже, вы угомонитесь?-послышалось из квартиры. –нет, пока не откроешь дверь. –ах, снова на «ты». вы считаете меня маленьким мальчишкой? а? –джисон...не придавай этому такое значение. сейчас есть проблемы важнее формальностей. –я вам уже сказал, я не собираюсь принимать вашу помощь. –открой дверь. –что? –открой чертову дверь. дверь медленно открылась. джисона напугала эта тональность минхо. он выглядел очень злым и уставшим, но на самом деле был спокоен как летний день. -я зайду. -нет! у меня ужасно маленькая квартира, вам даже некуда сесть... -я постою. минхо зашёл в квартиру и сразу оглядел еë. ободранные обои, выпирающие доски пола, одиноко висящая лампочка. это его не смутило. конечно, минхо все понимал, и не был в праве судить джисона по его квартире. –чай? –да, можно. повисло неловкое молчание. оба закрылись друг от друга, словно поссорившаяся парочка. минхо рассматривал квартиру, а джисон ставил кипяться воду. –давно ты здесь живёшь? –почти два года. с тех пор, как умерли родители, не кому было оплачивать нашу старую квартиру. поэтому я переехал сюда, –джисон без стеснения сказал о своем жилье. его даже не смутило упоминание о родителях. –ты не думал переехать в более пригодную квартиру? –эм...нет. мне и здесь нормально. вы пьете зеленый чай? –да. моя жена любила его. джисон молчал. у него...была жена? что с ней случилось? они развелись? может быть, джисон когда-нибудь узнает ответы. но сейчас его главной задачей было сделать чай и не натворить бед. остальное время они провели в молчании. каждый думал о своём. они сами не могут сказать, было ли им комфортно друг с другом. но сказать можно точно–некомфортно им не было. джисон понял, что с минхо, даже с его угрюмым выражением лица и допросами, ему безопасно. он словно чувствовал, что тот не сделает ему больно, но доверять свои проблемы ему не хотелось. ошибочное ли это чувство? вода вскипела и джисон налил чай. на его небольшой кухне был стол, ножки которого замотаны изолетой и скотчем. стул был один. –садитесь, минхо. –нет, я постою. –старшим надо уступать. –с чего ты взял, что я старше тебя? –вы выглядете таким. таким злым старичком. –эй! джисон улыбнулся своей шутке, а минхо был ошарашен. этот парень все ещё может шутить и улыбаться? значит не все потеряно! минхо был воодушевлен этой мыслей, поэтому стал ближе подходить к джисону и его жизни. -какой была твоя семья? -она была хорошей. знаете, такой настоящей, –джисону было немного неловко отвечать на такое, но игнорировать вопрос было бы ещë хуже. –я искренне рад этому. –а у вас? вопрос джисона немного потупил минхо, но тот не стал отворачиваться. –моя семья ненавидела меня. они не приняли меня с моим выбором стать дестким психологом. кажется, ничего такого, бывает. но эти люди заставили меня чувствовать много боли. это я им никогда не прощу. –ох, мне жаль. а...ваша жена? она- джисон не успел договорить, как минхо отпустил взгляд на свои колени. он всем видом показывал, что не хочет говорить на эту тему. –извините, не стоило говорить. –ничего, джисон, ты не знал. –как вам ваша работа?–после недолгого молчания спросил джисон. –мне нравится моя работа. нравится помогать детям. ты слово лечишь их от серьёзной болезни. –возможно, так и есть. мне всегда нравилась работа психолога. –правда? –да. однажды я ходил к одному, но он оказался не моим. с тех пор я не хожу к психологам, не хочу тратить их время. –ты постоянно думаешь только о других, джисон. это неправильно. –а что правильно? быть эгоистом? –джисон...это совсем другое. тебе в первую очередь нужно научиться любить и ценить себя, понимаешь? думать о своем состоянии и здоровье, а не других. –к чему меня это приведёт? это ничего мне не даст. я продолжу находится в яме. –может быть. но если ты научишься ценить себя, то ты хотя-бы будешь знать себе цену. –минхо, я ничего не стою. я ничтожество. у меня ничего нет. ни друзей. ни семьи. мне некуда идти. скажи, зачем давать цену товару, если никто не хочет им пользоваться?–хан словно вылил на старшего всë то, что накопилось у него за долгие годы. –джисон, нужно самому научится пользоваться этим товаром: кроме тебя самого этого никто не сделает. это ты. ты человек со своими чувствами, эмоциями, мыслями. ты уже имеешь значение. твое существование бесценно. джисон снова молчал. он не знал что ему отвечать. конечно, он не считал себя бесценным. конечно, он не любил себя и не ценил. но стоит ли задуматься о словах минхо? какое-то время они молча пили чай и смотрели в пол. через минут 30 минхо ушëл, оставив джисона одного со своими мыслями. старший вдруг вспомнил о том, что на стул так никто и не сел, а младший увидел у себя на столе пачку мармеладок. невыносимые.