За что нам это?

— У меня только один вопрос. Как блять так получилось, что мы лезем грабить хату, вместо того чтобы придумать что-то нормальное? Не то чтобы я жаловалась, но мы че, бомжи какие-то? — с недоумением в голосе произнесла девушка. — Чья хата хоть? — Не знаю, — ответил Масяня. — Но там окно открыто, и, по-моему, в это время никого нет. Лезь давай. — Да всё, всё, — сказала Мади, перепрыгивая через забор. И всё бы было нормально, если бы один из них не снёс всё на своём пути. — Блять Мася… — с недовольством сказала Мадина. — Потише будь, — сказал Муха, прописывая Масяне по затылку. — Ты штору прям с карнизом оторвал, придурок, — сказала Мади, оценивая ущерб. — Да похуй, — сказал Масяня. — Чё давайте снесём эту хату. И каждый разошёлся по разным комнатам. Мади, всё ещё думая об арбузе, зашла в спальню. Не найдя ничего интересного, она пошла к парням. Муха и Дамир пытались отключить телевизор. — Вы че, больные? Берите по мелочи, а не телек целый, блять, — сказала девушка. — Хозяин сразу пропажу заметит. — Да похуй, — сказал Муха, продолжая отключать какой-то кабель. Понимая, что их не переубедить, Мадина огляделась по сторонам. И внимание её привлекла одна очень важная деталь. — Ребят… — с осторожностью в голосе произнесла девушка. — Это че, хата мента? Подняв взгляд, Дамир сразу отошёл от телевизора и взял в руки фуражку. — Муха… мент… — с паникой сказал он. В это же мгновение в комнату залетел Масяня. На его лице была улыбка, а на голове — странная панама. Парни сразу начали объяснять ситуацию, в которую они так удачно попали, а Мади смотрела на головной убор Масяни. — Мась, ты где такую панаму достал? — с интересом спросила Мади. — Мадина, не время для панам! — панически произнёс Дамир. В эту минуту за окном начался разговор. Выглянув, ребята поняли, что это Боб, который старался отвлечь того самого мента. Все сразу побежали на кухню. — О, арбуз! — сказала Мадина. — Я весь день про него думаю. — Мади, нам валить надо! Какой ещё арбуз?! — сказал Дамир, залезая в уже открытое окно. Закатив глаза, Мадина пролезла вслед за ним и Мухой. Спокойно сели они уже на базе. Наконец-то оглянувшись, девушка увидела тот самый арбуз в руках у Масяни. — Да ну нахуй… Ты его стащил всё-таки! — радостно проговорила она. — А как по-другому? — улыбаясь, сказал Масяня. И вот они уже едят всей компанией, в то время как Масяня жалуется на маленький улов. — Какую? Хату мента? — не выдержал Боб. — А если нас там уже отскотинили? — Ну, это лучше, чем Алтуха, согласись, — сказал Масяня. — Ну, по факту, да, — сказала Мадина. — Вам че, вообще похуй? Я свою рожу засветил! — сказал Боб. — Да кому твоя рожа страшная нужна? — со смехом сказал Масяня. — Да завязывай, — сказал Муха. — Он че, за арбус и за шляпу будет орать? — Реально, Боб, прекрати, — сказала девушка. — Как будто ты кому-то нужен. Ну, кроме Светки твоей. Ох уж это чувство — ревность. Язык развязывает на такое получше алкоголя. Парни, к счастью, этого не уловили и просто посмеялись, в то время как Боб обиженно закатил на неё глаза. Но, тем не менее, промолчал. — Ладно, пацаны, нам с Мадиной домой надо. Давайте, — сказал Дамир. — Опа, так погоди. Домой надо тебе, а на меня маме давно плевать, — недовольно сказала Мади. — Мадин, пойдём, — сказал Дамир. — Я не могу без тебя вернуться. — Ладно, — сказала она. — Давайте, пацаны, до завтра. Обняв Масяню, она неспеша подошла к Бобу. Ревность ревностью, а они всё ещё друзья. — Давай, — сказала девушка, обнимая его. — И не дуйся, мы же просто прикалываемся. — Ниче я не дуюсь, — ответил он, обнимая в ответ. — До завтра. — Э, подождите, я тоже иду, маме надо помочь, — сказал Муха. — Муха, я с тобой — сразу же сказал Боб. Для Мадины это показалось странным, так как минуту назад он буквально прощался с ней. Задумавшись, она не услышала оставшийся разговор. Дойдя до дома, брат и сестра медленно пошли к подъезду, споря о чём-то. В конце концов, Дамир сказал что-то такое, что заставило Мадину громко рассмеяться. Чего она не знала, так это того, что один кудрявый парень всё это время смотрел ей вслед.