Стань ангелом, Эндрю...

— Да, быстрее, братик, — парень в кресле откинул голову назад, контролирую темп рукой в блондинистых волосах.       Руки Эндрю уже занемели, крепко связанные за спиной. В глазах стояли слезы, а горло нещадно жгло. Через пару секунд он почувствовал, как сперма заполняет его горло. Снова. — Даже не думай это выплевывать, — доставая обмякший член, заявил Дрейк.       Эндрю и не думал об этом. Он сглотнул раз, второй, прикладывая все усилия, чтобы не скривиться. Во рту стоял горький вкус спермы вперемешку с отчаянием.       Дрейк потянул Эндрю наверх и усадил на кровать. Он развязал ему руки, только чтобы зафиксировать их у изголовья. Эндрю не сопротивлялся. Какой в этом смысл? В свои шестнадцать Эндрю понимал, что это не закончится, а только станет хуже. Он уже это проверил, когда только пришел в эту семью.

***

      В детском доме все издевались над Эндрю. Конечно, ему скоро двенадцать, а никто из потенциальных родителей ни разу даже не посмотрел в его сторону. Он всегда устраивался в дальнем углу комнаты, где никто его не тронет, и садился читать. Книги были прекрасным миром, куда Эндрю любил убегать. Из них столько всего можно узнать, везде побывать! Читая, он представлял сцены из повестей и рассказов. Моря, тропические леса, разбойники, феи и злые гоблины… Библиотека у них была немаленькая, так что Эндрю всегда находил для себя что-то новенькое.       Когда в их детский дом приходили люди, Эндрю всегда прятался. Он не хотел ни с кем знакомиться и общаться. Он смирился с тем, что никому не нужен, и просто ждал восемнадцатилетия.       Однажды воспитатель подошла к сидящему в углу Эндрю и сказала: — Идем, там тебя хотят увидеть.       Эндрю подозрительно прищурился, но последовал за ней. Она завела его в кабинет, где сидела какая-то женщина. Воспитатель сразу же заговорила: — Вот, это Эндрю.       Женщина осмотрела мальчика с жалостью в глазах. Оно и понятно: Эндрю был маленьким и щуплым, выглядел на лет восемь от силы. И часто люди именно из-за этого просто проходили мимо него. Считали, что он, возможно, болен, хотя выглядел он достаточно здоровым и красивым: блондинистые волосы чуть выше плеч, карамельные глаза и почти белоснежная кожа.       Осмотрев его, она улыбнулась: — Привет, Эндрю. Меня зовут Кэсс. — Здравствуйте, — спокойно ответил он. — Вы можете меня оставить с ним вдвоем? — обратилась Кэсс к воспитателю. — Да, конечно. Если что — зовите, — бросила она и покинула кабинет. — Эндрю, можешь о себе что-нибудь рассказать? — с мягкой улыбкой обратилась к нему Кэсс. — Вам уже, наверное, всё рассказали, — Эндрю немного сбила с толку её улыбка. — Я хочу послушать тебя. Мне ведь воспитатели не могут всего рассказать. — Ну, хорошо. Мне уже скоро двенадцать. Я здесь уже с самого рождения. Я очень люблю читать. — Ой, ты большой молодец! Книги — очень увлекательная вещь, не правда ли? — Да, они очень интересные. У нас их очень много! — Это замечательно! Знаешь, я очень хочу усыновить ребенка. Наверное, ты уже понял. И ты мне понравился. — Я? — с недоумением посмотрел на нее Эндрю. — Здесь есть много детей лучше, чем я. Да и зачем вам такой взрослый ребенок? — Боюсь, что с маленьким я не справлюсь, поэтому хотелось взять кого-то постарше. — Так много детей есть, кроме меня. — Почему ты так говоришь? Ты не хочешь, чтобы тебя забрали? — Мной никогда не интересовались просто, — пожал плечами Эндрю. — Понятно. Но мне понравился именно ты. Так что, ты не против стать моим сыном? — Нет, наверное, — Эндрю со страхом и недоверием в глазах смотрел на Кэсс. — Я уже давно сюда приходила, так что, думаю, мне разрешат тебя сразу же забрать домой. Пойдем.       Они вышли в общую комнату, где их сразу заметила воспитатель. — Ну что вы решили? — Я хочу его забрать. Могу я сделать это уже сегодня? — Конечно, у вас уже все документы фактически готовы, так что да. — Слышал, Эндрю? Уже сегодня ты сможешь увидеть свой новый дом! Беги, собирайся!       Эндрю тихонько побрел в спальню. Был ли он рад? Этого он и сам не понял. Эта Кэсс появилась из ниоткуда, и сразу же захотела его усыновить. Может, там есть какой подвох? Сомнения грызли Эндрю, пока он укладывал свои вещи в небольшой рюкзак. Собрав немногочисленные вещи, он тряхнул головой. Если он не пойдет с ней, то не узнает, есть ли в ней подвох. Может, это его последний шанс приобрести семью? Он застегнул молнию и выглянул в общую комнату. Кэсс ждала его с улыбкой и сразу же махнула ему рукой. Он осторожно подошел к ней и встал рядом. — Нужно еще пару бумаг заполнить, и вы можете идти, — торопливо пояснила воспитатель. — Хорошо, идемте.       Она всегда улыбается что ли? Точно настоящая? Эндрю увидел перед собой протянутую руку. — Ну же, идем, — Кэсс поднесла руку ближе.       Эндрю легонько взялся за протянутую руку. Кэсс сжала её чуть сильнее. По его телу будто прошли мурашки. Её рука такая мягкая и теплая… Никогда Эндрю не держали за руку, еще и так ласково. Он маленькими шагами пошел за своей новой… мамой, стараясь не отставать.       Бумаги заняли совсем мало времени, и вот они уже вышли за забор детского дома. Эндрю чуть затормозил, последний раз обводя взглядом место, где провел все двенадцать лет…       Эндрю с интересом ходил за Кэсс, пока она показывала ему дом. Он был двухэтажным, хотя снаружи казался очень маленьким. Комната Эндрю находилась на втором этаже. Она показала, где и что находится, показала сад и двор. Всё было ухоженным и красивым. Для Эндрю это все было новым, так что было интересным. Уже потом он к этому привыкнет…

***

      Сегодня была суббота, так что Эндрю сидел в гостиной вместе с Кэсс. Он уже немного привык к смене обстановки, всё-таки прошло уже пять месяцев. Хотя Эндрю и не был очень тактильным ребенком, Кэсс показывала ему свою любовь пока иначе. Она часто проводила время с Эндрю, хотя это можно было назвать просто нахождением в одной комнате. Она покупала Эндрю абсолютно всё: одежду, игрушки, книги, разные мелочи… Она каждый вечер читала ему вслух, чтобы он смог быстрее уснуть. Целовала в лоб перед сном, когда он ей разрешил.       Хлопнула дверь: это приехал Дрейк с учебы. Зайдя в гостиную, он со всеми поздоровался: — Привет! Ну и неделька выдалась! — Привет! — радостно махнул ему Эндрю. — Э-эндрю, как дела в школе? — подсел к нему Дрейк. — Всё хорошо, у меня вчера две А было! — улыбнулся Эндрю. — Вот это ты молодец, — потрепал младшего по волосам Дрейк.       Они всегда старались проводить субботние вечера вместе, чтобы Эндрю чувствовал, что они — семья. Он очень привык к Дрейку и всегда ждал выходные, чтобы Дрейк приехал из колледжа.       И вот в воскресенье вечером Эндрю сидел за домашними заданиями. Он почти всё сделал, но только вот одно задание по математике никак у него не выходило. «Боже, математика — одно сплошное зло! Почему она такая сложная?» — каждый раз злился Эндрю. Он был бы круглым отличником, если бы не это предмет, который послал на землю, видимо, дьявол. Кэсс ушла к подруге, оставив Эндрю на Дрейка. Так что Эндрю метнулся в комнату брата, что была по соседству. — Дрейк! — залетел в его комнату Эндрю.       Дрейк дернулся на кровати, резко выключая телефон. — Прости, я тебе помешал? — Нет, нет, — прочистил горло Дрейк. — Ты что хотел-то, малой? — Я не понимаю одно задание, а мамы нет дома. Ты можешь мне помочь? — опустил глаза Эндрю. — Конечно, иди, я скоро подойду. — Мг, — радостно кивнул Эндрю и бросился в свою комнату.       Еще чуть, и с математикой будет покончено! Дрейк зашел в комнату и встал позади Эндрю, опираясь на стул. — Ну, показывай.       Эндрю тыкнул в задачу. Дрейк с минуты две молчал, а потом хлопнул брата по плечу. — Давай, уступай место, сейчас сделаем.       Эндрю вскочил и освободил место, вставая рядом. — Садись, — хлопнул по колену Дрейк, — сейчас будем разбираться, что ты не понял, — видя, что младший медлит, улыбнулся: — Не бойся, давай.       Эндрю забрался на колени к Дрейку и стал смотреть в листок, где старший брат расписывал задачу, параллельно поясняя. Разобравшись, Эндрю стал писать в тетрадь решение. Рука Дрейка придерживала его за пояс, чтобы он не упал. Потом она скользнула чуть ниже, к бедру, затем к колену и обратно. — Дрейк, мне щекотно, — поежился Эндрю.       Тот ничего не ответил, но рука всё равно не остановилась. Когда Эндрю дописал и закрыл тетрадь, он хотел слезть, но Дрейк его не отпустил. — Мы уже всё сделали, спасибо, — сказал Эндрю, оборачиваясь на брата.       Рука Дрейка скользнула под футболку. Эндрю резко дернулся, но его крепко держали. — Отпусти меня!       Его будто не услышали. Дрейк крепче схватил брата и, поднявшись, направился к кровати. Бросив на нее Эндрю, он навис сверху, прижимая руки младшего к кровати над головой. — Дрейк, что ты делаешь? — дрожащим от страха голосом спросил Эндрю. — Ты сейчас сделаешь мне приятно, — улыбка брата вызвала отвращение у Эндрю. — Ты же должен отблагодарить меня за помощь?       Дрейк пригнулся, ища что-то наподобие веревки, и схватил первое, что попалось. Это оказалась скакалка. Он связал руки брата и привязал их к изголовью. Эндрю не переставал дергаться и брыкаться, тогда Дрейк резко надавил ему на горло: — Веди себя хорошо, иначе тебе хуже будет!       Эндрю стало страшно. Он не понимал, что происходит с его братом: он ведь никогда не делал больно ему. Дрейк достал подрагивающий от возбуждения член и поднес его к губам Эндрю. Тот сжал их в тонкую полоску и закрыл от страха глаза. Дрейк взял и сильно надавил на челюсть. Эндрю ойкнул, и Дрейк вставил свой член в рот брата, запуская пальцы в волосы, контролируя темп.       Эндрю давился слюной, а его насаживали на член все глубже. Из глаз текли слезы. Он не понимал, что делает брат? Зачем? Почему? Воздух хлынул в легкие и Эндрю закашлялся. Не успел он восстановить дыхание, как во рту оказались два пальца. От неожиданности он прикусил их, после чего последовала звонкая пощечина. — Гаденыш, — рыкнул Дрейк и рывком стянул с Эндрю шорты. — Что ты делаешь? — едва слышно, захлебываясь от слез, произнес Эндрю. — То, что принесет мне удовольствие, — криво ухмыльнулся Дрейк, не давая Эндрю сомкнуть колени.       Пальцы еще были влажные от слюны Эндрю, поэтому Дрейк резко ввел в него один палец. Боль оглушила Эндрю. Не давая привыкнуть, Дрейк ввел еще один. — Мне больно! Прекрати! Пожалуйста! — кричал Эндрю.       Дрейк наклонился к уху Эндрю и тихо прошептал: — Кричи громче. Всё равно дома никого нет.       Он стал целовать шею Эндрю, свободной рукой изучая его тело. Достав пальцы, Дрейк начал вводить член в Эндрю. От резкой боли в спине и внизу живота у Эндрю посыпались искры из глаз. Чем глубже продвигался Дрейк, тем сильнее кричал Эндрю. Он кричал и плакал настолько громко, что закладывало уши. Он чувствовал, будто его разрывают на части. — Пожалуйста, хватит! Не делай это!       Дрейк полностью игнорировал крики младшего брата. Он чувствовал, как внутри Эндрю все сжималось, как пульсируют мышцы, пытаясь вытолкнуть член наружу. Дрейк резким движением вошел до самого основания. Тело Эндрю болезненно сжалось — он думал, что не выдержит этой боли. Эндрю ничего не слышал и не видел — глаза застилала пелена слёз, а боль отключила остальные чувства. Дрейк не жалел младшего брата: с бешеным темпом он вбивал его в кровать. — Чёрт, — воскликнул Дрейк и кончил внутрь Эндрю.       Липкая жидкость стекла по ногам Эндрю, пачкая постельное. С ухмылкой Дрейк взглянул на свою работу и снова надавил на горло Эндрю: — Только посмей кому-то об этом вякнуть. Понял?       У Эндрю не было сил даже на кивок. Он просто обмяк в этой кровати, а боль его всё также не отпускала. Фыркнув, Дрейк освободил руки Эндрю и оставил его одного. Эндрю свернулся клубочком на постели, даже не в силах натянуть на себя одеяло. Он чувствовал, будто внутри него что-то умерло. Лицо горело, вся подушка была мокрая. На запястьях остались полосы, которые неприятно щипали…

***

— Эндрю, ну почему мне опять звонят из школы? — отчитывала его Кэсс.       Он раскинулся на диване и даже не думал отвечать. — Да что с тобой происходит? Ты ведь был таким чудесным ребенком, что потом случилось? Ты постоянно дерешься в школе, отметки хуже некуда! Зачем ты себя так ведешь?       Эндрю привык к тому, что Кэсс его теперь постоянно отчитывает. Тот момент четыре года назад стал переломным в жизни Эндрю. Он резко осознал, что вся любовь, которую ему показывали, была фальшивой. Он закрылся в себе, стал агрессивным, забил на учебу. Он просто ждал 18 лет, чтобы уехать отсюда навсегда.       А Кэсс все никак не успокоится. Без объяснений он встал и поднялся в свою комнату. Он знал, что она не придет — слишком злая сейчас, да и поздно уже. Достав из-за кровати бутылку виски, Эндрю стал пить прямо из горла. Его терзали мысли. Почему всё так? Зачем он согласился тогда на это? Зачем он вообще живет? Мысли о суициде уже не в первый раз посещали Эндрю. Дрейк уехал вчера, пообещав вернуться через неделю.       Он резко поднялся, сел за стол, что-то выводя в тетради. Спустя минут пятнадцать он поднялся и пошел в ванную. Там стояла упаковка таблеток — антидепрессанты, которые прописал Эндрю психиатр-недоучка, когда они пришли к нему на прием. Он не стал даже спрашивать ничего у Эндрю. Выслушав Кэсс, он сразу же назначил препараты. Эндрю закинул разом четыре таблетки и включил воду, чтобы набрать ванну. Когда она была наполовину полная, Эндрю, как был в футболке и спортивных штанах, залез в нее и взял в руки лезвие. Не впервые, но сегодня цель другая…       Алкоголь вперемешку с таблетками заглушал боль. Эндрю нетвердой рукой оставил глубокую рану на предплечье. Затем еще одну, и еще…       Это продолжалось до тех пор, пока вода в ванной не стала розоватого цвета, а голова Эндрю не начала кружиться. Эндрю не чувствовал ничего, ему просто хотелось спокойствия. Не такой жизни он хотел в детстве. Но он сможет это исправить сейчас. Эндрю чувствовал, как мысли путаются. Он не чувствовал тела. Вот бы так было с Дрейком… Накатил холод, затем жар, мысли становились всё путаней… И вот наконец то, чего так долго искал Эндрю — покой…

***

      Кэсс нашла Эндрю только на следующее утро и сразу же вызвала скорую и полицию. Полиция обыскала комнату Эндрю и нашла там предсмертную записку, которую сразу же забрали как улику. Скорая констатировала смерть от потери крови и забрала тело Эндрю на вскрытие…       Дрейка Спира задержали через три дня за изнасилование несовершеннолетних. Суд был уже назначен, и дожидался он его за решеткой.       А письмо Кэсс вернули после расследования. Сидя дома, она его перечитывала и плакала…       Мама, знаю, что последние несколько лет я доставлял одни сплошные неприятности. Прости меня за это, я не хотел тебя расстраивать. Но иначе я не мог. Я никогда бы не рассказал тебе об этом вживую, но это письмо найдут только после моей смерти. Дрейк впервые изнасиловал меня в двенадцать лет. И насиловал на протяжении четырёх лет. Это было ужасно, и я думал, что не протяну столько времени. Но я продержался только до шестнадцати. Я очень хочу, чтобы он понес наказание. Понимаю, он твой родной сын, но я его не смогу простить. Последний раз он изнасиловал меня вчера. Если в полиции проведут экспертизы, они это подтвердят.       Прости меня за всё. Прости, что я не взял твою фамилию. Я просто не смог этого сделать. Я тебя и правда любил, сейчас уже не знаю. Я окончательно запутался в себе, я хочу только одного — покоя. Другого способа я пока не придумал, как его заполучить. Надеюсь, ты простишь меня когда-нибудь. Прощай, мама.

Эндрю

      Слезы катились градом. Кэсс шепотом произнесла: — Сынок, прости меня…       Каждый месяц, четвертого числа, Кэсс приходила на кладбище и подолгу сидела у надгробия своего сына. Очень жаль, что она не смогла ему помочь… Она подолгу думала, простил ли её Эндрю. С надгробия на нее смотрела его фотография, где он был похож на ангела, а надпись гласила:

Эндрю Джозеф Миньярд 04.11.2005 -19.04.2022

      Да, её предупреждали в детском доме… Эндрю нашли рядом с детдомом, а с ним и записку с именем, фамилией и датой рождения. Эндрю не смог сменить фамилию на Спир… И вот сейчас её сын смотрит на неё с надгробия. — Стань ангелом, Эндрю. Стань моим ангелом. Чтобы я больше не совершала ошибок в своей жизни, — шептала она, прислонившись лбом к плите.