Там, где мы с тобой

***

      Жану во сне всегда являлась прекрасная девушка. Глаза её смотрели на него добрым и любящим взглядом, улыбка её сравнима с маленьким огоньком свечи, которым возможно растопить ледяное сердце, а черный цвет длинных волос такой же глубокий и таинственный, как у ворона. Она стояла под деревом в белом, как облако, платье, волосы её развивались на ветру, а каждый раз, когда она смотрела на Жана, она нежно улыбалась и протягивала ему руку, будто звала его к себе. На этом моменте парень просыпался.       Сначала он думал, что это такой же сон, как и остальные, но девушка всё чаще и чаще стала являться к нему во снах. Может это к будущим переменам в жизни, как говорят? Жан не слышал её голоса, не знал имени, но чувствовал, что она где-то рядом и рано или поздно он её встретит. Кирштейн неоднократно пытался запечатлеть портрет таинственной красавицы, бывало сразу после сна брал листок бумаги и карандаш, пока образ девушки не покинул его голову. Кто она? Почему неоднократно является к нему во снах? Не может же это быть простым совпадением. Порой ему казалось, что это просто его фантазии и этой девушки не существует, но надежда умирает последней, поэтому парень не отчаивался до конца.       Поступив в кадетское училище, он встречает загадочную брюнетку с необычной внешностью и очень похожую на ту девушку из его картинок и снов. Жан не до конца верил, что это та самая, которую он так хотел найти.       Микаса, так звали девушку, была одной из самых сильных солдат в училище, никто не мог превзойти её. Кирштейн был настолько восхищен силой и красотой девушки, что сам не заметил, как влюбился. Это точно она, та таинственная красавица из его снов - Микаса Аккерман. Было правда одно "но". И это "но" по имени Эрен Йегер. Брюнетка явно к нему не просто дружеские чувства испытывала, раз так заботится о нем и защищает от любых опасностей. Ревновал Жан сильно, но сделать ничего не мог, только надеется, что у этих двоих всё хорошо сложится, но надежды на то, что Микаса однажды его полюбит, он не оставит.

***

Прошло 3 года после победы над Дрожью Земли.       Микаса похоронила Эрена под тем деревом, где он любил дремать в детстве. Приходя на его могилу, девушка каждый раз плачет, мечтая увидеть вновь своего возлюбленного. Бывало она засыпала под этим деревом, уткнувшись в свой шарф, а во сне Микаса видела ту жизнь, то место, где они счастливы вдвоем. Она вновь видела его добрые изумрудного цвета глаза, добрую улыбку, спокойный и заботливый голос. Всегда, когда образ Эрена являлся ей во снах, Аккерман бросалась к нему в объятиях, прижималась к нему и плакала в его плечо, пока он в ответ её крепко обнимал. Микаса во время таких снов хотела как можно дольше обнимать Эрена, не желая отстраняться хотя бы немного. В такие моменты окутывал страх, что если отпустит, её возлюбленный вновь исчезнет и она проснется. Эрену всё равно бы недолго осталось жить из-за силы титана, но провести оставшиеся годы вместе намного лучше, чем убить его собственноручно. Девушка и не догадывалась, что Йегер сам не хотел умирать, а так же, как и она, желал быть с ней рядом столько, сколько ему отведено времени жить. И сейчас он может лишь наблюдать за её жизнью и пожелать ей счастливой жизни. Но только пусть она его не забудет никогда - это единственное его желание.

***

О Микасе заботились её друзья, когда они вернулись на Парадиз, особенно Жан. Ей нужна была поддержка, как другу и просто человеку. Аккерман благодарила его и друзей за это, но виду не подавала, что ей грустно до сих пор. Жан старался всем, чем мог, порадовать девушку, потому что от одного вида её грустного лица его сердце сжималось. Он всё ещё любил Микасу и очень хотел увидеть на её лице счастье. Конечно, Кирштейн понимал, что не способен исполнить её главное желание, но когда ей будет морально, он всегда будет с ней рядом.       Постепенно отношения Жана и Микасы стали ближе. Рядом с Кирштейном, девушка стала более свободно говорить о своих переживаниях и о падениях, которые она испытала за всю свою жизнь, начиная с детства и заканчивая сражением с Эреном.       В такие моменты ей становилось легко на душе и груз, который она несла на себе все эти годы, стал постепенно легчать. Сам Жан никогда не был против выслушать брюнетку, наоборот всегда рад, даже если ей захочется поговорить посреди ночи (чего ещё не было). Это был признак того, что она ему доверяет, как близкому, не как товарищу из одного отряда.        Особенно Жан был рад тому, что Микаса наконец начала улыбаться. Он вновь увидел в ней ту красавицу из его снов и рисунков. За последние несколько лет она не появлялась ему во снах, но её образ теперь навсегда остался в его памяти, и знает, что это не плод его воображения.       Узнав Микасу получше, Жану стало казаться, что он знает её не с училища, а всю жизнь. Чем больше они проводили время вместе, тем больше Кирштейн понимал, что его любовь к девушке становится сильнее и глубже. Когда он рисовал её портрет, Микаса вдобавок пела.       Его особенно очаровал её талант к пению, ведь она вкладывала душу и чувства. Её голос не с чем было сравнить. Он был бархатистым, нежным, с нотками грусти и тоски. Пение Микасы растапливало сердце Жана и словно уносило в другой мир, где никто из них не знал войны и все, кто покинул их когда-то на поле боя, сейчас живы, просто в другом месте.       Закончив написание портрета, Кирштейн заметил на бумаге две небольшие влажные следы. Видимо он так погрузился в грустное пение девушки, что позволил двум мелким слезинкам упасть на края бумаги. Он и сам не ожидал такого.       Микаса до этого никому не пела, кроме Эрена. В детстве, когда он простудился, его беспокоила бессонница, и Аккерман для него пела. Эрен говорил, что это не обязательно, но после её пения он всегда засыпал. Сейчас, возможно, она хотела вспомнить то время, когда пела, думая о своем самом дорогом человеке. Микаса во время пения представляла счастливую жизнь вместе с Эреном, вдали от всего, что угрожает им.       Они жили бы простой жизнью, завели бы свое хозяйство, вместе построили дом недалеко от реки, чтобы можно было ходить на рыбалку, проводили бы вечера либо на крыльце, наблюдая за закатом, либо просто отдыхали вместе после работы и охоты, сидя в обнимку на кровати. От понимания того, что этого никогда не случится, песня Микасы звучала с нотками грусти, а глаза наполнялись слезами. Она спасла мир, пожертвовав своей любовью, но кто спасет её от боли разбитого сердца?

***

Прошло 3 года Жан за это время открыл свою студию, в которой рисует разные картины: от натюрмортов до портретов. Иногда рисовал он картины на заказ, на чем неплохо стал зарабатывать. Много девушек к нему неровно дышали и хотели завести с ним отношения. Бывали конечно совместные прогулки, ужины, но ничего больше. Жан просто не испытывал желание с кем-то знакомиться поближе. Ни одна из девушек не вызывала у него интереса. Он понимал, что никогда не встретит кого-то лучше Микасы, только она одна заняла место в его сердце. Кирштейн твердо решил рассказать девушке о своей любви к ней. Невозможно было уже так долго скрывать свои чувства, когда они с годами не угасают, а становятся сильнее. Он прекрасно понимает, что вряд ли получит положительный ответ, ведь Микаса всегда будет любить только Эрена, и никто никогда его не заменит. Но если рассказать о своих чувствах, и знать ответ, станет ведь намного лучше, чем скрывать их всю жизнь, правда?