FASHION

— ДА ЁБАНЫЙ В РОТ, СУКА, НАХУЙ! — блондин всегда отличался своей красноречивостью. — Бакубро, расслабься! Чем тебя не устраивает этот костюм? — попытался угомонить его Киришима, рассматривая одежду на парне. — Он недостаточно хорош, — сквозь зубы прошипел Кацуки, снимая с себя серый пиджак в полоску. — Недостаточно хорош для кое-кого, да? — язвительно пролепетала Кьёка, лёжа на животе на кровати Эйджиро. Девушка была готова к выходу, одетая в рваные чёрные джинсы на низкой посадке и короткий розовый топ со стразами. — А ну-ка держи свой рот на замке, ушастая! Раз узнала, то молчала бы в тряпочку! — Бакуго посмотрел на Джиро убийственным взглядом, параллельно расстёгивая синюю рубашку. А потом перевёл взгляд на третьего человека в комнате, уже полностью снимая с себя верх, оставаясь в одних серых брюках. — Ёбаный Пикачу, я тебя, блять, ненавижу! — и кинул его в лицо Денки, что сидел возле Кьёки, на краю кровати. — Какого хуя ты вообще рассказал ей?! Каминари растерянно хлопал жёлтыми глазками, то открывая, то закрывая рот. Его стройное тело обтягивала белая рубашка, поверх которой висела чёрная кожаная куртка с множеством шипов на плечах, а ноги обтягивали такого же цвета кожаные штаны. Сейчас рок-звезда с нулевым айкью пыталась оправдать своё пиздабольство. — Ну... я п-подумал, что она может помочь, ведь... — Ведь что, блять? Потому что она лесбуха? Ты смеёшься? — с ненавистью проорал Кацуки, подходя к Эйджиро, который рылся в своём шкафу в поисках новой порции одежды для именинника. К слову, Киришима стал стилистом лучшего друга неспроста. Когда блондин обнаружил, что в его гардеробе нет ничего, кроме чёрных алкашек и футболок с черепами, то сразу же побежал просить помощи у красноволосого. Ну как просить помощи... Если "Эй, Дерьмоволосый, мне нужны твои шмотки" считается за просьбу о помощи, то да, так оно и было. Он прекрасно помнил, как на первом году Юэй, когда ребята отправились на остров, Эйджиро выбрал костюмы для них обоих, и, к удивлению, Бакуго тогда остался доволен вкусом лучшего друга. Сам Киришима уже был одет в пыльно-жёлтую рубаху с красным принтом китайского дракона на одной половине и белые классические брюки, стянутые массивным кожанным ремнём. Стильно. Волосы парня, конечно же, как всегда, стояли торчком – он не мог не уложить их в такой важный праздник, как день рождения любимого братана. — Зря ты так говоришь, Бакуго. У меня есть мноо-го интересной информации.. — ухмыляясь проговорила Кьёка. Ей нравилось байтить Кацуки, зная, что на самом деле он ничего ей не сделает. Блондин, что стоял к ней спиной, повернул голову так резко, что казалось, что он сейчас свернёт себе шею. В алых глазах заиграло нескрываемое любопытство, но парень резко переключился обратно на режим шипящего шпица. — Значит играешь на обе стороны, да, сучка? — Можно и так сказать, но я всё равно ничего тебе не скажу, — невозмутимо ответила брюнетка, играясь с собственными проводами из ушей. — Тц, больно надо, — злобно выплюнул он, закатив глаза, хотя в глубине души руки так и чесались расспросить придурошную о том, что она там, блять, знала. Киришима достал очередную рубашку и джинсы, на этот раз уже без пиджака в комплекте. — Чувак, примерь-ка вот это. Кацуки резким движением выдернул вещи из рук острозубого и тут же принялся агрессивно переодевать штаны, стоя перед большим напольным зеркалом. Серые брюки полетели на пол, теперь вместо них Кацуки натягивал узкие светло-голубые джинсы с дырами на коленах. — Ты чё смеешься одевать меня в эти гейские лосины?! — почти разочаровано запричитал Бакуго, просовывая первую ногу в штанину. — Ты сейчас сам себя подстебал, что-ли? — зашедший только что Ханта вопросительно посмотрел на Кацуки, который сейчас злобно прыгал на одной ноге, пытаясь напялить джинсу на повисшую в воздухе вторую ногу. Ехидно улыбнувшись, брюнет прошёл к подоконнику, где в итоге успешно приземлил свою задницу, не забыв открыть окно. Серо был одет проще всех: в обычное огромное худи голубого цвета и тёмно-серые джоггеры с множеством карманов. Из одного из таких он достал пачку с зажигалкой и ловким движением пальцев достал одну сигарету, вставляя конец с фильтром между зубов. К этому времени Бакуго уже успел полностью одеться в предложенный аутфит. Уже третий по счёту. В отражении на него смотрел мускулистый, красноглазый блондин с торчащими в разные стороны волосами. Ему было тяжело признаться, что эти узкие джинсы на низкой посадке и в правду хорошо сидели на его фигуре, обтягивая накаченные мышцы ног и упругий зад. Хоть он и привык носить широкие брюки, спущенные чуть ли не до колена, в этот раз он всё таки что-то нашёл в этом образе. В эти самые джинсы была заправлена свободная бордовая рубашка с засученными до логтя рукавами, застёгнутая лишь на половину, открывая вид на красивую грудь. — Мидория точно оценит твою задницу. — прокомментировала Кьёка, разглядывая наряженного именинника. — И сиськи. — добавил от себя Каминари, машинально прикрывая голову. Но на удивление Бакуго не был зол. Не отрываясь от зеркала, он лишь довольно оскалился и сказал. — Ещё бы он не оценил. И под открытый ржач друзей, удовлетворённый своим внешним видом, прошёл к подоконнику, на котором уже вовсю пыхтел Ханта. Тот без слов понял намерения друга и молча протянул ему сижку, что кстати была дорогой марки, без кнопки. Чиркнув зажигалкой, Кацуки глубоко затянулся и удовлетворённо выдохнул струю серого дыма. Где то сзади них, на кровати, Джиро пускала кольца пара из вейпа, за компанию. Неизвестно, как Киришима держался, учитывая то, что он человек не курящий, а прямо сейчас три человека пыхтели в его собственной комнате. Но на то это и был Красный Бунтарь — непробиваемый как танк, ей богу. Каминари тоже курильщиком не являлся, но иногда затягивался сладким вейпом Кьёки, у которого жидкость была со вкусом жвачки. Вредные привычки появились у ребят относительно недавно, лишь со второго года обучения. Кто-то поддался чарам "крутой взрослой жизни" (Серо), кто-то начал после пережитого пиздеца первого года, чтобы иногда успокаивать разыгравшиеся нервишки (Кацуки), а кто-то просто, потому что (Джиро). Молодость она такая. Тупая и ебанутая. Даже у начинающих героев. Они ведь тоже люди, не так ли? После очередной горькой затяжки, Бакуго, облокатившись поясницей на выступ подоконника, без злости проговорил. — Думаете, что всё пройдёт нормально? — это прозвучало настолько жалобно, что даже нереалистично. Уязвимый Бакуго — мёртвый Бакуго — так думали ребята, пока на втором году обучения не раскрыли страшнейшую тайну блондина. — Чувак, а что может пойти не так? — вновь, как всегда подбадривал его Киришима, отгоняя рукой прилетевший в лицо дым. Стряхнув пепел в окно, Кацуки потупил взгляд. Ему действительно было тяжело так открыто говорить о таких вещах. Бакуго — это про победу и самоуверенность, но только это всё расстворялось, когда дело касалось тупого задрота с веснушками. — Ну.. А если он даже не обратит внимания? — с трудом выдавил из себя блондин, сразу же глубоко затягиваясь после сказанного. — Я тебя умоляю! После всего, что между вами произошло, ты думаешь, что он чёртов натурал, которому ты не интересен? Не смеши меня! — вскинув брови, залепетал Денки, отбирая у Кьёки парилку. — А что между нами произошло? Мы просто снова стали друзьями, как в давние времена. Это блять не значит, что он на меня дрочит по ночам! Ч-что смешного, ушастая? Ало?! — Бакуго непонимающе уставился на Джиро, у которой после слов про дрочку внезапно началась истерика. Заливисто смеясь, она в промежутке проговорила. — Прости, не выдержала.. Ничего ничего, сейчас... О господи. . — и продолжила угарать под непонимающими взглядами парней. "Знали бы они, что так и есть." — думала про себя брюнетка, а когда вспомнила в чём сегодня приедет Изуку, едва сдержала очередной накативший смешок. — Нам уже пора ехать кстати.. — потушив сигарету, сказал Ханта, спрыгивая с подоконника. — Ну, вызывайте такси, чего стоите? — прорычал Бакуго, сбрасывая догоревший окурок на улицу. — Киришима, ты ведь помнишь наш план? — подмигнул Денки красноволосому, что собирался вызывать машину. — Конечно, бро. Операция "крепкая мужская дружба и секс" всё ещё в силе! — он подмигнул ему в ответ, лыбясь во все зубы. Кьёка подавилась паром из вейпа, в то время, как Ханта истерично заржал, протирая лицо. — Ч-ЧТО ВЫ ТАМ ВЯКНУЛИ? Я ВАМ БЛЯТЬ СЕЙЧАС ГОЛОВЫ ОТОРВУ!