Грех в моих объятьях.

Я до сих пор помню эту долгую, как ожидание, неделю. Тогда всё было так же, но немного по другому, мы прошли через многое до твоего появления здесь, Помни. Я не уверен, что стоит этим делиться, но за столь короткий промежуток времени, я начал доверять тебе, как никому другому. Я больше не могу держать в себе этот грех. Даже здесь, в цифровом мире, бог всё видит и слышит. Эта история освободит мою душу и я смогу сбросить с себя камень, который держал в своём сердце долгие годы.

— Какой же ты жалкий. Не могу поверить, что меня считают твоей женой. — Женщина сидела за трюмо из тёмного дерева. Перед ней красовалось зеркало, отражающее её аккуратное, тощее лицо. Лёгким движением она открыла колпачок красной помады и нанесла её равномерно на бледные губы. Оторвавшись от написания, я глубоко вздохнул и снял очки, потерев уставшие глаза. Последнее время я занимался написанием книг, последней из которых был роман, четвёртую главу которого я всё никак не мог закончить. Вдохновение не шло, я был под влиянием своей "жены," которая не давала мне спокойно существовать последние несколько лет. Я не помню, кем она приходилась мне при жизни, Кейн сказал, что мы похожи на супружескую пару и с тех пор мы таковыми и являлись. Я ей не нравился, она вечно раздражалась, выгоняла меня, но при этом, была единственная кто уделял мне внимание. Нет, мы не жили вместе, мы пытались, но мне надоело спать на полу, после каждой ссоры и, наконец-то, Кейн выделил мне мою спальню. Я до сих пор часто сижу с ней, она последнее время стала сама не своя. Более нервная, серьёзная и раздражительная, постоянно говорит, что видела выход. Я не представлял, что с ней, будучи спокойным ко всем ситуациям, я просто предлагал ей выпить чаю и поговорить о том, что может на столько сильно её беспокоить, но, к сожалению, постоянно получал отказ. — Квин, зачем ты снова начинаешь? Мы же обсуждали это уже миллион раз и каждый из этих разов ты обещаешь, что мы закроем тему. — Я окинул взглядом перечёркнутые записи, какой может быть роман, если твоя жена постоянно относится к тебе, как к полному нулю? — Потому что я устала! Я устала от того, что ты мне не веришь, устала от того, что ты такой жалкий и никчёмный! Почему ты не можешь хотя бы раз постоять за себя и доказать, что ты не такая баба?! — Она встала, топнула каблуком и швырнула в меня своей помадой. Тюбик с ней прилетел мне в грудь. Я взял свои вещи и направился к выходу из её спальни. Как только я открыл дверь, сбоку раздался взрыв. Меня оглушило, я отстранился обратно в ее комнату, выронив из рук записную книжку и ручку. Все резко повыходили из комнат, начался настоящий кипиш "Что случилось?" В коридоре стояло облако пыли. Мы с Квин вышли, посмотрев на место взрыва. О боже. Это была моя комната. Сразу начал вспоминать, не было ли там чего-то ценного для меня. Как всегда, схватила паническая атака и я, нервно задышав, облокотился на стену. Внезапно появился Кейн, он виновато улыбнулся и опустился ко мне. — Ты в порядке? — Он снял цилиндр и встал на пол. Мой глаз дёрнулся, я нагнулся и поднял свои вещи с пола. — Я-Я был у Квин... Что это, черт возьми, такое? — Я направил взгляд в его глаза. Кейн почесал голову и поводил ботинком по бархатному полу. — Это мой очередной неудачный эксперимент с нейросетью. Поверь, там не только твоя комната, у нас пол шатра разнесло. — Кейн посмеялся. Остальным же было не до смеха. — Восстановить я смогу... Через недельку, слишком много дел. Я округлил глаза. — Всмысле "Через неделю"? А где же я буду жить? — Я оглядел обломки своей комнаты. — С женой, она рада будет тебя принять! — Кейн рукой указал на Квин, стоящую в дверях. Женщина свела свои густые брови к переносице и повела носом. — Нет! Пусть ищет другое пристанище! Не пущу! — Она захлопнула дверь, оставляя нас двоих в недоумении. Остальные сразу же разбежались по комнатам, лишь бы меня не подселили к ним. Так и царило это лицемерие, ничего не скажешь. Кейн задумчиво уставился в пол. — Давай так. Поживёшь у Джекса, а Я предоставлю туда вторую кровать? — Кейн посмотрел на меня так, будто у меня даже нет больше выбора. Я знал его натуру, точно не хотел разбираться с этим, поэтому я просто смирился и кивнул. Пока он ненадолго отправился куда-то по срочным делам, я полез в обломки, собрать пару вещей. Нашел среди кучи мусора, когда-то называемого моей спальней, пижаму, нижнее белье, пару футболок, несколько необходимых вещей и вышел из развалин, в ожидании Кейна. Мы отворили дверь в комнату Джекса. Молодой парень: фиолетовые волосы до плеч, красный комбинезон, под которым была белоснежная, мятая рубашка, с подвёрнутым рукавом. Он лежал на животе, медленно болтая ножками, на которых красовались жёлтые носки, листал какой-то журнал, на страницах которого были красивые девушки в бикини. Парень лениво повернул на нас голову, смотря в полном недопонимании. — Джекс, у нас случилась беда и только ты - одно спасение! Королёр поживёт с тобой пару дней, пока мы не починим его комнату. — Кейн прошел внутрь и поставил обычную, деревянную кровать, в два метра, в угол комнаты, рядом с ней уместилась маленькая тумбочка. Я стоял в дверях и чувствовал себя неловко, ловя на себе недовольные взгляды кролика. — Какого черта именно я стал жертвой такого тесного соседства? — Он перевернулся на спину и потянулся. — Никто больше не хочет, а у тебя уже нет выбора, надо было не лениться, а сразу выбирать себе положение. — Кейн усмехнулся и подошёл ко мне. Он похлопал меня по плечу, намекая, что теперь будет точно нелегко. С характером Джекса, проще спать на полу в коридоре. — Что-ж. Располагайся, живи. Если Джекс будет себя плохо вести, дай мне знать. — Мужчина исчез, оставляя меня наедине с новым соседом. Первым делом, я решил разложить свои вещи в тумбочку. Аккуратно закрыв за собой дверь, я убрал за ухо отросшие волосы и слегка улыбнулся. — Привет, Джекс. Извини за неудобства, я сам не знал, что меня сюда поселят... — Я подошёл к своей кровати и положил на неё вещи. — Никогда не думал, что именно с тобой пересекусь в такой обстановке. — Парень принял сидячее положение, наблюдая за мной. Я начал аккуратно раскладывать вещи на полочку, сидя на корточках. Мне было жутко неудобно. Я старался не думать об этом, но ощущение взгляда на своём затылке, меня до изнеможения напрягало и я резко повернулся. Он стоял рядом, наклонившись ко мне, можно было даже услышать стук его сердца. Или же это моё? Я не понимал. Отстранившись, я с недопониманием посмотрел на него. Он широко улыбнулся и прищурил глаза. — Куришь? — Кивком он указал на мою пачку самокрученых сигарет. Вот я идиот, не спрятал. Не дай бог он расскажет Кейну, меня с крошками съедят. Я резко затолкал пачку в глубь шкафчика и накрыл вещами. — Редко. — Напряжение не спадало, мне даже с Квин было более комфортно, чем с Джексом. Как ни странно, через какое-то время, у меня к нему начал нарастать подозрительный интерес. Это нагоняло на меня странный испуг. Мне хотелось убрать навязчивые мысли из головы, поскорее закончить с вещами и приступить к написанию новой главы романа. Парень фыркнул и прыжком уселся ко мне на кровать. — Б#@! Почему твоя кровать мягче? Это называется справедливость? — Он сел в позу лотоса и облокотился на стену. Я положил последнюю футболку в шкафчик и закрыл его. Увидев, что Джекс уже разглядывает мою записную книжку, я снял мантию и забрал блокнот из его рук. — Нельзя читать чужие заметки. — Я сел, облокотившись спиной на подушку и достал из кармана ручку. — Скучный ты, дядя. — Джекс встал с моей кровати и взял мою мантию. Мой взгляд непринуждённо перевелся с заметок на парня. Он надел её и это вызвало у меня тихий смешок. Мантия висела на Джексе очень нелепо, он выглядел как ребенок, надевший мамину шубу. Парень заметил мою реакцию и выпрямился, состроив испуганное лицо. — О нет! Джекс! Ты снова разбил мою неприступную крепость! — Схватился он за лицо, пародируя меня. На моём лице была насмешливая улыбка, Джекс - парень эгоистичный и своеобразный, но чувство юмора у него всегда было хорошее. Хоть, порой, и обидное. Через час я уже полностью расслабился, не помню, как снова начал писать, вдохновение прилетело, как птица в открытое окно. Я писал и писал, но не прошлый роман. Я начал новый, на который так и горело сердце, мысли перетекали на лист бумаги, как с конвейера. Не успел я моргнуть, уже было темно, я включил лампу на столе и комнату окутал оранжевый свет. Взгляд упал на Джекса, который уже спал, при том, уснул он в моей мантии, держа под рукой какую-то книгу. Почему-то мне стало тепло, я уже, примерно, понимал, что происходит со мной и это меня пугало. Я подошёл к нему и получше укрыл тяжёлой и тёплой мантией. После погасил свет, положил очки на тумбочку и лёг на кровать, думая о дальнейших событиях своего романа.