Дом для бабочек

      Солнце село за горизонт. Яркие звезды рассыпались по темному небу. Приятный холодный ветерок, которого так не хватало весь жаркий день, заглядывал в гости через открытое окно в кабинет Осаму. Нависшая тишина над двумя парнями нарушалась лишь топотом Куникиды, который отмерял расстояние от стены до стены. Его лицо с каждым шагом становилось только мрачнее. Дазай откинул голову на спинку стула, балансируя на нем. Ноги удобно расположились на столе, обложенным вразброс документами и записями.       Что он увидел сегодня? Где он был?       Голова пухла от большого количества вопросов, на которые ответ найти будет слишком-слишком трудно. А мальчик от шока не смог ответить ни на один вопрос у целительницы, Акико. После того, как она подлечила его, лишь пожала плечами. Он испуган. Шокирован. Глубоко вздохнув, Осаму задумчиво промычал. Глядя в потолок, он произнес:       — Я чувствовал там запах крови.       Нервные шаги прекратились. Затем Доппо быстро приблизился к столу и хлопнул по нему руками. Если бы Дазай не знал ученого, то к такой реакции не смог подготовиться. Медленно подняв голову со спинки, он посмотрел на разъяренного друга.       — Почему ты раньше мне не сказал?! — от гнева Куникида слишком громко стучал зубами, сглаживая внутреннюю борьбу. — Надо что-то с этим делать. И срочно. Ты понимаешь? Это еще не самый худший дом.       — Хм, определенно. Только что мы сделаем? Приюты записаны на мертвых людей, — вспоминая кипу бумаг, которую собрал сегодня днем маг, он спокойно проговорил. — Кто-то за деньги покупает себе второй личный документ у умелых мастеров. Провести этот след еще тяжелее. Допытывать рабочий персонал бесполезно. Воспитанников тем более.       — Нужно встретиться с Его Величеством и попросить его закрыть их, — не унимался Доппо.       — По старой дружбе закройте, пожалуйста, сотни домов, которые записаны по бумагам как приюты для детей. Почему же? Мы выкупили мальчишку, который попал под внутренний конфликт, а воспитательницы постарались оказать ему первую помощь для отвода глаз перед гостями-покупателями.       — Вот именно, что выкупили! — еще громче хлопнул Куникида.       — По документам это взнос за ребенка, которого ты берешь в свои руки под присмотр. Из этой суммы уходит какой-то процент в королевскую казну, — с прищуром посмотрел на друга Осаму.       — Тц, уродство, — Доппо пнул стол и принялся снова ходить по кабинету.       Осаму посмотрел направо, где стояла односпальная кровать, на которой маг отдыхал, если теряет счет времени. До комнаты доходить иногда нет сил, поэтому он заказал еще одно спальное место в свой рабочий кабинет. Хотелось уложить друга в постель, укрыть одеялом и уйти отсюда подальше. Чтобы наедине в тишине подумать над этим. Но вряд ли Доппо уснет в таком состоянии. Закатив глаза, он опять посмотрел на ходячий тайфун и стиснул зубы.       — Слушай, нам сначала нужно на холодную голову подумать над этим. А пока мы подождем восстановления мальчишки. Может, он нам расскажет что-нибудь полезное.       — Ты думаешь, что во внутреннюю систему посветят омегу, которым стены протирают?       — Тихо, — рыкнул на него Дазай.       — Кхм, да. Ты понял меня. Он просто сиротка. Что он может там знать? — испугавшись, Доппо стал говорить на тон ниже.       — Что-то да услышим. А теперь иди к себе, — оборвал диалог Осаму, откинув голову на спинку.       Куникида выпрямился, готовый возразить, но после вжался в себя и молча вышел из кабинета. Он знал, что маг не продолжит разговор, если сам его прервал. Оставшись наедине сам с собой, альфа прикрыл глаза от ощущения острой боли в висках. Глубоко вздохнув, парень встал со стула и подошел к окну.       Почему он подорвался выкупить этого мальчишку? Изначально маг хотел создать свое впечатление о этих новых приютах. Но все это переросло во что-то большее. Теперь в его комнате лежит незнакомый мальчишка, которого он видит впервые в жизни. Ощущая лицом приятную прохладу, мысли складировались по полочка медленно. Тело приятно расслабилось от свежего воздуха. Именно поэтому Осаму переместил башню слегка за стены столицы, где расстилалось чистое поле. Это успокаивало нервы. Неспокойная душа нашла свое пристанище.       Решительно повернувшись к выходу, Дазай поспешно вышел из кабинета в коридор. Каменные серые стены приятно сглаживали разбитые осколки внутри. На небольших люстрах тихо потрескивали свечи, создавая еще больший уют внутри. Последний этаж башни принадлежал Дазаю, поэтому он обустроил его под себя. Меньше света, меньше растений. Подойдя ко второй двери по другую сторону коридора, он медленно и тихо вошел внутрь.       У двухспальной кровати на тумбочке стояла небольшая свечка, от которой свет бросался на умиротворенное лицо мальчика. Сделав шаг к нему, Дазай отшатнулся, когда увидел, как омега вжался в кровать с открытыми глазами.       — Извини, что разбудил, — присев на край кровати, сказал Осаму.       За двадцать пять лет маг ни разу не испытывал желания связать себя семейными узами с омегой. Поэтому он не знал, как правильно вести сейчас, чтобы мальчик не беспокоился. Вздохнув, Дазай криво улыбнулся.       — Как я могу к тебе обращаться?       — Ацуши, — едва слышно ответил он, прикрываясь одеялом.       — Милое имя.       Осаму посмотрел на шкаф, наполненный книгами, перед глазами, обдумывая следующие слова. Почему он вообще пришел сюда? В кабинете стояла кровать для экстренных случаев. Но что-то потянуло его сюда. Сосредоточиться на чем-то одном Дазай не мог, потому что кожей ощущал внимательный взгляд желтых глаз. Ацуши медленно рассматривал профиль мага, сжимая ладонями одеяло сильнее.       — А вас?       — Осаму, — не поворачиваясь к нему, ответил маг.       Кивнув самому себе, маг встал с кровати и перед уходом последний раз посмотрел на него со словами:       — Приятных снов.       Ацуши слабо улыбнулся и сильнее укутался в одеяло. Дазай видел его напряжение насквозь. Поэтому он постарался как можно скорее ретироваться отсюда, чтобы дать личное пространство парню. Закрыв за собой дверь, Осаму мысленно обругал себя за это спонтанное посещение. Но мысли были такими тихими.       Вернувшись в свой кабинет, маг подошел к столу и с яростью скинул все, что на нем лежало. Документы, перьевые ручки, чернила — все полетело на пол с шумом. Какие-то баночки разбились и запачкали какие-то бумаги. Несмело он поднял руки и посмотрел на них. Они по локоть запачканы кровью. Будь то невинные, враги или просто случайные жертвы. После прошедшего Дазай просто хотел запереться в башне и сидеть здесь до самой смерти. Никаких омег. Детей. Семьи. А теперь он посмел касаться чего-то теплого и нежного. Это должно было вызвать тошноту.       Но он ее не почувствовал.       Откинув навязчивые мысли на потом, Осаму свалился на кровать. Ночь ждала его длинная, если он не сможет побороть внутренних Дьяволов.       Ранним утром Дазай уже бодрствовал, выкуривая сигару рядом с открытым окном. От вчерашних чувств не осталось ни следа. Возможно, пока он не будет пересекаться с Ацуши, он не будет ощущать падения. Приятная пустота в голове расслабляла мага. Пока ему удавалось побыть наедине, он брал с жадностью каждую секунду, чтобы подумать о произошедшем на трезвую голову. Стоило ли спусться к Доппо? Вряд ли он заслужил такого благородного шага со стороны Осаму. Поэтому он занял позицию ожидания.       Потушив сигару об подоконник, Дазай оставил остатки на попечение кому-то другому и подошел к разбросанным бумагам. Все это не имело смысла. Написанное никак не объясняло внутренние правила. Присев рядом с мусором, Осаму поднял один документ. Дом для бабочек «Лилия». Именно он привлек внимание мага, после «Пиона», потому что его основателя он лично загубил в темнице за предательство. Цыкнув, он отшвырнул записи и поднялся. В голове не укладывалось, как король допустил открытие этих приютов в его отсутствие. Решив, что в скором времени придется посетить замок. Пусть он не желал больше иметь дел с королевской семьей, но ситуация того требовала. Все выходило из-под контроля.       Задумавшись, Осаму решил, что одному влезать в это болото не стоит. Подойдя к столу, из ящика он достал новые письменные принадлежности. Просить о помощи в письме нет смысла, поэтому он просто решил отослать пригласительные в магическую башню.       Не успев закончить последнее приглашение, в комнату ворвался Куникида. Самое ожидаемое событие за сегодняшний день. Поставив подпись, Осаму даже не посмотрел на нарушителя спокойствия.       — Слушай, я вчера погорячился. Ты прав, — в этом Дазай еще со вчерашней ночи знал, поэтому не прокомментировал. — Я буду ждать твоего решения.       Маг поднял письма со стола и сжег. Потирая большим пальцем пепел, он подошел к окну и сдул его. Таким незамысловатым образом он избегал проверки его записей в дороге. Повернувшись в сторону Доппо, он задумчиво посмотрел на него. Довольно неожиданное решение для импульсивного человека. Махнув рукой, Осаму оставил это. Разборки сейчас ни к чему.       — Что ты вчера приметил в «Пионе»? — перешел к главному вопросу маг, потому что он сконцентрироваться никак не мог, к сожалению.       — Полки заполнены какими-то записями, которые даже никак не обозначили. Некоторые были из них залежавшимися, а другие на вид ощущались свежими. Пахло чернилами. Смею предположить, они ведут какой-то отчет. У одного шкафа внизу были дверцы, которые, скорее всего, часто открывали. По их изношенному состоянию. Обнаружить внутреннее я не смог. Но каких-то дневников там не наблюдалось. Перед столом древесина на полу была слегка стерта, словно там часто стояли… На голых коленях? Э-это следы тоненьких коленок.       Дазай притянул к себе стул и присел на него. Услышанное только подтвердило, что у мага не проявилась галлюцинация на запахи. Там действительно наказывали неугодных ребят. Махнув рукой, Осаму потребовал молчаливым жестом продолжить.       — Газон был идеально гладким, что говорит о строгой дисциплине. Предполагаю, там живут ребята с возрастом от тринадцати до восемнадцати лет. В переходном возрасте от детства к взрослению сопровождается бунтами и ярко выраженным «Я». Ко всему прочему, люди разные бывают. Следы от ног оставались бы в любом случае. Что-то мешает их естественному взрослению. Предположу, там довольно серьезные требования к незрелым личностям, — Куникида открыл внезапно блокнот и слегка побледнел. — На секунду мне показалось, что внутри пахло сильным веществом. И я не смог уловить какие-то определенные компоненты. Но одно я могу предположить, оно очень едкое. Вымыть может любые следы крови, естественных выделений омег. На этом все.       — Начнем с барьера, — ушел в другое русло Дазай, но Куникида на это никак не отреагировал.       Ему достаточно было видеть, как Осаму внимательно слушал и вникал в каждое произнесенное слово. А в его глазах начинала проясняться какая-то идея. Откинув голову назад, Дазай почувствовал приятное напряжение в горле. Тот неправильный сгусток, который он почувствовал над домом, не вызван магией.       — Артефакт? — задал очевидный вопрос Доппо, на который маг не ответил. — Осаму, что ты будешь с мальчиком делать?       — М? Тебя это действительно беспокоит? — поднял голову альфа и посмотрел на него.       — Ну, по крайне мере, мне интересно. Вряд ли у него есть навыки для выживания в открытом мире без посторонней помощи. Оставишь его себе?       — Я не заинтересован в этом, — хмыкнул Дазай, опустив взгляд на стол.       — Тогда может отдашь мне? Я возьму за него ответственность.       Казалось, весь фоновый шум стих в одно мгновение. Из-за этого стук сердца гудел в ушах, мешая мыслям формироваться в правильную цепочку. Сжав руки в кулаки, Дазай стиснул зубы и с трудом сглотнул ком в горле. Благодаря обучению магии он мог с легкостью эмоции взять под контроль, но сейчас это почему-то не работало. Хотелось выгнать друга и больше не пускать сюда. Желательно, чтобы Куникида не попадался ему на глаза ближайший сезон.       Медленно выдохнув, Дазай потихоньку выровнял дыхание. Тело постепенно расслаблялось. Подняв на него глаза, он широко улыбнулся. Неясно, что маг сделал плохого, отчего Доппо мог так шарахнуться назад, вытянув руки в оборонительном жесте вперед.       — Понял. Тогда я оставлю тебя. Мне еще нужно улучшить подъемник.       После этих слов Куникида вышел из кабинета, прошептав на последок: «Мне его жалко». Осаму складировал ноги на столе, балансируя на стуле. Пусть он услышал замечание друга, думать об этом дольше стука сердца не стал.       Поставив ноги на пол, Дазай вскочил со стула. Первым делом стоит проверить здоровье мальчика, а после решать все остальное. Кивнув самому себе, маг вышел из кабинета. Подойдя к двери, он решительно переступил с ноги на ногу. Прикрыв глаза, маг медленно сконцентрировался на своем дыхании. Вдох. Медленный выдох. Пол под ногами медленно завибрировал, когда он слегка выпустил ток энергии из себя вниз. Закрытыми глазами Осаму проследил за яркой волной, которая протягивалась до его комнаты и обогнула очертания парня. Он сидел на кровати и неспешно покачивался. Открыв глаза, Дазай изумленно выгнул бровь. Мотнув слегка головой, маг аккуратно постучал в дверь и зашел внутрь.       Ацуши дрогнул и сел ровно. Сильно далеко проходить Осаму не стал, поэтому, закрыв за собой дверь, встал возле нее. Улыбнувшись, он медленно осмотрел парня перед собой. Почему он качался? Его плечи слегка приподняты в напряжении. Его ладони сжимали одеяло так, что ладони стали белыми. На фоне темно-синего постельного белья это становилось еще заметнее. Зрачки нервно бегали от одного места до другого не в силах сконцентрироваться на фигуре перед ними.       — С тобой все хорошо? — глупый вопрос, но Ацуши надо было как-то разговорить.       Он неуверенно кивнул, сжимая одеяло сильнее. Дазай на фронте часто видел людей, которые не справлялись с накатывающими эмоциями. Постепенно они падали и падали в глубокую яму, наполненную тревогами и животным страхом. Медленно приблизившись к кровати, он присел на колени, на пол. Сложив руки на поверхность, он приложил голову на ладони и внимательно посмотрел на удивленного Ацуши.       — Я вижу, что ты обманываешь меня.       На секунду омега нахмурил брови, смотря на свой живот, а потом помотал головой. Заполучить доверие напуганного котенка будет сложно, чтобы хоть что-то выяснить о «Пионе». Но куда больше пугало его состояние сейчас. Не от хорошей жизни у человека появляются панические атаки. А их лечение с помощью магии пока невозможно. Все психологические травмы требовали больших внимания и времени. К тому же от душевнобольного также ожидают шаги навстречу к выздоровлению. Если он не хочет, тогда лучше не начинать это.       Мало кто решается обращаться в госпиталь, пугаясь высокой стоимости и длительной терапии. У Осаму предостаточно денег, поэтому он может обеспечить мальчику хороших лекарей и лучших лекарств. Но решится ли Ацуши. Выдохнув, маг задумался.       — Ладно, расскажи мне немного о себе. Что тебе нравится? — Дазай сменил тему, чтобы парень еще сильнее не закрылся.       — Я ничем не занимался дома, кроме учебы. Мне многое запрещали, — тихо ответил парень.       — Ну, теперь ты живешь здесь. Надо будет обустроить тебе комнату под твои увлечения. Может, хочешь что-то попробовать?       — Да, — Ацуши неуверенно согласился. — Я действительно могу?       — Конечно, — Дазай добавил решительность голосу, чтобы у парня не возникало никаких сомнений. — Теперь это и твой дом тоже. На этаже, где будет твоя комната, я запрещу любому перемещаться там.       — Но почему? — голос Ацуши дрогнул, когда он спросил это, опустив голову.       — Я хочу помочь тебе, — выпрямился Дазай, чувствуя легкое ощущение голода. — Что хочешь на завтрак?       В ответ он услышал тихий всхлип. Ацуши дрожащими руками вытирал глаза, стараясь проглотить слезы. Осаму осторожно протянул руку и коснулся ладонью его колена, неспешно поглаживая.       — Не сдерживайся.       Парень с извинениями закрыл лицо руками и тихо, почти беззвучно, заплакал. С каждым новым всхлипом он просил за что-то прощения. А Дазай все также продолжал аккуратно гладить колено.