Неизгладимые впечатления

      — Ларочка, вы меня спасли прямо. Вам нужно не просто в проводницы, а в бортпроводницы, с вашей-то модельной красотой…       В купе заглянул мужчина среднего возраста и самой посредственной внешности: с явным пивным животом, с сальными волосами, затянутыми канцелярской резинкой в тощий хвостик, одетый в потасканный чёрный пуховик. Бросил прямо на пол небольшой замызганный рюкзак и вернулся в коридор, продолжая разговор.       Столик в купе был заставлен остатками купленных в привокзальном Макдональдсе гамбургеров, наггетсов и картошки фри. Приятная худощавая блондинка лет сорока разливала кагор по пластиковым стаканчикам. Судя по пустой бутылке, валяющейся под столом, сидели три подруги хорошо.       — Анечка, надо чаще выбираться. Вот и семинар был настолько удачным, и погуляли здорово…       Сердце-то как зашлось. Кажется, на всё купе слышно, как оно об рёбра колотится и в висках стучит. Надо же, а ведь уже лет пять как не вспоминала. Да, как Петя родился, так и отрезало.       — Редко что-то собираться стали, всё повод ищем. Давайте выпьем вот так просто: за нас, за дружбу, — брюнетка казалась самой молодой в компании. Кареглазая, аккуратно накрашенная, с раскрасневшимися от выпитого щеками и сочными, подколотыми гиалуронкой губами она выглядела лет на тридцать, ну тридцать пять максимум.       Может, показалось? Нет, точно он. В его стиле, вон уже проводницу клеит. Лечь, что ли, на верхнюю полку и накрыться с головой? Не хватало ещё… Нет, тошно прятаться. Ну что он сделает?       — Давайте что-то после Нового года совместное организуем, Лер, что думаешь? Может, у нас на даче? Мужики шашлыки пожарят, костёр, дети побегают, — третья подружка сидела, удобно устроившись в углу и сложив ноги по-турецки. Смелая ассиметричная стрижка отлично вытягивала её круглое лицо с уже слегка поплывшим овалом, а ярким голубым глазам очень шли тонкие лучинки морщинок. Казалось, заработать такие можно, только если счастливо и искренне улыбаться как минимум двадцать лет из сорока, или сколько ей там? Вряд ли больше.       Не уехал, значит, из страны. Чем он там занимается? Смотрела же пару лет назад на Фейсбуке. Оборудование вроде продаёт для разлива пива? Нет, другое что-то, но точно менеджер по продажам. А понтов было, прям великий учёный, непонятый современниками. Публиковаться буду только за рубежом, в цитируемых журналах, ага, в Nature Medicine, как минимум.       — Добрый вечер, — мужик вошёл наконец в купе, оглядел стол и сидящих за ним, улыбнулся и тут же потянулся к рюкзаку. — Глядите, чем угостили. Как раз три штуки: для трёх нимф, так сказать, трёх граций, — на столе оказались три огромных ароматных яблока. — Так и называется сорт антоновка полуторафунтовая, по шестьсот грамм яблочки, а главное, это друг прям с дерева срывал, у него на даче растут, никакой химии, пробуйте.       — Мы уже закругляемся, сейчас на посошок и по полочкам, не волнуйтесь: мешать не будем, — блондинка разлила остатки кагора, щедро плеснув в четвёртый одноразовый стаканчик.       — Как же можно не волноваться в компании таких милых дам? С чем поздравлять и кого? Хочется, чтобы тост в тему был, — мужчина охотно взял стаканчик, присел на застеленную полку рядом с брюнеткой и потянулся за наггетсами.       — Отмечаем классный семинар и хорошую погоду, — сидевшая по-турецки вытянула ноги, ухватила огромное яблоко и стала натирать его салфеткой.       — Мытые, можно сразу кусать, меня Мишей зовут, а вас, дамы? Не хочется пить с незнакомками.       — Я Аня, — брюнетка глянула кокетливо и тоже потянулась за яблоком. — Это Лера, — она указала на блондинку. — А там в углу Ната. Или вам по имени-отчеству? А то мы все тут дамы серьёзные: главбух, ещё главбух и директор, круто, правда?       Не узнал, что ли? Как там мечталось когда-то? Должен был локти кусать, признаваться, рыдая, что мучился все эти годы, ну в крайнем случае молча страдать. Не заметил, значит.       — А я сейчас садовник, можно сказать. Посевной материал оптом продаю. Так, тост будет немного неприличный и длинный, не страшно? Тут вроде всем восемнадцать уже, хоть по вам, красотки, и не скажешь, — Миша поднял стаканчик и стал рассказывать баянистый анекдот.       Ну, в общем, женщина забегает в полицию и кричит:       — Помогите, меня только что изнасиловали!       — Успокойтесь, мадам, скажите нам, сколько их было?       — Человек семь.       — Не волнуйтесь, мы найдём их всех до одного!       — Всех не надо, мне бы третьего… ну и пятого.       Так выпьем же за то, чтобы вам встречались только такие мужчины, которые оставляют в памяти женщин неизгладимые впечатления!       Аня хихикнула, остальные скорее вежливо улыбнулись. Чокаться пластиковыми стаканчиками было глупо, но они всё же это сделали. Мужик навалился на остатки пиршества, Аня и Ната грызли яблоки и лениво обсуждали материалы семинара, а Лера начала убирать пустые коробки и грязные салфетки со стола в мусорный пакет.       Какая же феерическая пошлость. И кто-то реально клюёт на это? Потасканный нелепый ловелас с замашками алкоголика. Закономерный итог, если подумать. Девять лет… С шестнадцати до двадцати пяти до дрожи в коленках, до истерик, безответно, безнадёжно, как могут только такие наивные книжные дуры.       — Девчонки, кто со мной покурить в тамбур? Подышать свежим дымом перед отходом ко сну.       — Михаил, там минут через десять станция, можем выйти вместе на перрон, — сказала Ната, доставая из сумки сигареты и зажигалку.       — Да брось, я договорюсь с проводницей, там такая деваха, в доску своя.       — А зачем? Не подождёт, что ли? Ань, будем ещё? Мы вроде три бутылки кагора покупали? Давай под яблочки.       Отдать всю себя вот этому… ни за грош. Свой первый поцелуй: с пьяным в дупель на факультетской дискотеке, в перерыве между двумя сигаретными затяжками. Свой первый раз… нелепый, жуткий: на какой-то вписке, зная, что могут войти в любую минуту, по-скотски, с задранной юбкой и без всяких прелюдий. Своё первое признание, чтобы услышать… Блядь, ну и дура же. Девять лет начинать записи в дневнике с одного и того же имени, молиться на него, ненавидеть бесконечных соперниц, таскаться по пятам, придумывать сотни поводов, чтобы просто увидеть, коснуться.       Михаил споро открыл бутылку, и они вчетвером выпили под яблочки. Всю бутылку тремя быстрыми тостами. Миша сыто и довольно отдувался, стол был уже убран. И как только поезд затормозил, они с Натой ушли курить. Лера постелила себе на верхней полке, позвонила домой, пока был хороший приём, смыла косметику мицелляркой и завалилась спать. Аня достала планшет, нужно было глянуть повнимательнее на завтрашний график встреч, там были нюансы.       Спросить, что ли? Почему так? Не отталкивал и ничего не предлагал, принимал мою любовь как данность и временами, казалось, что-то чувствовал в ответ. Ел принесённые бутерброды, с удовольствием проводил время вместе, делился проблемами и победами, терпеливо выслушивал, давал дельные советы, помогал с учёбой, дарил подарки, одалживал деньги и не брал возврат. Снился почти каждую ночь: и эти девять лет, и следующие десять. Как дёргает шутя за косички, спит в электричке, положив голову мне на колени, переносит на руках через лужи, растирает горячими руками замёрзшие щёки и дует на обледеневшие пальцы. Подружка? Знакомая? Приятельница? Или хоть на одну минуту любимая? Кто, в конце концов?       Вернулись Михаил и Ната, когда поезд уже вовсю набирал скорость. Весёлые и оживлённые, окружённые запахом крепкого табака. Тишина купе заставила их перейти на шёпот. Впрочем, болтали недолго. Миша быстро застелил вторую верхнюю полку, а Ната просто упала на расстеленное и накрылась тёплым пушистым пледом. Выходить троим командировочным нужно было под утро, на их станцию поезд в четыре двадцать прибывает, а Мише вроде до конечной.       На перроне встречал Серёжа, отобрал у всех троих сумки, поцеловал Аню и, зевая, зашагал к парковке. Скучающие таксисты вскинулись было, но поняли, что в их услугах не нуждаются, и снова нырнули в машины.       — Спички тянули, кому встречать? — спросила Лера, улыбаясь и потягиваясь. — Или ты, Серёж, просто сильнее всех соскучился?       — Мне всё равно в первую смену, сейчас развезу вас по домам и на работу сразу. Как семинар?       Уже в машине в мессенджер Фейсбука пришло сообщение. Открывать было лениво. Спам, скорее всего, но привычка не откладывать на потом и выяснять всё сразу победила.       «Рад был увидеть тебя, крох. Я так и не понял тогда, почему уехала. Как же херово было, просто выл с тоски. Напечатал сто твоих фоток. Помнишь, где ты с распущенными на скамейке и сирень сзади? Всю стену в общаге заклеил. Садился напротив и пил прям с горла, пил и тобой любовался. И сейчас прямо лезвием по сердцу. Пять лет не курил, а тут... Набери меня: +7922…….»       Пальцы нажали Del, пока глаза не успели увидеть последние цифры. Так, сумку открыть, положить телефон. Прямо в лицо полился густой и сладкий яблочный аромат. Петя точно будет рад, он так любит яблоки, а тут такое: красивущее, огромное, так что только двумя руками и удержишь.