"Причуда" медиума

      Дверь снова открыл Айзава-сенсей, окинув его своим фирменным тяжелым взглядом, от которого у Мирио всегда невольно пробегал холодок по позвоночнику. Нет, он знал, что мужчина первоклассный герой, хороший учитель и в общем-то по-своему заботливый человек, но все же тот умел нагнать страху и сознательно этим пользовался.       - Заходи, – коротко произнес Шота, отступая в сторону.       Мирио подчинился, с некоторой долей трепета переступая порог квартиры. Все же это был дом самого Всемогущего, героя номер один, и он чувствовал себя неловко от того, что его пригласил сюда сэр, а у двери снова встретил Айзава-сенсей.       Пройдя чуть дальше и зайдя в гостиную, он осмотрелся. В кресле у стола сидел сэр и Мирио с некоторым удивлением заметил на его запястье характерный след от ленты захвата. Значит, разговор был вероятнее всего не из приятных. Да и сама атмосфера в комнате была не очень легкой.       У окна Мирио увидел худощавого светловолосого мужчину, который смотрел во двор через стекло. Должно быть, он высматривал Мидорию, который остался сидеть на скамейке внизу. Наконец он повернулся к комнате лицом, и Тогата замер под взглядом запавших, но сияющих глаз, которые смотрели на него с исхудалого лица незнакомца.       - Я не думал, что встречу тебя при таких обстоятельствах, юный Тогата, – произнес мужчина. – Но Мирай решил проявить недюжую инициативность в данном вопросе. Но даже при таких условиях, я рад знакомству с тобой, – по его губам скользнула улыбка.       Мирио чуть склонил голову, ощущая, как спадает напряжение в комнате.       - Для меня честь лично встретиться с вами, Всемогущий, – ответил он на приветствие хозяина.       Герой мягко улыбнулся и указал на стоящий в комнате диван, приглашая присесть. Мирио подчинился и опустился на край сидения. Чуть набравшись храбрости, он заговорил.       - Простите, что получил доступ к вашим личным тайнам, по-видимому, без вашего согласия, – произнес он, подняв взгляд на героя. – Я считаю своим долгом сказать вам, что я не раскрою их кому-либо и не буду каким-либо образом претендовать на то, на что у меня нет права.       Всемогущий смотрел на сидящего перед ним подростка, краем глаза заметив подавленную Айзавой попытку Мирая встрять в их разговор. У этого мальчика определенно был четкий и выверенный моральный компас, не замутненный амбициозными планами его наставника. Герой подошел к нему и опустился на диван рядом с ним.       - Как много ты знаешь? – спросил Всемогущий, решив сперва понять масштабы раскрытия тайны.       Мирио сжал руки на коленях.       - Я знаю, что вы хранитель наследия, которое называют «Один за всех», в восьмом поколении и что вы ищете того, кого можете пожелать назвать девятым. Я знаю, что «Один за всех» по своей природе является причудой, которая по всей видимости довольно сильна, – Мирио вздохнул и поднял взгляд на своего наставника. – Я предполагаю, что по каким-то причинам сэр посчитал меня человеком, который может заинтересовать вас. Но я также знаю, что ваше мнение отличается.       Всемогущий улыбнулся и положил худую ладонь на волосы подростка, чуть растрепав их.       - Ты хороший парень, – мягко сказал он. – Я уверен, что со временем ты станешь первоклассным героем. Да, все то, что ты сказал, правда. В том числе то, что мое сердце действительно лежит к другому человеку. И мне хочется верить в то, что однажды я услышу его согласие.       Глаза Ночноглаза расширились при этих словах героя. Каким образом Всемогущий уже успел заприметить кого-либо при том, что ушел с головой в работу, не обращая внимание ни на что вокруг? И даже, по всей видимости, успеть сделать официальное предложение. Напрашивался только по сути один возможный вариант.       - Тот мальчишка? – приподнял он бровь, выражая скептицизм – Всемогущий, тот факт, что он одержим твоими предшественниками, не делает его достойным преемником. Он еще даже не проходит соответствующее обучение.       Глаза Мирио чуть расширились.       - Одержим?       - В результате травмы, которую юный Мидория получил при нападении злодея некоторое время назад, он может видеть души предыдущих обладателей «Одного за всех», а также позволять им овладевать его телом на короткое время, – пояснил Всемогущий. – Это не вполне безопасно для него, но он это делает. И, видимо, Ночноглаз все еще находится под впечатлением того выговора, который ему вчера устроил Второй держатель, – он перевел взгляд на бывшего напарника. – А по поводу его достойности, то, как тебе уже не раз говорили, Мирай, это не твое дело. Я ценю твои попытки оказать мне помощь, но я принял решение, и я не советую тебе пытаться меня переубедить.       Мужчина только пожал плечами. Отчасти он надеялся, что раз этот ребенок не объявил о своем согласии моментально, то есть реальный шанс того, что он в конечном итоге откажется. И в этом случае уже ничто не помешает Мирио получить «Один за всех». Не говоря уже о том, что, согласившись, ребенок также получит в свои руки возможность передать силу другому человеку и, возможно, окажется более сговорчивым по отношению к его стажеру.       - Что ж, – произнес он, поднимаясь на ноги. – В таком случае, если ты принял свое решение, Всемогущий, то мне больше нет необходимости находиться здесь. Но все же будь так любезен и сообщи мне ответ этого ребенка, когда ты, наконец, его получишь.       Ночноглаз направился к двери, а Мирио неуверенно замер на диване. Его обеспокоила информация о том, что второй подросток контактирует с призраками, и он хотел бы узнать об этом чуть больше, но он не был уверен в том, что не должен уйти следом за своим наставником. Всемогущий явно заметил его колебания и чуть склонил голову, доставая телефон из кармана.       - Можешь остаться, – разрешил герой. – Я вижу, что это тебя беспокоит. И, возможно, они бы хотели тебе что-нибудь сказать. Раз уж так вышло, что и ты теперь полностью в курсе ситуации.       Мирио кивнул. Он был рад, что ему позволили побыть здесь еще немного и еще чуть-чуть прикоснуться к этой тайне. Но вместе с тем возможная перспектива общения с духами, вызвала у него естественное беспокойство.       Несколько минут спустя в дверь позвонили и Всемогущий вышел из комнаты, чтобы открыть ее, вызывая у Мирио мысленную улыбку. Еще через минуту Мидория немного неловко зашел в гостиную и его глаза обежали окружающее пространство.       - Не боись, пацан, – хмыкнул уже сидящий на столе Дайгоро. – Все веселье уже закончилось.       - Я бы не стал называть это весельем, семпай, – негромко произнес стоящий у окна Эн.       – И на твоем месте я бы слез со стола. Все же это невежливо, – заметил Хикаге.       Дайгоро фыркнул.       - Да ладно вам. Я буквально не могу ничего сделать, чтобы нанести какой-либо ущерб Восьмому, – в доказательство своих слов он провел пальцами сквозь стопку бумаг, рядом с которой сидел. – И вообще с каких пор вас это стало волновать?       - Ты подаешь дурной пример мальчику, – чуть нахмурилась Нана и шутливо спихнула Пятого на пол.       Тот фыркнул.       - Ага, а сама что, лучше?       Мирио наблюдал за тем, как рассматривавший стол подросток прыснул от смеха, явно не сумев сдержаться, и испуганно посмотрел на него, словно только заметил его присутствие.       - Не переживай на его счет, – произнес Второй. – Он уже осведомлен о том, что ты видишь нас.       - Да уж… Не знаю, какой из этого прорицателя герой. Но он точно большой профессионал по части того, чтобы раскрывать посторонним секреты, которые ему не принадлежат, – проворчал Третий. – А по поводу веселья, я, пожалуй, соглашусь с Шестым.       - Ой, да ладно вам, – фыркнул Дайгоро. – Хотите сказать, что вам было не весело, когда этого чрезмерно инициативного помощника скрутил Стиратель? Не притворяйся, Третий, я видел, как одобрительно блестели твои глаза.       Изуку чуть вздрогнул, когда ему на плечо легла рука Всемогущего.       - Все в порядке? – чуть улыбнулся герой.       - Да, все нормально, – кивнул мальчик и немного неуверенно бросил взгляд на чуть хмурого Айзаву. – Вы и правда связали его?       Брюнет коротко кивнул.       - Он утратил способность рационально мыслить, – безэмоционально констатировал факт мужчина. – Судя по тому, что тебе это известно, как минимум один из них был здесь, пока мы решали эту проблему.       Изуку кивнул, присев на краешек дивана.       - Со мной были Йоичи и Нана. Также чуть позднее к нам присоединился Дайгоро, – пояснил он. – Остальные были здесь.       Мирио чуть вздрогнул.       - Хочешь сказать, что, когда мы сидели и разговаривали внизу, непосредственно рядом с нами было три призрака? – спросил он, его глаза чуть расширились.       Изуку смутился и запустил чуть дрожащую руку в волосы.       - Э… Да, – он вздрогнул, его речь ускорилась и стала сбивчивой. – Но все в порядке, правда. Я… Я знаю их уже несколько недель. Они часто находятся рядом со мной. Они очень приятные люди, и они стараются помочь мне и поддерживают меня.       Мирио усмехнулся и махнул рукой, широко улыбаясь.       - Да, ладно. Не переживай ты так. Я просто удивился. Никогда не думал, что призраки реально могут существовать взаправду. Здорово, что ты их видишь, это очень необычная способность. Она похожа на причуду, – он провел рукой по волосам. – Наверное, это странно видеть и слышать то, что не может никто другой.       Изуку чуть покраснел.       - Ну да… Немного… Но обычно они все же стараются не отвлекать сильно мое внимание, когда рядом находятся те, кто не знает об этой моей способности и о их существовании.       Мирио понимающе кивнул. Теперь он по крайней мере понимал, с кем другой подросток разговаривал, сидя на скамейке, после его ухода. И должно быть эти духи также приложили свои руки к тому, чтобы успокоить его, когда его эмоции пошли в раздрай.       Тем временем Айзава посмотрел на часы и поднялся с кресла, в котором сидел последние несколько минут.       - Ладно, проблемный ребенок, полагаю с тебя хватит откровений на сегодня. И к тому же, я полагаю, твоя мать уже давно ждет тебя дома. Пойдем, я провожу тебя до твоего района. Заодно по пути зайдем в больницу. Я хочу, чтобы тот врач осмотрел тебя, чтобы понять, есть ли какая-то негативная динамика от ваших экспериментов с одержимостью. Все же вчерашний инцидент явно выходил далеко за рамки твоих текущих возможностей.       - Хорошо, – тихо ответил Изуку, также поднимаясь на ноги.       Айзава и Мирио вышли из комнаты, а сам Изуку немного неуверенно замер на пороге, оглянувшись на стоящего посреди гостиной Всемогущего. Мужчина чуть улыбнулся, однако в глубине его глаз Изуку заметил отголосок грусти, тот снова оставался один. Герой подошел чуть ближе и слегка взвихрил кудри подростка.       - До встречи, мальчик мой. Надеюсь, что в следующий раз мы сможем поиграть без того, чтобы нас прерывали незваные гости.       Изуку улыбнулся и кивнул, наблюдая за тем, как более яркая и счастливая улыбка тронула губы его кумира.       - Я буду ждать с нетерпением, – произнес мальчик. – И, уверен, что они тоже.       Всемогущий усмехнулся и проводил своих неожиданных воскресных гостей, прежде чем вернуться обратно в пустую квартиру. Глядя в окно на то, как Айзава и двое его учеников выходили из подъезда и шли по двору, он тихо прошептал.       - Мне и правда так сильно хочется, чтобы он дал свое согласие. Надеюсь, вмешательство Мирая не окажет негативного влияния на мальчика.

***

      Сидя в приемном покое знакомой больницы, Айзава терпеливо ждал, когда проблемный ребенок закончит проходить первичное обследование. Мирио чуть раньше попрощался с ними, потому что у него еще были дела, связанные с учебой и стажировкой в агентстве.       Однако, прежде чем уйти, подросток немного неуверенно подошел к Шоте и выразил некоторую обеспокоенность тем, что Мидории, по его словам, приходится буквально выживать и тот считает такую ситуацию нормой. Это не должно было быть нормой, в этом Шота был согласен со своим студентом.       Но вместе с тем он чувствовал, что сам подросток из тех, кто скорее будет молчать и терпеть вечно, чем попытается добиться к себе справедливости словами или поступками. В этом отчасти Мидория был похож на самого Шоту.       Айзава не мог также не заметить, что мальчик испытывает трудности с доверием, и особенно когда дело касалось взрослых. Однако, он, кажется, испытывал почти детское доверие к любому, кто был героем. Это отчасти подтверждалось тем фактом, что мальчик упорно отказывался пользоваться его настоящим именем и называть его Айзавой, вместо этого используя в речи его геройский псевдоним. Хотя они были знакомы уже некоторое время, мальчик не изменял этому странному неписанному правилу. То же самое касалось Мика и Шутки.       Вместе с тем Айзава испытывал некоторое беспокойство по поводу того, что тот факт, что, после инцидента со злодеем на теле мальчика в результате обследования были обнаружены также и следы ожогов, источником которых была чья-то причуда, не привел ни к чему.       При этом Шота знал, что у матери мальчика причуда телекинеза, а его отец действительно покинул территорию Японии более десяти лет назад. Да, тот злодей не мог оставить на теле своей жертвы ожоги, но ведь кто-то это сделал. Однако этот факт умело замяли и замели под ковер, мол угрозы для жизни нет и ладно.       Айзава был зол на подобную пренебрежительность к правам человека, но пока умело это скрывал, ведя скрытое расследование в свободное от основной работы время. Он понимал, что оно точно не перейдет в явную фазу до тех пор, пока ребенок не начнет испытывать к нему достаточно доверия, чтобы приоткрывать свою маску в моменты, отличные от панических атак.       Однако, похоже, что тот был более склонен открыться кому-то невзрослому. В этом отношении Мирио был идеальным человеком, который потенциально мог бы найти подход к мальчику.       Он был ненамного его старше, учился в Юэй на геройском курсе (привлекательно для Мидории и удобно для Шоты), знал об окружающих его призраках и даже об «Одном за всех» и уже выражал желание помочь. Пожалуй, это действительно стоило того, чтобы попробовать использовать, но все же не прямо сейчас.       С этими мыслями Айзава откинулся на спинку стула и вытащил из кармана телефон, который уже около получаса настойчиво жужжал уведомлениями у него в кармане. Должно быть эта неуемная парочка снова решила устроить ему веселую, с их точки зрения, жизнь.

***

      +28 новых сообщений       Сотриголова в сети       Шутка: Ну наконец-то! Не прошло и полгода. Стерка, что с @Брокколи? Мы вообще-то волнуемся. Ты написал, что нашел его, но тот так и не выходил больше в сеть. @Брокколи!       Сотриголова: Не отвлекай его, Шутка. Он сейчас на обследовании.       Сущий Мик: На обследовании?! Шо, что случилось с маленьким слушателем?       Шутка: О, боже, Стерка, скажи что ты пошутил. Я знаю, что у тебя нет чувства юмора, но я все же надеюсь, что на этот раз это действительно была твоя неуклюжая попытка пошутить.       Сотриголова: Это не шутка. И ничего с ним не случилось. Кроме того, о чем он писал в чате утром. Однако я хочу быть уверен в том, что знаю, какое влияние на него оказывает одержимость хотя бы на физическом уровне. Поэтому я привез его в больницу, чтобы его осмотрели. В конце концов никому из нас не следует забывать, что его способность общаться с его «друзьями» - это следствие повреждений его головного мозга. А это объективно не является шуткой.       Сущий Мик: Я понимаю. Расскажешь потом, что удалось выяснить?       Сотриголова: Да. И еще, возможно, на тренировках проблемного ребенка начнет появляться Мирио со второго курса.       Шутка: Ой, неужели у нашего брокколи наконец появился живой друг? А то мне показалось, что он проводит за тренировками с нами столько времени, как будто ему больше не с кем его проводить. И это как-то очень грустно. Особенно учитывая тот факт, какой он милый.       Сущий Мик: Это здорово, если он присоединится. Слушателю явно не хватает общения со сверстниками. Правда мне любопытно, как они познакомились… Шо?       Сотриголова: Встретились у общих знакомых.       Сотриголова офлайн

***

      Шота сунул телефон обратно во внутренний карман как раз в тот момент, когда дверь кабинета перед ним открылась и врач позволил ему зайти.       Мидория сидел на кушетке с проводами на голове, его глаза, когда он поднял взгляд, имели светло-зеленый оттенок. Он был одержим. Шота вздохнул.       - Проблемный ребенок, мне кажется, я достаточно ясно выразился, что тебе не следует это делать в ближайшее время. Тем более так скоро после того, как ты едва оправился от прошлого раза.       - Это я попросил его сделать это с одним из тех духов, которых он начал видеть после той травмы, – пояснил врач. – Мне необходимо было снять показания в тот момент, когда он одержим, чтобы понять, какое влияние данное явление оказывает на его тело и разум, – он повернулся к мальчику. – Этого достаточно, спасибо.       Мидория медленно кивнул, моргнув. Его глаза постепенно стали темнее, возвращая себе прежний изумрудный оттенок.       - Кто это был? – спросил Айзава, поняв, что это был кто-то новый для него.       - Йоичи, – тихо ответил мальчик.       Айзава кивнул и повернулся к врачу, который обрабатывал на компьютере полученные в процессе наблюдения данные.       - Можете что-нибудь сказать об этом?       Тот кивнул, протирая очки рукавом медицинского халата.       - Это очень интересное явление. Очень, – произнес он. – Оно словно бы временно перестраивает всю систему, ответственную за мышление мальчика. Он физически думает, как другой человек в этот момент. При этом я бы сказал, что подобная перенастройка его разума идет очень осторожно, не нанося необратимых повреждений.       - А можно чуть поподробнее? И если можно попроще, – попросил Айзава.       Врач кивнул и вернул очки на кончик своего носа.       - Можно и попроще. Разум мальчика и физически, и, я полагаю, ментально ведет себя подобно калейдоскопу. Эта одержимость смещает угол, меняя видимый узор, но не добавляет и не убирает фрагменты. Таким образом оказывается достаточно произвести поворот в обратном направлении, чтобы вернуть прежнюю картину. При этом, возможно, что его остальное тело также переживает подобную перестройку, – он повернулся к мальчику. – Полагаю, что не ошибусь, если скажу, что твои глаза повторяют цвет глаз конкретного духа, которого ты впускаешь в свое тело. Не так ли?       Изуку кивнул, глядя на врача.       - Осмелюсь предположить, что таким образом твое тело пытается подстроиться под, так сказать, управляющую силу. При этом, вероятнее всего, меняются не только твои глаза. И я бы посоветовал тебе не терять баланса между собой и ими, чтобы эти изменения не стали чрезмерно глубокими, – врач протянул руку и коснулся пальцами его груди. – Не забывай себя в этот момент.       Изуку несколько минут смотрел на свои руки, пока немолодой мужчина снимал все датчики с его головы. Он думал о том, что произошло вчера. О том, что, по словам духов, он физически начал напоминать Второго, и не только глазами, но и волосами, и даже шрамом на лице. И при этом предчувствие опасности Хикаге в этот момент буквально взвыло, ощущая угрозу для него.       - Я понимаю, – наконец произнес он, когда врач мокрой тряпкой смывал с его волос гель. – Думаю, я знаю, где проходит безопасная грань и как именно я рискую ее пересечь. Мне кажется, что я справлюсь с тем, чтобы не сделать этого. Они тоже помогут мне. Один из них может ощутить, когда возникает угроза, и дать другим команду разорвать одержимость. Я верю им.       - Тогда это самое важное, – улыбнулся врач, заканчивая стирать гель. – Если в этой стезе вы союзники, то все будет хорошо.       Изуку кивнул. Айзава чуть хмурился, слушая слова медика, но молчал. В конце концов он объективно мало что мог сделать, чтобы помешать проблемному ребенку использовать одержимость. Но вместе с тем, пожалуй, он тоже был склонен поверить этим духам, с учетом всей информации, которую ему удалось о них собрать, и наблюдая за их взаимодействием с мальчиком. Пусть его впечатление и было односторонним.