"Причуда" медиума

      Айзава задумчиво сидел за столом вместе с другими учителями Юэй. Уже почти два часа они занимались анализом выступлений кандидатов в рамках экзамена. Периодически кто-то из них голосовал за того или иного подростка и их личные дела откладывались в сторону. Позднее они будут рассмотрены вновь уже в контексте того, достоин ли этот человек досрочного зачисления или будет ли ему дана еще одна попытка на рекомендательном экзамене.       Из пятидесяти двух человек, пришедших на тест, завершить полосу препятствий на своих локациях смогли только пятьдесят человек. Двое получили травмы и не смогли пересечь финишную черту и, как следствие, выпали из рассмотрения профессиональных героев. Еще около двадцати человек не уложились в отведенное время, но их выступления также тщательно анализировались, чтобы понять наиболее вероятные причины задержки.       - Какое интересное решение, – заметил Цементос, глядя на то, как Мидория спрыгнул с почти преодоленного препятствия, после того, как его соперник сорвался вниз. – А ведь он мог прийти вовремя, если бы продолжил прохождение трассы. Пожалуй, это первый случай за сегодня, когда опоздание стало следствием сознательного выбора.       - Согласна, – кивнула Тринадцатая. – Пожалуй, я голосую за то, чтобы кандидатура этого мальчика была рассмотрена дополнительно.       - Поддерживаю, – кивнул Влад. – Способность сделать подобный выбор, поставив пострадавшего выше своего места в рейтинге, может говорить о геройском типе мышления.       - Пожалуй, – кивнул Снайп. – Но мне больше интересно, почему до этого ни на минуту не затыкавшийся и готовый голосовать за всех и каждого Мик на этот раз молчит. Что, слушатель не любит твое шоу?       Мик улыбнулся.       - Напротив, он его очень большой фанат. И лично мне он очень симпатичен, но я считаю более корректным воздержаться от участия в обсуждении его кандидатуры в данном контексте. Я не объективен и знаю это.       - Ты в принципе малообъективен, когда дело касается твоих маленьких слушателей, Мик, – усмехнулась Полночь. – Так что же отличает именно его?       - Мы просто лично знакомы с проблемным ребенком, – хмуро сообщил из своего угла Айзава. – Поэтому мы знаем его лучше.       - Мы? – чуть приподнял бровь Влад.       - Ой-ой! Я вспомнила! – взвизгнула Полночь – Это не его часом ты нашел на крыше в начале года? То-то мне его внешность показалась смутно знакомой. Мальчик-брокколи, на которого Шутка сразу положила глаз.       - Это он, – кивнул Мик. – Позднее мы с Шуткой подговорили Шоту подтянуть маленького слушателя в физическом плане. И сами вписались в эту авантюру на волонтерских началах.       - Поэтому нерационально нам высказываться о нем, – произнес Айзава. – Это создаст предвзятое представление, а я не намерен этого допускать.       - И все же, Айзава, я бы попросил тебя дать нам о нем хотя бы краткую характеристику, – заметил со своего места во главе стола Незу. – Если у нас есть возможность получить больше информации, было бы нерационально упускать такой шанс. К тому же мы все знаем твой трезвый взгляд на вещи и людей. Ямаде я бы это не доверил, а тебя хотелось бы послушать.       Айзава фыркнул в свое оружие захвата.       - Проблемный ребенок упорен и трудолюбив на тренировках и в отличие от многих у него есть работающая голова на плечах. Однако он также имеет тревожащую меня склонность к безрассудству, граничащую с саморазрушением во имя других, которая, вероятно, возникла вследствие психологических травм. Но с этим можно и нужно работать. В любом случае, если он войдет сюда на любой из курсов, я первым делом отправлю его к Гончему Псу.       Остальные кивнули и, отложив в сторону личное дело мальчика, вернулись к анализу того, как с экзаменом справились другие участники. Еще через пару часов они наконец отобрали порядка пятнадцати кандидатов, которые смогли привлечь к себе их внимание.       - Что ж, – произнес Незу, пересчитав папки. – Остановимся на этом списке. В ближайший день-два я проверю всю доступную информацию, связанную с этими детьми. И тогда мы снова соберемся и на основе анализа новых и более подробных данных решим, будем ли мы зачислять кого-нибудь из них досрочно. Айзава задержись ненадолго. Остальные могут быть свободны. Всем спасибо за труд.       Медленно все учителя покинули учительскую. Незу, соскочив с высокого стула и сунув папки подмышку, посмотрел на оставшегося в комнате Айзаву.       - Давай поговорим у меня в кабинете. Я не думаю, что это займет много времени. Но это важная тема.       Шота коротко кивнул и последовал за директором. Несколько минут спустя они были уже на месте и Незу заварил чай для себя и кофе для своего подчиненного, прежде чем сесть за свой стол.       - Всемогущий уведомил меня, что ты знаешь о статусе Мидории как будущего Девятого носителя «Одного за всех», – произнесла химера серьезным тоном.       Айзава коротко кивнул, делая глоток кофе.       - Знают ли об этом Ямада и Шутка? – спросил Незу – И насколько им и тебе известен текущий статус причуды мальчика, что он фактически беспричудный?       Шота устало провел рукой по глазам.       - Про беспричудность – да, мы знаем об этом. Отчасти поэтому я и согласился его тренировать. И формально Всемогущий объявил об этом на весь геройский чат еще в начале года, когда я пытался установить личность найденного мной ребенка. Но он высказал это в контексте предположений, так что в теории это можно обойти. И мы уже придумали, как. Насколько мне известно, про «Один за всех» и Мидорию знают еще Ночноглаз и Мирио Тогата со второго курса, которому тот рассказал это. Подростки с некоторого времени тренируются вместе. Эми и Хизаши я ничего не говорил, и мальчик тоже сознательно держит язык за зубами.       Незу кивнул и соединил перед собой лапы.       - Какова на данный момент официальная версия того, что он использует по меньшей мере причуду полета? – спросил он – Будет лучше, если наши утверждения будут соответствовать хотя бы друг другу, если уж не правде.       Айзава одобрительно склонил голову и начал объяснять.       - Ребенок видит призраков и общается с ними, – произнес он. – Формально эта особенность восприятия реальности является следствием травм, полученных им в результате нападения злодея, которое произошло в начале года. Но ее можно представить, как причуду медиума или что-то похожее. Также Мидория может быть одержим чужим духом и за счет этой связи использовать ту причуду, которой тот обладал при жизни. Учитывая, что «Один за всех» был причудой его Первого носителя, это также объяснит и возможность его использования в дальнейшем. Такое объяснение предложили они сами и меня оно устраивает. Также оно полностью устроило Мика и Шутку, когда мы использовали его, чтобы объяснить им, почему проблемный ребенок может парить. У них не возникло вопросов, поскольку они уже знали о том, что мальчик общается с группой призраков и может уступить им свое тело на короткий промежуток времени.       Незу кивнул.       - Хорошо. Тогда мы будем придерживаться этой легенды после того, как Мидория поступит сюда.       Айзава чуть приподнял бровь.       - Ты так в этом уверен? Собираешься снова играть в свои политические игры и подтасовывать события?       По губам Незу скользнула нечитаемая улыбка.       - Полагаю, мне не придется. Попав на предварительный экзамен, Мидория убедительно доказал тот факт, что на факультет общего образования он сможет поступить без особых проблем. В этом случае, думаю, он сам будет рваться на геройский курс через тернии спортивного фестиваля, а ты и Мик ему поможете. Что касается ситуации здесь и сейчас, то я не буду вмешиваться. Если большинство учителей решит, что он достоин досрочного зачисления, то я с удовольствием подпишу соответствующее распоряжение. Если нет, то мальчик будет иметь возможность попробовать свои силы на обычном или рекомендательном экзамене. Или на обоих сразу. На данный момент нас устроит любой исход, который сделает его одним из учеников академии. Поскольку этот статус даст ему право свободно тренироваться использовать «Один за всех».       Айзава кивнул, здесь и сейчас его устраивала такая позиция директора. Незу тем временем пролистнул личное дело мальчика и чуть нахмурился.       - Здесь нет отметки о том, что ребенок когда-либо был жертвой нападения злодея.       Шота даже не удивился, он уже знал об этом нарушении корректности данных мальчика. По сути оно само по себе было наименьшей неточностью и ложью во всем, что попадало в официальные бумаги и характеристики ребенка. Особенно те, которые подавались со стороны его средней школы.       Кроме того, Айзава некоторое время назад наконец выяснил название школы, в которой учится проблемный ребенок, и даже побывал в ней, сохраняя свое инкогнито, когда там проходил день открытых дверей около двух месяцев назад. Впечатление сложилось не из приятных.       В этой школе явно слишком много внимания уделяли причудам учеников, а не их воспитанию или образованию. У Шоты уже были подшиты в особую папку фотографии учеников, применяющих свои причуды прямо во время урока. Одно из многих доказательств.       Также там находилась копия материалов, которые школа предоставила по его запросу об ожогах на теле ребенка. Несколько сухих и равнодушных слов, суть которых заключалась в том, что ребенок - малолетний злодей с отклонениями в поведении и сам виноват в том, что его выходки выходят ему боком. По результатам внутреннего разбирательства ему было выписано несколько взысканий, которые были включены в его личное дело.       Мирио также передал Айзаве, что в окружении Мидории есть некто Каччан. И до недавнего времени не представлялось возможным выяснить, кто именно скрывается за этим прозвищем. Но теперь Айзава знал кто это, поскольку тайком наблюдал за тем, как Мидория пришел в академию. Шота был уверен в том, что как минимум один из призраков наверняка засек его присутствие, но судя по тому, что проблемный ребенок не узнал об этом, духи были на его стороне в этом вопросе.       Сам же Каччан, которого, как выяснил Айзава, на самом деле звали Бакуго, беспокоил героя своим поведением. Шота заметил, как тогда, встретив одноклассника в коридоре Юэй, Мидория вздрогнул и весь сжался, словно ожидая удара. Кроме того, на самом экзамене подросток продемонстрировал грубый и необузданный нрав, агрессивное поведение, а также причуду, способную вызвать ожоги.       Из размышлений его вывел вопрос директора.       - Ты хотел бы еще что-то сообщить мне, Айзава? – спросил Незу – Полагаю, твое расследование все еще не достигло завершения, но может быть ты можешь поделиться предварительными результатами?       Шота поднял взгляд. Ну, разумеется, от Незу невозможно что-либо утаить. Он буквально всеведущ. Иногда Айзава на досуге задумывался о том, что может быть его причуда вовсе не повышает его интеллект, а просто позволяет знать все и обо всех. Как бы они ни пытались это скрыть. Он вздохнул.       - Меня беспокоит то, что в окружении Мидории есть кто-то, кто оставил на его теле немало шрамов и ожогов, – наконец произнес он. – Дискриминация в различных формах также присутствует в жизни проблемного ребенка, но устранить ее полностью в реалиях нашего общества едва ли возможно. Однако систематическое физическое насилие следовало бы пресечь. Но мальчик, насколько я его знаю, никогда не назовет имена тех, кто поднимает на него руку.       Айзава задумчиво накрутил на пальцы одну из своих лент захвата и продолжил говорить.       - На самом деле меня даже отчасти успокаивает мысль о том, что рядом с ним есть призраки, которые в случае, если это зайдет действительно далеко, смогут дать телу мальчика силы защитить себя. А также они вполне способны оказать ему моральную и психологическую поддержку. Это действительно помогает ему. Он уже не так часто впадает в панические состояния, а скорее проявляет некоторую степень нервозности. К тому же, сейчас у Мидории также начали появляться и живые друзья. Как минимум Мирио. Плюс мне показалось, что он заинтересовал другого кандидата, которому он пытался помочь во время экзамена. А я знаю по собственному опыту, что это имеет очень важное значение в жизни того, кто годами презирался за ярлык, навешанный на него из-за причуды. Поэтому прямо сейчас меня главным образом волнует вопрос о физическом насилии.       Незу кивнул, глядя на мужчину перед собой.       - У тебя есть предположения о том, кто стоит за этим насилием? – спросил директор.       - Предположения, – подчеркнул Айзава. – У меня нет доказательств. И покуда я их не получу, я не буду раскрывать кому-либо свои мысли на этот счет. Однако я уверен в том, что в семье мальчик определенно в безопасности. Будь это не так, я бы уже давно вмешался. А школа всегда была рассадником жестокости по отношению к тем, кто более слаб в глазах окружающих. По крайней мере в последние месяцы проблемный ребенок имеет возможность контактировать не только с дискриминационной и травмирующей средой, которую создают окружающие его люди. И если он наконец перестанет звать меня исключительно Сотриголовой, я буду знать, что он, возможно, будет готов поговорить со мной об этом. Тогда я смогу действовать.       Айзава поднялся на ноги и, коротко кивнув директору, вышел из кабинета, чтобы каждый из них смог продолжить заниматься своими делами. В любом случае, сейчас он был не намерен больше говорить о своем расследовании. Шота отнюдь не хотел отпугнуть ребенка серьезными и радикальными действиями, которые он мог бы провести за его спиной. А что касается Бакуго, то он будет держать его на карандаше.

***

      Изуку, немного нервничая, заходил на территорию уже знакомой ему больницы, когда кто-то неожиданно окликнул его со спины. При этом сопровождавшие его несколько духов также ответили на внезапное приветствие.       Оглянувшись, Изуку с удивлением увидел подходящего к нему парня-птицу с экзамена. На его плече удобно устроилась Темная Тень, порожденная его причудой. Он немного торжественно склонил голову.       - Рад снова видеть тебя и твоих спутников, – поприветствовал его подросток. – Дядя Аро сказал мне, что ты должен сегодня зайти к нему, чтобы продолжить восстановительные процедуры.       - Дядя Аро? – немного неуверенно переспросил Изуку.       Парень кивнул.       - Тот врач, который осматривает тебя и изучает случай твоей связи с духами, мой дядя. Когда я поведал ему о том, что встретил тебя на экзамене, он сразу узнал тебя. И я рад этому. Все же твой путь во тьме слишком истощил твои силы в тот раз, и мы даже не смогли познакомиться. Меня зовут Токоями Фумикаге. А мою причуду – Темная Тень. А как вас именуют?       Изуку чуть покраснел, но Йоичи с легкой улыбкой провел пальцами по его волосам.       - Я… Я Мидория Из-зуку. Приятно познакомиться. Со мной сегодня Йоичи и Нана. Остальные решили быть где-то в другом месте.       Парень-птица чуть наклонил голову.       - Мы тоже рады знакомству. Полагаю, что тебе нужно идти, мы проводим тебя.       Изуку кивнул и пошел рядом с другим подростком. Краем глаза он заметил, как Йоичи, чуть улыбаясь, попытался обменяться рукопожатием с Тенью. Хоть у него это и не получилось, оба выглядели не слишком огорченными этим обстоятельством. Через пару минут Изуку уже постучал в нужный кабинет, рядом с которым действительно висела табличка «Токоями Аро».       Знакомый мужчина в очках с улыбкой обернулся, когда оба подростка вошли в кабинет.       - Я смотрю Фуми и его Тени действительно удалось повстречать тебя, – произнес он. – Признаться, я был удивлен тому, что судьба решила свести вас. Но я рад, что вы вроде как смогли более-менее найти общий язык. Хотя это порой и непросто.       Он негромко засмеялся и указал смущенному Изуку на кушетку в углу кабинета.       - Сегодня ты выглядишь получше, – произнес врач, подходя ближе и проводя осмотр. – Признаться, когда Сотриголова доставил тебя сюда вчера, я всерьез обдумывал вопрос того, чтобы госпитализировать тебя. Полагаю, все же сыграло свою роль то, что он не дал тебе заснуть в тот момент, и ты сразу смог начать потихоньку восстанавливать потраченную энергию.       Повозившись немного, он отступил, подключив к левой руке мальчика капельницу с питательной смесью.       - Сегодня просто повторим то же, что и вчера, – сказал мужчина. – И мои рекомендации остаются прежними. Еще два-три дня никакой учебы, тренировок и уж тем более манипуляций с одержимостью. Больше и чаще питайся, проводи побольше времени на свежем воздухе. В общем постарайся по возможности максимально отдохнуть и расслабиться. Хотя последнее тебе не так просто сделать, верно? – он подмигнул – Ведь ты, как и наш Фуми, ждешь вердикта из Юэй, не так ли?       Изуку густо покраснел.       - Я… Я не думаю, что этот вердикт будет в мою пользу, – пробормотал мальчик. – Все же там было много ребят, которые объективно сильнее меня и, наверное, лучше. Я же даже не смог уложиться в отведенное время и едва помню, как добрался до финиша.       - Мидория, – произнес севший на другую кушетку Токоями. – Если бы не ты, я бы и вовсе не добрался до него. Ты пожертвовал своим временем, местом среди победителей и своей энергией, чтобы помочь мне преодолеть последнее препятствие. Ты сказал, что так поступают герои, и я согласен с тобой в этом. И я думаю, что если герои в академии увидят это, то они могут и поддержать твою кандидатуру.       Изуку шатко, но искренне улыбнулся.       - Тогда твою тоже. Без тебя я бы так и остался лежать в нескольких десятках метров от финишной черты. И, признаться, это было бы отчасти обидно. Все же в тот момент я уже едва мог шевелиться и почти ничего не видел от усталости.       Нана вздохнула, сев рядом с ним и погладив его по волосам.       - Мы понимаем, почему ты так поступил, и знаем, что если бы все повторилось, то ты бы поступил в точности так же. Но все же мы волнуемся о тебе, малыш. Жизнь и здоровье тебе даны не затем, чтобы приносить их в жертву снова и снова. Пожалуйста, помни об этом.       Изуку кивнул, хотя его ладони сжались в кулаки, заставив его чуть поморщиться из-за дискомфорта.       - Расслабь руку, – произнес врач, подходя и поправляя капельницу. – Не напрягай мышцы, а то она так и будет смещаться и это может нанести тебе ущерб. Лучше расскажите, какие еще препятствия вам попались на экзамене, помимо этой стены для скалолазов.       Токоями чуть величаво кивнул, а его Тень начала болтать.       - О, мы с Фуми дрались против роботов. Их было несколько штук, и они буквально хотели нас подорвать своими ракетами. Также там был лабиринт из проводов, находящихся под слабым, но все же напряжением. А еще мы попали в дымовую зону. И Фуми там вообще почти ничего не видел. Пришлось мне подняться повыше и направлять его.       - О, я видела этот маршрут, когда облетала полигон, – заулыбалась Нана. – Я тогда подумала, что Эн смог бы провести Изуку через завесу. Но в конце концов нам удалось найти путь с чуть меньшим количеством преград.       Темная Тень кратко передала услышанное товарищу, чтобы он также знал, о чем идет разговор.       - А что в итоге повстречал ты? Каким путем тьмы тебя провели духи? – спросил Токоями.       - Я тоже прошел по зоне с роботами, – Изуку немного неуверенно провел рукой по своим волосам. – Благодаря Второму мне удалось нейтрализовать их. А до этого Нана подстраховала меня, чтобы я не упал в реку токсинов, когда я перепрыгивал ее по небольшим островкам безопасности, расположенным на разном расстоянии друг от друга. После этого уже была стена, где наши пути снова сошлись.       Токоями кивнул. Постепенно разговор сместился в сторону других участников предварительного экзамена, а также того, как они оба тренировались до этого и планируют это делать в дальнейшем (разумеется, Изуку не упомянул о героях).       Спустя какое-то время питательное вещество в капельнице закончилось, и врач с улыбкой отпустил их обоих, пожелав удачи и вновь напомнив одержимому подростку побольше отдыхать в ближайшие дни.       Уже стоя у ворот больницы, они обменялись номерами телефонов и попрощались друг с другом.       - Кажется, ты сорвал джекпот, Изуку, – улыбнулась Нана. – Ты встретил одного человека, но приобрел сразу двух новых друзей. Это ли не настоящее везение?       Мальчик улыбнулся с робкой надеждой и отправился в сторону дома, решив на этот раз неспешно пройтись через парк, а не ехать на автобусе. Ему же посоветовали больше гулять, чтобы быстрее восстановиться и вернуться к тренировкам, не так ли?