Секретная дача Бруно: История самой большой поездки

То было обычное июльское утро, такое же теплое и светлое, как и каждый день лета, который можно считать приятным. Такие деньки каждый проводит по-разному, однако глупо будет спорить с тем, что больше всего они запоминаются в хорошей компании. Точно так же счёл и Бруно, неожиданно отославший своим дорогим друзьям, которых уже мог считать семьёй, приглашение на свою загородную дачу, отданную ему по наследству. И он, конечно, пригласил их не просто собраться вместе и не просто потому, что внезапно захотел. Он планировал это уже давно и только сейчас ему представилась такая возможность в связи с рабочим отпуском на целую неделю. Это была большая радость, причем не только для него, но и для всех, кто в то утро неожиданно обнаружил сообщение в духе: «Господа и дама! Как вы смотрите на то, чтобы поехать ко мне на дачу в понедельник?» Принято это заманчивое предложение было всеобщим удивлением, ведь Бруно прежде не рассказывал о имении дачи, так еще и не приглашал туда на целую неделю. Даже тех, кто не воспринял это всерьез и тех, кому эта затея показалась глупой, вскоре удалось заинтересовать после небольших, легко рушимых протестов. Фуго согласился, узнав, что Наранча поедет, а он-то точно мог уговорить даже такого, как Фуго, отказаться ото всяких там дел. Мисту и Леоне уговаривать даже не пришлось, да и с Джорно повезло - отцы отпустили его, напоследок присыпав благословениями. А вот с Триш сложилась совсем иная ситуация. Ее отец был человеком слишком сложным, строгим и не слишком-то лёгким на подъем. Ответственность за получение его разрешения Бруно взял на себя сам. Всё-таки, уже достаточно взрослый и ответственный, чтобы все это организовать в лучшем виде. Уговоры были самыми разными от: «С нами она будет в полной безопасности!» «Спросите ее мнение, она сама хочет!» «Ей будет полезно развеяться и провести время с друзьями» «Вы же нас знаете, все наши номера у Вас есть» До крайнего козыря в рукаве: «Беру ее под свою ответственность, если что-то случится - вините меня» И это сработало. Наверное, с этого аргумента и стоило начать. И в назначенный день они дружной компанией двинули на дачу. Только не утром, как предполагал Бруно, а вечером. Потому что у Фуго были незаконченные дела, потому что Наранча опять застрял в магазине на лишние полчаса, выбирая между Лейсом с сыром и Лейсом с сметаной и зеленью, потому что Триш долго собиралась, словно едет не на дачу с друзьями, а на показ мод. Миста, кстати, не далеко ушел от нее, хотя собрался вовремя. Бруно вел предоставленный Леоне минивэн и вопреки ожиданиям на переднем сидение сидел не сам владелец транспорта, а Джорно. Путем честных и совсем непредвзятых аргументов Мисты, именно Джованна был выбран диджеем этого вечера. Выбор музыки - самое высшее проявление авторитета и хорошо, что такая большая власть попала в руки человеку сдержанному и открытому к предложениям. Джорно без лишних вопросов включал запросы пассажиров задних рядов, а между ними и своим музыкальным вкусом красовался. — Ну-ка, включи мою любимую! — Миста наклонился к переднему сидению, чтобы приблизить свое лицо к затылку Джованны. — Я клянусь, если ты включишь ему Карнавал, я выпрыгну из машины, — Фуго с неприкрытым осуждением смотрел на Гвидо. Немудрено, что именно он самым первым устал от новой музыкальной гиперфиксации друга. У Фуго всегда с терпением были проблемы. Миста совсем не удивился. Хотя на лице изобразил притворное изумление, мол, как же так, неужели кому-то в этой машине может не нравиться Валя Карнавал??? Гвидо отстранился от переднего сидения и подсел поближе к соседствующему Паннакотте, положив ему руку на плечо и приблизив свою наглющую морду к чужой щеке. — ВСЕМ ДЕВЧОНКАМ НУЖЕН ТОТ, С КЕМ ИХ ОГОНЕК НЕ ГАСНЕТ!!! — Не пропел, а прокричал строчки любимой прямо в ухо страдающего Фуго, который принял этот удар ниже пояса с эмоцией библейского мученика. — ААА! — Рявкнул Фуго в ответ с одним лишь желанием перекричать Мисту. С последнего ряда по Паннакотте прилетел подзатыльник, на что и без того измучившийся парнишка тут же повернулся с озлобленным и оскорблённым видом, однако тут же смягчился, увидев, что сделал это вовсе не Леоне, как стоило бы ожидать, а Триш, которой не понравился шум. Нагло ухмыляясь, Миста рассматривал раздосадованное выражение лица друга, а ноты попсовой мелодии, которую Джорно таки включил, лишь подтверждали поражение Фуго. Сидя между Наранчей и Мистой о спокойствии думать сложно, а уж тем более сложнее показывать его. Но на удивление, Джованна убавил звук в машине, что уже не так сильно било по ушам и способствовало сохранению ясности ума. Хоть что-то. Фуго повернулся к Наранче. Иногда он проявляет непривычную для него предусмотрительность. И сейчас он был одним из немногих с неразряженным телефоном и шумоподавляющими наушниками. Лицо его выражало умиротворение, глаза устремлены в меняющийся пейзаж из окна минивэна. Нечасто можно застать Наранчу в том духе, когда он не слушает американскую андеграундную рэпчину. А судя по неслышным напевам и легким постукиваниям пальца по бедру, слушал он что-то крайне ему неподходящее. Вот кого долгая дорога сломила первым. Его купленные заранее чипсы были съедены, а банка из под Доброй Колы валялась где-то в ногах, постукивая о подошву в моменты неровной дороги. Фуго в очередной раз покосился на Мисту и его воодушевленное лицо и решительно двинув рукой в сторону лица Наранчи, вырвал у него один наушник из уха. И вставил в свое. Чтобы там ни было — это лучше Вали Карнавал. — ЛЕЕЕЕ!!! — Наранча громко возмутился, дернувшись всем телом, когда его вернули в реальность. Но Паннакотта не реагировал на возмущения и даже старался не смотреть на любопытный взгляд Мисты, плохо скрываемый за напускной потерей интереса к обиженному. Фуго развернулся к Наранче спиной и облокотился на него, почти лег(что, в принципе, тоже произошло само по себе), а ноги по-хозяйски закинул на колени Мисты. Любимчиков Фуго разделяет строго и категорично. Можно подумать, что все слишком устали, чтобы протестовать. Но сюда больше подходит «чем бы дитя не тешилось, лишь бы не орало». И Миста даже не скинул с себя чужие ножки. В наушниках у Гирги играла Лана Дель Рей с ее «Summertime Sadness». Наранча такое отродясь не слушал — влияние Триш в компании видно сразу.

***

Дорога выдалась довольно долгой, но благодаря такому звуковому сопровождению из музыки и ругани, было по крайней мере не скучно, пусть такое и быстро выматывает. Ближе к концу дороги Джорно и Леоне поменялись местами, Фуго уснул, лежа на Наранче и Мисте, а Триш с самого начала поездки лишь изредка подавала признаки жизни, на пару с Наранчей прося остановиться по нужде. А некогда бурная разговорчивость Бруно сменилась молчаливой сосредоточенностью на дороге. Но всякая, даже самая протяженная и полная испытаний дорога приводит к конечной цели. Лишь только к девяти вечера группа оказалась на месте, о чем всех уведомил звонкий, усталый, но счастливый голос Бруно. Прежде чем приехать, каждый из компании представлял место своего отдыха по-разному. Дача Бруно была далеко, а сам участок не был как-либо обжит или ухожен, но все семеро были слишком вымотаны длительной поездкой, чтобы жаловаться и критиковать их место обитания на ближайшую неделю. Воздух был по-настоящему свежим и насыщенным. Та приятная прохлада, наступающая после томного жаркого дня, как вознаграждение за душную поездку. Может, вдали друг от друга все успели настолько устать и соскучиться, а может быть, это место и впрямь действовало умиротворяюще, от чего вся компания была наполнена сладостным предвкушением. Рассмотрев дачный участок так, как это позволяли силы, вольные и невольные дачники собрались на кухне за большим столом ради долгого, уютного чаепития и обсуждения дальнейших планов. Было уже темно, однако ночь была светлой и теплой - это лето было удивительно приятным. Было спокойно, недовольных своим положением не оставалось, да и будь оно так, все бы смирились в конечном итоге. Деться им теперь некуда — они ведь уже приехали. Под симфонию постукиваний ложек о края чашек, Бруно вкрадчиво рассказывал что-то о том, как он ценит присутствие своих друзей именно здесь и именно сейчас. Голос его был негромким, но слышали его все, в этом и не могло быть сомнений. Может, кому-то даже пришлось прилагать усилия, чтобы направить все свое внимание лишь на получение удовольствия и в том числе, на выслушивание этой небольшой благодарности. — Ещё раз спасибо вам. Я верю, что все это не зря! — стоявший рядом и выделяющийся на фоне остальных Бруно, обвел всех быстрым взглядом и тепло улыбнулся. Так искренне, как умел только он, причем в самые приятные моменты. Казалось, что под своим «не зря» он подразумевает что-то ещё, о чем ещё не сказал, но никто особо об этом не думал, все были слишком заняты обществом друг-друга и искренним наслаждением. — И тебе спасибо, да что б мы делали без тебя!! — Незамедлительно отозвался Миста, вскинув одну руку, тогда как другой он помешивал свой чай. Наранча следовал его примеру, не произнося ни слова. Молчание давалось ему тяжело, но в этот раз оно было более чем обосновано, ибо Гигра был очень занят поеданием вафелек, которые он самостоятельно и нашел на кухне. Не совсем ясно, сколько этим вафлям времени, но никто кроме Наранчи есть их не рискнул. Впрочем, его шумное жевание почти идеально компенсировало отсутствие всяких связанных в предложения фраз. Хорошо хоть, в этот раз он еще не дошел до того, чтобы говорить во время еды. И все же, что-то умудрилось пойти не так, возможно потому, что элитный черный чай из запасов Бруно показался Наранче недостаточно сладким. А может, что-то ещё побудило его потянуться через весь стол, задевая Фуго, только ради того, чтобы забрать сахарницу. — Ай, глаза хоть разуй! — Фуго недовольно фыркнул и отпрянул, как только его плечо неожиданно соприкоснулось с плечом Наранчи. От такого движения, рука парня, не нашедшая опоры, дернулась, роняя сахарницу и просыпая ее содержимое вдоль стола. Неожиданно, но никаких криков возмущения или раздраженных «от блять ты нахуй!!!» за этим не последовало, только лишь немое удивление, смешанное с безразличием. Ну, это же Наранча, он по-другому не может... Хотя, кто ещё виноват. — Я не специально, — Кинул Гирга в ответ Фуго, вот только это было не так актуально и извиняться он должен уже перед всеми, кого встревожил резкий звук и теми, кто получил лишнюю дозу сахара в свой чай. Молча наблюдавший за этим Бруно сокрушенно покачал головой, но ничего так и не сказал. Несмотря на усталость, сегодня он был крайне снисходителен. Может быть, потом уберет. — Ой, ё-мое! — Удивленный Миста хлопнул по плечу Наранчу, с которым и сидел по соседству. — Богатым будешь! И он ухмыльнулся, то ли поддразнивая и насмехаясь, то ли искренне пытаясь утешить. Зная характер Мисты, скорее всего — второе, его отношение к приметам вряд ли можно считать несерьезным! Но не все относились к ситуации так просто, как он. Леоне досталось больше всех — сахар разлетелся по столу крайне быстро, при этом часть просыпалась на его плащ и брюки. Приходилось стряхивать его резкими, быстрыми движениями прямо на пол. Деваться было уже некуда. — Ну-ну. А если он тебе за шиворот насыпет? Или в шапку? — Абаккио нахмурился и слегка надул свои неестественно-накрашенные губы. — Или это уже не принесет ему каких-то богатств? — Конечно нет! Это бы уже не считалось. — Миста отмахнулся, хихикая и глядя на то, как Наранча с предельным старанием пытается пересыпать хоть малую часть сахара на прежнее место. При этом он недовольно кряхтел, делаясь похожим то ли на милого котенка, то ли на беспомощного деда. — А что будем завтра делать? — Он поднял взгляд своих больших, фиолетовых глаз на Бруно, на что тот выпрямился. — Можешь убрать за собой, в конце концов? — Не ответив на вопрос, предводитель компании отошёл на шаг, быстро пробегаясь задумчивым взглядом по каждому. Палец Бруно скользнул по одной из столешниц. — Пока что это секрет. — Он хитро улыбнулся, сощурив глаза. Фуго тоже сощурился, но в подозрительной манере и Бруно был вынужден его успокоить. — Будет весело. Никто не стал спорить. Если Буччеллати что-то задумал, то выпрашивать раскрыть тайну бесполезно. Пытками и допросами этого типа не проймешь. На какое-то время кухня погрузилась в молчание. Даже Наранча уже не ел найденные вафли. — Тут что, связь не ловит? — Триш раздраженно цокнула, держа на вытянутой руке смартфон. — А ты попробуй на крышу залезть, — С едва заметной усмешкой сказал Леоне в духе вечно осуждающего молодежь деда. А ведь он нуждается в интернете не меньше остальных! — Несмешно, мне надо отцу написать, — Триш даже не смотрела на Аббакио. — А у меня ловит, — Джорно, из чистого интереса, тоже залез в свой телефон и, как оказалось, не зря. — Я могу написать Дьяволо, что все в порядке. — Пожалуйста, — Тихо попросила девушка и положив телефон на стол, откинулась на стуле. — А ты разве у него не в чс после... ну, "того" случая? — Миста наоборот, наклонился поближе к сидящему напротив Джорно. — Уже нет, — Блондин слабо улыбнулся, увлеченный телефоном. — Какого еще случая?! — В голосе Бруно прозвучала слабая тревога и заинтересованность. — Неважно, — Почти в унисон ответили и Джорно и Гвидо. Все внимание сидящих за столом было приковано к ним. Кроме Триш, которая все также отрешенно сидела на стуле. Ее вид совсем не выдавал того, знает ли она о чем говорят эти двое. Бруно вздохнул, прикрыл глаза на пару мгновений и посмотрел на скучающую Триш: — Устала? — Ага, — Коротко ответила она и все-таки соизволила посмотреть на хозяина дома. Она ответила за всех. И ее ответ означал, что пора заканчивать с чаепитием и идти спать. Дальше все прошло спокойно и почти без каких-либо происшествий. По одному слову Бруно, все убрали лишние вещи со стола, оставив мытьё посуды какому-нибудь счастливчику на завтра. Чисто физически и по уровню усталости почти каждый был готов уснуть в любую секунду. Триш, выбившая себе права на отдельную комнату, отошла ко сну раньше всех, ни о чем не беспокоясь. Другим же пришлось спать в обществе тех, с кем повезет. Свет выключили на ночь и несмотря на светлую, июльскую ночь, в помещении почему-то было очень темно. В одних это вселяло спокойствие, а другим наоборот становилось тревожно. В какой-то момент Наранча громко пожаловался, что его кусают комары, да и своим писком не дают ему как следует выспаться, а получив похожую претензию со стороны Фуго в свой адрес, Наранча стал жаловаться тише, пока наконец не уснул. Триш тоже отличилась, успев пожаловаться на то, какой колючий плед ей достался. К счастью, эту проблему было легко устранить — Бруно отдал свой и кажется, со всеми неудобствами было покончено! В целом, спать в новой обстановке всегда непривычно и возможно даже сложно, но как это обычно бывает после насыщенного событиями дня, сон получается крепким.