Сквозь ладони

На следующее утро Аяко, как и обещала, приехала в офис. Она перечитала договор на свежую голову. Не увидев там ожидаемых подводных камней, пересчитав финансы и подсчитав зарплату, брюнетка приняла решение согласиться. Не из-за Изаны, что так вовремя решил включить добродетель. А потому, что теперь ей нужно было поднимать ребёнка. — Рад вас видеть, — он стоит возле двери своего кабинета, держа руки в карманах, а затем забирает у нее бумаги, даже не глядя на подпись. Знал, что подпишет. Аям вышла из кабинета знакомой и глянула на девушку, а затем на мужчину. Она прошла мимо, но прищурилась, слушая свои собственные мысли. Из-за того, что Изана смотрел на ту маленькую девушку, Аям кое-что придумала. — Прошу ознакомиться с правилами фирмы и глянуть фронт работы в вашей личном кабинете, — указывает он на соседнюю дверь. В его кабинете была ещё одна, которая вела прямо к ней, так что той, что снаружи он пользоваться не будет. — Всё-таки мне кажется, вам стоило поискать кого-то другого на эту должность. Есть много юристов классом выше меня. Мне придётся долго вникать в суть, но я постараюсь. Если вы не против, я бы хотела сразу приступить… Кинув короткий взгляд на жену директора, брюнетка прошла в выделенный кабинет. *** — Значит, ты хочешь сплавить Изану на его нового юриста, потому что она в его вкусе? — подводит итог разговора Какучо, натирая бокал тряпкой. Он стоял за баром, а его знакомая сидела перед ним. — С чего ты вообще решила, что у них что-то получится? Изана не умеет любить. Тебе ли не знать. — Зато я смогу спокойно свалить, — хлопает она ресницами. — Вляпается в нее по самое не хочу, забудет о моем существовании, потом разведется, даже без моего участия, а там жизнь хорошая. Я уже пыталась просто так дома не ночевать. Меня прямо с мотеля силком домой отвозили. Так что… Это отличная идея. — Вот как… — Какучо усмехнулся, — как насчёт, поужинать вместе? Скажешь ему, что пришла принести соболезнования об утрате. Что так смотришь? Свято место пусто не бывает. Глядишь, может, влюблю тебя в себя? Я просто шучу. Не смотри так. Просто знакомиться некогда, а одному уже тошно. Просто поедим, и провожу тебя домой. Она убрала руку со щеки, но также пристально продолжала на него смотреть. Наклоняет голову то на один бок, то на второй и допивает алкоголь в стакане. — Поужинаем. А ему говорить я ничего не буду, — она поднимает уголки губ, а затем крутится на стуле. — Тогда… Как насчёт завтра? — предложил Какучо и улыбнулся, поставив стакан на подставку. *** — Опять смотришь фотографии с детьми в сети? И не надоело ещё такой ерундой заниматься? — Изана недовольно фыркнул, кинув на жену короткий взгляд. — А мне либо детей смотреть, либо порно. Тебя вообще колышет, чем я занимаюсь? — щурится она и встаёт с места. Она была уже одета для ужина. Даже слегка накрасилась и волосы уложила. — Как дела с юристом? — откидывает она телефон на кровать и наклоняется к нижней полке шкафа, чтобы разглядеть обувь, а затем садится на корточки, выбирая подходящие туфли. — Хотя… Мне какое дело так ведь? — Именно. Куда намылилась в таком виде? — он окинул ее взглядом. Не то, чтобы тот прямо без меры любил ее, просто ему нравилось все контролировать. И, когда все выходило из-под контроля, это не могло не злить. — Мужчина появился, вот и на свидание иду. Она знала, что не поверит, а проверять не будет. Кто к ней кроме него подкатил бы? Не было бы его, так и другого тоже не наблюдалось бы. — Целовать не буду. Она рассмеялась и вышла на улицу, где уже стояло такси. Аям ехала до ресторана всего пятнадцать минут, считая все светофоры. Заходя внутрь, она поправила на себе платье, а после только окинула взглядом Какучо. Хорош же собой, чего к Изане прицепилась? — Привет, — уселась она напротив. — Извини за опоздание, кое-кто притворился пиявкой. — Рад, что ты не решила меня опрокинуть. Мико сказала этот галстук подходит под цветы лучше, — он достал из-под стола аккуратный букетик мини-роз. — Не слишком банально? — Так у нас свидание? — прикинулась она глупой и забрала у него букет. — Сказала, что без цветов приходить не принято. Извини если… — Спасибо, — смущённо она улыбнулась, не стала спрашивать за Мико. Ни о том, будет ли она приходить к нему вместе с матерью, или же полностью на нем, пока мать работает, если работает вообще. — Как в штатах? — она бессовестно его разглядывает, даже не понимает, почему. Может потому что, пять лет безвылазно сидела дома, а мужчин только в телефоне видела? — Стоят. Куда они денутся? — он усмехнулся, — ты действительно хочешь поговорить об этом? Мне казалось, тебе будет интересно все что угодно, только не обсуждение прошедшего… И как Изана, будучи таким ублюдком может получать лучшее? Он просто дурак, что не видит, какая ты. Жаль, нельзя отмотать время… Так. Что-то я начал нести бред. Пора выпить — Забудь о нем. Давай будем вместе? Обещаю, надоедать не буду, — она была более собранной и прямолинейной, чем он. Захотела, сказала. И кто ей запретит? — Пей-пей, я просто предложила. — Что-то я уже передумал пить… Начинает казаться, будто ты и ужинать не хочешь. — Какучо цокнул языком. — Нет. Сегодня надо как положено. Давай закажем что-нибудь, пока не предложил свалить… — Как хочешь, — прикусила она нижнюю губу, а затем пустила смешок, поднося к губам бокал с водой. — А ты… Как долго ещё ёрзать на стуле будешь? — Признаться честно, на свидания я не ходок. А ты сегодня так хороша, что в штанах тесно, — парень снова цокнул, поняв, что ляпнул лишнего. — Извини. Говорю же, голова не соображает. — Ничего страшного. Тебя же никто за это не накажет, так ведь? — она снова пускает смешок, смотря как ему неловко. Характер у нее конечно… — Смотри, чтобы кому-нибудь в тарелку пуговица с брюк не отлетела. Девушка рассмеялась, снова делая глоток воды. — Смешно тебе? — он чуть щурится, а после водит головой по сторонам. Он ей честно признался о том, как она возбуждает его, а она только и делает, что шутит. — Идём-ка… Давай, давай. Все равно горячее еще не принесли. Какучо берет девушку за руку и уводит в сторону туалета. Дверь закрывается, девушка прижата к ней спиной. Он стоит так близко, упираясь в ее бедро, что, кажется, чувствуется, как член пульсирует. Она резко впивается в его губы и руку опускает к бугорку. — Ты же не обиделся? Знаешь же, что я не особо умом отличаюсь, — смеётся, а затем снова целует его, расстегивая его брюки. — Хожу без белья, так что тебе легко со мной придется. — Что прямо и зимой тоже? Не засудишь? — он усмехается, проходится губами по ее шее, чуть причмокивая нежную кожу, проходится пальцами выше, задирая платье и входит в нее несколькими сразу, поглаживая большим пальцем чувствительный узелок снаружи. Она давно уже забыла о таких ощущениях. Чужих, горячий и столь возбуждающих. — А ты заботливый… Мхм! — запрокидывает она голову наверх. Она и без того была мокрая, сама же ерзала на стуле, но поиздеваться над Какучо — хотелось. Он двигается пальцами быстрее, заставляя ее дыхание сбиваться ещё сильнее, тихо скулить под ним. — Что? Может, поиздеваться над тобой в отместку? Как насчёт взять и резко остановиться…? — он предупреждающе замедляется, намереваясь сдержать слово. — Нет, нет, нет! Ну! Какучо! — жалобно она скулит, как щенок. — Пожалуйста-а-а, — хватается за его руку, что ладонью плитки касалась. — Я больше так не буду… — Ты такая сразу прямо лапочка стала! Ты так умеешь? Я бы понаблюдал за тобой ещё… Если бы не чёртов стояк. Он расстёгивает ремень, приспускает штаны и, взяв девушку за ногу, поднимает её вверх. — Закинь повыше… — произносит, закинув ее ножку выше кисти, чтобы удобно было, а после, как только она выполнила просьбу, вошёл во всю длину, припадая к ее губам. Какучо позволил им насладиться проникновением, а после начал нежно трахать ее. Аям мычит ему в губы, растягивая свои в улыбке, приоткрывает рот и сладко стонет. Специально наклоняется к его уху и продолжает издавать звуки, кусая его за мочку. Ненавидит себя за то, что не кинула Изану ещё тогда и не взялась за Какучо. Всё думала, что так нельзя, некрасиво. Теперь уж точно Хитто не отпустит. Он и рад только. Гладит ее нежно по бедрам и талии, целует шею, плечи. — Не устала? Я могу взять тебя на руки… — шепчет, чуть ускоряясь. — С тобой… Фиг устанешь… Такой медленный. Дразнит, его, целует, держась ладонями за щеки. Прямо всю энергию у него высасывает. — Вооот как? Тебе значит побыстрее хочется? Он нарочно замедляется, но делает толчки резкими, врезаясь в ее лоно каждым толчком. Такой секс, пожалуй, ещё приятнее, задеваются все нервные окончания разом. — Оу… Черт! — дёргается, сминая свою грудь. — Задушить бы тебя… Она тянется к его шее. Кусает ее, а затем целует места укусов и припадает головой и телом к стене, постанывая. Он не оставляет на ней следов, кроме тех, что не будет видно. Отпечатается в ее памяти, даже если после ничего не будет или Курокава сотрет его в порошок. Плевать. Сейчас он хочет сделать ей приятное, хочет брать до последнего, пока молить не будет остановиться. Она дрожит и кончает, выпуская стон и смеётся. Получила что хотела. Парень делает еще толчок, а после заполняет ее изнутри своим семенем. — Что такое? Сразу смеяться перехотелось? — он делает вид, будто раздосадован своим поступком. — Я тебя пометил… — произносит в ее губы, целует нежно, а после отстраняется и помогает ей встать ровно. — Помечай, сколько душе угодно, Какучо… — дышит она не ровно и улыбается, поправляя платье ещё раз, целует его. — Горячее уже принесли, как думаешь? — Думаю да… Давай вернемся к столу.