Постоянное искушение: Вампир и его Друг

Когда-то небесно-голубые радужки глаз сейчас налиты рубиновой кровью, настолько яркие, и рот машинально открывается с гулким чавканьем, обнажая длинные и острые клыки. Его тяжелое дыхание обжигает даже на приличном расстоянии, чего Корзухин пугается. Он и подумать не мог. что его товарищ окажется какой-то нечистью. Слишком уж смазливым личиком тот обладал для простого подростка, но чтобы вампир? Игорь бы в жизни не поверил в это, потому что Лагунов выглядел как обычный человек. Да, слегка бледноватый, но это же не повод считать его вампиром. да и глаза у него обычно были светлые, наполненные жизнью, а не кроваво-красными как сейчас. Правда раздумья насчет принадлежности Валерки к кровососущим достаточно быстро прервались, стоило только Игорю ощутить, как свободная рука юнца дрожащими пальцами отодвигает ворот белой рубахи на старшем. Не успевает он что либо сказать в протест, как слышит тихое: «прости меня» из чужих уст, и его валят на пол, придавливая своим весом, кусают. Игоря пронзает резкий укол боли, когда острый язык (ну вот эта кровососущая хуня) протыкают его мягкую кожу шеи. Сердце начинает бешено колотить в груди, стоит ему только осознать, что сейчас происходит, и что этот наглец делает с его нежной шеей. Он хочет вырваться и начать отбиваться от озверевшего вампира, но у него ничего не выходит, кажется, будто Валера стал еще тяжелее, а его тело буквально горело и это чувствовалось даже через несколько слоев одежды прямо сейчас. Старший беспомощно дергает руками и ногами, пытаясь столкнуть с себя верхнего, да только все напрасно. Наш юный вампир же сейчас был в агонии безумства. Внутренний зверь не мог нарадоваться, наконец-то объявившейся добыче в его зубах, а его здравому разуму хотелось рвать и метать, хотелось прекратить и тысячу раз слезно извиниться перед другом за себя. но он уже не мог остановиться. Это манящее тепло чужой пульсирующей вены под его языком. Жажда была такая сильная, что он просто не мог сейчас отказаться от возможности усмирить это чудовище внутри него. Впивается резко, не заботясь о том, что он может запачкать и себя и жертву. когда отверстия успешно проделаны, он блаженно начинает высасывать горячую струящуюся кровь Игоря. ох, боже. Это было благословением, щедрым подарком от святейшего бога, который только мог существовать. жаркая, сладкая кровь течет по горлу и обжигает внутренности. она была настолько вкусной, настолько невозможно горячей и идеальной для организма Лагунова. Хотелось утонуть в ней, в его собственном кровавом раю только для него одного. Он глотает слишком жадно и много, кажется, чуть ли не давится, когда пытается проглотить слишком много за раз. еще немного. Ещё совсем немного и он перестанет, честно...