Dreams come true

Чонвон не позволяет себе анализировать произошедшее ни через день, ни через неделю. Было и было, сожалеть о содеянном не хочется. К тому же, ему все понравилось. Кто-то может сказать, что это безнравственно и грязно – пускай. Стыдно признаться даже самому себе, что поймав взгляд пылающих глаз Чонсона, на секунду захотелось ощутить его руки на себе, подчиниться. Яну понравилось, каким строгим был младший из близнецов, понравилось слушать его команды и испытывать удовлетворение от того, что Чонсон остался им доволен. Джей тоже больше не поднимал эту тему, не говорил о том, что может быть, надо попробовать еще раз, что Чонсон этого хочет. Ян был немного разочарован (исключительно в себе, не в братьях), но понимал, что так будет лучше и правильнее. Нужно остановиться, пока это еще возможно. С Чонсоном они редко пересекались, в основном Джей упоминал его в разговоре, давал понять, что с братом все в порядке. Тот, кажется, отправился в отпуск на Чеджу, но подробностей Вон не знал, а специально спрашивать не осмелился. С течением времени он подумал, что все позади, и это действительно было лишь единожды, дабы исполнить желание именинника. Но сегодня, в заслуженный выходной Яна, Джей ему позвонил, чтобы обратиться с просьбой: - Малыш, я забыл у тебя портмоне, а там была флешка Чонсона. Она ему очень срочно нужна! Прости, что тревожу тебя, но не мог бы ты ему отвезти на работу? Пожалуйста! - голос Пака звучал умоляюще. Чонвон тяжело вздохнул, он собирался поваляться еще часок, а потом прибраться в квартире. Но раз Джей просил… - Я отвезу. Это срочно? - Желательно в течение часа, максимум – двух. Там какой-то отчет, который нужно закончить и сдать к полудню. - Ладно, - соглашается Ян. – Куда деваться… - Спасибо, детка, ты лучший! С меня причитается! - Ничего не надо, - качает головой младший. Но знает, что Джей все равно что-то организует. - Люблю тебя, до вечера! - Пока, хён. Без малейшего желания куда-то идти Чонвон выползает из кровати, наспех завтракает и собирается в путь. И угораздило же Джея забыть флешку брата у него? И почему вообще флешка Чонсона была у Джея? Слишком много вопросов, слишком мало ответов. За час от добирается до здания, где работает младший Пак, и не без труда находит нужный кабинет. Чонсон трудится с еще одним мужчиной на вид лет сорока, Ян кланяется обоим: - Чонсон-хён, я принес твою флешку, - передает устройство в оказавшиеся ледяными руки Пака и замирает на месте. А что дальше? Наверное, стоит просто попрощаться и уйти. - Спасибо, Чонвон, ты как раз вовремя. У меня еще есть немного времени в запасе, могу я угостить тебя кофе в благодарность? - Правда не стоит, это было не сложно, - из вежливости отказывается Ян. Ему кажется, останься они наедине, он будет испытывать неловкость. - Бегаешь от меня? – напрямую спрашивает Пак, пронизывая взглядом. Чонвон замирает и еле находится с ответом: - Нет, что ты! - Тогда идем. У нас в буфете делают довольно пристойный кофе, - он бесцеремонно тянет Чонвона за рукав к выходу, вынуждая последовать за ним. Спускаются на лифте в тишине. Оказавшись в так называемом буфете, который на самом деле кафетерия, Чонсон ведет младшего в свое излюбленное место – кофейню с приторным названием «Сладость». - Ты какой кофе любишь? На улице тепло, поэтому Чонвон заказывает айс латте. Получив свои напитки, они занимают один из свободных столиков у окна. Ян помешивает содержимое стакана, не поднимая взгляд на соседа, но Чонсон вновь идет напролом: - Не надо избегать меня, Чонвон. Ты не сделал ничего такого, чего стоит стыдиться. - Я не избегаю тебя, хён, - бурчит под нос. – Просто мне немного неловко. - Ты жалеешь? Чонвон поднимает наконец взгляд и смотрит прямо в темные как космос глаза: - Нет. - Рад это слышать, - на лице Пака появляется крошечная улыбка. – Ты был прекрасен, Чонвон. Идеален. - Не смущай меня, хён, - Ян не может спокойно реагировать, когда старший говорит такие вещи. - Просто констатация фактов. Надеюсь, ты это и так знаешь. Никогда в себе не сомневайся. - Не знаю, что и ответить. Спасибо? - Говорю же, это даже не комплимент, а данность. Ты не видишь себя со стороны, а я  - да. И раз уж мы говорим откровенно. Что бы ты ответил, если бы я сказал, что хотел бы присоединиться? Коснуться тебя, поцеловать, зайти так далеко, как ты позволишь. Ты бы хотел этого? Чонвон как рыба беззвучно открывает и закрывает рот, хлопает глазами, пытаясь осмыслить услышанное. Молчание затягивается. - Если я тебя обидел своим предложением, прости. Я не считаю тебя легкодоступным, наоборот – ты желанный и недостижимый. Можешь дать мне по лицу, если хочешь, я пойму. - Почему вы с Джеем всегда думаете, что я стану распускать кулаки? – повышает голос Ян, едва не вскакивая с места. – Я хоть раз кого-то бил вне ринга? Нет! Если я занимаюсь боксом, не значит, что раздаю апперкоты направо и налево. - Извини. Но Джей считает тебя довольно вспыльчивым, это могла быть закономерная реакция. - Вообще-то, я сдержанный! Я - учитель! Я всегда решаю конфликты мирным путем! - Это достойно уважения. Прости меня, Чонвон. Я был не прав. Вновь воцаряется тишина. Ян не знает, как реагировать, не знает, что ответить. - Эта ситуация с флешкой… Вы специально все подстроили? - Я не знаю. Но я давно хотел с тобой поговорить, а тут выпал такой шанс. - Джей в курсе? - О том, что я хотел бы составить вам компанию? – согласный кивок. – Конечно. Я не стал бы действовать за его спиной. В этот раз я решил поговорить с тобой сам. - Мне нужно все обдумать. Не могу принять решение вот так сразу. - Конечно. Я понимаю. Спасибо, Чонвон. Ян не до конца понимает, за что его благодарит Пак, но кивает. - Спасибо за кофе. - Не за что. Это лишь малая благодарность за твою помощь. Они наскоро прощаются, Ян спешит убраться восвояси, а Чонсон поднимается обратно в офис. По дороге домой Чонвон крепко задумывается о полученном предложении. Не то чтобы это стало шоком, но прошло уже какое-то время, и он потерял бдительность. И будет ложью сказать, что он сам не думал об этом. Каково это, заняться сексом с двумя братьями одновременно? Джей и Чонсон внешне схожи, но по характеру совершенно разные. И если от старшего брата Ян знал, чего ждать, то младший оставался темной лошадкой. Чем больше Чонвон думал об этом, тем сильнее сомневался. В конце концов решил, что надо поговорить с Джеем и расставить все точки над "и". Если и соглашаться на предложение, то только на своих условиях. - Ты это специально подстроил? – интересуется он у Джея, когда тот возвращается домой тем вечером. Пак не делает вид, что не понимает, о чем речь. Опускается на диван с усталым вздохом и берет младшего за руку: - Прости, детка. Чонсон сам хотел с тобой поговорить, но я не знал, как вас свести. Боялся, что ты не захочешь с ним общаться, что тебе будет некомфортно. Но брат настаивал, и я поддался. -  Ты так слаб, когда это касается брата. Всегда идешь у него на поводу, - дуется Вон. - Ты и он – два моих самых любимых человека. Я на все готов ради вас, - Джей утыкается носом в шею Чонвону, ластится, как кот. Младший вздыхает и ласково гладит по голове, перебирает осветленные волосы. Ну не может он сердиться на своего парня. - И что ты сам об этом думаешь? Не боишься, что Чонсон влюбится в меня? А вдруг…я в него влюблюсь? Джей ловит на себе встревоженный взгляд и отвечает: - А должен? Я знаю, что физическая близость для тебя – не пустое место. И если ты боишься, что после секса возникнут чувства к моему брату, то мы откажемся, - он мягко берет любимое лицо в ладони, гладит большими пальцами щеки. – Но для Чонсона всё иначе. Может, для тебя это странно и непонятно, но я знаю его, как облупленного. И если бы он был влюблен, то начал бы ухаживать, а не предложил переспать. - Ладно, - Вона устраивает такой ответ, и он согласно кивает. – Тогда я согласен. За себя я уверен – пускай, твой брат мне симпатичен, дальше это не зайдет. Для меня он мрачноват и слишком замкнут. Ты занял все свободное место в моем сердце, там найдется место разве что для кота, - усмехается. - Люблю тебя, детка, - Джей целует его в лоб и смотрит с такой нежностью, что у младшего все внутри замирает. – Иногда я просыпаюсь и не верю, что мне посчастливилось встретить тебя. Чонвон покорно подставляет лицо под поцелуи, думая, что ему повезло не меньше. - Идем на кухню, у нас по плану торт, шампанское, а потом я перейду к самому сладкому – твоей заднице. - Как банально, - Ян закатывает глаза, пытаясь скрыть улыбку, и следует за Джеем. - Но тебе нравится. Чонвон и не пытается спорить.

***

У него дежавю. Снова пятница, вечер, и они с Джеем в квартире Чонсона. Все трое настроены зайти дальше в этот раз. Ян не из тех, кто меняет мнение в последний момент. Если он что-то решил, то не отступит. Слова Джея убедили его, и теперь он почти на сто процентов уверен, что не пожалеет. На этот раз он не отказывается от бокала красного вина. Ян успел поужинать после работы, а немного алкоголя поможет расслабиться и не быть чересчур напряженным: все же его будет касаться не только любимый парень, но и другой человек. Чужим Чонсона не назовешь, но и своим он пока что не был. Джей предупредил, что скорее всего младший захочет покомандовать, как и в прошлый раз, но Яна это устраивало. Не хотелось бы, чтобы близнец был груб, но внутри жила уверенность, что Джей этого не допустит – он пекся о комфорте и удовольствии Вона сильнее, чем о своем. Да и Вон сам не из тех, кто будет молча терпеть боль. - Если тебе будет некомфортно или неприятно, сразу же скажи, и мы остановимся, - напоминает старший из братьев, смотря своему парню в глаза. – Договорились? - Конечно, - это обсуждалось уже не раз, но Чонвон понимал тревогу Джея и не мог на него сердиться. – Я уверен, все будет отлично. Он коротко улыбается Джею и позволяет себя поцеловать. Пак уделяет внимание не только лишь губам, но и шее, и аккуратно подталкивает к дивану. Чонвон оказывается сидящим меж двух братьев, и оторвавшись от губ старшего, поворачивает голову, чтобы поймать на себе полыхающий взгляд Чонсона. - Могу и я тебя поцеловать? Вон кивает, и губы Чонсона накрывают его в ту же секунду. Младший Пак оказывается более жадным и требовательным, будто наконец дорвался до того, чего так долго желал. Быть может, так оно и было. Даря поцелуи по очереди обоим братьям, Ян обнаруживает, что уже практически раздет, а те все еще оставались в рубашках и брюках. - Разденьтесь тоже, хочу вас касаться, - просит Вон, хватая воздух меж поцелуями. - Потерпи, Чонвон-а, ты успеешь, - рокочет довольный Чонсон, крепко сжимая талию. – Сначала мы доставим удовольствие тебе. Встань и прогнись в спинке, хорошо? Поверь, ты не пожалеешь. Ян чуть обеспокоенно косится на Джея, но увидев его одобрительный кивок, делает, как было велено. Старший из братьев мигом избавляет его от нижнего белья, гладит поясницу, заставляя прогибаться сильнее, а младший, ухмыльнувшись Джею, опускается перед Чонвоном на колени. - У меня отличная звукоизоляция, ты не обязан быть тихим, - бросает Чонсон и принимается надрачивать Вону. – Мне так нравится твой голос, хочу слышать, как тебе хорошо. Он, не медля, погружает член Яна в рот, хитро смотря исподлобья и видя, как заламываются брови, и рот округляется в тихом стоне. - О Боже, Чонсон…- всё началось так быстро, что у Вона от удовольствия едва не подкашиваются ноги. Но стоять становится еще сложнее, когда Джей сзади жадно присасывается к его дырочке, пытаясь протиснуть кончик языка в узкое колечко. Он раздвигает ягодицы шире и вжимается лицом в мясистую задницу, будто и правда пытается сожрать. Вона всего трясет от стимуляции с двух сторон, он не знает что делать – толкаться вперед навстречу Чонсону или насаживаться на язык Джея. Всего слишком много, и это сводит с ума. Хлюпающие жадные звуки перемежаются с тихими всхлипами Чонвона, его вздохами, ругательствами, мольбами. Всё, как в тумане, и от переполняющего его удовольствия не получается мыслить трезво. Он едва бы вспомнил сейчас свое собственное имя, разве что выстанывать имена двух парней, делающих ему так хорошо, он готов вновь и вновь. - Я сейчас кончу, - отчаянно хнычет Чонвон, оказываясь на краю. В мгновение он жалеет об этом – боится, что парни прекратят свою стимуляцию, но те наоборот работают ртами еще усерднее, а Чонсон продолжает массировать яички и берет так глубоко, что утыкается носом в лобок – удивительно, как не давится. В районе его кадыка появляется выпуклость от головки члена, и если бы Ян это заметил, то сошел бы с ума, но у него перед глазами лишь яркие вспышки, предвещающие накатывающую волну наслаждения. Чонвон бурно кончает, заполняя спермой глотку младшего из близнецов, его ноги подкашиваются, и он не падает вниз лишь потому, что его крепко удерживают руки Джея, не прекращающего свою стимуляцию до тех пор, пока Чонсон не просит: - Давай переместимся на кровать. Джей вытирает ладонью свое довольное измазанное в слюне и смазке  лицо и подхватывает ослабевшего парня на руки. Кровать буквально в паре метров, но сейчас она для Яна не достижима – без помощи Паков он бы не справился.  - Отдохни пару минут, малыш, как придешь в себя, мы продолжим, - Джей мягко убирает сбившиеся локоны с лица и кончиками пальцев касается вздымающейся груди, крепких плеч. Чонвон не находит в себе сил ответить, лишь покорно кивает, прикрыв глаза, и пытается сгенерировать силы на следующий заход. Что-то подсказывает, что он будет еще более энергозатратным. - Не засыпай, детка,  - от мерных поглаживаний Вон не замечает, как начинает проваливаться в сон, и вздрагивает от вновь раздавшегося голоса Джея. Он стряхивает с себя негу и приподнимается, оглядывая братьев одного за другим. Не дело это, вырубиться после оргазма и оставить их неудовлетворенными. - Простите. Думаю, я готов продолжить, - он сдувает налипшую на лоб челку, а взгляд упирается во вздыбившуюся ширинку Джея. – Может, избавитесь от одежды наконец? На этот раз оба следуют его просьбе – выполнить ее не стоит и минуты. Ян судорожно переводит взгляд с одного близнеца на другого и замечает, что по размеру они почти одинаковые, разве что член Джея искривлен чуть влево у головки, а у Чонсона почти идеально прямой. - Что мне сделать? Что вы хотите? – Ян смотрит снизу вверх почти жалобно: это его первый раз в таком положении, и неудивительно, что он растерян. Ему жизненно необходимо, чтобы кто-то подтолкнул, подал идею. - Ты хорошо его растянул? – интересуется у старшего брата Чонсон. Тот утвердительно кивает: - На три пальца. - Отлично. Люблю, когда узко, - Чонсон решительно подходит ближе и просит Яна стать на четвереньки. - Так и тебе, и нам будет удобно, Чонвон-а. Я войду в тебя сзади, а Джей возьмет твой рот, - от этих слов все внутри Вона сжимается от предвкушения. – Будь хорошим мальчиком и постарайся для нас, ладно? - Я буду, - Чонвон активно кивает и спешит принять нужное положение. Его лицо оказывается совсем рядом с возбужденным и раскрасневшимся членом Джея, который не теряет возможности ласково погладить его по щеке. Ян поднимает черные глаза на любимого и видит пожар в таких же темных глазах Пака. Но пальцы Чонсона, проникнувшие в его узкий проход, заставляют разорвать зрительный контакт  и сильнее прогнуться в спинке. Близнец не жалеет смазки, надевает защиту, и не медля, входит, решительно натягивая Чонвона на себя до звонкого шлепка. Ян обожает это чувство наполненности и тихо одобряюще стонет, в предвкушении дальнейших действий. Руки Чонсона на его пояснице обжигают каждым прикосновением, его движения уверенные и точные – сразу видно, что этот мужчина знает, как принести удовольствие. - Не забывай про моего брата, Чонвон-а, он тоже заслужил, чтобы ты доставил ему удовольствие, - замечает Чонсон и начинает резко двигаться, не давая Яну продохнуть. Тот пытается сосредоточиться на члене Джея перед собой, но это оказывается крайне тяжело, ведь его прошибает электрическим током от каждого толчка сзади. Вон покорно высовывает язычок и облизывает головку, пытаясь спрятать зубы и поймать ее губами, но его тело сотрясается от толчков и совсем не слушается. Он хнычет и вновь тянется к Джею, но руки Чонсона натягивают на себя так сильно, прямо до упора, что его раз за разом оттягивает назад. - Так не годится, - замечает младший близнец, замедляясь, но не прекращая движений. – Джей, возьми его голову и зафиксируй. Не щади его. Чонвон, широко открой рот, будь умницей. Разреши Джею сделать все самому. Старший Пак следует совету брата, убедившись, что его парень совсем не против, но прежде просит: - Если будет неприятно, шлепни меня по бедру. Вон открывает рот, как было сказано, позволяя своему парню зафиксировать его голову в нужном положении и ворваться внутрь. Джей буквально трахает его рот, быстро двигая тазом, и все, что сейчас может Ян – удерживать вес тела на руках, позволяя иметь себя с двух сторон. И ему это чертовски нравится. Нравится отдать контроль над собой тем, кому можно довериться. Нравится ощущать, как два члена врываются в его тело с разных сторон, давиться своими собственными стонами. Братья движутся синхронно, подобно заведенной машине – когда Чонсон входит, Джей отступает, и наоборот. Слюна течет из открытого рта, а слезы из глаз, но Чонвон и не думает останавливаться. Ему хочется продержаться так долго, как только он сумеет, продлить это невероятное ощущение легкости, принадлежности и заполненности надолго. Чонсон гладит его спину и  кусает за лопатки, а Джей не забывает повторять, какой Чонвон молодец, какой старательный и хороший, как он подходит им, и что лучше него не может быть никого. Яна накрывает от переизбытка ощущений – он уже не понимает, где кончается Джей и начинается Чонсон, ведь братья работают как единый механизм. - Вон-а, сможешь кончить без рук? – интересуется младший Пак, ускоряя и так ритмичные и быстрые толчки, заставляя Вона вздрагивать и насаживаться на член сильнее. Ян пытается выдавить положительный ответ, но выходит лишь стон, а с нижней губы стекает еще одна струйка слюны, которую заботливо стирает Джей. Все тело уже затекло, рот болит, но Чонвон решительно настроен держаться до тех пор, пока каждый не кончит. Он хочет, чтобы сегодняшний секс запомнился всем, как самый обалденный в жизни. Джей тоже развивает высокую скорость, крепко держа голову Чонвона и не позволяя отстраниться. Каждый раз член с влажным хлюпом выходит изо рта Яна, а через мгновение вновь врывается внутрь, заполняя до упора. Рвотный рефлекс уже не мешает – Вон научился делать горловой и отточил свои умения до блеска с Джеем, потому что знал, как старший  это любит. - Малыш, я кончу тебе на лицо? – между короткими стонами выдыхает Джей, а Чонвон лишь в согласии прикрывает глаза. Через несколько глубоких толчков вырвавшаяся струна спермы орошает его губы, щеки, нос. Он вовремя прикрывает глаза и высовывает язык, слизывая с губ капли семени. - Да, черт, детка, - Пак слабо хлопает членом по губам Вона, побуждая облизать и пососать головку, - Ты просто шикарный. Самый лучший мальчик. Ян тихо хнычет от похвалы, опуская голову на руки и выше оттопыривая зад, все еще терзаемый членом Чонсона. Теперь Чонвон может сосредоточиться на движениях младшего брата и слегка подмахивает – на болешее просто нет сил. - Готов кончить, Вон-а? – Чонсон хватает его за волосы, заставляя приподняться и прогнуться, как кот. – Потому что я уже близко. - Да, пожалуйста, - Ян тихо выдыхает и отпускает себя, позволяя экстазу накрыть с головой, ведь он всем угодил, сделал все по высшему разряду. Джей опускается перед ним, захватывая в рот сосок, и ласкает нежную бусину, добавляя новый участок стимуляции, что становится для Вона последней каплей. Он почти кричит, раздираемый с двух сторон, и выстреливает спермой, руки подкашиваются, и он заваливается вниз, в последний момент подхватываемый Джеем. Чонсон тоже совершает финальные толчки и выходит, умудряясь в последний момент стянуть резинку и кончить на поясницу и округлые ягодицы Яна с хриплым стоном. Чонвон прикрывает глаза, пытаясь отдышаться. Рот сохнет, все тело трясется и ощущается ватным, конечности совсем не слушаются. Его лицо в слюне и сперме, тело покрыто испариной, а меж ягодицами щиплет и липнет от смазки, но он еще никогда в жизни не чувствовал себя таким удовлетворенным. Ему только что показали, что значит затрахать до потери памяти. Он с трудом слышит, что Джей ему шепчет на ухо. Непонимающе крутит головой, когда тот выползает из объятий, а потом вновь возвращается, чтобы отмыть своего парня и привести его в более-менее надлежащий вид. Если честно, Вону плевать сейчас на то, как он выглядит. - Принеси, пожалуйста воды, - сипло шепчет он, не раскрывая глаз. На помощь приходит Чонсон – поддерживает стакан в своей руке, буквально поя Яна, как беспомощного котенка. Утолив жажду, тот вновь падает на мягкую постель. Сквозь сон слышит споры братьев, что-то про такси, а потом окончательно вырубается. Тем вечером они остаются ночевать у Чонсона – младший настаивает на том, что бедняге нужен отдых. И что уж скрывать, эта ночь навсегда останется в их памяти, как одна из самых горячих и неповторимых. Джей оказывается прав – никто из них не влюбляется – Чонвон и младший из близнецов слишком разные по темпераменту, и оба слишком упрямы, да и отношения втроем – не то, чего каждый из них желал бы. А вот какое желание Чонсон загадает старшему брату на следующий день рождения – это уже совсем другая история.